Сотрудничество

🐢

Слышится пронзительный писк. Все замирают на доли секунды, а потом начинают хихикать, а кто-то прям откровенно ржать. Юнги пришел раздраженным после разговора со слизняком полчаса назад, но уже успел успокоиться в уютной компании. Он смотрит на смеющихся парней в лёгком недоумении и тут же переводит взгляд на шумно открывшуюся дверь. В гостиную влетает растрёпанный и по отчётливым отпечаткам от подушки на щеке можно с уверенностью сказать, что две секунды назад мирно похрапывающий на своей мягкой перине Чимин. В его бешеном взгляде можно прочесть нескрываемый страх и абсолютный ужас. Опять яркая вспышка и раскат грома. — Ма-а-амочки! — Чимин подлетает на первой космической к ближе всего сидящему Джину. Плюхается к нему на колени, обхватывая при этом всеми конечностями, как осьминог свою жертву. — Чимин-и, спокойно, старик Зевс просто решил вспомнить молодость и поиграться, его очень забавляет твоя реакция, так что перестань умирать со страху ему на зло! — сквозь смех посоветовал Тэхён. — У тебя прекрасно выходит делать что-либо на зло, так что не делай почтенному старцу исключений, — с неприкрытой издёвкой протянул Чонгук. — Пусть он эти свои молнии себе в задницу засунет, метатель хренов! — прошипел такой уязвимый сейчас в глазах Юнги белобрысый парень, похожий на воробышка. Наэлектризованные волосы образовывали что-то вроде шара, а некоторые волоски даже умудрились принять вертикальную форму. Он с лёгкостью мог бы сейчас занять первое место в косплее одуванчика. Юнги невольно улыбнулся этой мысли. — Главное в штаны не наложи, я тебе свои в прокат больше давать не собираюсь, — с ухмылкой заявил развалившийся в кресле, с Тэхёном под боком, Чонгук. На что первый легонько толкает его локтем, сводит брови и смотрит с явным упрёком. Все цокают и смотрят на автора слов идентично с Тэхёном, а Чимин тем временем покрывается красными пятнами, а кончики ушей просто полыхают, кажется притронься — останется ожог. Один Юнги сидит в неведении, но догадки естественным путем появляются сами собой. Но тут очередной раскат грома и последующий за ним крик отвлекает от мыслей. Юнги становится безумно жалко этого, подрагивающего в объятьях друга, растрепанного мальчишку. Хочется утешить, прижать к груди, успокоить и прошептать на ушко такое банальное «все будет хорошо». — Д-джин, Джин-н-и, мож-можно я сегодня буду спать с тобой? — дрожа и прижимаясь крепче, шепчет Чимин. — О, малыш, ты же помнишь, мы с Намджуном сегодня идём на двойное свидание и, скорее всего, не вернёмся сегодня ночевать, — грустно напоминает Джин. — Может, сегодня с Тэ поспишь? — Ага, щас, пусть принцесса поищет другого для утоления своих извращённых желаний, — устремляет на Чимина пронзительный взгляд Чонгук, крепче обнимая Тэхёна. — Чон Чонгук, ты совсем офигел? — негодует Тэхён. — Ты сам видишь как Чимину нелегко, зачем ведёшь себя, как эгоист?! — Я эгоист?! Тэ, серьезно? — разом вспыхивает Чонгук и пристально смотрит на Тэ, посылая ему одним только взглядом, неведомые никому во вселенной кроме двоих, знаки. — Все носятся вокруг этой принцесски, как мухи над говном! То массаж пяток ему сделайте, то искупайте в лепестках роз, то лобстера, блять, в брусничном соусе подайте! — шипит сквозь зубы, уже не контролируя себя, Чонгук. Юнги видит, как Чиминовы глаза наполняются влагой, как дрожит такая миленькая пухлая нижняя губка. Он прикусывает свою не в силах терпеть такой жестокой пытки, которая оставляет после себя царапины на душе. — Я могу, — Юнги смотрит прямо в глаза Паку, не замечая никого вокруг. — Я могу с тобой поспать, Чимин. Все замолкают, забывая про гневную тираду Чонгука и переводят на Шугу взгляд. — Юнги-я, спасибо, как ты нас выручишь! — спохватывается Намджун и хлопает его по плечу. — Спасибо огромное, Юнги! Мы будем тебе должны, — Джин расплывается в благодарной улыбке. — Ну, Чим-чим, теперь все хорошо, — мягко поглаживает по спине. — Похоже выбора у меня нет, — Чимин поджимает губы и смотрит на своего спасителя нечитаемым взглядом. — Всё, нам пора, — Намджун встаёт, оттолкнувшись руками о свои колени. — Чимин-и, спокойной ночи, — он слегка поглаживает белобрысую макушку и переводит взгляд на Чонгука, резко меняясь в лице. — А с тобой мы ещё поговорим. Чонгук закатывает глаза, бросая вальяжное «аривидерчи». Джин осторожно встаёт, поднимая на ноги Чимина и подзывая рукой Юнги. Тот быстро подходит и неловко приобнимает блондина за плечи, забирая у Джина, который прощается, легонько целуя героя сегодняшнего вечера в висок.

