Мелодия одной любви

Людей на улицах не было. Это ожидаемо. Дождь, что каждую минуту только усиливался, не переставал лить. Одежда Морико промокла и стала неприятно липнуть к телу. Ее это не беспокоило. Стоя среди пустой улицы жилых домов, она медленно вдыхала этот дождливый запах, подняв голову вверх, к серому небу. Слез ее можно было не заметить в этом неостанавливающемся ливне. Девушка молча плакала, постоянно двигая руками – то потрогала волосы, то почесала руку, то засунула в карман промокшей тканевой куртки. В мыслях она кричала. Кричала, не щадя горло. Кричала так, что могла оглушить всю Йокогаму. Она кричала, не боясь потерять столь важный для нее голос. Хотелось согнуться, упасть на землю и стать единой с природой, исчезнуть со всех глаз и перестать что-либо чувствовать. Потому что она устала испытывать эту боль, терзающую сердце. Девушка своими исцарапанными кистями комкала ткань футболки в области сердца. Не знала зачем. Просто делала это. Все это происходило в ее мыслях. Все, что ей хотелось сейчас делать, она делала в мыслях. А в реальности продолжала стоять. Один парень, который пытался укрыться под ближайшим навесом, пробегая мимо девушки, посмотрел на нее укоризненно. «Эта дура стоит под дождем и не пытается укрыться. Совсем с катушек слетела?» - думал парень, ускоряясь. Первым его порывом было взять ее за руку и потащить за собой, к тому магазинчику, надпись которого гласила «Открыто», но потом, увидев, как она медленно дышит, как ее руки, лежащие по бокам, трясутся, как опухли и немного покраснели ее глаза, парень, помедлив, помотал головой и продолжил свой путь. «Пусть стоит, если хочет». А Морико и не заметила его. Хотелось забыться. И больше ничего. ** — Да, конечно. Я буду рада зайти на чашечку чая, - Морико, держа телефон между ухом и плечом, раскладывала вещи по комодам. Новая квартира радовала небольшим размером и прекрасным видом на город. — Аки-чан, все в порядке, не беспокойся. Аки-чан, на другой стороне, смешно фыркнула и попрощалась, не забыв напомнить о времени. Морико, все еще думая, а не стоило ли ей остаться сегодня дома, мотнула головой. Она неделю уже из дому не выходит. Нужно немного развеяться. Улицы были полны. Торговцы призывали покупателей, зыркая раздраженными взглядами друг на друга. Дух соперничества витал между лавками. Толпы подростков обсуждали новости дня, поедая различные лакомства, взрослые пары, влюбленно поглядывая в стороны друг друга, слабенько улыбались. Морико нравилось находиться среди людей, слушать их гам, но она быстро уставала от шума. Солнце освещало город, дарило улыбки людям. Было тепло, но Морико все равно укуталась в свою легкую куртку. Кафе, где работала Аки-чан, было неприметным. В любой другой раз Морико бы не обратила внимания на него. Маленький колокольчик легонько зазвенел, оповещая о прибытии посетителя. Аки-чан с вымученной улыбкой повернулась в сторону входа, приоткрывая глаза. Когда она завидела подругу, то, недолго думая, бросилась к ней с объятиями. Морико улыбнулась и расставила руки, ловя летящую подругу. — Ты пришла! – крикнула Аки-чан от счастья. — Ну а как же — Пошли, пошли. Я заварю твой любимый чай. «Она как всегда весела», - подумала Морико. Аки-чан нравилась ей своим энтузиазмом и положительной энергией. Казалось, рядом с ней пропадали все проблемы и невзгоды, растворялись в воздухе. Она заряжала своей энергией и Морико, так как та начинала больше улыбаться как губами, так и глазами. Морико села у стойки, смотря, как ее подруга порхает, напевая легкую мелодию. Через несколько минут перед девушкой стояла белая чашка ароматного черного чая. — Со вкусом бергамота, как ты любишь Аки немного покачала головой из стороны в сторону и облокотилась на стойку. — Знаешь, я так устала работать. Постоянно нужно держать улыбку, говорить вежливо. А ведь некоторые посетители та-а-ак раздражают. Особенно… Девушка не успела договорить. Звоночек над дверью снова оповестил о новых посетителях. Маленькая компания, громко разговаривая, зашли в помещение и сели за свободный столик. Морико слабо поморщилась, но улыбнулась и подогнала подругу, которая не хотела идти обслуживать посетителей. — Я не хочу-у-у, - простонала Аки, а Морико, взяв ее за руку, повела из стойки. – Слу-у-ушай, Морико-чан, а не хочешь ты их обслужить? Морико снова поморщила нос. — Аки-чан, это твои обязанности — Но я та-а-ак устала. Ты не хочешь помочь подруге? Аки продолжала смотреть своей подруге в глаза, пытаясь околдовать подругу. Морико немного подумала, но все равно отказалась, продолжая тащить девушку из-за стойки. — Бака, - промычала Аки, подходя к столику и надевая вновь улыбку. — Что закажете? Молодой шатен, широко улыбнувшись, нагло взял официантку за руку и нежным голосом сказал: — Двойное самоубийства с Вами будет лучше самых вкусных десертов всех ресторанов мира. — Дазай-сан, я соглашусь только тогда, когда Вы заплатите долг, - выдавливая из себя улыбку, Аки медленно вытащила руку