Богиня смерти. Мир Марвел

После того, как Тор был изгнан из Асгарда, прошло несколько дней. Зал, подготовленный для пира, посвященного коронации нового царя, был убран слугами. Здесь осталась лишь длинная скамейка, на которой в данный момент сидели друзья изгнанного принца. Они приходили сюда уже пару дней. В отличие от остальных друзей Тора, Сиф предпочитала стоять возле колонны, скрестив руки на груди. За последнее время до того, как Один изгнал Тора, воительница существенно пересмотрела своё отношение к старшему принцу. Постепенно Сиф преодолела свою влюбленность в наследника трона Асгарда. Тор достаточно много раз показывал себя как заносчивый, слегка высокомерный и избалованный парень. — Надо было его удержать, — высказался Огун после небольшого молчания. — Его было не остановить. Вы же все прекрасно знаете, что если Тор что-то вбил себе в голову, то он обязательно это сделает, — обернувшись к своим собеседником, произнесла Сиф. — Хорошо, что он изгнан, а не убит. А нас бы перебили, если бы не вмешательство командующей. Интересно, как она узнала о том, где нас искать? — задумчиво спросил Вольштагг. — Всё просто — я передала ей послание. Тор в последнее время был совершенно несносным, и вы все это прекрасно видели, да и знаете. Потому у меня не оставалось выбора, как сообщить о том, куда мы отправились принцессе Хеле, — скрестив руки на груди, ответила Сиф.  — Но меня интересует совершенно другой факт: как, собственно, Один узнал о нашем походе в Йотунхейм? — задумчиво произнес Огун, припомнив, как Всеотец появился спустя несколько минут после их возвращения из Йотунхейма.  — Я рассказал стражу Радужного моста, — внезапно раздался новый голос и в комнату вошёл Локи.  — Что? — хором ответили друзья Тора, впрочем, Сиф не была удивлена подобному повороту событий. — После нашего ухода Всеотец или же Хела должны были получить информацию о том, что Тор захотел устроить. Но я даже представить не мог, что отец его изгонит, — высказался Локи — Всеотец должен изменить своё решение, ты должен его убедить! — высказался Фандралл — А если мне это удастся? Я люблю Тора больше, чем каждого из вас, но вы же его знаете. Да и сестра много раз говорила отцу о поведении Тора. Он опасен, он безрассуден и заносчив. Видели, что он натворил сегодня? Этого ждёт Асгард от своего царя? — сказав это, Локи молча развернулся и покинул комнату, оставив друзей Тора в одиночестве. — Хоть он и говорит о благе Асгарда, сам же всё время завидовал Тору, — слегка покрутив локон своих волос, произнесла Сиф, глядя вслед ушедшему трикстеру. После чего в помещении на несколько мгновений воцарилось молчание. — Лафей сказал, в чертоге Одина есть предатели. Повелитель магии мог легко провести трёх йотунов в Асгард… — задумчиво произнес Огун. — Локи всегда любил поозорничать, но сейчас ты говоришь совсем о другом — об измене. Это весьма серьёзное обвинение, и без существенных доказательств мы не можем его предъявить, — сказав это, Сиф покинула зал, направившись в сторону дворца Хелы. ****** Покинув холл, в котором собрались друзья Тора, Локи направился в сторону царского хранилища. Спустившись туда, трикстер подошёл к постаменту, на котором стоял ларец Вечных зим. Взяв артефакт в руки и слегка приподняв его, Локи обнаружил, что его кожа стала синей, но спустя несколько мгновений снова стала нормальной. — Стой! — окрик Всеотца прервал раздумья черноволосого трикстера. — Я проклят? — Нет. — Кто я? — Ты мой сын! — уверенно ответил Один  — А кто я ещё? В тот день ты забрал из Йотунхейма не только ларец, не так ли? — Да. Когда битва закончилась, я вошёл в храм и нашёл там ребёнка. Маленького, для отпрыска великанов. Покинутого, страдающего, брошенного умирать. Это был сын Лафея. — после недолгого молчания, Один был вынужден сказать правду.  — Сын Лафея? — переспросил Локи — Да. — Зачем? Ты был по колено в ётунской крови. Зачем ты меня забрал? — Ты был невинным ребёнком. — Нет, ты взял меня с какой-то целью. С какой именно? Отвечай! — воскликнул Локи, гневно смотря на царя Асгарда — Я подумал, что мы сможем объединить наши царства, создать союз, установить вечный мир с твоей помощью. — Что? — Но эти планы не сбылись. — Значит, я похищенный трофей, запертый здесь до тех пор, — пока я тебе не пригожусь? — Ты извращаешь мои слова. — Ты мог с самого начала сказать мне, кто я такой! Почему не сказал? — Ты мой сын, и я хотел всего лишь уберечь тебя от правды. — Потому что я одно из чудовищ, которым родители пугают своих детей? — Локи совершенно не слушал Одина — Перестань. — Но всё встало на места. Поэтому ты все годы благоволил Тору. Потому что, сколько бы ни говорил, как ты меня любишь, ты бы никогда не допустил ледяного великана на трон Асгарда! — прокричал трикстер, после чего заметил, как ослабевший Один медленно, но верно опустился на землю, впав в свой Сон.  — Охрана! Охрана, скорее на помощь! — обеспокоенный этим, Локи тотчас позвал стражников. Одина быстро унесли в его покои, положив на роскошную кровать. Над своим мужем принялась колдовать Фригга, создав вокруг уснувшего царя защитный магический купол. — И как долго отец будет спать? — спросила также находившаяся в покоях Всеотца Хела. — Никто не знает. Этот Сон Один слишком долго откладывал, и я не уверена, что он проснётся слишком быстро, — осматривая своего мужа, произнесла царица. — Что же, в любом случае, Асгарду нужен временный правитель. А так как, согласно новому распоряжению отца, на трон могут взойти только мужчины, выбор сейчас довольно очевиден, — сказала богиня Смерти, быстро взглянув на стоявшего в стороне трикстера, после чего продолжила: — Что касается меня, то я пожалуй отправлюсь в Мидгард и прослежу, чтобы Тор там ничего не наворотил. — Откуда ты знаешь, что брат там? — спросил Локи. — Когда наш отец изгонял его, я вычислила по положению меча в разъёме портала конечную точку, куда мог бы переместиться Тор, — сказав это, Хела молча развернулась и покинула покои Одина. ***** — Миледи, подождите! — внезапно раздался позади асгардки весьма знакомый голос. Обернувшись, Хела увидела идущую к ней Сиф. Каштановолосая воительница была чем-то взволнована. — Я хочу поговорить о ситуации с Тором, — остановившись напротив Хелы, произнесла Сиф. — А разве тут есть что обсуждать? Мой брат сам виноват в сложившейся ситуации. Если бы он действовал более или менее разумно, а не вёл себя как зарвавшийся мальчишка, то всего это можно было избежать, — высказалась черноволосая девушка.  — Всё так, но меня беспокоит подозрительное поведение Локи, — начала говорить Сиф. Неспешно идя по коридору, Хела молча выслушивала речь воительницы, не перебивая свою собеседницу. То, что говорила Сиф, в целом совпадало с наблюдениями самой богини Смерти. Хела прекрасно видела, что, благодаря воспитанию Одина, Локи, находясь в тени Тора, всячески завидовал своему брату и потому желал во чтобы то ни стало выйти на первые роли. — …но это пока лишь подозрения, — закончила речь Сиф. — Да, это так. Но пока пусть всё идет своим чередом, — после недолгого молчания произнесла Хела. — То есть Локи всё сойдет с рук? — с негодованием возмутилась Сиф. — Конечно, нет. Он получит своё, но не сразу. Я поговорю с ним. Но сейчас мне нужно посмотреть лично, как там в Мидгарде поживает другой мой непутевый братец, — ответила на высказывание шатенки Хела. — Могу ли я отправиться с вами, в Мидгард? — Хм, а почему бы и нет! — ответила богиня Смерти, после чего две асгардки пошли в сторону дворца Хелы. Использовать Радужный мост дочь Одина посчитала излишним, вместо этого она планировала перенестись на Землю при помощи своего собственного портала. ****** В небольшом кафе, за самым дальним столиком, сидела рыжеволосая девушка, неспешно попивающая кофе. После миссии, связанной с Тони Старком, Наташа предпочла взять на какое-то время отпуск. И дело было не столько в сложности миссии, сколько в том, что глава корпорации «Старк Индастриз», оказался чрезмерно пафосной, невыносимой и самовлюбленной личностью. Дурацкие шуточки и инфантильное поведение Старка сильно бесили рыжеволосую шпионку. Иногда Наташе хотелось просто ударить Тони по морде, но девушка сдерживала такие свои желания, которые всё чаще и чаще возникали. Последняя довольно фривольная шуточка миллиардера чуть ли не привела к тому, что Наташа, наплевав на свои должностные инструкции, не ударила мужчину. Скривившись от неприятных воспоминаний, шпионка продолжила пить кофе и вкушать круассаны с шоколадной начинкой. «Как же приятно вот так сидеть и ни за кем не гнаться, не приглядывать за этим самовлюбленным Старком», — мысленно произнесла русская. Допив кофе и заплатив за свой заказ, Наташа молча встала и вышла из кафе. Надев солнцезащитные очки, девушка пошла по центральной улице калифорнийского городка. Добравшись до пляжа и быстро переодевшись в купальный костюм чёрного цвета, Наташа легла на ближайший свободный шезлонг, чтобы позагорать. Лежа на спине, Романова слегка прикрыла глаза, наслаждаясь отдыхом, которого шпионке в последнее время стало крайне недоставать. Полежав немного на шезлонге, Наташа пошла купаться в океане, совершенно не обращая внимания на то, как в её сторону смотрят все отдыхающие мужчины. К такому отношению Романофф давно привыкла и потому старалась игнорировать все эти сальные взгляды. Вдоволь накупавшись в тёплых водах Тихого океана, Наташа выбралась на берег и, вытеревшись полотенцем, легла обратно на шезлонг. Однако долго расслабиться у шпионки не получилось. Вскоре зазвонил её мобильник. Посмотрев, кто звонит, Наташа тяжело вздохнула. — Агент Романофф слушает, — ответила на звонок своего начальника Наташа. — Агент Романофф, наши спутники зафиксировали к северу от вашего текущего местоположения энергетическую активность точно такую же, как и в Нью-Мехико несколько дней назад. Ваша задача разобраться в происходящем. Координаты места вскоре придут на ваш телефон… — на этом разговор с директором Щита прервался. И спустя пару секунд пришла обещанная смс с координатами места, которое Наташа должна была посетить. — Что же, надеюсь, что никого вроде Старка там не будет… — тяжело вздохнув, произнесла Наташа, начав постепенно одеваться. Собравшись, рыжая шпионка быстро покинула пляж и направилась к парковке, на которой оставила свою машину. Путь был далеко не близким. Сев в тачку и заведя её, Романофф направилась на север по нужным ей координатам.