The love you take (Любовь взаймы)

Северус Снейп лежал в своей собственной постели рядом с измученной проклятием восемнадцатилетней нимфоманкой, теперь мирно посапывавшей в его объятиях, и чувствовал себя так, как чувствует осужденный на смерть узник. О, как жестоко он себя обманывал! Какая-то часть его сознания была уверена – он без труда сможет удовлетворить потребности Гермионы простыми, но эффективными способами, позволяя сохранить дистанцию и достоинство перед собственной ученицей. Северус обладал несомненной властью над этой юной ведьмой и просто обязан был соблюдать субординацию в подобном положении. Благородный человек позаботился бы о потребностях дамы, не позволив себе увлечься и удовлетворять собственные желания. Ведь он не позволил бы себе подобного? Но Северусу пришлось столкнуться лицом к лицу со всей очевидностью страсти юной ведьмы – все желания и потребности Гермионы Грейнджер были сконцентрированы только на нем. Специально приготовленное зелье импотенции потерпело полное фиаско, когда Снейпу пришлось лично испытать на себе, что значит, когда тебя хочет Гермиона Грейнджер. Однако Северус все еще был настроен, самым решительным образом держать в узде собственные желания и обеспечивать полное удовлетворение всех нужд юной волшебницы, не преступая заветной черты и не теряя себя полностью в ней. Она. Гермиона Грейнджер – лучший друг Гарри-Мерлин-его-подери-Поттера, экстраординарная студентка; женщина, наделенная всеми качествами для того, чтобы стать сексуальной богиней любви, наделенная самой природой всем соответствующим «снаряжением» для указанного статуса. Неужели, за все время, что он знал девчонку, он мог о ней подумать, как о женщине? Снейп взглянул на каштановую копну волос, разметавшуюся рядом на подушке, и продолжил свои размышления. Поведение «всезнайки» ему очень напоминало собственное поведение во времена учебы в Хогвартсе. Дотошное внимание к деталям, желание детализировать и записать все, что узнала, горячая защита домовых эльфов, а также невиданный интеллект юной волшебницы – всегда вызывали в нем уважение. Возьмите все эти качества и поместите их в женщину, которая имеет самые восхитительные и соблазнительные формы, к тому же наделена ошеломляющей страстью, женщину для которой вы являетесь единственным мужчиной на этой грешной земле, Полярной звездой на ночном небосклоне, и у вас готов рецепт вашего полного поражения. Мерлин всемогущий! Северус был измотан до предела. Он достаточно долго смог удовлетворять Гермиону, не подпуская ее к себе близко, пока девчонка не налетела на него, задыхаясь от справедливого возмущения, требуя объяснить, почему же он отвергает ее. У него не было ответа. Северус действительно даже не задумывался о том, как вся ситуация воспринимается с ее стороны. Может быть, конечная цель его попыток сдержаться заключалась не в том, чтобы сохранить собственное благородство любой ценой; а когда девчонка обо всем узнала, оставалось лишь сделать то, что он сделал – полностью удовлетворить все нужды Гермионы, доставить как можно больше наслаждения, чтобы проклятье не вызвало никаких осложнений. И к чертям собачьим все последствия, какие может принести эта связь. Конечно же, мисс Грейнджер не давали права выбора, да и он под давлением Дамблдора был вынужден согласиться обеспечивать ее нужды, прекрасно осознавая, к чему это все приведет. Чувствуя дискомфорт из-за непривычного для его души раскаяния, не желая больше переносить жестоких сожалений из-за той прошлой единственной любви, которую он испытывал когда-то к другому человеку, Северус позволил упасть своей защите, когда дело коснулось этой молодой ведьмы. Мучения, которые Гермиона вынесла за последние двадцать четыре часа, точно не были его ошибкой – не Снейп проклял ее, в конце концов, – но возможность облегчить страдания мисс