из хватки мужчины и посмотрела на остальных, ожидая их заказов. — Если я заплачу, ты согласишься? – Дазай (как обратилась к нему Аки) продолжал настаивать. — Нет. Что Вы хотите заказать? Морико, все это время наблюдавшая за подругой и посетителями, посмеивалась в кулачок. Надо же, так о нем говорила ее подруга? Теперь понятно, почему она хотела послать ее к ним. Когда девушка вновь повернулась, чтобы посмотреть на подругу, то столкнулась взглядом с тем шатеном в бинтах. Он внимательно оглядывал ее фигуру, а Морико в это время смотрела прямо в глаза. В их омуте что-то таилось, пряталось от людских глаз за пеленой веселья и несерьезности. Девушка всматривалась внимательнее, пытаясь расплести эту паутину актерской игры, но, поняв, что засмотрелась, отвернулась. —Мори-чан? – Аки, тронув девушку за плечо, отпрыгнула от той. Морико немного вздрогнула, испугавшись. – Ты в порядке? — Да, прости. Ты же знаешь, насколько я пуглива, - девушка слабо улыбнулась, пряча взгляд. Ее подруга, недолго задерживая взгляд на ней, ушла на кухню. Морико облокотилась на стойку. Чая в кружке уже не осталось. Девушка, ожидая подругу, призадумалась. Сегодня фестиваль, поэтому людей значительно много, чем в другие дни. И сегодня выступление. Сегодня также будет выступление ее группы, репетиция, на которую она не хотела идти. Телефон иногда вибрировал, оповещая о новых сообщениях. Морико не хотелось читать их, потому что ребята снова будут возмущаться из-за ее пропажи. Она не хочет слышать это жужжание под ухом. — Мори-чан, задумалась? – Аки появилась неожиданно, держа кружку чая. — Да. Слушай, ты пойдешь на фестиваль? — Конечно! Как я могу пропустить его? Мэйо-кун пойдет со мной! – Аки немного покраснела об упоминании парня, которому она явно симпатизировала. — Ты же будешь сегодня выступать? Я хочу услышать твое ангельское пение, - девушка слегка склонилась к подруге, улыбаясь — Как я могу не порадовать свою подругу? – Морико тяжело вздохнула и посмотрела на экран телефона. Спокойная мелодия звонка раздавалась по всему помещению. Ей так не хотелось брать его в руки и отвечать на звонок, но ситуация вынудила. — Акио-сан… - Морико от силы произнесла имя своего приятеля, с которым они вместе выступали на сцене. — Мори-сан, не наглей. Ты должна быть в студии через 15 минут. И без опозданий. Сегодня важный день, не смей его пропускать Акио как всегда был строг. Он дал Морико несколько дней отдыха после подкосивших ее эмоциональное состояние событий, но больше он не мог. Сегодня выступление, Морико не явилась ни на одну репетицию. Да, она умело обращается с голосом и актерской игрой, танцы… более-менее. Но это самый важный день для них как для группы! Столько людей будут смотреть их выступление. Это не уличные игры, когда собирается от силы десять человек. Это настоящее выступление на сцене, на большой сцене, на которой также будут выступать несколько известных в Йокогаме и в других городах группы. — Да, хорошо, - уныло промолвила девушка и, попрощавшись, отключилась. — Прости, Аки-чан, нужно на репетицию. — Неужели, Мори-чан, ты решилась пойти? Удачи! Уже вставая, Морико помахала подруге рукой: — До скорого ** Она чувствовала страх. Морико, медленно подходя к сцене, ощущала, как сердце колотится в ее груди, как кровь передвигается по телу, как легкие впитывают воздух. Ощущения усилились в два раза. Предчувствие чего-то ужасного заставляло ее пальцы, которые сжимали микрофон, дрожать. В голове лишь одна мысль: что-то произойдет. Произойдет что-то ужасное. Морико не могла понять, откуда такое чувство, откуда такой звериный страх окутывает ее тело. — Мори-сан? – Акио, только подошедший к сцене, положил руку на плечо слабо дрожавшей девушке. – Не бойся. Ты хорошо справилась на репетиции (хотя побывала только на одной), значит на сцене все будет хорошо. Выложимся на полную? Хоть он и был тираном, Акио мог поддержать любого своими словами, вселив надежду в сердце. Морико, повернув к нему голову и встретив взгляд голубых глаз, в которых таилось тепло, кивнула: — Да, выложимся на полную! Фестиваль был необыкновенным. В этом году лавочек с различной продукцией намного больше, как и людей. Люди гудели, не обращая друг на друга внимания. Фонари стали зажигаться, освещая дорогу и людей. У всех улыбка на лице, все смеются, все счастливы, не подозревая ни о чем. Выйдя на сцену, Морико на миг задумалась, может, ей это просто кажется, возможно, это ее воображение играет. Сегодня такой хороший день. Сумерки опускаются, люди подходят, места у сцены уже нет. Девушка, осматривая их всех, видит в толпе свою подругу и незаметно кивает, улыбаясь. Нежная атмосфера приближающейся ночи заполняет девушку полностью. Страхи уходят. Невзгоды забываются. Сейчас есть она, мелодия, которую наигрывают ее одногруппники, и чувства, что хотят выйти наружу с помощью слов. Акио встал к микрофону, поддерживая гитару. В голубых глазах плескался огонь и уверенность в самом лучшем выступлении за все