Monstrous lover

— Но ведь сейчас я тебе полностью доверяю! — Хината обиженно посмотрел на беловолосого. — Знаю-знаю. А я полностью доверяю тебе. — Я рад это слышать, — русоволосый улыбнулся и лёг на кровать, смотря в потолок. — Снова о чём-то думаешь? Пожалуйста, не говори, что ты скрываешь от меня что-то ещё. — Нет, я просто... Кое-что понял. — И что же? — вампир сел рядом и погладил Хаджиме по голове. — С тех пор, как ты появился в моей жизни, ты стал моим наркотиком. Я стал зависим от тебя. — Правда? Я... — Нагито покраснел и хотел что-то сказать, но не успел. — Ты слышал это? — Хината подорвался с кровати, — лестница скрипнула. — Что? — Мои родители приехали. Прячься в шкаф. — Окей, — Комаеда тихо открыл дверцы шкафа, собираясь залезть внутрь. — Стань летучей мышью. — Летучей мышью? — Ты так будешь менее заметным. — А, точно. Ты всегда был самым умным, — беловолосый улыбнулся и спрятался в шкафу. Русоволосый взял какую-то книгу с полки и упал на кровать, делая вид, что читает что-то интересное. Вскоре дверь открылась, и в комнату вошли его родители. Они как-то странно посмотрели на сына и обошли его спальню. — Мам? Пап? Что-то не так?.. — С кем ты здесь разговаривал? — женщина подошла к окну и проверила, закрыто ли оно достаточно плотно. — Сам с собой. А что в этом такого? Я просто так сосредотачиваюсь. Почему вы так странно себя ведёте? — Не хамите, молодой человек, — мужчина строго посмотрел на сына. — Но я и не ду... — Тихо. Родители прочесали всю комнату, а затем заметили шкаф. Хаджиме уже готов был забрать вампира и выпрыгнуть в окно, чтобы не попасть под раздачу, но терпел и надеялся до последнего, что летучая мышь не будет найдена. Когда же открыли шкаф, он напрягся, сводя брови к переносице, и нервно сглотнул. Неужели родители смогли узнать о существовании Нагито? Но ведь они не видели его. Мама начала рыться в шкафу и вскоре нащупала там пушистый комочек. Она отскочила, испуганно смотря на одну из полок, и перевала взгляд на сына. — Что? — Что у тебя в шкафу? Оно мягкое, тёплое и дышит. — Я понятия не имею, о чём ты, — "Действительно, не мог же Нагито не дышать? Я дурак. Надо было просто выпустить его на улицу, но я запаниковал и... Вот" — Да? — женщина набралась храбрости и достала из шкафа летучую мышь, а затем выронила её на пол. — Что ты вообще там искала? — Хината подобрал вампира и спрятал в ладонях, прижимая его к груди, а тот в это время тёрся об него, стараясь успокоить боль от падения. — Мы слышали, что ты с кем-то разговаривал, когда входили в дом, — мужчина скрестил руки на груди, — сначала мы даже в какой-то степени обрадовались, ведь у парней твоего возраста уже есть девушки, а ты у нас сидишь дома. Но потом мы поняли, что голос был мужским. Ты признавался в любви парню. И где он теперь? Не мог же он вылезти через окно? — Тут никого нет. Только я и эта летучая мышка, которая случайно залетела ко мне в комнату и врезалась в стену. Я просто хочу ей помочь. — Не переводи тему. — Я правда был один. — Хочешь сказать, что мы глухие? — Нет! Я просто хочу сказать, что вам, наверное, послышалось. Может, у соседей кто-то разговаривал? — Хм... Ладно. Родители вышли из комнаты сына, оставив его одного. Тогда русоволосый усадил Комаеду на кровать и прилёг рядом, поглаживая его по голове. Беловолосый молча стал вампиром обратно и крепко обнял Хаджиме, уткнувшись носом ему в плечо, а тот прошептал: "Всё обошлось". Но спустя пару секунд в комнату вновь ворвались родители Хинаты. Парни сразу отстранились друг от друга и испуганно посмотрели на вошедших, а вампир, не успев стать летучей мышью и спрятаться, закрыл свои клыки ладонями — Ага, вот он где! — женщина начала таскать Нагито за волосы. — Патлатый, бледный, худой. Что ты в нём нашёл? Лучше бы с Нанами встречаться начал! Где ты это чудо вообще откопал? — Прекрати, ты делаешь ему больно! Что на вас нашло?! — русоволосый нахмурился и попытался убрать руку мамы от Комаеды. — На нас нашло то, что наш родной сын... Любит это. Чем оно привлекло твоё внимание?! — Хватит оскорблять его! Вы его совсем не знаете, чтобы так осуждать! — Хината-кун, не надо... — Комаеда с жалостью посмотрел Хаджиме в глаза. — Так посвяти же нас в этого урода. — Он не урод! Это первое. А второе. Хорошо! Это должно было случиться. Мы не могли вечно скрываться. Что ж, это Нагито Комаеда. Он очень добрый, умный, заботливый и так далее. Мы познакомились с ним, когда он помог мне. Я упал в обморок на улице, а он забрал меня к себе и попросил старших помочь. У него умерли родители, когда он был ребёнком. Он жил сам долгое время, боролся с болезнями, а потом Киригири-сенсей сделала его... — Хината убрал ладони беловолосого от его рта, — вампиром, чтобы он выжил. А ещё он спас Нанами от насильников. И мы любим друг друга. Поэтому смиритесь с этим! Родители русоволосого начали кричать на него, а тот возражал им. Вампир пытался успокоить Хаджиме, но тот не мог вести себя сдержанно, когда его хотели разлучить с его пушистым лучиком надежды и счастья, который изменил всю его жизнь. В какой-то момент Хината начал проваливаться в темноту, а затем он не выдержал и упал на руки Нагито.