Грейнджер, в буквальном смысле слова, была сосредоточена в его руках. Поначалу Северус отказал ей в том, в чем она больше всего нуждалась, пытаясь оградить самого себя от вещей, которых так страшился – эмоциональной привязанности и потери собственного достоинства. Зельевар взглянул на прикроватную тумбочку и увидел Нексус. Вылитый из чистого серебра, украшенный по моде девятнадцатого столетия, этот амулет считался почти антиквариатом. Пришлось вызывать эльфа из поместья Принцев и просить его доставить подарок. Такие сувениры уже давно вышли из моды и употребления, еще после войны с Гриндевальдом, но Северус всегда с почтением относился к родовым традициям. Он решил сделать такой подарок Гермионе, не взирая на то, каким гнусным способом она лишилась девственности. Наконец мужчина почувствовал, что сон овладевает им, и погрузился в дремоту, рядом со своей соблазнительной искусительницей. * * * * * Легкие прикосновения, словно кожу ласкали пером, практически разбудили зельевара. Нежные пальчики коснулись его члена, осторожно поглаживая бархатистую кожу. Рука мужчины накрыла маленькую ладошку, направляя ее и обучая правильной технике. Если уж кто-то и решил его одарить такими ласками, то стоит все делать правильно. Какие удивительные ощущения – мимолетные, почти невесомые прикосновения губ к его руке, направлявшей ее ладонь, сулящую удовольствие – Мерлиновы яйца, теперь те же влажные губы ласкали его пенис. Глаза Северуса распахнулись, и он увидел, как девчонка лизнула его мошонку. Ее маленькая ладошка, направляемая его рукой, продолжала мерно поглаживать и немного сдавливать член. – Что вы делаете? – охрипшим от сна голосом просипел Снейп, убирая руку Гермионы от своего тела. Она ответила, и ее дыхание обожгло тело мужчины, обещая одарить его оральными ласками. Член дернулся при одной только мысли о том, что девчонка хотела сделать. Во имя Нимье, что она себе позволяет, что творит? Порядочные женщины не позволяют себе такого – продажные могут, особенно, если им хорошо заплатить. – Остановитесь, сейчас же! – гаркнул Северус и потянулся, чтобы отодвинуть ведьму подальше от себя. – Но я же пробовала вас на вкус, – ответила Гермиона. Ее глаза горели жаждой, – Мне так хотелось разбудить вас лаской, чтобы вы снова сделали это со мной. – Я спал, – зачем-то сказал Северус, – я абсолютно истощен сейчас, но можете не стесняться, развлекайтесь! – добавил он, с интересом наблюдая, как девчонка пытается сесть на него сверху, потирая жаркую влажность своего тела о его орган. Снейп был совершенно потрясен, когда Гермиона приподнялась, взяла в руки его пенис и с легким удовлетворенным вздохом скользнула на него. Перед удивленным взглядом своего профессора мисс Грейнджер начала двигаться, насаживаясь на него с наслаждением, постепенно находя подходящий темп и угол наклона, который доставлял ей наибольшее удовольствие. Девчонка склонилась к нему, и твердые напрягшиеся соски слегка задели его грудь. Она поймала губы Северуса в легком, расслабляющем поцелуе, который в одно мгновение разжег его дремлющее желание, и тут Снейп со всей очевидностью, заставшей его врасплох, понял – ведьма совращала его. Он запустил руку в волосы Гермионы, прижимая ее к себе, удерживая сладостный поцелуй, пока его язык исследовал и ласкал ее рот. В это же время мужчина начал двигать бедрами в такт движениям Гермионы, входя в ее тело все глубже. Сдавленным стонам удовольствия, вырывавшимся из ее груди, ответом послужило его глухое рычание. Снейп хотел ее, безумно хотел ее прямо сейчас. Одним движением Северус перевернул Гермиону на спину, и, продолжая двигаться, ухмыляясь, взглянул в лицо ведьмы. Схватив ее руки, поднял их над головой, и, удерживая запястья, буквально стал насиловать. Мужчина врывался в ее тело глубокими, резкими толчками, голова откинулась назад, глаза