время создания их группы. «Все будет в порядке», - уверила в мыслях девушка, смотря на уверенные движения Акио. ** Музыка играла, Морико, которая все это время пела и танцевала, устала. Нужен был отдых, но осталось еще две песни. Девушка иногда сходила со сцены к людям, танцевала между них, продолжая петь, и призывала людей к движению. Дети крутились около нее, пытаясь повторить движения, взрослые тоже постепенно стали открываться и не стесняться двигаться. Морико понимала, что уйти со сцены, значит лишить людей малой возможности повеселиться, поэтому она держалась. На последней песне ноги кое-как держали девушку – столько движений изрядно забрали сил. Девушка, невидящим взглядом, оглядывала толпу и заметила между людей странные силуэты. Они настолько выделяются, что их не легко не заметить. Морико, сфокусировавшись, смотрела на них. Белая ушанка, непривычная японцам, странный клоунский костюм. Актеры? Нет. Они выступают в совсем другом месте, но возможно не успели сменить костюмы. Песня начинала заканчиваться. И страх снова пронзил девушку насквозь. Ноги подкосились, но она ухватилась за микрофонную стойку. Ее всю трясло из стороны в сторону. Она повернула голову в сторону Акио, но тот с испугом смотрел вперед. А потом прозвучал взрыв. Под сценой. Девушка не заметила, как оказалась на земле, как прокатилась по ней и ударилась о стену здания. Тело болело. А левую руку она не чувствовала вовсе. Мутные глаза были направлены на огонь, что пожирал стену. Крики людей доносились через пелену, охватившую слух. Они кричали, визжали, пытались убежать. Как испуганное стадо, не знающее выхода. Но люди не могли выбраться, и Морико не понимала, почему. Огонь постепенно стал увеличиваться. Девушка боялась огня, хоть он и завораживал. Сил у нее не осталось, и она была бы рада упасть во тьму, ничего не ощутив, но желание помочь пересилило. Морико стала петь. Тихо, надрывно, больно. Из последних сил, что у нее оставались, она, лежа на земле, пыталась остановить огонь. Вытянув одну рабочую руку вперед, она мимолетно пела о том, как огонь, охвативший город, ушел и превратился в пепел. Так оно и произошло. Огонь стало тянуть к девушке. Ей было страшно, а вдруг она обожжется. Но огонь не принес никаких ощущений, только немного тепла в ладони. Пожар уменьшался. Медленно, словно по волшебству, он превращался в руках у Морико в пепел, который осыпался на асфальт около нее. Когда весь огонь исчез, девушка, выдохнув, закрыла глаза и провалилась во тьму, не заметив подошедшего мужчину, оглядевшего всю ее фигуру и разочарованно вздохнувшего. ** Журчание воды разбудило Морико. Она открыла глаза и увидела раскинувшееся голубое небо. Ни единого облачка на нем не было. Зеленая трава, на которой она лежала, немного щекотала девушку, а ярко светящее солнце согревало хрупкую фигуру. Шелест листьев раздавался справа, борясь с журчанием воды. Морико медленно поднялась и огляделась. На небольшой поляне, посреди которой она стояла, не было ни цветочка, только зеленая трава тихо шелестела из-за слабого теплого ветерка. Там, впереди, находился ручей, шириной в два-три метра, а дальше лес. Это не был тот страшный, отгоняющий от себя лес, веющий тьмой и мрачностью. Этот лес напоминал картинку из мультика и сказок, из рассказов матери и отца (когда они укладывали ее брата спать). Зеленые кроны высоких деревьев немного покачивались, а листья сверкали под лучами солнца. Среди этих деревьев можно было заметить тропинку. Она вела все дальше и дальше, Морико не могла разглядеть, куда именно. Любопытная по своей натуре, она решила перейти через ручеек, прыгая по выступающим камням. В лесу было тихо. Ни птиц, ни животных не было слышно. Все словно замерло в ожидании неизвестного. Девушка, покрутив головой и осмотрев все пространство, ступила на тропинку и дала ей власть вести себя в неизвестность. Путь был недолгим. Минут через девять девушка увидела еще одну поляну, а на ней деревянную избушку, окруженную прекрасными цветами. Поляна была ухожена, трава подкошена, а цветы, будто в период весны, цвели в полную силу, разнося свой прекрасный аромат. Морико застыла на месте. Эта идиллия похожа на рай. Тот, о котором она мечтала. Это место ей часто снилось во снах, но до избушки она никогда не доходила, наслаждаясь природой. Здание выглядело новым, недавно построенным, от досок все еще исходил запах дерева, а на крыльце, на которое успела взойти Морико, не было ни пылинки. Рука, которой она провела по поручню, взбираясь, оказалась чистой. «За домом точно ухаживают. Но кто?» - подумала Морико, проходясь по крыльцу. Позади ничего не было, кроме густого леса. И впереди тоже. Тропинка исчезла, будто ее поглотил этот лес. Морико нахмурилась. Это странно. Очень странно. Она подошла к деревянной двери. Что-то в груди замешкалось. В голове стали появляться мысли о том, что не стоит ее открывать, это принесет только беды. И в другой раз Морико бы послушала мозг, но это всего лишь сон. «Всего