искусство

***

      Ася ощущает сочащуюся между пальцев свободу, когда Артем позволяет девушке открыть люк автомобиля и вылезти к ветру, который обязательно растреплет ее причёску. Парень едет быстро по практически пустой трассе ведущей в соседний город, где их никто не ждёт, шатен едет навстречу закату, что разукрашивает небо в персиковые, красные и розовые оттенки. Асаевой тяжело дышать от этой красоты, от чувства единения с этим, кажется, моментом бесконечности. Именно сейчас они бесконечны, а через пару мгновений могут стать и незнакомцами. Шатохин что-то кричит возлюбленной из салона машины, гладит ее под коленкой, придерживая свободной рукой, но она не слышит его, девица поглощена счастьем, неожиданно окутавшим кареглазую с головой. Такое случается редко, поэтому Ася не может оторваться от этого даже ради шатена.       — Первый, первый, я второй, вы на связи? — повторят Артем, открыв окно со своей стороны и вытащив голову.       — Да, — она хохочет и плавно разрезает распахнутыми руками воздух, будто птица.       — Не хотите поужинать? Тут скоро будет неплохое кафе.       Как она может отказаться? Они проходят в уютное помещение, смеясь над шуткой, которую понимают только вдвоём, унылые зеваки оборачиваются на них, не понимая радости пары, ведь поводов для неё в этом погрязшем в грехах мире совершенно не осталось. Шатен прижимает возлюбленную к себе за плечо, оставляет поцелуй на макушке, а после морщит нос, замечая, как одна из прядей девичьих волос образовала колтун. В мыслях юницы проплывают сцены ее страдальческих попыток расчесаться или остричь это недоразумение, и он улыбается. Его всегда забавляло, как Асаева убивалась по ерунде. Но ведь Шатохин поможет ей распутать волосы, не так ли?       — Ты веришь в перерождение душ? — спрашивает у него Ася, отравляя картошку фри в рот.       — Мне хотелось бы верить в это, ведь тогда окажется, что после смерти наши души не исчезнут. Круто знать, что наши любимые не испарились в забвении, а живут где-то свою новую жизнь. А ты веришь?       — Неа, — шатенка отрицательно качает головой, отчего парень хмурит брови и вопросительно смотрит на Асаеву, делая глоток молочного коктейля. — Я думаю, что мы оказываемся здесь случайно. Наши жизни длятся жалкое мгновение по сравнению с временем вселенной, и у нас нет ещё одного шанса в другой жизни, поэтому жить на полную катушку нужно прямо сейчас.       — То есть, когда мы умрем, мы больше не встретимся? — Шатохин, оперевшись локтем о стол, выставляет перед кареглазой раскрытую ладонь, а Ася прикладывает к ней свою.       — Скорее всего, нет. Именно поэтому мы должны успеть попробовать все.       В их касании сплетаются атомы, что так любят друг друга, они танцуют под ритмы их сердец, которые бьются, как одно, они хватаются друг за друга крепче, пока у них есть такая возможность, пока они ещё могут держаться плечом к плечу, ведь через миллисекунду их двоих может не стать. Но космическая пыль, в которую они превратятся после смерти, обязательно найдёт путь к той части совершенного, коим они являются сейчас. Его глаза светятся изнутри, когда он смотрит на Асю так влюблённо и всепоглощающе, а она тянется к нему через стол, чтобы оставить на алых губах трепетный поцелуй.       — Куда едем дальше, мисс? — исполнитель открывает перед юницей дверь своего джипа, предлагая сесть.       — Думаю, прямо, сэр. Навстречу луне, — она строит серьёзный вид, когда шатен с улыбкой пристегивает ее.       — И куда же она приведёт нас?       — Шатохин Артем, с каких пор это имеет значение? Давай просто всю ночь кататься, а потом уснём на берегу океана в обнимку, укрываясь твоей курткой, — Асаева обхватывает мужское лицо ладошками, заглядывая в глаза с вызовом.       — Тогда нам нельзя терять ни минуты, — шепчет кареглазая в губы возлюбленного, а через пару минут Артем везёт ее в темноту, разрезанную светом фар и ярким отблеском луны, которая сегодня для них главный ориентир.