закрылись, и только слух воспринимал сладострастные стоны Гермионы, постепенно переходящие в крики, свидетельствующие о приближении развязки. Сейчас Северус мог думать только об одном – как глубже погрузиться в сладкие глубины ее тела. Мощный оргазм, захлестнувший тело, исторг из его горла звук, постепенно переросший в рев. Северус чувствовал, как его горячее семя затопляет потаенные уголки сладкого тела ведьмы, и в этот миг почувствовал себя завоевателем, покорившим весь мир. Он продолжал оставаться все в том же положении, пока его дыхание, наконец, не успокоилось, и Северус понял, что щедро вознаградил первоначальные неумелые попытки его партнерши доставить ему удовольствие жестким и примитивным трахом. Скользнув в сторону, он осторожно убрал прядки волос с лица Гермионы и увидел, что девчонка уже спала. Горделивая улыбка сияла на ее губах. Он в изнеможении упал на подушку, тихо рассмеявшись, очевидно, Гермиона как раз и добивалась такого результата, когда решила одарить оральными ласками самые чувствительные части его тела. Сон настиг мужчину как раз в тот момент, когда он в уме прокручивал список необходимых ингредиентов, которые ему понадобятся, чтобы приготовить зелье мужской силы. ***** Первоначальная основа для будущего зелья как раз кипела в котле, а Снейп нарезал корень Liriosma ovata*, когда Гермиона вошла в его лабораторию следующим утром. Она только что вышла из ванной, и ее непослушные локоны были влажными, лицо светилось. Легкий аромат мыла исходил от нее. Ведьма набросила его огромный халат, и ее взгляд казался расфокусированным, немного остекленевшим; Северус понял сразу – все напрямую связано с эффектами проклятия. – Доброе утро, – поздоровалась Гермиона, приближаясь к профессору. Она не удостоила взглядом смесь, кипящую в котле, но пристально, не отрывая взгляда, улыбаясь, смотрела на мужчину. – Сомневаюсь, что утро доброе, – в ответ проворчал Мастер зелий, продолжая шинковать корни. Ее улыбка немного померкла, но Гермиона все равно осторожно коснулась кончиками пальцев его покрытой щетиной скулы. – Я соскучилась, – просто и открыто сказала она. Прерывая поток нежности, Снейп перехватил ее запястье и сунул в руку девушки тяжелый мраморный пестик. – Измельчите листья гинко, – ядовитым тоном приказал он. Гермиона сжала рукоятку пестика и автоматически потянулась за листьями. Зельевар исподтишка наблюдал за ней сквозь завесу сальных прядей, упавших на его лицо – она прикусила нижнюю губу и нервно дернула головой, словно смахивая невидимую паутину с лица. – Я надеялась, что вы вернетесь в кровать, – сказала ведьма, начиная измельчать листья. Девчонка справлялась с поставленной задачей великолепно, как студент готовый сдавать экзамены уровня ЖАБА – держала пестик под правильным углом и давлением, превращая сухие листья гинко в порошок. – Я знаю, – буркнул в ответ Снейп. Первоначальное раздражение улеглось, когда он заметил, с какой готовностью мисс Грейнджер принялась выполнять его поручения. – Однако если вы рассчитываете на мое полное участие в процессе, сначала помогите мне приготовить это зелье. Гермиона нахмурилась и, не отрывая взгляда от пестика и ступы, сказала: – А разве вы не держите подобное зелье под рукой? – Не дерзите! – рявкнул зельевар, и девчонка сникла. Гермиона старательно трудилась, фокусируя все внимание на выполнении поставленных задач. Северус продолжал работать, время от времени бросая украдкой взгляд в ее сторону, мысленно прикидывая, как долго он сумеет отвлекать ее, пока зелье не дойдет до необходимой стадии готовности. После получаса непрерывного процесса приготовления, он оставил Гермиону, предварительно поручив ей размешивать зелье по тридцать шесть раз каждые пять минут, не забывая при этом после каждого шестого помешивания делать одно движение против часовой стрелки. Он быстро