***

— Хаджиме, вставай... Комаеда поглаживал русоволосого по голове, стараясь привести того в чувства. Хаджиме нехотя открыл глаза и заметил, что лежит на кровати, а беловолосый сидит рядом с тазиком на коленях. Тут же парень нащупал на лбу холодный платок и тяжело вздохнул. Он взял вампира за руку и прижал её к щеке. — Мне приснился кошмар... Будто мои родители догадались о твоём существовании и хотели разлучить нас. — Не хочу тебя расстраивать, но это был не сон... — Не сон? — Хаджиме осмотрелся. — Но где они тогда? — На первом этаже, наверное. Ты упал в обморок, а я выпроводил их, запер дверь и остался с тобой, чтобы тебе стало лучше. — Выпроводил? Но как? — Это долгая история. Я их буквально вытолкал, а потом захлопнул дверь перед носом. — Вот как... Не понимаю, что на них нашло. Они были такими добрыми и понимающими раньше... — Не расстраивайся, апельсинчик, я уверен, что всё наладится. — Почему они не могут просто принять тот факт, что мы любим друг друга? — Хината приподнялся на руках, смотря куда-то сквозь комнату. — Не напрягайся. Тебе может стать хуже. Они устали после дороги. Дай им время, — Нагито погладил русоволосого по щеке и уложил обратно, — я всегда буду рядом. Нас никто не разлучит. Поверь мне. А сейчас расслабься и подремай. — Чем ты им не понравился? Они просто тебя не знают! — Тише. Не изводи себя так. Уже поздно. Ложись спать. — Но... А как же ты? — Я могу посидеть рядом с тобой, а потом улететь обратно ещё до рассвета, если, конечно, ты этого хочешь. — Хочу. Очень хочу. Эх, если бы не мои родители, мы могли бы провести вместе ещё один день... Почему они вообще приехали так рано? Они должны были вернуться только через три дня! — Не переживай. Никто и ничто нас не разлучит. Засыпай. Во сне всё плохое исчезает. Хаджиме кивнул, укрыл Комаеду и себя одеялом, а затем устроился поудобнее в объятиях возлюбленного и уснул, пока тот перебирал его волосы, мягко улыбаясь.

***

Утром Хината проснулся из-за назойливого пищания будильника. Он что-то промычал сквозь сон, перевернулся на другой бок, укрылся с головой, швырнул в телефон подушку, и только потом он невнятно пробормотал: "Нагито, выключи будильник... Ещё пять минут...". Но в ответ была лишь тишина. Тогда русоволосый открыл глаза и понял, что Комаеды рядом нет. Он действительно улетел, как и говорил. Хаджиме тяжело вздохнул и поднялся на ноги. Тут же ему в глаза бросилась записка, лежащая возле телефона. Хината прочитал: "Доброе утро, мой самый милый ёжик! :3 Надеюсь, ты выспался. Удачного тебе учебного дня! Встретимся сегодня в 19:00. Просто открой мне форточку. Люблю ❤️ Навеки твой Нагито". Русоволосый улыбнулся и покраснел. Его возлюбленный не улетел молча. Он думал о Хаджиме, понимал, что тот будет тосковать и переживать, поэтому потратил своё время и написал записку. Теперь Хината чувствовал себя самым счастливым на свете. Он прижал к груди листок бумаги, а затем сложил его в несколько раз и положил в карман на рубашке. "День обещает быть долгим..."

