Дорога искупления

Мгновенно обернувшись, мужчины увидели взгляд Уокер, который уже пылал красным. — Значит, диалога не получится, — с некоторым сожалением в пустоту, сказал Асмодей. Взгляд Аббадона метался по Уокер. Он видел, как напряглась каждая её мышца, видел, как сжались её кулаки. — Вики, контролируй себя, — тихо сказал демон, стараясь обратить её внимание на себя. Взгляд демонессы мгновенно метнулся к его лицу. — Все в порядке, Аббадон, отойди в сторону, — проговорила Вики тем голосом, что он последний раз слышал в Чистилище. — Нет, Вики, не надо, — возразил демон, преграждая ей путь. — Это приказ, мать его! Ему ничего не оставалось, кроме как отойти в сторону. Демонесса расправила крылья и медленно начала приближаться в Сатане, упорно смотря ему в глаза. Он был не просто удивлен, его лицо отражало вселенский шок. Взгляд девушки горел огнем, а походка излучала уверенность и твёрдость в каждом шаге. — Я не услышала ответ на свой вопрос. Демоны, что остались в комнате, сделали шаг вперед, создавая перед Дьяволом живую стену. — Я даю тебе последний шанс, ублюдок, — прошипела Уокер почти в плотную приблизившись в демонам, что защищали своего правителя. — Кто ты такая, чтобы так со мной обращаться? Жалкий низший демон, еще и девка, — с нескрываемым раздражением сказал мужчина. — Неверный ответ. Как только Уокер закончила говорить, вся энергия, что таилась в ней, выплеснулась наружу. Демоны, защищающие Сатану полетели в стены, а вокруг Вики и дьявола образовался непроницаемый купол. Никто не мог пройти сквозь него, пока она не желает. Аббадон и Асмодей не слышали, что девушка говорила ему. Виктория сделала шаг назад и подняла взгляд на Дьявола. Её сила, словно невидимые когти, впилась в его сознание. — Я разрешаю тебе говорить, но не советую лгать. За каждую ложь ты будешь лишаться конечностей. И начнем мы с крыльев. Это ты приказал убить моего отца? — стальным голосом проговорила демонесса. Дьявол чувствовал, что каждая его клетка и каждая мысль принадлежит ей, но не понимал, как такое возможно. Ему было страшно. Его поглотила паника. Он не хотел умирать. — Да, — слабым шепотом наконец ответил дьявол. — Зачем? — Это была месть Ребекке. Она нарушила сделку. Виктории не хотелось узнавать сейчас, что это за сделка. Она была в ярости. И каждой клеткой тела желала убить его. — Ты собираешься начать войну с Раем? — спросила демонесса, делая защитный купол проницаемым. Она заметила, что демоны, защищающие Сатану, пришли в себя и не смогла отказать себе в удовольствии. — На колени, — прозвучал по комнате властный голос, обращенный к Сатане и его приспешникам. Они не только услышали, но и почувствовали приказ. Их ноги моментально подкосились и вот, в кабинете Сатаны стоит бывшая Непризнанная, а у её ног лежит сам Дьявол, с его сильнейшими воинами. Обведя помещение взглядом, она увидела то, что ей было необходимо. Посмотрев на кресло, оно через секунду оказалось за её спиной. Величественно, словно на трон, демонесса села в него. — Подползай ближе и отвечай на вопрос. Спустя пару секунд после приказа, Сатана оказался у её ног. Асмодей и Аббадон все еще стояли вне зоны досягаемости, отделенные от Виктории её же куполом, но теперь могли слышать каждое слово. — Да, я собираюсь воевать с Раем. — Зачем? — Потому что они всегда принижали Ад и демонов, — не успел договорить мужчина, как оба его крыла выгнулись под неестественным углом с жутким треском. — Правду, Сатана, только правду, — голосом, не терпящим возражений проговорила Уокер. — Потому что я хочу захватить власть в Раю, — скулящим от боли голосом признался Дьявол. — Войны не будет. — Ты не смеешь мне указывать, дрянная девчонка! Хруст. Громко и отчётливо, он раздался в помещении и эхом отскочил от всех стен почти пустого зала. Каждая кость, что была в левой руке демона была раздроблена. По лицу мужчины потекли слезы боли. — Ещё одно слово и я разрежу твоё тело на мельчайшие куски, а после закопаю их так далеко