принял душ, побрился и надел чистую одежду, уложившись в пятнадцать минут. К моменту, когда Снейп вернулся в лабораторию, Гермиона стояла, впившись взглядом в зелье, а руки, сжимавшие палочку, заметно дрожали. Она с надеждой взглянула на него, когда Северус вошел в комнату, и на ее личике появилось выражение облегчения. – Какого цвета стала смесь? – спросил зельевар немного дрогнувшим голосом, стараясь сохранить свои лучшие преподавательские интонации в голосе, несмотря на его неофициальную одежду. – Канареечно-желтого, – ответила девушка ученическим тоном, подражая его учительской манере, – пожалуйста, сэр. – Зелье должно настаиваться тридцать девять минут, пока не загустеет, – резко сказал он. – Установите таймер. Гермиона с покорностью положила палочку на стол и включила таймер, закончив, взглянула на профессора с беспомощностью и мольбой: – Простите, я оттягивала этот момент, как могла… – расстроено прошептала она. Снейп приблизился к девчонке, раздраженный отчаянием, сквозившим в ее тоне. – Вы неплохо справились, – спокойно произнес он. Находясь в непосредственной близости от Гермионы, он прекрасно мог слышать сладкий мускусный аромат ее возбуждения, и с удивлением отметил, как его член немедленно прореагировал на это. Несмотря на то количество раз, которые они были вместе за прошедшие несколько часов, боевая готовность его тела стала для него приятным сюрпризом – и ведь даже без зелья! Подавив нестерпимое желание сорвать с нее халат, Снейп заставил себя не двигаться. – Как я могу вам помочь? Словно прочитав его мысли, Гермиона легким движением плеч освободилась от халата, сбросив его на пол. Прижавшись к телу профессора, ее руки скользнули вокруг его талии. – Коснитесь меня, – сказала девушка, лаская и сжимая ладонями ягодицы Северуса. Словно обезумев от прикосновения ее рук, Снейп запустил одну руку во влажные волосы Гермионы и поцеловал ее нетерпеливый жаждущий рот. Другой рукой он нежно ласкал плечо, постепенно спускаясь ниже, к упругой округлости ее груди, осторожно поглаживая большим пальцем твердую горошинку соска. Она застонала, лаская языком его губы, целуя в ответ с такой бешеной страстью, что его желание вспыхнуло словно огонь. Северус погладил мягкую кожу ее живота и опустил руку ниже, погружая пальцы в ее влажность, находя и слегка поддразнивая клитор девушки. Гермиона словно обезумела от страсти и укусила губу мужчины, ее горячий ловкий язычок настойчиво вторгался в рот Северуса. Глухо зарычав, Снейп подхватил ее под ягодицы, и девчонка тут же обвила ногами его бедра. Одним ловким движением, он усадил ее на стол, за которым обычно работал. Едва ее задница коснулась столешницы, Гермиона отпустила плечи мужчины и ее руки устремились к ширинке, пытаясь побыстрее расстегнуть ее. Северус отбросил ее руки в стороны и, наклонив голову, захватил губами сосок, посасывая и покусывая напряженную плоть. Ведьма опустилась на стол, поддерживая себя на согнутых руках, бесстыдно выгибая спину, чтобы дать ему больший доступ к ее груди. Северус ласкал сначала одну грудь, затем другую, его член напрягался от каждого прикосновения его языка к затвердевшим от сладкой пытки соскам девушки. Когда Гермиона застонала от удовольствия, он ввел два пальца в ее узкий канал, поглаживая и массируя большим пальцем клитор. Полуприкрыв от наслаждения глаза, Северус смотрел на молодую обнаженную женщину, бесстыдно раскинувшуюся на его рабочем столе. Еще никогда, за всю свою жизнь, не доводилось ему видеть картину настолько возбуждающую. Стройная шея, изогнутая назад, непослушная грива волос, покрывавшая всю столешницу. Упругие груди идеальной формы, с нежно-розовыми торчащими сосками, словно умоляли коснуться, одарить лаской, уделить им достаточно внимания. Округлые бедра, плавно двигающиеся в такт движениям его руки. Стройные ножки, бесстыдно