лишь…», - повторила она и, глубоко вдохнув, взялась за ручку двери, открывая ее. ** «Пусто...» На месте взрыва, ограниченном сигнальной лентой, ничего не было. Обломки и лавки убрали. Погода не была благосклонна. Она словно отражала настроение людей – страх чувствовался в холодном воздухе, а отчаяние можно было увидеть в пасмурном небе. Мне самой было страшно находиться на улице. Казалось, что вот, сейчас, произойдет что-то плохое, и я не смогу спастись. Аки-чан сообщила, что взрыв был не один – еще в нескольких людных местах. СМИ верещали, что никто не погиб, но много людей пострадало. Я была в их числе. Два дня назад выписали из больницы, напоминая быть осторожной. Люди сейчас прячутся в своих домах, а те, кто работают, передвигаются на транспорте. Террористический акт, как говорят в новостях, взбудоражил всех. Кто-то придерживается мнения, что это была снова Портовая мафия, столкнувшаяся с мелкой группировкой, а кто-то (большая часть), что это был террористический акт со стороны неизвестных. Но смысла в этих взрывах никто не нашел. И так никто и не понял, что хотели сказать террористы. На произошедшее власти не сильно отреагировали. Полиция взялась за это дело, но никаких продвижений не виделось. «Мы работаем», - твердили из полицейских участков, а народ все больше опечаливался. А вдруг случится что-то большее, чем взрыв? Я повернулась, услышав позади послышался шорох и мужской голос. — И почему мне так не везет? – проговаривал шатен, согнувшись. Светло-коричневое пальто слабо разлеталось в стороны, а карие глаза посмотрели в мои. Я сглотнула и отвернулась. В институте скоро начнутся пары, не стоит опаздывать, или Акио-сан снова будет злиться. — Здравствуйте, - перед глазами появился тот шатен, немного склонил голову в правую сторону и улыбнулся, прикрывая на секунду глаза. — Вы подруга Аки-чан? — Да. Ооно Морико. — Дазай Осаму. Приятно познакомиться, - парень протянул мне руку. Я, немного помедлив, пожала ее. — Взаимно. Он внимательно осматривал меня, как и в прошлый раз. Я же продолжала глядеть на забинтованные руки, виднеющиеся из-под пальто. На его шее также были бинты. Чистые, белые… Где-то внутри, глубоко-глубоко, в голове слышалось «Осторожно!» таким ревом, что можно было оглушить. Что-то кричало об опасности, когда я находилась рядом с этим человеком. Как и в прошлый раз. Я вспомнила о нем, когда взглянула в карие глаза. Те же самые спрятанные только в зрачках эмоции не давали покоя, а улыбка, что потеряла свою искреннюю дружелюбность, напрягала. Это поведение не то, эти движения странны, а слова фальшивы. Весь он пропах фальшью. Это неприятно. — Не хотите выпить чаю со мной? – предложил парень, продолжая улыбаться. Натянуто или нет, мне не хочется размышлять. — Можно, - с минуту ответила я, отводя взгляд. Кафе встретило теплом и запахом кофе, который я не очень любила. Лакомства на витрине так и звали попробовать их, но я отвернулась. Плохо. Дазай заказал тот же чай, что и я. Официант ушел, а мы так и не заговорили. Я смотрела в окно, за которым начал капать дождь. А говорили, что будет солнечно. — Морико-сан, ты поешь, да? Я повернула голову в сторону парня. Тот водил пальцем по столу, смотря на меня. — Да. А Вы чем занимаетесь, Дазай-сан? — У тебя хорошо получается, - он посмотрел на подошедшего парня, который расставил чашки с ароматным чаем. — Я работаю в Детективном агентстве, офис которого находится над кафе, в котором работает Аки-чан. — А подробнее можно рассказать про вашу организацию? Он ухмыльнулся. — Хех. Мы расследуем дела, с которыми полиция не может справиться. Звучит странно. С какими делами не может справиться полиция? Она должна отдавать все силы на защиту города и прав человека. — Морико-сан, ты когда-нибудь слышала об эсперах? – спросил Дазай, пододвигая мою чашку чаю, о которой я и вовсе забыла. Я ухватилась за чашку, согреваясь. Вопрос был неожиданным, и я задержала дыхание от удивления. — Эсперы? Странное название. Кто это? – я удивленно посмотрела на него, пытаясь выразить в глазах вопрос. Он пытается читать людей по их действиям и глазам. «Глаза – зеркало души». Это мысли, которые мы прячем ото всех, эмоции, которые не дают покоя. Если хочешь обмануть другого, обмани себя. — Ты не местная? – вновь спросил Дазай. — Ходит легенда, что существуют люди, обладающие невероятными способностями, больше похожие на магические. — Фэнтези какое-то, - посмеялась я в кулачок. — Верь – не верь, но они и правда существуют Я выпустила из рук почти пустую кружку. Руки слегка дрожали, я спрятала их под стол, нервно перебирая пальцы. Шок, удивление, нужно продолжать играть. —Это… невозможно… - прошептала я, смотря, как руки Дазая тихо стучат по столу. — Наша организация как раз состоит из таких людей. В Портовой мафии (о которой, надеюсь, ты слышала) тоже есть такие люди. Я посмотрела на него, выпучив глаза. — Зачем ты мне все это рассказываешь? — Потому что ты можешь помочь. — Я? Помочь? Чем? – я