Ардиль

      Казах давно уже так не радовался тому, что оказался дома. Чтобы снять стресс после столь тяжелого дня он занялся своим любимым делом - готовкой, ведь это тоже искусство, равно как и музыка. Ему нравилось, заниматься тем, что можно разобрать и собрать, посмотреть из чего оно сделано. После быстрого перекуса он направился в студию и после нескольких попыток сочинить что-то складное все таки отправился в свою опочевальню.

<center>***

</center>       Скриптонит так увлекся очередным проектом, что и не заметил как наступила пятница. Пацаны занимались организацией очередного пати на хате. Если, конечно, прозвон всех друзей и знакомых с просьбой привезти с собой бухла и телок можно назвать организацией. Им так-то и повод не нужен для праздника, но на этот раз не обошлось и без него. Альбом был почти готов, за исключением пары технических нюансов. Так что туса намечалась знатная.        Помещение пропитывалось дымом наркотических веществ, запахом алкоголя, музыкой и громким смехом и разговорами. Делая очередную затяжку, музыкант обнаружил мигающую лампочку на айфоне и между делом проверил свой аппарат. СМС от неизвестного номера гласило, что у получателя есть 20 минут на прибытие в место назначения иначе будут приняты меры, а именно, будет выслан наряд на его адрес, который так же был указан, (черт знает, откуда тот его откопал) по подозрению в хранении и употреблении наркотических веществ. Попытки дозвониться по этому номеру обвенчались неудачей. Пришло еще одно СМС с текстом: "10 минут". Выругавшись Адиль накинул джинсовую куртку и отправился на место встречи на машине своего братишки.       Дзинь-дзинь. 5 минут.       Дзинь-дзинь. 3 минуты.       Дзинь-дзинь. 2 минуты.       Дзинь-дзинь. 1 минута.       Раздраженный казах залетел на парковку клуба. Прям перед фарами стоял Арсений и спокойно докуривал, делаю очередную затяжку.       - Какого хера?! Че у тебя, блять, за игры? Тебе делать нехер? Займись делом!       - Ты опоздал, - с невозмущенным видом тушил окурок его собеседник.       Азиат схватил мужчину за шиворот и прижал к стенке.       - Собрание уже началось. Тебе пора, - он убрал его руки от своего плаща.       - Че тебе, блять, надо? Вылечить меня хочешь? Собой, блять, займись, маньяк ебаный!       - Два часа в неделю - это небольшая плата за твою свободу. Ты ходишь на собрания, а я не вызываю ментов.       - Думаешь, два часа в неделю могут вылечить кого-то? Да я дрочу больше, и то не помогает.       - Тебе и сутки не помогут, если столько курить будешь.       - Да что ты об этом знаешь?       - Больше, чем ты думаешь.       - Бля, мужик, не знаю, чего ты хочешь. Давай разойдемся. Я поехал.       - В таком состоянии за руль садишься? Да ты себя-то видел?       - Да я сам как-то разберусь.       Мужчина догнал казаха и выхватил у него ключи от машины и сказал голосом не терпящим возражений:       - Я поведу.       Азиат уже устал с ним спорить, да и был уже не в состоянии, поэтому покорно сел на пассажирское место рядом с водителем и сам не заметил как вырубился. Когда он проснулся, то обнаружил, что они остановились. Но это был не его дом, да и не дом вовсе, находились они на дороге.       - Я покажу тебе кое-что, - сказал водитель и вышел из авто.       Адиль последовал за ним. Они стояли на плохо освещенной и безлюдной улице. Репер вопросительно посмотрел на своего товарища. Мужчина тяжело вздохнул и начал:       - Это было год назад. Девочка с мамой шли домой после ее школьного выступления. Уже было темно. Они разговаривали о ее наряде, может быть, или обсуждали, что будут есть на ужин. Они не заметили машину, которая неслась на большой скорости. Он даже не пытался затормозить, - рассказ давался мужчине тяжело, паузы становились все дольше, а вздохи тяжелее, - Их тела отбросило на десятки метров. Голову девочки нашли в кустах, в пяти метрах от тела, - он указал рукой на заросли справа от них, - Руки и ноги женщины были выкручены, а одна рука держалась только на мышце. Смерть была мгновенной. Они даже не успели ничего понять. Даже не успели понять, что умерли.       По щекам мужчины катились беззвучные слезы. С трудом сдерживая эмоции мужчина продолжил.       - Девочку звали Дарья. Это моя дочка. Она только пошла в первый класс. Из нее получилась бы отличная танцовщица. Женщину звали Ксения. Она была ее матерью. Этот подонок убил мою семью. В крови у него обнаружили лошадиную дозу метадона. И он выжил. Его даже не посадили. Лежит в наркодиспансере как на курорте, пока тело моей дочери, и ее матери гниет под землей.       На лицо Арсения все больше пробиралось очертание злости.       - Он тоже говорил, что он не болен. Что бросит когда захочет.       Всю злость, обиду и горечь мужчина воплотил во взгляде направленным на своего слушателя. Потом отвернулся, вытер слезы.       - Во вторник на семь, - уже спокойным голосом добавил мужчина.       Он встал и побрел вдоль дороги оставив Адиля одного с повисшей над ним давящей тишиной.