В тебе я вижу свет

      Ориан никак не может уснуть, всё думая о предстоящем дне. Завтра вторник, а значит Дарен появится на занятиях, и не ясно: будет он общаться с ним и Уиллом как прежде или станет избегать их.       Дарен всегда тихий и спокойный, напоминает белоснежный лепесток вишни, будто парящий по глади воды от еле заметного ветра. Но он всегда сам по себе, одинокий и окруженный холодом отражённого в воде мира. Так было раньше.       Ориан улыбается, думая о том, насколько изменился Дарен после того, как начал общаться с ними. Да, он всё такой же стеснительный, но когда он краснеет и искренне улыбается, от него будто веет благородной нежностью и добротой. Он кажется хрупким, но в то же время в нём видна сила. Та сила, что не нуждается в проявлении, она в его эмоциях и спокойных жестах.       Ориан устремляет взгляд в потолок, а затем прикрывает глаза, представляя, что было бы, будь они ещё более близки. Может они улыбались бы друг другу одновременно сплетая пальцы, дарили бы тёплые объятия, неуверенно касаясь кожи и делали бы кое-какие вещи, в интересе к которым, Ориан совсем не готов признаться. Это всё слишком идеально, недостижимо и больше похоже на картинки из параллельной вселенной.       Но эти двое ведь совсем в другом мире, здесь, понятие взаимной любви явление редкое и крайне хрупкое, тем более, если речь идёт об однополых отношениях.       Ориан делает глубокий вдох и, перевернувшись на бок, сильнее укрывается одеялом. От одной только мысли, что он всегда будет одинок, его окатывает дрожью.

***

      Дарен выходит из машины отца, пожелав ему хорошего дня. Маркус Сэлмон хочет что-то спросить у сына, что-то вроде "Как дела?". Или "Всё ли в порядке?". Но Дарен уже закрывает дверь, и его отцу остаётся лишь с улыбкой кивнуть и неуверенно помахать рукой.       Дарен с дрожью в душе ступает по каменной дорожке к крыльцу школы, оставив позади семейное спокойствие своего дома.       Лили ждёт его у перил, на днях он доверился ей, открыв свои настоящие чувства, и теперь, она хочет как следует поддержать его, пока он не разберётся в себе.       – Привет.       – Да. Привет, – покраснев, кивает Дарен. Его смущает осознание того, что Лили знает правду, и теперь она стоит перед ним, переминаясь с ноги на ногу.       – Идём, всё в порядке, – пытаясь избавиться от неловкости, произносит Лили, и они направляются к дверям.       – Я, действительно, не противен тебе? – Спрашивает Дарен, смотря под ноги.       – Даже не произноси такое в отношении меня! Ты чудесный, и всегда таким был! – Краснея, отвечает Лили, она впервые говорит что-то подобное, и впервые употребляет слово "чудесный" по отношению к человеку. Но оно, по её мнению, идеально подходит для описания Дарена.       Русоволосый смущённо улыбается, опустив взгляд. Он не видит, что со второго этажа спускаются Ориан и Уилл.       – Они здесь.       Дарен следует за взглядом Лили и смотрит на пару друзей. Ориан будто чувствует что-то и устремляет взор на него.       – Слишком быстро. Я не могу, мне нужно время! – В панике шепчет Дарен, резко отворачиваясь.       Лили кивает, чувствуя, что Дарен совсем не такой, как обычно. Его жесты резки, будто его суставы периодически сводит дрожью.       – Я поговорю с ними, а ты иди к шкафчикам. Встретимся там, – велит Лили, отходя.       – Только, не...       – Не волнуйся, я ничего не расскажу.       Дарен кивает, и ноги, буквально, сами уносят его дальше по коридору.       Взгляд Ориана меркнет. Всё же его ждёт худший из вариантов. Лили подходит к ним с Уиллом:       – Привет.       – Доброе утро! А куда убежал Дарен? – Энергично начинает разговор Уилл. Ориан лишь кивает в знак приветствия.       – Парни. У меня к вам большая просьба. Вы ведь знаете, что до вас, Дарен в общем-то ни с кем не общался, кроме меня. И теперь у него что-то типа переизбытка общения. То есть, как интроверту, ему нужно подпитаться энергией с помощью спокойствия и уединения с собой. Пожалуйста, дайте ему эту возможность! Он не хочет прекращать общение с вами, он дорожит вашей дружбой, но ему сейчас очень тяжело свыкнуться с новой обстановкой, – как можно яснее и деликатнее расписывает совершенно спонтанную ситуацию Лили.       Ориан и Уильям переглядываются. Рыжеволосый, с явным сомнением в глазах, поджимает губы, показывая, что решение за Орианом.       – Всё в порядке. Если ему так будет лучше, то, конечно. Но, передай ему, что мы волнуемся, когда он без объяснений начинает нас избегать. Дарен нам не чужой человек, мы можем его понять.       Ориан с неким облегчением высказывает то, что хотел сказать все прошедшие выходные. Но где-то в подсознании в нём все равно ноет некий страх, что Дарен прервёт их общение насовсем.       – Хорошо. Вы не представляете, насколько я рада, что именно вы стали его друзьями, – с совершенно счастливейшей улыбкой и грустным взглядом, произносит Лили. Её саму начинает трясти от того потока эмоций, который она ощущает всё сильнее с каждой секундой.       – Пусть бережёт себя и обращается, если что-то нужно. Без лишних слов мы всегда поможем ему, – еле сохраняя спокойное выражение лица, говорит Ориан.       – Спасибо.       – Мы пойдём, а то опоздаем на урок, – хватая Ориана за руку и уводя дальше по коридору, быстро произносит Уилл. Ему нужно увести друга в безлюдное место, пока у того окончательно не случился срыв остатков самообладания.       Лили кивает, лишь мельком замечая странность в их поведении. Но сейчас ей нужно найти Дарена, и всё ему рассказать.

***

      – Ты в порядке?       – Вообще, нет, – мотает головой Ориан, тяжело дыша.       Он уже пару минут сидит сгорбившись на полу у кабинета, где около двух месяцев "ведётся" ремонт.       – Что тебя так вывело? Попей воды, постарайся успокоиться... – Протягивая бутылку, просит Уилл.       Он садится на корточки напротив друга.       – Она так говорила, будто мы важны для Дарена...       – Получается, что так и есть. Ты должен радоваться. Я впервые видел, чтобы она так сияла...       Ориан отпивает воду из бутылки и смотрит на Уилла измотанным взглядом, будто они не опаздывают сейчас на первый урок, а активно учились последние сутки.       – Что-то происходит... С Дареном что-то происходит. А это всё просто наши иллюзии. Я так хочу радоваться и довольствоваться тем, что имею, но я не могу, потому что понимаю, что это всё в пустую. У моих чувств нет будущего и у меня нет будущего с тем, с кем я хотел бы его разделить. Всё это так отстойно...       Уилл вздрагивает. Если Ориан говорит слово "отстойно", то ему действительно очень больно.       – Ты будешь счастливым, Ориан. Ты достоин счастья и любви. Всё будет хорошо, – искренне произносит Уилл и притягивает Ориана к себе, чтобы как следует обнять.       Ориан чуть успокаивается, чувствуя неимоверную поддержку со стороны Уилла.       – Ты так можешь заразиться...       – Чем? – Интересуется Уилл.       – Гейством, конечно, – пожимает плечами Ориан.       – Ты такой придурок... – смеётся Уилл.       Ориан устало улыбается и сильнее обнимает Уильяма, ведь он одно из немногих спасений в его жизни.