широко раздвинутые, чтобы дать беспрепятственный доступ к ее сладости – Северус не смог бы забыть эту картину никогда, как и ощущение ее ног, сжимавших его бедра, когда он брал ее снова и снова. Без излишней суматохи зельевар расстегнул брюки и достал уже болевший от напряжения член, наконец, заменяя пальцы своим органом. Он начал не торопясь поглаживать головкой клитор девушки, мягко лаская атласной кожей ее возбужденную плоть. – О, да, – нежно прошептала Гермиона, приподнимая немного бедра, пока, наконец, головка его члена не расположилась прямо у ее входа. – Да, – зашипел он в ответ, принимая приглашение и врываясь резким толчком в ее горячее тело. Словно желая отомстить за отметины от ее ногтей, оставшиеся после нынешней ночи на его плечах, Северус впивался пальцами в нежную кожу бедер ведьмы, погружаясь в ее сладкое и изнывающее от желания тело. Гермиона с нетерпением и удовольствием встречала каждый удар, каждый толчок, каждое давление на ее клитор и, не отрывая глаз, упивалась наблюдением за выражением его лица, пока он неистово брал ее. Она дважды кончила, очень быстро, и тем не менее, Северус все еще продолжал в ней двигаться, отстраненно наблюдая, словно со стороны, как грубо трахает свою студентку, в своей личной лаборатории, усадив ее на стол, в такой совершенно удобной для него позе. Когда он, наконец, затопил ее своим семенем и остановился, переводя дух, Гермиона сжала стройными ногами его бедра, не позволяя ему отодвинуться. Девчонка ухватила его за рубашку и притянула ближе к себе, одарив профессора горячим, страстным поцелуем. Позволив, наконец, мужчине отодвинуться, Гермиона прошептала очищающее заклинание, удаляя последствия их соития с его тела и брюк, и, соскочив со стола и подхватив с пола халат, преспокойно вышла из лаборатории, ничуть не смущаясь своей наготы, нахально покачивая бедрами. Снейп в течение нескольких секунд тупо смотрел на дверь, закрывшуюся за ведьмой, спрашивая себя: какого же монстра удалось создать Темному Лорду, благодаря этому треклятому проклятию Принуждения? Когда профессор появился в гостиной через скрытую дверь, ведущую в его лабораторию, он с радостью отметил, что Гермиона позаботилась о завтраке для них. И даже налила ему чай, затем вновь вернувшись к изучению учебника по рунам. Прошло три часа, прежде чем он оторвался от прочтения журнала, чтобы увидеть перед собой обнаженную девушку, державшую в руке дозу зелья потенции. Снейп взял склянку и проглотил жидкость, отметив приятный вкус и чарующий аромат. – Ну, и через какое время наступит эффект? – спросила Гермиона, наблюдая за ним. – Через пятнадцать минут, – спокойно ответил Северус, спрашивая себя, что же она планирует делать дальше. Самым удивительным для профессора оказалось то, как быстро реагировало его тело на присутствие ведьмы, особенно учитывая то, сколько раз они переспали за последние часы. Ни слова не говоря, Гермиона осторожно опустилась на его колени, аккуратно расположив бедра между подлокотниками кресла. Северус откинул голову на спинку и наблюдал за девчонкой: она, удобно устроившись поверх его коленей, начала нежно поглаживать пальчиками его волосы, затем склонилась и поцеловала. Сейчас он позволил Гермионе полностью взять инициативу на себя, чувствуя ленивое удовлетворение от ее попыток возбудить его. Гермиона мягко оторвала его ладони от подлокотников и положила себе на грудь, тотчас же ее колени напряженно сжали его бедра, пока она устраивалась поудобней. Снейп неторопливо коснулся грудей девушки, приподнимая их в руках, мягко сжимая упругие полушария. Затем захватил соски между пальцами, немного сдавливая, наслаждаясь вздохами удовольствия и мягкими стонами девчонки. В одно мгновение зелье превратило его из спокойного наблюдателя в страстно желающего участника. Эта реакция не прошла не замеченной