задыхалась. Неужто… — Ты ведь тоже эспер, Мори-чан. ** Солнце слепило глаза. Воскресное утро было шумным. Люди вышли на улицы города, возвращаясь к обычному образу жизни. Группы подростков вновь громко смеялись, взрослые раздраженно поглядывали на них, дети бежали на игровую площадку или на пляж. Все возвращалось в свое русло. Я ходила и рассматривала витрины магазинов. После недавнего разговора, я боялась встретиться с Дазаем. Не имею представления, как он узнал о моей способности, но это не отменяет того факта, что теперь, чтобы не раскрыть свою тайну людям, я должно ему чем-то помочь. В кафе он не разъяснил подробностей. Пришлось дать ему свой номер телефона. Иногда он мне звонил, чтобы «просто поболтать», а я, дрожа всем телом, боялась брать телефон в руки. В голове полная неразбериха. Мысли скачут то в одну сторону, то в другую. Я не успеваю осмыслять одно, как появляется другое. Это раздражает. Я остановилась, пытаясь прийти в спокойствие. К чему это раздражение и страх? Ничего не произойдет, если Дазай раскроет мою способность другим, ничего не будет, если я буду с ним общаться, и ничего не будет, если я помогу ему. Вооруженное Детективное Агентство, из рассказов Аки-чан, на стороне добра. Вот только темные крапинки в глазах Дазая говорят о противоположном. Я провела руками по лицу, выдыхая. Все будет в порядке. Стоит перестать уделять много внимания чувствам и начать думать головой. Разум – ценная вещь для таких эмоционально неуравновешенных как я. По спине пробежался холодок, а потом в мою спину кто-то врезался. Я повернула голову. — Смотри, куда идешь! – крикнула маленькая девочка, которая напоминала милейшую куколку. К нам подошел мужчина возрастом около тридцати-сорока. Он был одет в медицинский халат, его черные волосы были зачесаны назад, а глаза, что устало смотрели то на девочку, то на меня, были красными. — Прошу прощения за грубость Элис, - мужчина легонько кивнул и подозвал девочку к себе. Я посмотрела на девочку. Она раздраженно цыкнула и подошла к мужчине. — Элис, извинись перед девушкой, - мягко произнес он, гладя ее волосы. — Не буду. Это она виновата, - девочка сложила руки на груди и отвернулась от мужчины. — Элис, - устало произнес доктор (?) — Ох, все в порядке, - я замахала руками, немного смутившись. — Не беспокойтесь. — Вы слишком добры, - мужчина улыбнулся и прикрыл глаза. В груди что-то защемило. Он сейчас сделал в точности, как и Дазай несколькими днями раннее. Я нервно посмеялась и, улыбнувшись, попрощалась с этой странной парой. Слишком странно. Я испытывала те же эмоции перед этим человеком, как и рядом с Дазаем. Они похожи. Не прошла я и десяток метров, как позади послышался взрыв. Я подпрыгнула на месте и резко повернулась. Рядом с тем мужчиной горела машина. Огонь охватил ее полностью. Люди стали собираться около них. Я плохо видела, что там происходило. Я смотрела на происходящее через пространство между людьми. Все перешептывались, поэтому не было слышно, что происходило около машины. К тому доктору подошел полицейский, который, наверное, стал расспрашивать о происходящем. Казалось, ничего страшного, но потом кто-то закричал, и люди, столпившись, поддержали крик. Я не поняла, что произошло, но увидела, как доктор, раненный, держится за живот, а его рука окрашивается кровью. Тот полицейский… Меня вытолкнули из толпы, я стояла позади нее. Между людьми я увидела того полицейского, который снял свою шапку. Черные волосы разлетались в стороны, а фиолетовые глаза, полные спокойствия и какой-то пустоты, взглянули на меня. «Если встретишь его, останови» Я схватила его за руку, когда он пробегал мимо меня. Он на миг остановился, свел к переносице брови и сощурился. Я, не теряя ни секунды, пропела небольшой отрывок и отпустила холодную руку, на которой теперь вырисовывался маленький значок скрещенных стрелок. Парень посмотрел на меня, а потом на руку, фыркнул и убежал, сливаясь с толпой. ** Звонок. Я побегаю к двери и открываю ее. Дазай, насвистывающий мелодию, застыл на месте. Я взяла его за рукав пальто и затащила в квартиру. — Мори-чан, чем ты так взволнована? — спросил Осаму, пока снимал пальто. — Это… Тот человек… Федор… - я не смотрела на парня, но чувствовала, как он напрягся всем телом. — Я видела его сегодня. Я прошла на кухню, где стоял уже заваренный чай, и села на стул. Парень сел напротив меня. — Что произошло? – парень взял в руки чашку, но не отпил, а посмотрел на меня, немного щурясь. Точно также, как и он. — Машина какого-то доктора взорвалась. К ним подбежал полицейский, который в последствии ранил человека. Он попытался скрыться. Когда я увидела его лицо, то не думая ухватилась за руку и.. воспользовавшись способностью, наложила на него «заклинание». — Я слышал о произошедшем… Наш глава тоже пострадал Я удивленно посмотрела на него. — Что за «заклинание»? – он отпил немного чая. — Необычный на вкус, кстати. — Спасибо, - как-то смущенно сказала я. — Позволяет два раза в сутки на десять