With me: пособие по тому, как влюбить в себя человека за один день

      По правде говоря, это всё было слишком странно. Настолько, что толком не описать словами. В голове крутилось множество вопросов, на большинство из которых ответа не было. Как такое вообще априори могло произойти? Можно ли это считать путешествием во времени? Наверное, да. И если бы Фрэнк рассказал хоть кому-нибудь о том, что с ним произошло, то его бы с большой вероятностью посчитали бы сумасшедшим, и санитары в ту же минуту забрали бы его с собой. И в этом нет ничего удивительного, ведь если бы ему кто-нибудь сказал, что в один день парень проснётся вновь семнадцатилетним подростком, когда ему самому уже далеко за двадцать, то Айеро подумал бы, что у сказавшего это не все дома. Но нужно ли кому-то что-то сейчас доказывать? Он, конечно, не до конца верил в происходящее, проверяя каждые пять минут, что это точно не просто сон, но был искренне благодарен Вселенной, высшим силам или кто там всё это устроил, это не так важно. Важно, чтобы он не напортачил как в тот раз. С этими мыслями он покинул комнату и направился в ванную. Тут всё было таким, как Фрэнк помнил. На самом деле, он чертовски скучал по этому месту и по своей матери. Они могли подолгу не разговаривать, ограничиваясь парочкой звонков за год. И дело не в том, что Линда была плохой матерью, вовсе нет. Просто её сын обычно не хотел этого. Возможно, ему просто было стыдно, что ему двадцать шесть, а живёт он как нищий студент. Не хотелось ему слышать нотки разочарования в голосе матери, которые иногда проскакивают в разговорах.       Дойдя до ванной, он решил принять душ, а после всех водных процедур направился прямиком на кухню. Фрэнк быстро позавтракал и собрался буквально за несколько минут. Его образ на сегодня полностью состоял из чёрных вещей, ибо в его гардеробе не оказалось разнообразия по цветам, и, накинув рюкзак на плечо и взяв свой скейт, поехал на нем в школу, не забыв поцеловать мать на прощание.

***

      Он до сих пор прекрасно помнил маршрут от своего дома до школы. Дорога не заняла много времени, и, доехав до ворот здания, юноша остановился. Слышались разговоры, смех других подростков. Кто-то заходил в здание, кто-то веселился на спортивной площадке. Фрэнк вновь почувствовал эту школьную суету. Вокруг, в каждом уголке, да даже в нем самом кипела жизнь. Это было удивительно! Он так скучал по этому ощущению. Вообще, по многим прелестям подростковой жизни он очень скучал. Порой юноше и самому кажется, что он так и не вырос с подросткового возраста. Поэтому часто он вёл себя по-детски, но по крайней мере сейчас за это его не осудят. Войдя в школу, он продолжал слышать смех и болтовню. Идя по коридору, темноволосый парень пытался вспомнить, где же находится его шкафчик. И за своими раздумьями он совсем не заметил человека на своём пути и, понятное дело, врезался в него, от чего оба упали на пол.       - Ах чёрт! Прости меня, пожалуйста. Ты в порядке? — судорожно проговорил Фрэнк. Чёрт бы побрал его невнимательность.       - Хэй, да всё в порядке. Сам-то как, весёлый монстрик¹? — насмешливо ответил человек, с которым Айеро столкнулся. Вот только так его называл всего один человек. Темноволосый поднял взгляд и увидел того, при виде которого сердце юноши замирало, даже если они не виделись чуть меньше десяти лет (а это было проверено на практике). Джерард чёртов Уэй. На голове у него было гнездо из чёрных волос, что было характерно для юноши в этом возрасте, щёки были чуть больше, по сравнению с ним из будущего, одет он был в чёрное пальто, белую майку и чёрные джинсы с чёрными конверсами, а зеленые глаза парня внимательно и с добротой смотрели на Фрэнка.《Боже, я, кажется, влюбился вновь》– мысль пронеслась в голове Фрэнка мимолетом, но из-за неё щёки юноши приобрели чуть розоватый оттенок. Джерард же уже поднялся и подал парню руку. Айеро посмотрел на него пару секунд, а после принял помощь.       - Да нормально, пати яд¹. — в таком же насмешливом тоне попытался произнести парень, но голос внезапно чуть дрогнул. Благо для Фрэнка, Джи не обратил на это внимание. — Прости ещё раз. Как дела?       Джерард слегка улыбнулся, смотря на Фрэнка, отпустив его руку. Казалось, в глазах собеседника на мгновение появилось разочарование, но если оно там и было, если Уэй не ошибся, то пропало так же быстро, как и появилось.       - Вполне неплохо. — ответил Джи. — правда, мисс Стивенс просто монстр. Старая ведьма! Сдалась мне больно её история. — Айеро хихикнул.       - Ну как же, Джер?! Ты ведь человек искусства! — наигранно серьёзным и поучительным тоном заявил парень.       - Вот именно, что человек искусства, а не историк! — возмущённо ответил Джерард.       - История – тоже своего рода искусство, мистер Уэй. — опять-таки деланно поучительным тоном, пародируя саму противную учительницу истории, сказал Фрэнк, и они оба, не выдержав, засмеялись.       - Хах, ладно, Фрэнк, у меня сейчас урок, может встретимся на ланче? — перестав смеяться, спросил Уэй. А во Фрэнке словно что-то щёлкнуло, он понял, что не имеет права упускать такой шанс.       - Да, конечно. — чересчур энергично ответил он, и это выглядело немного странно, и сам юноша это понимал, но его собеседник не придал этому большего значения. И всё же Айеро вновь ответил, но более спокойно: — В смысле, почему нет. Было бы неплохо.       - Отлично. — с улыбкой ответил Джи. — Тогда увидимся. — и он поторопился до своего класса, оставив Айеро смотреть ему в след.       - Увидимся. — тихо проговорил темноволосый парень, понимая, что его уже не услышали. Он бы, наверное, ещё какое-то время стоял бы так и смотрел в толпу подростков, где скрылся чуть раньше Уэй, но вдруг со спины на него кто-то набросился.       - Ха-ха, попался, Фрэнки–гном! — радостно заверещал подросток. Фрэнк закатил глаза. Он узнает этот голос из тысячи, ведь его обладатель был одним из немногих, с кем Айеро продолжал общаться после выпуска.       - Очень смешно, Урина. — сказал он. — Слезь с меня! Я ведь сейчас упаду такими темпами, твоя тушка вовсе нелёгкая! — с усмешкой заявил юноша, на что Брэндон выпятил нижнюю губу.       - Грубо, Иеро, очень грубо. — как бы обиженно сказал Ури. Фрэнк повернулся к нему лицом, и оба громко захохотали. Некоторые оборачивались на них, но не придавали особого значения, ведь все знали этот долбанутый дуэт из Фрэнка Айеро, вспыльчивого панк-рокера, который плевал на ваши правила, и Брэндона Ури, безбашенного тусовщика с постоянным шилом в пятой точке.       - Ладно, Урина, — переставая смеяться и немного отдышавшись, начал Фрэнк. — какой у нас сейчас урок?       Брэндон принял позу статуи Мыслителя, сделав задумчивое лицо, от чего Фрэнк снова прыснул, да и сам Брэн немного улыбнулся. Вскоре шатен ответил:       - География–херография с противным стариком Тэшманом. — недовольно сказал он, вызвав широкую улыбку у Фрэнка. Он прекрасно знал, как его друг терпеть не может учителя географии, да и сам предмет. На самом деле, Айеро тоже очень не любил преподавателя, но с самим предметом у него всё было в порядке.       - Значит, первые сорок минут мучаемся. — сказал темноволосый.       - Ага. — с печальным вздохом согласился Ури. — Но зато, — как по щелчку его настроение переменилось, и сказал это он более радостно. — с нами будут Рэй и Боб, значит, будет, чем заняться. — Фрэнк усмехнулся. Если с Бобом он поддерживал связь, то с Рэем он не общался примерно лет пять. Хоть после выпуска они общались ещё приблизительно четыре года, потом они потеряли связь и, как говорится, разбежались.       - Будем бесить старика? — с хитрой ухмылкой спросил Айеро. Брэндон с такой же хитрой усмешкой ответил:       - Мне нравится ход ваших мыслей, мистер. Ладненько, пошли, иначе старый маразматик с нас шкуру сдерет. — и они отправились в класс, обсуждая всё подряд.       Они зашли буквально за минуту до звонка. Сев за последнюю парту, позади Рэя и Боба, они стали готовиться к уроку. В класс зашёл учитель, и все моментально успокоились. Пожилой мужчина внимательно оглядел класс, смотря на каждого свирепым взглядом из-под своих очков с толстенными линзами. В такие моменты он выглядел как ястреб, выискивающий добычу. И оказавшись снова в этом кабинете, пускай и отсидев меньше двух минут, Фрэнк вспомнил об этом неприятном ощущении тревожности и некого страха, от чего скручивало живот, когда Тэшман выискивал очередную жертву среди бедных детей для ответа у доски, или перед проверкой домашнего задания. А также о том, как они с Брэндоном в эти моменты скрещивали пальцы под столом и читали все известные им молитвы, чтобы их не спросили. Пожалуй, чёртов учитель чёртовой географии был единственным в школе, кто мог довести до нервного срыва одним своим взглядом. Даже полностью идеально зная предмет, ученик может заработать максимум у этого старика B, а про отличные оценки по географии ходили легенды по школе. Даже Фрэнк, что принципиально делал абсолютно всё по этому не сдавшемся для него предмету, имел четвёрку. Про Брэндона так вообще всё сложно, у них отношения с учителем были как очень сильно натянутая струна, готовая в любой момент лопнуть. Имев еле вытянутую тройку по географии, Ури ненавидел старика всей душой, как и, пожалуй, большинство людей в их школе.       