🐢

Юнги и Чимин медленно заходят в спальню Пака. За окном ещё льет, но грозы больше нет. Это порядком успокаивает блондина и он почти расслабляется. Почти, потому что в его спальне Юнги. Тот, который видел и все знает. Это не Тэхён и не Джин, которые хоть и не знают наверняка, но скорее всего догадываются о маленьком секретике Чимина и молчат, потому что настоящие, проверенные временем и медными трубами друзья. Это Шуга, который дофига известный видеоблогер и в его власти сейчас будущее никчемной певички, коей себя считает сам Пак. Конечно, компрометирующие видео он удалил, но это не значит, что он не раскроет его секрет в очередном ролике, с целью заработать на скандале побольше просмотров. Чимин неловко топчется у кровати: — Юнги, правда, если тебе противно, то не стоит…я сам справлюсь, — мямлит под нос Пак. Вдруг небо резко загорается, и на доли секунды можно видеть, как в освещенной комнате загораются глаза Чимина. Дальше звучит оглушающий раскат грома, который сменяется криком и жалобным всхлипываем. Юнги видит перед собой рыдающего и кусающего губы мальчишку, который обнимает себя за плечи и дрожит. У Мина сердце сжимается от такой картины, она так прекрасна, но в то же время больно полосует душу, что сил нет стоять и смотреть. Он подается вперёд и крепко сжимает Чимина в объятиях, тот обнимает в ответ, уткнувшись в шею и надрывно выдыхая. — Тише, малыш, тише, воробышек, — со всей нежностью, на какую только способен, шепчет Юнги, ласково поглаживая «воробышка» по спине. Юнги медленно укладывает Чимина на кровать, а сам остаётся сидеть, медленно поглаживая. — Т-ты можешь лечь ко мне? — с дрожью в голосе просит Чимин. — Конечно, маленький, — Юнги ложится рядом, смотрит в ореховые глаза напротив, в которых помимо страха появилось доверие, и чувствует, как маленькие ладошки обхватывают его торс. Юнги сам себе удивляется. Никогда и не с кем он не был так нежен, ни к кому не проявлял столько заботы, как к этому мальчишке. — Юнги, то что сказал Чонгук… — Чимин отводит взгляд и быстро тараторит. — Я…знаешь, мне так стыдно говорить, но ты мог понять совсем неправильно. Ещё хуже, чем есть на самом деле, так что я решил рассказать, — Чимин с опаской заглядывает в лицо напротив и, не замечая в нем насмешки, решается продолжить. — Три года назад у меня было совсем мало вещей, и я стрелял их у ребят. В тот день я был в штанах Чонгука и, как назло, под вечер пошел ливень, — Чимин закусил губу. — В общем, мы сидели в гостиной и вдруг ужасный грохот, вспышка света и темнота. Молния попала в проводку здания и электричество вырубилось. Мне было очень страшно и я это не контролировал, ну…в общем, я обмочился… Боже! Зачем я это рассказал!? — Чимин резко отвернулся и закрыл лицо руками. В темноте не видно цвета, но наверняка он стал красным, а кончики ушей алыми. — Чимин-и, ну чего ты? Подумаешь, в этом ничего такого нет, — Юнги продолжает нежно поглаживать рядом лежащего, самого милого мальчика на свете. Ему смешно, но не из-за ситуации, а из-за того, как этот маленький воробышек смущается и прячет свое милое личико в миниатюрные ладошки. — Ты правда так думаешь? — Чимин опускает руки от лица и вопросительно смотрит своими оленьими глазами. — Да, Чонгук целенаправленно хотел тебя задеть, причина по которой он это сделал слишком очевидна и глупа до невозможности, — Юнги хочется уберечь, спрятать, укрыть, спасти это маленькое сокровище от злых взглядов и слов. Чимин хмыкает и кивком головы молча соглашается. Опять гроза и Юнги уже чувствует горячее дыхание в районе груди. Тельце прижимается сильнее, вплотную и Мин крепко обнимает в ответ, ни на секунду не прекращая нежные и трепетные поглаживания.

