Mary Lillian Salvatore

Несколько дней назад

      Приезд в город, что когда-то был домом для молодой девушки, спустя столетие, был неожиданным, но важным решением. Прогуливаясь неспешно по одной из улиц своеобразной южной провинции, брюнетка ощущала опьяняющий аромат цветущих кустов роз возле деревянных низких заборов, за которыми прятались небольшие дворики. По обеим сторонам тянулся ряд домов с высокими кирпичными фасадами, украшенными изящной лепниной и большими окнами. Мэри аккуратно заправила выбившуюся кудрявую прядь за ухо и прислушалась: тихий звон фарфора, заливистый смех и порой плач детей, иногда даже мурлыканье домашнего кота. Когда-то это место было наполнено теплом и мечтами юной особы, было символом жизни, надежд, но сейчас — это кладбище, хранилище историй, воспоминаний и переживаний. Смерти.       Неожиданно для себя она опешила, обернувшись увидя девушку с длинными каштановыми волосами, в джинсах-клеш и в красной приталенной блузке. Юная особа невысокого роста стояла рядом с худощавым парнем, что был на голову выше, и за что-то отчитывала юношу, но тот лишь возводил руками и закатывал глаза. На их перепалку Мэри было все равно, но ее лицо — это лицо она узнает из тысячи: оливкового цвета с мягкими гармоничными чертами, глаза — большие, выразительные. «Образ простоты и естественности. Уж слишком для Катерины Петровой», — пронесся голос в ее голове. Волосы были прямыми и короче, чем у той, сходство которой она переняла, она выглядела более наивной и доверчивой. Спустя несколько минут, глядя прямо в упор, Мэри наконец отвела взгляд и стала рыться в своей маленькой сумочке с длинной цепочкой, висящей на плече.       — Тебя подвезти, сестренка? — раздался мужской голос, а рядом остановился серо-голубой корвет с открытым верхом. Брюнетка от неожиданности чуть не выронила из рук найденный телефон.       — А, Деймон! — сдержанно и спокойно произнесла девушка, — Умеешь же портить атмосферу утренней прогулки.

***

      Комната наполнялась мягким рассеянным светом, проникающим сквозь большие окна с лёгкими занавесками. Стены, окрашенные в тёплый пастельный оттенок, бежевый или светло-серый, создавали уютную и спокойную атмосферу. Около огромной кровати с алым балдахином стоял деревянный мольберт, а рядом на стульчике расположилась девушка. Короткие угольные волосы были собранны на макушке в свободный очень небрежный пучок, огромные серьги-кольца оттеняли ее ушки.       Пальчиками одной руки она перебирала серебряный кулон на своей шее, в форме сердца, оттесненного маленькими камнями, а правой — уверенно и аккуратно проводила по холсту. С каждым движение кисти под кусочком уголька вырисовывались черты незнакомого юноши. Слегка размытый портрет симпатичного парня с короткими немного даже вьющимися волосами. В его взгляде темных глаз присутствовала какая-то хитринка, и ухмылка играла на устах. Мэри разглядывала свой рисунок с живым интересом и задумчивостью. Казалась она готова провести вечность, сидя в этой комнате, наполненной тишиной, уютом и спокойствие.       «Стефан?! Стефан?!» — донеся чей-то вполне знакомый ей женский голос с первого этажа, и брюнетка мигом очутилась в гостиной, где столкнулась с той самой девушкой, которая в точности выглядела как Кэтрин Пирс. Она в полной растерянности с ног до головы рассматривала, неожиданно возникшую перед ней, Мэри. У вампирши была утонченная фигуру, но сейчас она прятала ее в огромной серой футболке, которая слегка прикрывала упругие бедра, и, если всматриваться можно было заметить даже черные кружева.       — О у нас гости? Ты должно быть Елена? — отвлек девушку, что чуть ли не прожигала почти полуголую брюнетку. — Я, Деймон. Брат Стефана. Он о тебе много говорил.       — Не знала, что Стефана есть брат, — удивленно ответила она, — И?       — А, я Мэри. Мэри Лилиан Сальваторе. — Очень дружелюбно проговорила девушка, с наигранной улыбкой, протягивая руку для знакомства. Еще чуть-чуть и Елена взорвалась бы от ревности, — Я его старшая сестра.       — Стефан у нас не очень болтлив, — произнес Деймон, сделав жест рукой в сторону гостиной, — уверен, наш брат скоро придет.       — Что за вид сестра? — обратиося он, глядя на то, как Елена зашла в комнату.       — Да брось, братец! — язвительно с ухмылкой ответила Мэри, — ты видел ее лицо? Слушай мне надоело здесь киснуть, схожу-ка в бар. Как уйдет позвони.       Девушка похлопала по плечу брата, на то, что тот лишь закатил глаза, а после скрылась в своей комнате.       В «Мистик Гриль» — ресторан-баре, куда Мэри отправилась после знакомства с девушкой брата, она просидела за столиком почти в самом удаленном месте, которое только было, достаточно много времени. Но даже там за весь вечер ее находили пьяные парни со своими пошлыми и тупыми подкатами. Девушка каждый раз закатывала глаза, стараясь не обращать внимания, периодично посылала кого куда подальше, одному даже чуть не сломала руку, когда тот перешел личные границы и полезь лапать ее. Вечер становился томным, а истинные планы прибывание в этом «грязном» баре вот-вот и вовсе не свершатся. Однако Сальваторе была не из тех, кто будет бросать свою цель. И уже ближе к восьми вечера девушка, наконец, заметила его. Юноша худощавого телосложения, весь в черном, с поникшем взглядом стоял около барной стойки, упрашивая сотрудника налить ему чего-нибудь покрепче. Тот поставил ему стакан с какой-то прозрачной жидкостью и кинул недовольный взгляд. Парень махнул рукой, отходя от стола, но резко впечатался в женскую фигуру.       — Ой, извини! Извини! — виновата вторил юноша, глядя на то, как девушка, которая возникла совершенно из неоткуда, оттирала мокрое пятно с кожаной юбки.       — Не страшно, я сама виновата. Не видела куда иду, — проронила она, глядя в светло-карие глаза молодого юноши. В них была заметная грусть и печаль, и не потому, что он пролил напиток, было что-то куда глубже. Темноволосая, собрав обеими руками кудрявые волосы в хвост, опрокинула их за спину, невзначай оголив тонкую шею и ключицу. Яркий аромат горького шоколад повис в воздухе.       — Кстати, я Мэри. — Улыбнулась девушка и протянула руку для знакомства, — если ты хочешь уладить это маленькое происшествие, может выпьем?       Сначала он удивленно, слегка замешкался, но после кивнул в знак согласия, — А я, Джереми. Джереми Гилберт.