Фрэнк краем уха уловил, как Брэн шёпотом молится всем Богам, которых только мог вспомнить, и чуть усмехнулся. На всякий случай он решил скрестить пальцы, по традиции. Это, конечно, не всегда их спасало, но всё же уж лучше так. Мало ли, может, на этот раз прокатит? Он просто надеялся, что его не спросят, потому что хоть он прекрасно знал географию в старшей школе, но с тех пор прошло много времени, он мог забыть большую часть из школьной программы. Как-никак, пускай и в теле семнадцатилетнего подростка, но его сознанию и разуму уже больше двадцати, если можно так сказать. Старик сверкнул глазами и проговорил холодным тоном:       - Мистер Ури, к доске. — послышался облегчённый вздох некоторых учеников, а лицо Брэндона исказилось в страдальческой гримасе.       - Блять! — тихо выругнулся он. Айеро легонько похлопал друга по плечу в знак поддержки. Они переглянулись и Фрэнк тихо проговорил:       - Чувак, просто импровизируй. — и ухмыльнулся. — Либо же устрой нам шоу.       Брэндон хитро улыбнулся.       - Мне-то всё равно терять нечего, а так хотя бы повеселюсь. — с озорной усмешкой прошептал он соседу по парте и, встав со стула, направился к доске.       Все ближайшие минут пятнадцать, а именно столько ненавистный учитель допрашивал Ури, творился какой-то цирк. Не сказать, что мистер Тэшман был тем типом учителей, которые любили вынести всю злость на учеников, но взбесить его было вполне возможно. А выводить его из себя было любимым занятием нашего неугомонного дуэта. Иногда к ним присоединялся Боб, и иногда даже Рэй, но это было не так часто. Тем не менее, сейчас Брэндон ведёт себя слегка по-клоунски. Отвечая неправильно, тем самым по идее он должен радовать географа своими провалами, однако сразу после Ури отпускает ироничные комментарии к ситуации и по поводу самого учителя, даёт саркастичные ответы, а сейчас вообще, полностью отключившись от темы, решил рассказать какую-то уморительную историю. Возможно, он чуть перегибал палку, но при виде красного от злости лица учителя, это не представляло уже никакого значения. Мистер Тэшман пыхтел от злости и поведения Ури, многие ученики тихо смеялись, стараясь не загоготать во весь голос, а у Айеро был самый настоящий приступ истерики, он ржал словно ненормальный конь, находящийся под какими-то грибами, при этом стараясь хоть немного сдерживаться, что у него получалось плохо. Однако преподавателю было не до него.       - Мистер Ури, — сквозь зубы процедил Тэшман. — я лишь спрашиваю, где находиться Брюссель, а не про то, как вы убегали от кого-то там в Амстердаме.       А сам Брэндон с видом глубоко оскорбленного человека, которого не слушают, сказал:       - Вообще-то, не от "кого-то там", как вы сказали, — возмущённо говорил он. — а от одного неповоротливого, толстого копа. Кто же знал, что они примут муку и соду, которые мы продавали в пакетиках на улице за наркотики! Как будто там такое на каждом углу не практикуется! ²       Айеро вообще не понимал, как его друг мог заливать это с абсолютно серьёзным видом, ибо сам он уже давно валялся под столом со слезами на глазах, шатаясь от смеха. Многие в классе тоже либо лежали на парте, либо под ней. А старик только пуще прежнего разозлился.       - К директору, Ури. Живо! — яростно воскликнул он. — Всем успокоиться! Особенно это касается вас, мистер Айеро.       Брэндон с видом полного победителя, отправился к своему месту. Взяв свой рюкзак, он подмигнул другу, который, пересилив себя, всё же переправился с пола за стул, и вышел из кабинета. И всё-таки ценой всеобщего веселья стал тест, который разозленный географ дал ученикам на выполнение до конца урока. Хорошее настроение как рукой сняло у большинства.       Не сказать, что Фрэнк помнил всё идеально, но, пожалуй, процентов семьдесят пять от теста он сделал правильно, в этом он уверен. Всё же, он не всё забыл, хоть эти знания ему пригодились, в общем-то, ни разу. В общем, по мнению Айеро, на четвёрку вполне хватит, даже учитывая то, кто именно ведёт предмет. Выйдя в коридор после сдачи теста и сборки вещей, он наткнулся на Рэя, который, по всей видимости, ждал его.       - Хэй, Фрэнк! — улыбаясь, поздоровался кудрявый с другом, ибо до урока они ограничились лишь кивками. Айеро слегка улыбнулся в ответ и поздоровался. Это было так необычно. В смысле, он не видел Торо чуть больше четырёх лет, а сейчас он стоит перед ним. Хотя по правде, так можно сказать про всех, с кем Фрэнк успел встретиться сегодня (кроме Брэндона, он мало того не изменился, так они ещё и видятся чуть ли не каждые выходные). Просто юноша не до конца привык ко всему этому, что неудивительно, ведь прошло меньше половины дня.       Они вместе с Рэем шли по коридору, обсуждая новый альбом Sum 41³, вышедший совсем недавно, и искали их придурковатого друга, который повеселил всех сегодня на ненавистном всеми уроке. И при всем этом Фрэнк только сейчас заметил отсутствие Боба. Тот сразу вышел из кабинета, как только прозвенел звонок.       - Кстати, Рэй, а где Боб? — поинтересовался темноволосый. Торо лишь пожал плечами.       - Выбежал сразу после звонка. Он что-то сказал напоследок про какие-то появившиеся срочные дела. — рассказал кудрявый, задумчиво потирая затылок. — Вообще без понятия, что у него там.       - Ясно. — кивнул Айеро. Дальше они продолжили обсуждать обыденные темы, пока не наткнулись на Брэндона, идущего к ним навстречу. На удивление, тот не выглядел как-либо подавленно, хмуро или расстроено. Наоборот, он шёл с абсолютно спокойным и даже удовлетворенным видом, словно чемпион.       - А вот и наш рассказчик! — улыбаясь, громко и торжественно сказал Рэй, на что Брэндон лишь высоко задрал нос, а Фрэнк издал тихий смешок.       - Попрошу заметить, — так же громко и самодовольно начал Ури. — не просто рассказчик, а лучший рассказчик самых интересных историй. — на что Торо и Айеро рассмеялись. Они все вместе втроём направились дальше по коридору. По расписанию у Рэя и Брэндона следующим была история, а у Фрэнка – физика, но так как эти кабинеты находились рядом, они пошли вместе.       - И неужели нашему лучшему рассказчику ничего не сделали? — насмешливо спросил Фрэнк. Брэн отвёл взгляд чуть в сторону с нервной ухмылкой.       - Ну как сказать, — начал он, почесав затылок. — директор пригрозился позвонить предкам, но наказания не назначил. И слава богу!       - Ха, тебе повезло, приятель. — заметил Рэй. — будем надеяться, что Тэшман не будет стараться исключить тебя из школы всеми способами. — Ури и Айеро многозначительно переглянулись.       - Эх, Рэй, он это пытается сделать с начала старшей школы. — сказал Фрэнк.       - Что поделать, если этот ублюдок меня ненавидит. — вздыхая, проговорил шатен, после чего оглянулся по сторонам.       - Да ладно тебе, Брэн, его нет рядом. — улыбнулся Торо на выходку друга, а Фрэнк усмехнулся. Конечно, Ури сегодня поддал жару, и, наверное, Тэшман это будет ещё долго вспоминать, но всё равно, оно того стоило. Даже чёртов тест, который ученики писали после стоил этого веселья.       - Я на всякий случай. — ответил шатен. — Интересно, как быстро это разлетится по школе?       - Думаю, — начал Айеро. — уже полшколы в курсе. Так что лови момент славы, друг. — и Брэндон самодовольно улыбнулся от уха до уха.       Дойдя до кабинета физики, парень попрощался с друзьями и вошёл в класс. Только сейчас он смог обдумать то, что случилось с ним в начале дня. Он пообщался с Джерардом. С тем самым Джерардом Уэем. Это не было чем-то особенным или сверхъестественным, ведь в подростковом возрасте он делал это чуть ли не каждый день, но сейчас это было слишком для него. В смысле, Фрэнк не вёл себя как влюблённая школьница, хотя на первый взгляд могло так показаться, просто он ведь перед их встречей в кафе готовился и настраивал себя достаточное время, а тут словно снег на голову Уэй встретился ему в начале дня. Он не был готов. Если раньше, лет десять назад, юноша мог спокойно общаться с Джи, абсолютно не давая понять, что испытывал чувства к нему, то сейчас из-за отсутствия черноволосового парня, обожающего комиксы, в жизни Айеро долгое время это было немного сложно. И чёрт возьми, улыбка Уэя так прекрасна! Фрэнк вообще поражается себе, что он в тот момент не превратился в маленькую лужицу и был способен говорить внятно. Нет, всё же сейчас Айеро ясно понял одну мысль, он никогда подсознательно не переставал любить этого парня. Пускай он и, как убеждал себя, отпустил его, но это было не так – неосознанно он всё ещё держался за него и за те чувства, которые сам спрятал глубоко-глубоко внутри. Не зря же он частенько вспоминал его на протяжении больше девяти лет. За этими мыслями урок пролетел незаметно, словно по щелчку пальца. Как и следующие два. И только за несколько минут до звонка на перемену, сидя вместе с Брэндоном на химии, юноша понял кое-что. Одну такую маленькую деталь. Сейчас будет ланч. Встреча с Джерардом.       - Твою ж мать! — тихо озвучил свою мысль Фрэнк. Сидевший рядом Ури удивлённо глянул на соседа по парте.       - Ты чего? — спросил он.       - Сейчас будет ланч. — страдальчески промычал Айеро.       - Так это ж хорошо. Я вот только весь день и мечтаю об обеде. — непонимающе смотрел на друга Брэн. Ему было непонятно поведение друга.       - Я договорился встретиться с Джерардом на ланче. — всё так же промычал в ответ юноша.       - Ты сделал что?! — громче, чем следовало бы, воскликнул Ури. Конечно, как самый близкий друг парня, он знал о его чувствах к добродушному художнику и, разумеется, знал, что Фрэнк никогда не скажет ему об этом и никогда не решится на первый шаг, даже под дулом пистолета.       - Да тише ты! — шикнул на друга Фрэнк. — я встретил его утром, мы немного поболтали, и он предложил мне встретиться на ланче. — объяснил юноша Ури, глаза которого загорелись от любопытства и желания узнать всё поскорее. От услышанного у Брэндона появилась то ли хитрая, то ли озорная улыбка на лице.       - О, мальчик мой, а ты время зря не теряешь. — шатен игриво поиграл бровями, на что получил несильный толчок в бок. Ури тихо засмеялся, а Айеро чуть приподнял уголки губ. — Чувак, это круто! — сказал Брэндон, переставая лыбиться как Чеширский кот. — Как говорится, счастья вам, да любви и богатства. Аминь. — и тут уже оба заливисто засмеялись, от чего учительница химии обратила на них внимание и уже было хотела сделать замечание, но к её несчастью, прозвенел звонок. Подростки поспешили в столовую.       Брэндон замечал нервозность Фрэнка в его походке и неком подобии полуулыбки, пока они шли по коридору.       - Чувак, — обратился он к другу, кладя ему руку на плечо. — не переживай ты так. Всё будет в порядке, ты же не предложение ему делаешь. — Ури издал тихий смешок, но Айеро не особо оценил шутку, что не осталось без внимания собеседника. — Прости. Я имею ввиду, просто веди себя естественно и не теряй голову.       - Да, спасибо, Брэн. В конце концов, он же не мистер Тэшман, чтобы перед ним у меня коленки тряслись. — Ури громко захохотал. После они разговорились на непринужденные темы, чтобы скоротать время по дороге и чтобы Айеро не так переживал перед встречей с Джерардом. И так они не заметили, как уже зашли в кафетерий.       - Так, Иеро, — зашептал Брэндон на ухо другу. — цель прямо перед нами, за крайним столиком. — Фрэнк посмотрел туда, где по словам Ури был Уэй, и увидел Джерарда, поедающего какой-то салат. Его лицо окрасила смущенная улыбка влюблённого человека, чего он сам не заметил. — Бери быстрее еду и иди к нему. И помни, — Брэндон повернул лицо друга к себе и серьёзно на него посмотрел. — Естесственность и непринужденность. Никакого волнения. Понял?       От такого пристального и серьёзного взгляда Ури Фрэнку стало немного не по себе.       - Понял. Ещё раз спасибо, Урина. — кивнув другу напоследок, Айеро отправился сначала за, непосредственно, обедом, а потом прямиком к столику, где его ждал Джерард. Увидев одноклассника, Уэй слегка улыбнулся ему. Фрэнк сел напротив него.       - Привет ещё раз. — сказал он.       - Привет. — также поздоровался Джи. — Как дела? Что произошло за эти часы, что мы не виделись? Знаешь, Тэшман сегодня таким злым был. В смысле, он и в другие дни такой, но сегодня прям особенно. — затараторил он, смотря на собеседника и тыча вилкой в салат. Айеро чуть опешил от такого потока вопросов, но вспомнив сегодняшний урок географии, понял, что должен рассказать это.       - Произошло не особо много, но на географии у нас было весело. В общем, наш главный клоун, Брэндон, который Ури, ты должен его знать. — Джерард кивнул в знак согласия и с неподдельным интересом и любопытством слушал Фрэнка, а тот рассказывал увлекательную историю, произошедшую утром. Под конец Уэй уже вовсю хохотал вместе с Айеро.       - Ну и ну, — продолжая хихикать, сказал он. — Жаль, что я не в вашем классе географии. — оба снова чуть посмеялись, но веселье продлилось недолго, когда к их столу подошла фигура, которую парни поначалу не заметили. Только когда эта фигура демонстративно покашляла, парни заметили и повернули головы к ней. Фрэнка аж чуть не стошнило от этой самодовольной усмешки и взгляда, не сулящего ничего хорошего, да и вообще от самого вида подошедшего. Берт МакКрэкен, чтоб его!       - Смотрю, у вас тут весело. — проговорил он с той же противной ухмылкой. Фрэнк нахмурил брови, что, впрочем, никто не заметил. Ему хотелось просто встать, взять Джи за руку и увести его от этого козла. Но тот лишь дружелюбно поздоровался с футболистом. Внутренний голос Айеро буквально кричал Джерарду не общаться с этим отморозком, что МакКрэкен тот ещё засранец, но снаружи юноша оставался непреклонен. Они с Бертом даже не перекинулись и словом.       - Слушай, Джи, — сказал Берт, наклоняясь к Уэю. Айеро стиснул зубы. — подождешь меня после занятий? Есть разговор.       Уэю было неловко от такой близости, поэтому он чуть отодвинулся.       - Эм, ладно. — ответил он тихо. А Фрэнк хотел лишь стиснуть возлюбленного в своих объятиях и отогнать от него засранца Берта, чтобы тот больше не говорил с Джи, но продолжал с каменным лицом наблюдать за происходящим.       - Тогда договорились. — МакКрэкен подмигнул Уэю напоследок, а Фрэнку кинул насмешливый взгляд, словно намекая на своё превосходство, и ушёл. Айеро сжал кулаки под столом до побеления костяшек. Как же его бесил этот придурок. Они как бы и раньше не особо ладили, но Фрэнк хотя бы не знал, что Берт представлял из себя. А теперь, помня рассказ Джи из будущего о том, какой на самом деле окажется мразью МакКрэкен, относится к нему нейтрально или не обращать внимания Айеро просто не мог. К тому же, он был конкурентом для юноши, если Фрэнк не поторопится, то Берт заберёт Джи себе. Этого нельзя было допустить! Хотя бы для самого Джерарда. Он не заслужил того, как Берт с ним обращался.       - Хэй, Фрэнк, всё в порядке? — забеспокоился Джи, замечая резкую перемену настроения друга.       - Джи, послушай, — сразу начал Айеро. Твёрдость в его голосе немного пугала, а мрачный взгляд так тем более. — как ты относишься к МакКрэкену? — Джерард немного опешил от такого вопроса.       - К Берту? Ох, ну, эм...положительно, а что? — неловко ответил Уэй. Он не мог не заметить то, как парни посмотрели друг на друга. Во взгляде обоих читалась такая неприязнь, чего Джи не понимал. Нет, он и раньше замечал, что Айеро и МакКрэкен не особо жаловали друг друга, но чтобы до такой степени...Конечно, это их дело, но всё же. С чего бы? Фрэнк перевёл взгляд на свою тарелку.       - Просто, — Фрэнк вздохнул, пытаясь подобрать слова, чтобы донести свою мысль до Уэя правильно. — Джи, просто не верь всему, что он говорит. Он на самом деле не такой, каким кажется. — Джерард удивился.       - Хочешь сказать, мне лучше с ним не общаться? — спросил он, поднимая одну бровь. Он сам общался с Бертом достаточно хорошо, тот был весёлым и немного наглым парнем. Не сказать, что они были закадычными друзьями, но всё равно, он знал его достаточно хорошо, чтобы сказать, что Берт МакКрэкен, по его мнению, хороший человек. Не мог же он быть совсем другим, как утверждал Фрэнк. Или мог?       - Ну не то, чтобы не общаться совсем, — неловко проговорил Айеро. — но просто знай, что он не такой, каким ты его себе представляешь. — Джи нахмурился.       - Фрэнк, я, конечно, тебе доверяю, — сказал Джерард. — Но я достаточно долго общаюсь и знаю Берта. Не представляю, что у вас там случилось, но он неплохой парень. — сказав это, Джерард стал доедать свой салат, смотря в тарелку, а Фрэнку захотелось взвыть от безысходности. Он ведь не мог рассказать Уэю о том, как по-скотски будет вести себя МакКрэкен в будущем, ибо тот бы просто не поверил, а если бы стал объяснять, откуда он всё знает, то тогда как минимум просто посчитал бы, что Айеро не в своём уме. Тогда Фрэнку остаётся одно. Опередить Берта. Рассказать Джи о своих чувствах до того, как он встретится с футболистом. Может тогда действительно у него получится? Он очень на это надеялся.       - Слушай, Джи, — юноша вновь обратил внимание Уэя на себя. Он так сильно хотел сказать эти слова, но его будто что-то останавливало. Три слова вертелись на его языке, но голос словно пропал, он не мог их произнести, а в груди всё нарастало неприятное чувство страха. Это ощущение было с ним и в тот день десять лет назад, когда он так и не рассказал о своих чувствах. Вот только тогда он не знал, к чему это приведёт. Однако сейчас дальнейший сценарий ему был известен, и всё будет именно по нему, если темноволосый парень не возьмёт себя в руки. И Фрэнк прекрасно понимал это. Вот только всё же не смог пересилить себя.《Слабак》— противным голосом в его голове была озвучена мысль. И этот голос прав. Он слабый. За минутой самокопания парень не заметил, как его собеседник ждёт от него дальнейших действий.       - Эм, Фрэнк? — позвал друга Джи, чем вывел того из транса. Поведение Айеро сегодня немного беспокоило Уэя. То говорит не доверять Берту, то теперь с минуту залипает в одну точку, не двигаясь. — С тобой всё в порядке?       - А, эм, — Айеро глупо хлопнул глазами, словно приходя в себя. Наверное, он выглядел странно со стороны, надо бы погружаться в себя, хотя бы когда с ним никто не говорит. — да, прости. Я хотел сказать, — он знал, что не скажет этого сейчас. Он не готов, ему нужно хоть чуть-чуть собраться с мыслями. Вздохнув, он продолжил: — хотел сказать, что мне нужно поговорить с тобой. Но сейчас не лучшее время. Можем ли мы ещё раз встретиться после предпоследнего урока?       Джи немного удивился, но тем не менее легонько кивнул и сказал:       - Конечно, без проблем. Что-то важное? — Фрэнк закусил нижнюю губу.       - Типа того. — тихо ответил он. — Значит, договорились?       - Договорились. — с лёгкой улыбкой ответил Джи, от чего Айеро стало так необъяснимо спокойно и тепло на душе. Будто что-то придало уверенности, что у него получится. — Ладно, монстрик, мне пора на математику. Увидимся. — кинув другу напоследок взгляд зелёных глаз такой добрый и тёплый, какой был только у этого черноволосого парнишки–художника, пленившего сердце подростка, Джи ушёл. А Фрэнк ещё какое-то время просидел с глупой улыбкой, доедая какой-то сэндвич, но позже тоже ушёл из столовой, поспешив на урок информатики. И никто из парней, уходив, не заметил фигуру футболиста, всё это время ошивавшегося у автомата с газировкой, находившегося неподалёку от стола парней и, понятное дело, слышавшего их разговор.

