Дорога искупления

«Искать проблемы на аппетитную задницу – явно её конёк», подумал про себя Люцифер, удобнее перехватывая девушку. Нести её к себе было нельзя – отец решил сделать жизнь сына максимально обычной и его поселили в стандартную комнату на двух человек. Вряд ли его сосед сможет понять, что у него делает раненая девушка без сознания. Остаётся только одно – её комната. Дорогу он запомнил, когда уходил от неё ночью. Стараясь миновать места скопления людей, да и вообще людей, он добрался до её комнаты. Дверь, к его удивлению, была открыта. Ей явно нечего скрывать внутри. Да и кто осмелится туда проникнуть? Веки девушки дрогнули и открылись при соприкосновении с холодным шёлком простыни. — Люцифер? — Всё нормально, ты просто устала, такое бывает. Мне надо осмотреть твою рану, — осторожно поднимая её рубашку, ответил он на возмущённый возглас. — Не надо, все нормально. — Я разве спрашивал твоё мнение, Уокер? Вот именно, нет. Значит, заткнись и лежи смирно. — Да как ты смеешь, — слабым, но возмущённым голосом начала протестовать Вики. — Мне тебя связать и заткнуть рот кляпом? Если хочешь БДСМ – не обязательно падать на клинки. Можешь просто попросить, — с доброй усмешкой сказал Люцифер. Девушка перестала сопротивляться и просто лежала, прикрыв глаза. Ранение было глубоким и не переставало кровоточить. Очевидно, это был не обычный меч, а один из клинков адмиронов. — Кто тебя ранил, Уокер? — Я не знаю, их было много, и я не обратила внимания. — Почему ты вообще позволила себя ранить, черт возьми? — закипая от собственного бессилия, гаркнул Люцифер. — Я ждала, пока ты уведёшь всех демонов. Я не могла драться при них. — Почему же? — Я не хочу, чтобы страдали невинные, Люцифер. — То есть то, что пострадала ты – это норма? Ты обещала быть аккуратной, Уокер! — Я несу ответственность за свои поступки, Люцифер. Я сама решила играть в эту игру и мне некого обвинять, кроме самой себя. Кровь не останавливалась и постельное бельё, на котором лежала Вики, стало приобретать грязно-красный оттенок. — Мне нужно знать, кто и чем тебя ранил. Иначе ты просто истечёшь кровью и умрёшь. — Не в первый раз, — с горькой ухмылкой, больше себе, проговорила Уокер. — Что? — Ничего. Я не знаю армию Сатаны по именам, но Асмодей знает. Они с Аббадоном должны быть в Аду и разбираться с ними. — В каком смысле разбираться? Ты их не убила? — Нет. В этот раз я оттачивала навык ручного боя, а не силу. Они все были живы к моменту прихода Аббадона. — Секунду. Ты хочешь сказать, что ОДНА с клинком поразила ДВЕНАДЦАТЬ лучших воинов ада? — У меня был хороший учитель. — Шепфа. Зови Аббадона, я знаю, что ты можешь, с твоей раной надо что-то делать. — Я не могу. Он сейчас занят. Ты можешь идти, я дождусь его. Он придёт вечером. Со мной все в порядке. — Уокер, какая же ты глупая! Ты можешь не дожить до вечера, понимаешь ты это или нет? Я никуда не пойду, — резко вставая, ответил Люцифер. Дойдя до ванной, он нашёл там полотенце и намочил его. Когда демон вернулся в комнату, девушка уже была без сознания. Сняв с неё грязную рубашку, мужчина перемотал место ранения. Неосознанно, во сне она протянула руку, и взяла его ладонь. Не ожидая этого, Люцифер просто замер, словно мраморное изваяние. Слегка повернувшись, девушка положила его руку прямо себе на сердце, и накрыла сверху своей ладошкой, несильно прижимая. Демон сидел рядом с ней на кровати и слушал её дыхание, ощущая слабое биение сердца под своей ладонью. Аббадона не было, а её рука становилась всё холоднее. Он был в отчаянии и не понимал, что ему делать. Как он может просто сидеть и смотреть, как она умирает? Люцифер понимал, что она не одобрила бы его переживания, но ей и не нужно было о них знать. Эта девушка была настолько особенная, что он даже не мог этого описать. Их первый, и единственный, поцелуй, прочно засел в его сознании, не желая отпускать. Каждый раз, когда она появлялась в поле его зрения, мозг будто бы отключался. Он говорил то, из-за чего ему было стыдно, и делал то, за что готов молить её о прощении. Он не хотел впутывать маленькую Непризнанную в свою дерьмовую жизнь, но сейчас… После её исключения жизнь стала другой. Будто самое светлое, что когда-либо было в его мрачном мире, погасло. Он искал её взглядом каждый раз, когда выходил за пределы комнаты. Больше его не интересовало ничего. Ни одна девушка не вызывала в нём желания. То, как ощущалась его энергия, изменилось. И, как не странно, первой это заметила Мими. Он просто проходил мимо, а