секунд увидеть то, что видит тот человек. На большее я не смогла. Дазай на минуту призадумался. — Это уже достижение для нас. Ты молодец, Мори-чан. Завтра посетим Агентство. Ты должна рассказать обо всем моим приятелям. Я немного поерзала на стуле. Не хотелось мне идти туда, в место, где я никого не знаю. Может, они окажутся столь же пугающими, как и Дазай, или тот доктор, Достоевский… — Слу-у-у-ушай, Мори-чан, а не хочешь посмотреть фильм? – предложил Дазай, кладя голову на скрещенные руки. Раз Два Три — Что? Я не ожидала такого предложения. Особенно в собственной квартире. — Нам надо отвлечься от всего этого, - он улыбнулся. — Давай, - все же согласилась я, надеясь снять напряжение. ** Я проснулась посреди ночи на диване, укрытая одеялом. Телевизор был выключен, на столе не было миски из-под попкорна. С балкона веяло прохладой. А Дазая рядом не было. Он должен был остаться у меня, так как по окончанию фильма было уже достаточно поздно, чтобы возвращаться домой. Дазай вежливо согласился, хотя немного посмеялся над ситуацией. Даже не помню, когда я успела уснуть. Дверь на балкон была открыта. Дазай, облокачиваясь на стену, сидел на перилах и невидящим взглядом смотрел куда-то вперед, где мигали прекрасные огни Йокогамы. Я облокотилась на перила, всматриваюсь во тьму. Йокогама никогда не спит. И даже сейчас, посреди ночи, можно было услышать голоса людей, разгуливающих по темным улицам города, машины, чей мотор эхом отдавался на балконе. Дазай долго молчал, словно не замечал меня. Он был полностью поглощен в себя. Удивляюсь его сосредоточенности. Но через несколько минут я все-таки услышала его голос: — Ты когда-нибудь теряла то, что так долго искала? Это, наверное, было впервые, когда я услышала искренность. Чувство горечи и грусти были влиты в голос. Он не старался скрыть себя. Он понимал, что это бесполезно. — Да, многое. Друзей, любовь, семью, себя… Я многое потеряла, но и многое приобрела. — А я потерял друга… Видимо, такова моя судьба - терять то, что я так долго искал, в момент обретения. Я посмотрела на него. Глаза все также опустошенно смотрят вдаль, а руки невесомо покачиваются. — Звучит немного эгоистично, - я горько ухмыльнулась. – Мы не замечаем того, что имеем до тех пор, пока не потеряем. Раскрой глаза. Рядом с тобой наверняка есть те, кто дорожит тобой. Прошлое есть прошлое. Оно должно учить нас. Но мы не должны зацикливаться на нем, начинать жить прошлым. Не потеряй себя, Осаму, в океане горечи и грусти, потому что тогда ты утонешь, позабыв вкус воздуха. ** В Вооруженном Детективном Агентстве было достаточно шумно. Все голоса сливались один неразборчивый гам, от которого болела голова. После той ночи прошло несколько дней. Дазай отложил наш поход в Агентство, уверяя, что сейчас крайне опасно мне выходить на улицу. Мы смогли убедиться, работает ли мое «заклинание» или нет. В тот момент, когда я его активировало, передо мной предстал пепельно-серебристый мужчина высокого роста. Глаза как-то ненормально смотрели мимо меня. В руках у него была странная маска, а около него, облокотившись на стол, стоял серп. Я старалась более детально описывать все Дазаю. Я даже смогла услышать несколько слов, которые не могли составить полную картину. Но потом меня резко выкинуло, и я начала заваливаться назад, так как все то время стояла. Осаму успел словить меня, но упал все же вместе со мной. И тогда я испытала самое большое смущение в моей жизни. Лежа на мне, он ухмылялся и смотрел в мои глаза. Я же пыталась взглядом зацепиться за что-нибудь, чтобы не думать о парне, что лежит на мне. Сердце тогда как-то необычно ойкнуло. Осаму-кун часто навещал меня дома, приносил продукты и надолго оставался. Постепенно страх и неудобство перед ним проходили. Мы часто разговаривали на обыденные темы, он много шутил, рассказывал про дела, которые раскрывал, работая в Агентстве. Однажды он затронул одну тему, на которую я ни с кем не говорила. Даже Аки я рассказала всего лишь результат. Любовь… «Была, - вздохнула я, нарезая салат. — Мы любили друг друга. Почти всегда были вместе. Когда я переехала в Йокогаму, он стал первым, с кем я познакомилась, и первым, кто помог мне освоиться здесь. Я впервые была счастлива находиться в обществе человека… Но в один из дождливых дней меня перемкнуло, и я, не управляя телом, поехала к нему. Мы с интуицией живем в согласии. Я доверяю ей. Ну.. Увидела его с другой, в шоке не могла ничего вымолвить и просто смотрела, как он пытался объясниться, оправдаться. Тряс меня за плечи и даже повышал голос… Я… Тогда я и потеряла любовь. Опустошенная стояла на улице под ливнем и не замечала ничего вокруг. Словно утонула или уснула, ничего не чувствуя. Конечно, горечь осталась в душе малая, но не останавливаться же на этом, - я повернулась к парню и искренне, как только могла, улыбнулась. — Жизнь продолжается.» Тогда парень просто подошел и обнял меня. Я покраснела до ушей, но не оттолкнула. Он ничего не говорил, просто