ВОПЛЬ

«...кто плача падал на колени в белых спортивных залах обнажённые и дрожащие перед механизмами других скелетов...»

*flashback*

— Ты говорила, что мой сын не был святым, но при этом, ты не сказала ничего своему адвокату в своё оправдание. Почему — не поздоровавшись, ледяной голос врезался в серые стены тюремной камеры, разбиваясь на множество отголосков прошлого... — Офицер Глобель, сколько лет сколько зим? Как жизнь? Прошло уже 6 лет, интересно мучила ли вас совесть? Вот меня например нет — девушка истерически усмехнулась — Я убила Марка и не сожалела об этом ни одну секунду после... Однако будь бы на вашем месте, я бы чувствовала себя каждый день как на иголках — офицер смутился и отвернул лицо, медленно закрывая глаза — О так вы чувствуете? Это хорошо. Очень хорошо — Эмили мило заулыбалась и соизволила принять сидячее положение на кровати — Знаете, я же и не поверила сначала, когда вы сказали, что очень постараетесь. Не думала, что вы сможете переступить через букву закона и будете подделывать показания врачей — Пауль старался сохранить невозмутимы вид, однако его скорбящие глаза сдавали его. — Ты же хочешь выйти из тюрьмы досрочно. Тебе ещё 10 лет сидеть. И я надеюсь, что за это время ты сгниёшь заживо — старается сохранить он свои позиции — Однако если будет доказано, что твои действия был самозащитой, то тебя выпустят. Хотя я сомневаюсь, что такое случиться — искренне надеясь на обратное. Ему было действительно стыдно. Он не так много знал, и боялся узнать больше, ведь ему уже было совестно, за то, что он своими показаниями и фальсификацией отправил за решётку невиновного человека. — Пытаясь выбраться из заточения я сама закрываю все двери, утопая в окутавших меня цепях — задумавшись пробубнила девушка, игнорируя слова собеседника. — У меня к вам вопрос. Вы пришли как отец или как следователь? Если как следователь, то мы всё обсудили, вам не кажется, что вы выполняете сейчас работу адвокатов? А если как отец, то почему вы пришли ко мне в камеру, а не вызвали в комнату для свиданий? Разве простой человек обладает такими привилегиями? — Как отец. И как офицер, чей сын был жестоко убит 40 ножевыми ранениями — с болью в словах прохрипел мужчина — тебе было недостаточно наслаждения после страстной ночи и ты ушла в кухню, где мой сын спалил тебя за употреблением героина и ты — он тычет пальцем ей в грудную клетку — будучи под кайфом, не нашла более лучшего решения, как просто зарезать его — девушка отвела взгляд к решёткам на окне и ухмыльнулась — Что? Я прав? Я прав, я даже больше скажу, я уверен, что ты получала ещё больше наслаждения от его воплей и криков и помощи и пощаде, а после ты его просто накачала и отключилась — прекрасно зная, что это не правда, как минимум просто потому что после 40 ножевых ранений в разные части тела его кровь не могла больше транспортировать наркотик по венам, он продолжал брызгать, стараясь в это поверить самому.

«...кто брёл всю ночь в ботинках полных кровью по заснеженным докам ожидая открытия дверей в Ист-Ривер ведущих в комнаты полные жестокой нары и опиума...»

— Да? Как интересно, но моя правда отличается от вашей. Но вы ведь именно за ней пришли, а иначе я не вижу смысла в ваших действиях. Меня конечно слушали, но никто не слышал — говорила Эмили спокойным тоном, медленно поднимаясь с кровати — Все, даже юристы, поверили следователю с аудиозаписью, а не бедной девушке. Для начала, хочу сказать, что ваш сын не похож на вас. Он никогда не жил по букве закона, продавая и употребляя опиаты, разные виды конопли и играясь с амфетаминами — она на мгновенье замолкла, всматриваясь в глаза представителя закона — Хм...или всё похож...

«...кто сидел в гробу под мостом пытаясь дышать в темноте...»

— Он лгал вам, мне, а главное себе, как вы сейчас...— она оторвала взгляд от серых глаз и начала бродить по камере, переваливаясь с ноги на ногу — Ох, Марк убил так много глупых подростков, но всегда твердил всем вокруг, вдалбливая в свой мозг в особенности, что это не его вина, что они сами не рассчитали дозу...— она вновь замолкла, на секунду окинув глазами Глобеля - Честно, я не осуждаю вас. Вы действовали на эмоциях... — продолжая свою прогулку, ухмылялась девушка - хотя ваша работа требует отключать их...— проговорила она в стену и резко развернулась спиной к стене — Я понимаю, ваш сын встречался с милой и скромной девушкой, приводил её домой на ужины и дожидался пока его отец уйдёт на смену — Эмили указала маленькой ручкой на офицера — чтобы накачивать её, развращать и погружаться с ней в омут разврата и похоти, в неведении от него. Пауль Глобел продолжал стоять молча, ничего не предпринимая. Ему было противно это слушать, но он мог представить, на сколько это может быть больно и тяжело вспоминать и рассказывать спустя 6 лет.