***

Пока русоволосый мучился в школе, вампир сидел в своей комнате в замке, не спуская глаз с часов. Минуты казались часами. Он ждал, когда наступят те заветные семь вечера, чтобы вновь увидеть Хаджиме и убедиться, что он цел и невредим. Беловолосый боялся, что увидит у Хинаты синяк от удара или фингал, а, может, и того хуже! Царапины, ссадины и порезы. Он боялся, потому что не знал, какие у русоволосого родители. Вдруг они очень строгие? Вдруг они поднимут на него руку? А если они будут морить его голодом, чтобы тот бросил Нагито? Хаджиме очень упрям. Он бы не сдался просто так и голодал. Поток мыслей привёл Комаеду к идее о том, что было бы неплохо приготовить что-нибудь своему любимому, чтобы порадовать его и убить время. Именно это он и сделал. Но готовка заняла не так много времени. Беловолосый вновь взглянул на часы. 14:30. Хината должен был быть ещё в школе. День же выдался пасмурным, поэтому солнечных лучей не было. Недолго думая, вампир стал летучей мышью и полетел встречать русоволосого из школы. К сожалению, выполнить своего предназначения ему не удалось. Возле входа в школу стояла машина родителей Хаджиме, а из ворот выходил сам парень вместе с Чиаки. — С каких пор тебя забирают со школы родители? — Нанами посмотрела на Хинату. — С тех самых, когда они узнали про наши отношения с Нагито... — Отношения?! — ...Да. Ладно, пока. — Стой! Но геймер не успела. Русоволосый сел в машину, пристегнулся и сполз по сидению с обиженным видом. Он буркнул что-то похожее на: "Поехали", а затем машина тронулась с места и уехала, оставив Нагито и геймера в полном недоумении.

***

— Хината-кун! Открывай! — Комаеда стучался в форточку, сидя на карнизе дома. Наконец-то он сможет поговорить со своим милым Хаджиме, не боясь, что его ударят. Беловолосый защитит его любой ценой. Никто не смеет прикасаться к его возлюбленному, чтобы причинить боль. Форточка открылась, и Нагито заглянул внутрь, улыбаясь. Он уже ждал объятий и поцелуя от Хинаты, но не получил их. Вместо этого у окна стояла его мать, которой очень сильно испугался Комаеда. Он вздрогнул и чуть не упал. — Что вы здесь делаете? Где Хаджиме? Что вы с ним сделали?! — беловолосый хмуро посмотрел на женщину. — Позволь тебе напомнить, что это мой дом. И я здесь живу. — Где Хаджиме?! — Наверное, гуляет. Я пришла, чтобы попросить у тебя прошения за то, что вспылила вчера. Мой сын любит тебя, а его счастье — это главное. — Вы правда хотите помириться со мной?.. Ради него? Но как вы узнали, что... — Да, правда. Пожмём друг другу руки в знак перемирия? — мать протянула ладонь вампиру. — Хорошо! Я готов сделать это ради него! — Нагито улыбнулся. — Нагито, нет! — в комнату ворвался растрёпанный русоволосый. Но было слишком поздно. Женщина воткнула Комаеде в грудь кол и кинула в него чесноком. Беловолосый потерял равновесие и упал на землю. Хаджиме сразу сорвался с места и побежал вниз. Он выскочил на улицу, сел рядом с вампиром и обнял его, прижав к себе. — Нагито, ты как? Скажи, что ты не умрёшь! Прошу! — Хаджиме... — Нагито обнял Хинату в ответ и прошептал ему на ухо: — Твоя мать ничего не знает о вампирах. — А? О чём ты? — Чш-ш, сделай вид, что я умираю. Я о том, что твоя мама воткнула мне не осиновый кол, а какую-то палку. И воткнула не в сердце, а в правую часть груди, поэтому я выжил. А чеснок нас не убивает. У нас обострено обоняние, поэтому он слишком резкий для нас, неприятен, но не смертелен. — Тебе нужно обработать рану. Идём со мной. — Нет. Уходи. Я притворюсь мертвым, а ты помирись с родителями. Пусть думают, что меня больше нет, а мы снова будем жить так, как раньше. И в этот раз будем ещё осторожнее. — Но я не хочу им врать. Я хочу, чтобы они принял тебя таким, какой ты есть. — Пока они не могут этого понять. Иди, я прилечу чуть-чуть попозже. Жди меня ближе к полуночи, милый. — Хорошо. Только, прошу, береги себя. — Ладно. Я постараюсь. Удачи тебе. — Спасибо. Она мне понадобится. Русоволосый убрал волосы с лица Комаеды, поцеловал в лоб и аккуратно уложил его на землю. Затем он зашёл обратно в дом. Как же его сейчас разрывала обида и злость. Хаджиме выводило из себя всё, что сегодня успела натворить его мама.