она окликнула его. Потеря лучшей подруги тяжёлым камнем свалилась на её хрупкие плечи, но она старалась быть сильной. — Люцифер, что-то случилось? – поинтересовалась Мими, с интересом заглядывая в его красные глаза. — С чего ты взяла, малышка Мими? —нацепив на лицо фирменную ухмылку, попытался отшутиться Люци. — Твоя энергия больше не такая, как прежде. Я не чувствую тебя прежнего. — С кем не бывает, — лишь кинул ей демон, продолжая свой путь. Но сейчас… Сейчас все было иначе. Это была не та Уокер, что он знал. Она не стала менее красивой или привлекательной, наоборот… Но её характер. Она стала такой скрытной и отстранённой. Не говорила толком ни с кем, кроме Аббадона и не улыбалась так, как раньше. С ней что-то случилось, и ему было жизненно необходимо узнать, что именно. Дверь с треском распахнулась, и на пороге появился Аббадон с Асмодеем, склоняясь в уже привычном поклоне и в один голос произнося: — Госпожа. Поднимая на демонов ярко-красные глаза, Люцифер посмотрел на них с отвращением. — Что здесь происходит, Люцифер? — немного агрессивнее, чем обычно, молвил Асмодей. — Пока ваша «госпожа» истекает кровью, вы развлекаетесь, наказывая демонов? Очень преданно, я просто аплодирую стоя, — раздражённо произносит Люцифер. Обстановка в комнате накаляется до предела, пока три мужчины лишь прожигают друг друга гневным взглядом. — Что с ней? — переборов себя, спрашивает Аббадон. — Её ранили. Кто-то из адмиронов. Раны от их клинков не затягиваются сами, для каждого клинка лекарство индивидуально... — Мы знаем это, — перебивает его Асмодей — Это был Астарог. Ты знаешь, где хранятся лекарства, Асмодей. — У Сатаны. Мы отправляемся сейчас же, — мгновенно покинули комнату двое мужчин. Глаза демонессы открылись, и она посмотрела на Люцифера. — Что происходит, Люци? — полушёпотом спросила она. — Все хорошо, Вики, ты просто устала, — отводя взгляд, попытался утешить её демон. — Все так плохо? — Нет. Я не позволю тебе умереть. Аббадон и Асмодей в курсе, они уже ушли за лекарством. Будешь как новенькая. — Прости меня, Люцифер, я понимаю, что у тебя нет времени со мной возиться. Все будет в порядке, ты можешь идти, — слабым, еле слышным голосом говорила демонесса. Она не хотела быть для него обузой. — Какая же ты глупая, чертёнок, спи, — освобождая свою руку из её хватки, проговорил Люцифер. Нежно, едва касаясь, он провёл кончиками пальцев по скулам и шее. Глаза девушки вновь закрылись. *** Полчаса спустя, в комнате вновь появились демоны. У Асмодея в руках была маленькая склянка с прозрачной жидкостью, которую мгновенно вырвал Люцифер. Все содержимое пузырька, тут же оказалось вылитым на рану Уокер. Кровь перестала идти, но процесс заживления протекал медленнее, чем обычно. В абсолютной тишине мужчины простояли у её кровати добрых два часа. Словно в замедленной съёмке, тяжёлые веки девушки стали подниматься. Её взгляд был ясный и весь туман из него пропал. Картина, что предстала перед её глазами, немало поразило её, поэтому она подняла руки и несколько раз провела ими по лицу. — Значит не сон. А что здесь происходит, мальчики? — слабым, но по-прежнему властным голосом задала вопрос девушка. — Уокер. Если ещё хоть один чёртов раз ты выкинешь подобное – я лично убью тебя, ясно? — не выдержав, начал кричать Аббадон. — Не смей меня отчитывать, — со сталью в голосе, ответила ему девушка. — Вики, — более спокойно начал Асмодей, — Он прав, почему ты позволила себя ранить? Почему не применила силу сразу и почему решила драться, а не просто подчинить их? — Во-первых, на поляне были другие демоны, а во-вторых, я считаю своё решение верным. Мы закрыли эту тему. Отчитайтесь. — Мы закрыли их в подземелье. Всех в отдельные камеры. — И все? — Мы подумали, что ты захочешь сама с этим разобраться, — немного стушевавшись, ответил Аббадон. — Хорошо. Это было послание Сатаны, — избегая взгляда Люцифера, задала последний вопрос Вики. Она чувствовала себя поразительно плохо, но старалась максимально скрыть это перед друзьями. Слегка приподнявшись на локтях, девушка села на кровати, сдерживая стон боли. — Да. Нам нужно с этим что-то сделать? — Нет. Я сама. Отдыхайте, — лишь ответила Уокер, желая как можно скорее остаться одной. Ей было нестерпимо больно, казалось, ещё секунда и громкий крик вырвется из неё. — Хорошо, госпожа, — ответили демоны и направились к двери. Люцифер, уже проходя дверной проём, обернулся и посмотрел на неё. Неожиданно даже для самой себя, Уокер прошептала: — Люци, можешь остаться?