дышал около моего уха, все крепче и крепче прижимая к себе. От этого стало намного легче… Осаму стал больше внимания уделять мне, делал разные жесты, понимать которые я напрочь отказывалась. Внутри все теплился страх быть брошенной. Даже сейчас, стоя посреди кабинета, окруженные неизвестными людьми, Осаму обнимал меня со спины, представляя приятелям. — Приятно познакомиться, - сжато выразилась и опустила глаза на руки Осаму. Тому хоть бы хны. Я пыталась осторожно отодвинуться от него, а он с силой притягивал к себе. Мы немного поговорили. Ребята оказались дружелюбными. Каждый из них отличался, никто не был ни на кого похож. Йосано-сан ударила Осаму, тем самым высвободив меня из оков. Осаму подробно объяснил, что представляет из себя мое «заклинание», и попросил показать. А для достоверности на ухо прошептал: — Протранслируй все это и нам, Мори-чан Я вздохнула. На это уйдет больше намного больше сил, поэтому я предупредила парня о возможном истощении. Песня началась. Сначала я видела только белый свет. Это сверкание ослепляло. Я попыталась закрыть глаза, но не получилось. После передо мной предстало множество экранов, разные локации, постоянно сменяющиеся картинки. Глаза разбегались в разные стороны. Я внимательно на них смотрела, не силясь отвести глаз. Главная улица Йокогамы, магазинная улица, парк, который находится перед моим домом... «Стоп!» Этот парк находится напротив моего дома, отчетливо можно заметить, кто выходит или заходит в здание. Это…невозможно. Может, просто совпадение… Через десять секунд меня вырвало из видения. Я не удержалась на ногах и снова стала заваливаться назад. Осаму, приходивший в себя, успел среагировать. Он поймал меня, но в этот раз не упал. Дежавю Я пыталась прийти в себя. Осаму подал мне стул, на который я села. Он облокотился на спинку. Его дыхание щекотало мои волосы. Он пытался вдохнуть их запах. Я боялась пошевелиться. После долгих разъяснений и создания стратегии я, пытаясь спастись от этого шума, вышла в коридор и, чуть пройдя, облокотилась на стену. Хотелось спать, глаза так и хотели закрыться. — Мори-чан, - передо мной появился Осаму. Я сонно взглянула на него. Все веселье, которое до этого плескалось в нем всем, пропало. Серьезное выражение лица, немного нахмурился, глаза внимательно смотрят на меня, а голова слегка наклонена в сторону. — Что такое, Осаму? – спросила я после минуты молчания. Он встрепенулся, несколько раз поморгал, а после стал медленно подходить ко мне. Сон как ветром сдуло. Я стала прижиматься к стене все ближе и ближе, думая слиться с ней. Но никак не получалось. Парень стоял передо мной. Его дыхание щекотало нос, руки расставлены по обе стороны, а одно нога поставлена между моих. — Осаму? – коротко произнесла я. Я сглотнула. Страх нарастал, мои руки немного подрагивали, а глаза не хотели ловить его цепкий взгляд. — О, Мори-чан, Мори-чан, - лениво произносит он и касается своим лбом моего. – Ты такая жестокая: отталкиваешь меня, не замечаешь… Мне грустно от этого — Я… не понимаю, о чем ты, - прошептала я, задыхаясь — Мори-чан, тебе стоит научиться врать. Ты не глупенькая, должна была понять уже давно, что ты мне нр… Я не хотела, чтобы он закончил, поэтому резко и неожиданно для самой себя зажала его рот двумя руками. — Н-н-не нужно, - я была сильно смущена. Дазай одной рукой взял мои и поднял над моей головой. Я уже не понимала, что происходит, просто потерялась в пространстве. Он, словно в замедленной съемке, взял мою голову свободной рукой, приподнял ее и, приблизившись, поцеловал. ** В квартире на этот раз было тихо. В последнее время здесь часто бывал Осаму: смотрел фильмы, готовил (очень вкусно), прибирался или рассматривал мои вещи. На произошедшее я не знала, как реагировать. Не было однозначного ответа. Чувства не плескались как волны океана во время урагана, но и сказать, что я совсем ничего не чувствовала, нельзя. Меня тянуло к нему – единственное, что я могу утверждать. Я попыталась включить свет, но не получилось. Снова пробки вырубило? На улице солнце уже заходило, окрашивая небо в алый цвет, облака, составляя невероятную картину, незаметно плыли. Только кровава-красный свет освещал мою комнату. На столе, на кухне, лежал конверт и несколько цветков энотеры. На конверте нет имени отправителя, но есть значок маленькой крыски. В конверте была только фотография моих родителей и брата, которые, ничего не замечая, прогуливались по цветочным полян Хоккайдо. Это…невозможно Я еще раз оглядела фотографию. На обратной стороне были инициалы «Ф.