***

Как только Хината вернулся домой, он сразу ушёл в свою комнату и заперся там. Он перечитывал записку от вампира много-много раз и уже не мог дождаться того заветного часа, чтобы убедиться, что с его возлюбленным всё в порядке, что он не попал под солнечный свет, когда возвращался к остальным его друзьям. Пока русоволосый делал домашнее задание, он отложил записку на стол, чтобы видеть "Люблю ❤️ Навеки твой Нагито". В какой-то момент Хаджиме решил сходить на кухню за апельсиновым соком. Ему пришлось выйти из своей крепости ради любимого напитка. По глупости он забыл забрать послание со стола, поэтому его мать успела проникнуть в комнату и всё узнать. Тогда женщина создала собственный грандиозный план. В 18:50 она заперла сына в ванной, а сама, надев серебряное кольцо, взяв чеснок и какую-то палку, пошла в комнату Хинаты, чтобы "отомстить" беловолосому. Мать притворилась дружелюбной и настроенной на перемирие, чтобы Нагито поверил ей, но тот напрягся из-за отсутствия возлюбленного рядом. Этому плану было не суждено сбыться. Русоволосый всё время стучал в дверь и звал мать, чтобы та одумалась. Он злился, пытался найти что-то, чем можно было бы перерезать москитную сетку в форточке, но всё тщетно, ибо женщина спрятала всё острое в родительской спальне. Тогда Хаджиме просто сел на пол и обнял колени. Он так боялся, что Комаеда пострадает. В груди смешивались боль, страх, печаль, обида и злость. Перед глазами стояло воспоминание о слезах счастья беловолосого и его искренней улыбке, когда Хината ответил на его чувства взаимностью. Неужели всё так закончится? Воображение сыграло с русоволосым злую шутку. Он представил, как Нагито умирает в мучениях один, потому что его любимый заперт в ванной. Но как Комаеда об этом узнает? Наверняка он думает, что Хаджиме никогда его не любил, что он предал его, что он просто хотел избавиться от ненужной обузы через родителей. "Но ведь это не так! Я не оставлю всё просто так! Я должен бороться! Он обещал, что не умрёт и не бросит меня одного! А я не брошу его!" Внезапно Хината почувствовал нечто странное. Он встал с пола и посмотрел в зеркало. Радужка его глаз стала полностью красной. Русоволосый сжал руки в кулаки и посмотрел на запертую дверь. Он подошёл к ней и со всей силы толкнул плечом, после чего та поддалась. Наконец-то Хаджиме освободился. Он сразу побежал в свою комнату, но не успел предупредить беловолосого об опасности.

***

Сейчас же Хината решил вновь поговорить с родителями о вампире, пусть те и запретили даже заикаться о нём при них. Он с серьёзным лицом вошёл в комнату, где его мама и папа что-то обсуждали. Заметив обиженного сына, мужчина всё-таки спросил: — Что-то случилось? — Да! Вы случились! — Ты о чём? — О том, что вы хотели убить его! — И что в этом такого? — Я люблю его! А он любит меня! Почему вы не понимаете?! — Он не любит тебя. Ты просто пища для него. Он ждал момент, чтобы выпить твою кровь, — женщина присоединилась к разговору, — мама всегда умней. Я же знаю, что у него только одно на уме. — Чтоб вы знали! Он уже пил мою кровь! И я до сих пор жив! И человек! — Ты для него просто еда! — Нет! Мы любим друг друга! Я пытался стать вампиром, чтобы жить с ним, но ничего не выходит. Да, я идиот, но Нагито спас меня и украл моё сердце. А вы пытались лишить меня моего счастья​! Какие вы после этого родители?! — Отличные! Мы пытаемся тебя защитить! Он использует тебя, манипулирует тобой! А я ведь заметила, что ты изменился, — мать закрыла лицо руками. — Я изменился только потому, что нашёл того самого человека, с кем хочу быть рядом! А вы ничегошеньки не понимаете! Если бы ему была нужна кровь, он бы давно выпил её и бросил меня где-то в лесу. А вы слепые и глухие, раз не понимаете этого! А ещё вы убийцы! — Ты дерзишь нам? — отец обнял жену и хмуро посмотрел на сына. — Да! Дерзко, дерзость, дерзя, дерзю! Я не буду мириться с вашим поведением! Просто знайте это! Мне больше нечего сказать, — после этих слов русоволосый пошёл к себе в комнату, но он не успел войти. — Марш в комнату! — женщина посмотрела на сына, стоя у первой ступеньки лестницы. — Я уже в комнате! — Хаджиме громко хлопнул дверью и лёг на свою кровать, — ух... Нагито, скорей бы ты прилетел...