ведьмой, и Гермиона удовлетворенно хихикнула. Их руки встретились на поясе его брюк, нервные путаные движения – поскорее бы освободить его плоть, и, наконец, с удовлетворенным вздохом Гермиона опустилась на его торчащий как кол пенис. Она и дальше продолжала удивлять Северуса, двигаясь вверх и вниз с чувственностью, которая ясно противоречила ее неопытности. Направляемая безумной жаждой, девушка достигла оргазма буквально через пару секунд, продолжая двигаться и насаживаться на его возбужденный член. Северус, пораженный новизной ощущений от секса в любимом кресле, был изумлен, когда несколько минут спустя умелые действия девушки подарили ему восхитительный по своей силе и наслаждению оргазм. Это настолько понравилось Гермионе, что она вовлекла его губы в сладкий поцелуй, вдыхая его ошеломленные стоны удовольствия. И когда, наконец, она, ослабевшая и довольная, опустилась ему на грудь, переводя сбившееся дыхание, Снейп позволил ей так и остаться на некоторое время, так и не заметив, когда она успела заснуть. Не обращая внимания на следы их соития, мужчина поместил чары невесомости на ведьму и, встав, отнес ее в спальню, уложив затем на постель. Он осторожно наложил на нее очищающие чары и, накрыв покрывалом, тихо вышел, оставив девушку отдыхать. ***** Снейп и Гермиона провели прекрасное воскресенье в его комнатах, заказывая еду с кухни, когда голод давал о себе знать, и, занимаясь сексом, когда в силу вступало действие проклятия. Зелье потенции, рецепт которого Северус нашел в одной из книг по темным искусствам, оказалось чудесным препаратом и, в будущем, несомненно могло бы сделать его довольно богатым, после того как он получит свободу и сможет открыть собственную аптеку. В те тихие моменты, когда жажда и страсть были утолены, Северус проверял студенческие эссе, а Гермиона выполняла домашние задания, перечитывая учебники и конспектируя необходимый материал. Мастер зелий задавался вопросом, почему она так и не переодевалась в собственную одежду? Но действие проклятия вынуждало Гермиону слишком часто сбрасывать одеяния, и ее собственная одежда была в этом плане очень неудобной, предположил Снейп. Самое главное, что большую часть времени, Гермиона вела себя очень тихо и, казалось, абсолютно не испытывала желания засыпать учителя вопросами, что весьма удивило Северуса. С ней можно было ужиться? ***** Вечером, когда Снейп лежал на кровати позади Гермионы, неторопливыми движениями погружаясь в ее жаждущее тело, при этом пальцами лаская ее клитор, вызывая стоны и вздохи удовольствия, он смутно слышал голос директора, исходивший от камина – но старик мог подождать. Гермиона, потерянная в своем удовольствии, не заметила, как он замер на мгновение, а Северусу, уже почти приблизившемуся к долгожданной разрядке, в тот момент было глубоко наплевать на весь окружавший их мир. Прошло меньше сорока восьми часов, а Гермиона Грейнджер – ее потребности, желания, вкусы, ее стоны удовольствия и ее наслаждение – все это стало для Северуса Снейпа центром вселенной. Она принадлежала ему до восхода солнца, и будь он проклят, если позволит кому-нибудь забрать ее раньше положенного срока. И тут действительность внезапно обрушилась на Мастера зелий: та, которую он терпеть не мог еще менее двух суток назад, сейчас превратилась в его персонального боггарта. Наступит восход солнца, и его сладкая Нимье вновь станет его студенткой, и обыденная рутина поглотит их. Но сейчас он пока еще существовал в этой маленькой сладостной вселенной, наслаждаясь телом Гермионы Грейнджер, и останется здесь и с ней, пока ей не будет приказано уйти. ***** *Liriosma ovata (Muira Puama) Что-то среднее между большим кустом и деревом, растет в Южной Америке. Отвар из корней якобы обладает афродизирующим действием... – по материалам «Словаря растений» от Гильдии практикующих магов.