«...кто кидался под грузовики с мясом в поисках колёс...»

Эмили продолжила свой рассказ, шмыгнув носом — Что с вашим лицом? Вы должно быть представили это... — она усмехнулась — Спешу вас заверить, всё было ещё хуже и грязней, чем вы можете себе вообразить — пощёчина — Ох, а сила у него видимо от вас досталась...— глаза начали печь, она посмотрела в наполненные слезами глаза и легонько улыбнулась уголками губ.

«...кто несся по дороге прошлого странствуя друг к другу хотрод Голгофа видение тюремного одиночества или инкарнации джаза в Бирмингеме...»

— Кхм. Я просто говорю вам правду. Не как представителю закона, а как отцу...У меня тоже есть родители... — она посмотрела в пол и задумалась — то есть были, почему то они отказались от дочери-убийцы... Я...я просто хочу сказать, что это нормально, для пары 18 лет. Гормоны ещё шалят, мозги еще не работают. Это нормально... если это по обоюдному согласию. Но дело в том, что та девушка никогда этого не хотела...Она просто слепа была влюблена в парня, доверяясь ему всецело. — заключенный 308 подошёл к окну, подняв свою голову и вновь шмыгнув носом — Единственное о чём она всегда спрашивала себя все эти 6 лет, сидя в одинокой камере, так это КАКОГО ЧЁРТА ОНА ВООБЩЕ ВСТРЕТИЛА ЕГО?! КАКОГО ЧЁРТА ОНА ВЕРИЛА, ЧТО ЕЁ ЛЮБЯТ, А НЕ ПРОСТО ЖЁСТКО ЕБУТ, ПРИ ЭТОМ НЕ ПОЗВОЛЯЯ ДАЖЕ ВСПОМНИТЬ ОБ ЭТОМ НА УТРО?! Да, смертельная боль во всём теле, большое количество синяков и царапин должны была наверное о чем-то говорить — Эмили резко повернулась, заглядывая в глаза следователю. В её глазах можно было уже прочитать вопрос — Но откуда ей было знать? — она вновь начала прогулку по камере — Ей не с чем было сравнивать, она была уверена, что так у всех... тем более её в этом всегда уверяли его друзья — она вновь замолкла, усмехнувшись — которые вместе с ним ночью объезжали безвольное, связанное тело, способное только стонать и возбуждаться буквально от всего... В камере воцарилась тишина. Рука офицера неимоверно горела, словно в геенне огненной.

«...кто без приглашения врывался в тюрьму своего разума...»

Лишь спустя две минуты Эмили перевела дыхание и нарушила её — Я..я...я...хочу сказать, что однажды тех парней обманули, и доза была слабой... и девушка не вовремя отошла... увидев 4 пихающихся в неё... — хоть она и старалась рассказывать от третьего лица, это мало ей помогало представить, что всё это происходило не с ней — со всех сторон...и...ей стало больно...она разрушилась...отключилась...очнувшись, она схватила кухонный нож, которым до этого оставляли много царапин на теле, и вонзила его в уже спящего рядом парня...40 раз...я думаю, она бы вколола и 100, но её схватили и усыпили, а когда она очнулась, то была уже в участке. Она надеялась, что тут ей помогут, но её начали обвинять в убийстве порядочного гражданина из хорошей семьи...И НИКТО...АБСОЛЮТНО НИКТО НЕ ЗАХОТЕЛ СЛЫШАТЬ ПРАВДУ ТОЙ МАЛЕНЬКОЙ ДЕВОЧКИ...(и плевать, что ей было 18!) ведь ТА ПРАВДА не так хорошо звучала как КРОВАВАЯ МЕСТЬ ОФИЦЕРУ ПОЛИЦИИ... — Эмили вновь истерически усмехнулась — Кстати, за что мстили то? Я так и не дочитала, мне сюда газету никто не приносил, а про телефон я вообще молчу... — в коридоре раздался звук, сообщающий о дневной прогулке. — Спасибо, что навестили меня, офицер Пауль Глобель. Встретимся через 10 лет, я вас чаем угощу. — она вновь посмотрела в его наполненные грустью глаза — Не волнуйтесь, ничему не набралась от бывшего, не буду ничего туда подсыпать. До свидания. У меня сейчас прогулка. Это единственный час, когда я могу почувствовать себя хотя бы кому-то нужно — сказала она, указывая на двух охранников — авось замучу с кем-нибудь, даст Бог. Если он есть конечно, хотя я давно уже усомнилась в его существовании.

«Свята сверхъестественная экстраординарная сияющая мудрая доброта души!»

*end flashback*

«...кто трижды резал вены последовательно безуспешно...»