Д». Он хочет встретиться? Зачем? ** Ярость была фонтаном во мне. Я не общаюсь со своей семьей, но я люблю ее. Это те люди, которые вырастили меня, дали знания и немного любви. И тронуть их я не позволю никому. Улицы сменялись одна за другой. Я чуть ли не бежала на встречу с ним. Хотелось ударить его так сильно, что из носа бы пошла кровь. Хотелось накричать, тем самым заткнув его. Я не могла сдерживать себя. Не хотелось… Когда я уже подходило к переулку, в котором должен был стоять он, я на минуту остановилась, достала телефон и отправила сообщение Дазаю с адресом своего нахождения. Надеюсь, он поймет, что этот значит. В переулке стоял он один. Черный плащ, у шеи обитый белый мехом, спокойно лежал и не шелохнулся, когда я влетела в этот переулок, остановившись в метре от мужчины. Белая ушанка, лежащая на темных волосах, напомнила мне о фестивале. Я помню ее. «Те актеры…» Аметистовые глаза, в которых не было устрашающей пустоты, смотрели четко на меня. Не отрываясь, не моргая. Я сморщила носик и отвела взгляд в сторону. Он был слишком тяжелым. Руки подрагивали от страха. Осаму рассказывал о нем, о его деяниях и огромном уме, и я сама видела, что он мог вытворять. Может, глупо было идти на встречу с ним одной. Но, зная таких людей, они могли взять мою семью в заложники и в любой момент убить. А она ведь ни в чем не виновата. — Что…Что тебе нужно? – подала я, наконец, голос. Такой слабый и наполненный страхом писк. — Так и думал, что это твоих рук дело, - указал он на свою ладно, где был значок перекрещенных стрелок. Я смотрела на тонкую изящную ладонь с длинными пальцами. Если бы не это «заклинание», то я бы его не смогла найти. — Что тебе от меня нужно? – повторила я вопрос более четче. — Ты, - коротко ответил он. — В каком смысле? – я бесилась. — Что с моей семьей? Зачем ты все это делаешь? Я стояла и боялась шелохнуться. Моим оружием был голос, который я то повышала, то понижала. На сегодня я использовала свою способность, когда посмотрела, где находится Федор. Спасение – только бегство. — Твоя семья в порядке до тех пор, пока.. — До тех пор, пока я подчиняюсь тебе? Ты понимаешь, что это… — Ужасно? – он усмехнулся. — Морико, это только начало. Я слышала, как мимо переулка проезжали машины, как люди, незаинтересованные в происходящем, проходили мимо. Может, позвать на помощь, попытаться сбежать, а потом, найдя помощь, спасти семью? Сосредоточенная, я не замечала ничего. Ушла в глубь своих мыслей, не заметив, как Достоевский начал приближаться. Только когда он схватил мой подбородок мертвецки холодными пальцами и немного приподнял его, я, вздрогнувшая не то от ужаса, вселившегося его глазами, не то от страха перед неизвестностью, не могла ничего сказать. «Страшно…» - билось в голове. — Ты боишься… - сладостно произнес Федор. — Что будет делать птичка, загнанная в клетку? — Пытаться из нее выбраться любой ценой, - процедила я и, дернувшись, попыталась убежать. Но Федор меня быстро поймал, заключив в объятия. Я дергалась, била ногами, пытаясь попасть хоть куда-нибудь. Нужно было что-то делать, а не стоять на месте. А потом сильная боль пронзила шею. Я запищала, но мне закрыли рот ладонью. Голова начала кружиться. Я без сил опустила руки. Тело постепенно перестало слушаться меня, и я повисла на руках у Федора, который без особой нагрузки поддерживал меня. Мысли о спасении стали путаться, я пыталась думать о другом, но не получалось. Я ничего не могла уловить. Меня клонило в сон, а перед глазами все сгущалось, превращаясь в черную массу. Так и поняв, что со мной произошло, я упала во тьму, все еще вися на руках у Федора. ** Дазай не сразу понял сообщение Морико. Он стоял у одного магазинчика, где продавались отличные пирожные. Морико любила их, а он хотел ее порадовать и поговорить за чашечкой полюбившегося ему чая. Она умело его заваривала. Вся ее квартира пахла чаем. Ему это особенно нравилось. Он стоял у витрины, разглядывая пришедшее смс. А потом сорвался с места, ища такси. Нет, она не могла пойти туда просто так. А «Ф» в конце означает… Озарение пробило голову. Зачем, зачем она пошла туда одна? Почему не взяла его с собой? Столько вопросов, а ни одного ответа в голове. Когда он прибыл уже на место, то ничего не увидел. Не было ни девушки, ни Федора, ни кого-либо еще. «Не успел», - било в голове. Он не спел спасти ее. — Черт! – закричал он и ударил кулаком в кирпичную стену. Зачем она ему? Чего он хочет добиться? Дазай жмурился, пытаясь успокоиться. Он только нашел ту, с кем готов был проводить ночи на пролет, ту, с которой даже просто молча сидеть и обниматься было наслаждением. И она пропала, исчезла! Почему он снова теряет драгоценное для души? Это его судьба или наказание за прошлое? Он медленно вздохнул. Раздражение и паника здесь не помогут. Он не спасет ее, если будет биться головой о стену или резать руки. План. Нужен план. Осаму в последний раз провел взглядом переулок и, уже собираясь уходить, заметил на земле что-то красная. Это красная нить. Морико… Морико всегда носила ее на руке. Как-то раз он спросил, почему она носит ее. Девушка, грустно улыбнувшись, сказала: «Это единственный подарок от моей матери». Что-то дорогое для ее сердца… Он поднял эту нить, прижал к груди и в мыслях поклялся, что найдет ее. Он спасет ее. **

Потерять любимого человека — это страшно, но еще страшнее так никогда его и не встретить

Марк Леви «Первый день»