***

      Приятное чувство умиротворенности и тепла, вызванного у Фрэнка от улыбки и взгляда Джерарда, словно рукой сняло, когда урок начался. Вместо них пришли беспокойство и что-то ещё. И Айеро бы списал свои ощущения именно на то, что он просто собирался признаваться Уэю о своих чувствах, если бы не это "что-то ещё". Это было ощущение словно затишье перед бурей, непонятное и неприятное оно сжималось в крепкий узел где-то на уровне желудка всё сильнее и сильнее. По ощущениям было даже хуже, чем на сегодняшнем уроке географии. Когда же это ощущение достигло своего пика, Фрэнк, не выдержав, отпросился в уборную, не в силах уже просто сидеть. Идя по коридору, юноша чувствовал своё беспричинно быстро колотящееся сердце и этот неприятный узел непонятного чувства в животе. Эта тревожность вселяла страх, и, испытывая такой спектр не самых хороших эмоций, парень чувствовал себя словно загнанной в клетку птицей. Ему остаётся лишь биться о стенки клетки и хотеть кричать от безысходности.       Зайдя в туалет и повернув за угол, чтобы пройти к кабинкам, подросток увидел то, что лучше бы не предпочёл видеть никогда в своей жизни. Прижав Джерарда Уэя к стене школьного туалета, Берт МакКрэкен целовал его. И это было отвратительно! Не сказать, что художник проявлял инициативу, но и вроде как против особо не был. Берт целовал его слишком грубо, слишком грязно. Разве этого заслуживает такой хрупкий, нежный и добродушный человек, как Джи? Если бы Фрэнк не был в таком оцепенении, как сейчас, то он бы обязательно прервал бы всё это и, скорее всего, хорошенько врезал бы этому самовлюбленному мерзавцу, а потом бы забрал Уэя с собой. Но сейчас Фрэнк лишь чувствовал, как по щеке скатилась одинокая слеза, а сердце разбивается на миллион мелких, острых осколков, впивающихся в плоть и другие органы. Не скрывая правды, было больно. Очень больно. Гораздо хуже, чем тогда. Потому что тогда Фрэнк узнал о том, что Джи и Берт начали встречаться из слухов, а потом сам художник ему рассказал. Но сейчас он буквально видел, как зарождаются их отношения. И плюс, Фрэнк тогда не знал, что мог бы что-то изменить. А сейчас знал. Но просто не успел. Стоит ли говорить, что Айеро пулей вылетел из туалета. Но на урок он так и не вернулся. Добежав до одного фактически безлюдного коридора, где находились только кладовка, кабинет психолога, который никогда, по мнению учеников, не появлялся в школе, и туалет для людей с ограниченными возможностями, парень рухнул на одну единственную лавочку, которая там стояла, и просто позволил нескольким слезам скатиться по его щекам. Не успел. Не успел. Не успел.《А ведь мог бы сказать ещё раньше!》— снова тот противный голос в голове. И он был с ним согласен. Он опять не смог. Даже имея вторую возможность всё исправить, он не смог ничего изменить. Потому что испугался. Опять.       - Какой же я идиот. — в пустоту проговорил он. На урок он так и не вернулся. Позже он получит выговор от учителя, но ему будет всё равно. Кто бы мог подумать, что будет так больно? Встретившись с Брэндоном на перемене, парень рассказал ему всё. Ему нужно было хоть кому-то выговориться. А Ури, видя красные глаза друга, лишь поджимает губы и обнимает его ненавязчиво, но искренне желая поддержать.       - Мне жаль, чувак. — всё, что он говорит. Он ведёт его в туалет, чтобы умыть друга и привести хоть немного в порядок.       - Спасибо тебе, Брэн. — хрипло говорит Фрэнк с грустной улыбкой. А шатен лишь кивает головой. Последние уроки у них разные и в кабинетах, которые находятся далеко друг от друга, поэтому Брэндон уходит, обнимая друга на прощание.       Фрэнк вспоминает о встрече с Джерардом только когда видит его у своего шкафчика. Тот стоит и на ходу пытается делать какие-то зарисовки с своём блокноте, который уже больше, чем наполовину заполнен. Айеро даже сначала думает уйти, чтобы Уэй его не заметил, но совесть всё-таки взяла своё. Джи ведь ждёт его.       - Хэй. — сиплым голосом говорит он, привлекая к себе внимание художника. На лице того вновь появилась добродушная улыбка, но взгляд его был каким-то...потерянным. Он как будто не понимал, что происходит вокруг него. — Ты в порядке?       Уэй внимательно смотрел на Фрэнка. Ему кажется, или Айеро плакал недавно? Если честно, ему было очень неловко, что юноша наблюдал всё то, что произошло в туалете. Да, он его заметил. В тот момент он не мог видеть на сто процентов, ибо его взгляд был слегка затуманен из-за происходящего, но ему показалось, что по щеке темноволосого парня скатилась слеза. Или это была игра света? Джерард не знал. Он уже ничего не знал. Не то, чтобы ему очень понравилось целоваться с МакКрэкеном, скорее это было просто...