🐢

— Чон Чонгук, что это, мать твою, было! — мрачно смотрит исподлобья Тэхён. Его взгляд успешно передает все негодование и осуждение, которые в данный момент находятся внутри брюнета. — Не трогай мою мать, я же говорил, что мне не нравится, когда ты так говоришь, — смотрит в ответ, но без агрессии, а с долей вины, покусывая верхнюю губу, Чонгук. — Почему ты так ведёшь себя с Чимином? Ну что он тебе сделал? Мы столько раз уже об этом говорили. Эта твоя слепая ревность просто нелепа! — выкрикивает Тэхён уже не сдерживаясь. — Тэхён, я знаю, что не должен был этого говорить при всех и в такой грубой форме, но ведь всё это правда. Он ведёт себя как грёбаная принцесса. Ладно другие, но даже ты бежишь по первому его зову, оставляя меня. Я не могу так. А когда он хочет забрать тебя на всю ночь, на всю нашу ночь, Тэхён, которую мы ждали грёбаные две недели, чтобы не дай бог Намджун или Джин не услышали стоны за стенкой, я не могу реагировать на это спокойно. Я люблю тебя, Тэхён, и не хочу ни с кем делить… — последнюю фразу Чонгук говорит еле слышно, смотря в любимые глаза. — Гук-и, глупый, я тоже тебя люблю, — в глазах скапливается влага, а губы расплываются в лёгкой улыбке. Тэхён подходит почти вплотную и поглаживает скулу своего любимого мальчика. — Но пойми, Чимин мой друг, мой лучший друг, и его я тоже люблю, как и Джина с Джуном. Это совсем другая любовь, нежели наша, но это не значит, что я не должен поддерживать их и помогать им в трудную минуту. Особенно Чимину…ты ведь знаешь, как ему тяжело. Знаешь, какая у него была непростая жизнь до прихода в шоу-бизнес. Знаешь, как ему нужна наша поддержка и помощь. Он очень ранимый и уязвимый, а ты ведёшь себя с ним как избалованный пятилетний ребенок, который жадничает понравившейся игрушкой. — Тэ, прости меня, прости… — шепчет Чонгук поймав запястье любимого и оставляя на нем горячие поцелуи. — Я такой глупый, ты всегда вправляешь мне мозги и я понимаю, как проебался. Но мне очень тяжело себя контролировать, эта грёбаная ревность застилает мне глаза и я не вижу ничего, кроме попыток отнять другими тебя, моего ангелочка… — Завтра извинишься перед Чимином, а сейчас иди сюда, — Тэхён мягко улыбается, поглаживает большими пальцами скулы младшего и увлекает его в глубокий поцелуй. Чонгук охотно отвечает. Начинает нежно поглаживать Тэхёнов язык своим. Руки крепко обнимают за талию, притягивая к себя в плотную, чужие (родные) тем временем ложатся на плечи и обхватывают шею, пальцами перебирая шелковистые волосы на затылке. Низкий стон распаляет обоих. Он звучит как сигнал, как спусковой крючок. Они ждали этой ночи так долго, сдерживаясь, довольствуясь только взаимной дрочкой, которая ни в какое сравнение не идёт с плавящямися друг о друга телами, громкими и пошлыми стонами, резкими толчками и крышесносным оргазмом, растворяющимся в долгом влажном поцелуе. И вот она долгожданная ночь, только их до рассвета, для них это бесконечность, дольше чем бесконечность. Сил терпеть больше нет, да и не надо. Они уже в кровати, Чонгук нависает над Тэхёном и нетерпеливо его раздевает. Они отпускают себя, разгорячённые до предела и ослеплённые лишь одним желанием. Желанием обладать, чувствовать, любить. Сейчас они одни в этой вселенной, они видят и слышат только друг друга, не сдерживая себя, рвано дышат и громко стонут. Они знали, что так будет, чувствовали, поэтому терпели, ждали, когда ближайших соседей не окажется, чтобы полностью насладиться друг другом, отдаться, потерять себя и обрести намного большее.