друг от друга, что ни одна из твоих шавок не сможет собрать. Помещение постепенно наполнялось тьмой, исходящей из тела Уокер. Будто её организм не в состоянии вмещать весь тот гнев, что сейчас кипел в ней. — Ещё раз. Последний. Медленно и четко. Специально для тебя. Войны. Не. Будет. — Войны не будет, — скрипя от боли зубами и давясь собственными слезами, повторил Дьявол. Виктория, упиваясь этой картиной, выпустила из-под контроля сознания демонов, охраняющих его. Аббадон никак не мог помочь ей, лишь крикнул: — Госпожа! Переведя взгляд в их сторону, она мгновенно откинула их от себя. — Кто убил моего отца? — продолжила допрос Уокер, полностью контролируя сознания всех, кто находился в её куполе. — Бельвиал! — Призови. Сейчас же. — Нет. — Какое благородство, — встав со своего кресла протянула Вики, обходя демона по кругу, — никогда бы не подумала, что сам Сатана решит отдать за кого-то свою жизнь. Похвально, очень похвально. Жаль ты не научил манерам своего заносчивого сынка. Знаешь ли, что из-за него меня исключили. Возможно, если бы этот олух был хоть немного умнее, ты бы сейчас не страдал, — говорила она, постепенно, кость за костью, ломая его правую руку. — Он не виноват! Это был Я! — Слишком много добрых поступков, мой господин, — с отвращением выплюнула Вики. — Я не лгу! Это действительно был я! Прочти в моих мыслях. Картинки побежали перед Вики очередным калейдоскопом. Она видит бал. Видит себя, Ости и Люцифера, сидящих на скамье. Вот она вскакивает и выходит из зала, а Люцифер лишь с сожалением смотрит ей в след и уходит танцевать с Ости. Следующая картинка — её обиженное лицо и дразнящее касание губ. Специально выбранное место, и точный расчет, вплоть до секунды. Сатана подстроил её исключение и заставил ненавидеть его сына. — Я убью тебя, — лишь срывается с губ Уокер, прежде чем в её руке возникает огненный шар. — Нет, госпожа! — кричит Аббадон, пытаясь прорваться сквозь купол. — Что такое, Аббадон? — на секунду оторвавшись, поворачивается к нему Уокер. — Вики, убери стену, прошу! — почти умоляет её демон и Уокер сдаётся. Уже через секунду два демона стоят слева и справа от неё. — Не убивай его, Уокер, — дрожащим голосом произносит Асмодей. — Почему же? — Ты так хочешь стать Правительницей Ада? — Мне не нужен трон. Пусть правит его сынок, я лишь хочу избавиться от этого ублюдка, — произносит она, занося руку с шаром все выше над головой. — Но по правилам, как только ты убьешь его, вся власть перейдет к тебе. Его сын может стать правителем, только если он добровольно передаст ему трон. Прецедентов с убийством правителя никогда не было, но по закону, у власти должен быть сильнейший, то есть — ты. Рука, держащая пылающую сферу опустилась. Огонь на ней погас. Она не хотела править, значит эта тварь поживёт еще немного. — Поднимись, — обратилась она к Дьяволу. Неуверенно, пошатываясь, он встал перед Викторией на ноги. — На колено. Словно в замедленной съёмке, постоянно теряя равновесие, с руками, висящими по бокам, словно плети, он встал перед ней на колено. Достав из-за пояса клинок, подаренный ей Аббадоном, легким движением руки она разрезала на нем рубашку, оголив область сердца. На кончике её пальцев заплясали язычки пламени. Поднеся руку к оголенному участку тела, она выжгла на нём полумесяц и звезду Давида. — Ты останешься жить. И будешь править. Твои руки заживут, но крылья никогда больше не будут могущественны. Я уйду. Но метка, оставленная мной, всю вечность будет сопровождать тебя, как напоминание. И обещание того, что я вернусь. И когда я приду в следующий раз, ты умрёшь. Не разочаровывай меня и всеми силами старайся отсрочить моё возвращение. Войны не будет. Помни, что я слежу за тобой и любое лишнее движение, приведет к смерти. Ни ты, ни твои псы никому не скажут о том, что здесь было. Ты упал. Очень неудачно упал, — уверенно проговорила Виктория, отпечатывая эти слова в его сознании. — Мужчины, здесь мы закончили, возвращаемся домой.