необычно? Безусловно, ему было приятно от таких тёплых чувств Берта в свой адрес, но что-то было не так. Джерард и сам не понимал. То ли он чувствует необъяснимую вину перед Фрэнком, будто он предал его, хотя по сути ничего же с ним не произошло. Тогда почему он выглядит так подавленно? То ли он сам не до конца понимает, что толком чувствует. В момент, когда футболист прижал его к стене и впился в его губы, он подумал, что никогда об этом не думал, но было бы, наверное, неплохо, попробуй они с Бертом начать отношения. Но сейчас, думая об этом, он толком не понимает, что делать.《Может попробовать? Но к чему это приведёт? И почему, черт возьми, Фрэнк так расстроен?》— примерно такие мысли роились в его голове.       - А, да, всё хорошо. — в конце концов ответил он. — А ты как? Выглядишь подавленно. — Фрэнк отвёл взгляд в сторону.       - Всё в порядке. — тихо проговорил он. Наступило неловкое молчание. Айеро боялся поднять взгляд на Джи, а тот же в свою очередь наоборот внимательно оглядывал юношу, не понимая, что же могло вызвать такое поведение. Мысль о том, что это могло быть из-за их поцелуя с МакКрекеном, была сразу отогнана. Это ведь так бредово звучит, что за глупость! Тогда, что же не так, чёрт возьми?!       - Так что ты хотел мне сказать? — первым нарушил молчание Уэй. Может хотя бы так он узнает хоть что-то?       - Сейчас это уже совсем не важно. — тихо ответил Фрэнк. Он был уверен, что теперь Джи не нужно ни его признание, ни его чувства. Но ему был нужен Джи. Он хотел лишь знать одно. — Слушай, могу я спросить? — художник кивнул в знак согласия. — Ты извини за то, что я, наверное, сую нос не в своё дело, но что ты, то есть...Ох, Боже! — вздохнув, он продолжил: — вы теперь встречаетесь? — Уэй удивлённо на него посмотрел.       - Что? — спросил он, хлопая глазами. Вопрос будто пролетел мимо ушей, он не мог понять смысл произнесенных слов, ибо находился на границе реальности и своих мыслей. Ходил прямо на краю обрыва, рискуя упасть в бездну раздумий и полностью выпасть из реальности.       - Ну, я имею ввиду, с Бертом. Вы теперь встречаетесь? — неловко спросил Фрэнк, потирая затылок. На этот раз Уэй понял смысл вопроса.       - Эм, ну я думаю так. — ответил он, пожимая плечами. Они это как-то не обсудили с МакКрэкеном, ибо после поцелуя тот просто лукаво подмигнул ему и ушёл. — Думаю, надо попробовать, может, из этого что-то да выйдет. — Фрэнк поник, и это было настолько заметно, что даже Стиви Уандер⁴ заметил бы. И даже если юноша пытался это скрыть, то всё равно по его печальным глазам было заметно. Однако Джерард нашёл, как ему показалось, причину настроения его друга. — И да, Фрэнк, во-первых, прости, что ты это наблюдал. Наверное, со стороны это не особо приятно. А во-вторых, я понимаю, что вы с Бертом не особо ладите, но всё же, пожалуйста, постарайся его принять. Он правда не такой плохой, каким ты его себе представляешь. — Фрэнк усмехнулся. Не грустно, не злобно, а как-то безразлично. Для него в любом случае всё потеряно. Эх, Джи, если бы знал...Обо всём. Айеро прекрасно понимал, что МакКрэкен – та ещё тварь, мразь и полная задница, которая принесёт Джи много страданий, но теперь он не знал, как его уберечь. Он подставил не только себя, но и Джерарда. Такого доброго и наивного, пытающегося видеть во всех только хорошее.       - Да. — всё же ответил он. — я попробую, Джи. — он понимал, что нагло врёт, но что ему ещё надо было ответить? — Ладно, тогда, эм, увидимся завтра?       - Да. — ответил Джерард, кивнув другу. — До завтра, монстрик. — Айеро чуть улыбнулся от этого прозвища, чем вызвал облегчённый вздох в мыслях Уэя.       - Пати яд. — в манере сказал темноволосый. Он, на самом деле, вообще не помнил, как за ними закрепились эти клички, но теперь прозвище Джи кажется ему очень символичным. Он стал для Фрэнка личным ядом, отравляющим его организм. Причём не по своей воле. Он ведь не виноват, что Фрэнк так и не рассказал ему. Джи тоже улыбнулся ему, и они разошлись каждый своей дорогой.

***

      Фрэнк не помнит, как заканчивается последний урок, как он плетётся на скейте до дома, как отказывается от ужина, ссылаясь на большое количество домашнего задания, и на то, что он не голоден, как потом запирается в своей комнате, и как он вжимается в матрас своей кровати и плачет. Плачет от безысходности, от разъедающего чувства вины перед добродушным художником, от чувства ненависти к себе, своему страху и нерешительности. И всё-таки он не смог. Он не изменит своё будущее. Он не спасёт Джерарда. Он проиграл...