-Все равно умру когда-то.

–Да? Завтра в 11? Ох, да, мы сможем, мистер Чон, спасибо.       В голове Тэхена, слышавшего этот разговор отца по телефону, были лишь всевозможные маты мира, каждое слово из которых полностью сейчас описывало его ситуацию. Так же в его голове проносились тысячи вариантов того, куда потащит его отец.       Буквально в ту же секунду, дверь комнаты опять открылась и оттуда виднелся родитель. –Слышишь? Завтра мы едем к психологу и с твоим мнением я считаться не буду. –Пх, как всегда, – лишь фыркнул Тэхен в закрытую дверь и пошел доставать коробочку с лезвием. –Ну, за это надо резануть, – пошутил для себя парень, чтобы все не казалось совсем траурным – и впрямь – порезы, это же так весело. Утро завтрашнего дня.       Ким садится в такси на заднее сидение, не отдавая отчета своим действиям, ведь сам считал, что здоров. Тэхену стало интересно, на что пойдут люди, дабы его «спасти». Думал посмотреть на психолога, оценив его и решив, сколько раз он появится к нему на процедуры.       Вот отец с сыном заходят в здание небольшой больницы, поднимаются на второй этаж из трех, и ждут своей очереди, дабы зайти в кабинет психолога. Тэхен честно ожидал там увидеть мудрого старикашку с отросшей щетиной лет семидесяти, но, когда он переступил порог – увидел молодого парнишу, лет двадцати, может больше. –Какие у вас жалобы, – начинает вроде бы уже такую заевшую мантру психолог, – Ах да, извините, мы с Вами, наверное, не знакомы, Чон Чонгук, – психолог приветливо протянул парню руку, на что тот слегка попятился назад, не от страха, а от неприязни, скорее всего. –У меня никаких жалоб, а вот моего папашу, видимо, что-то да волнует, – начал Тэхен, – И да, предпочитаю соблюдать дистанцию два метра, касательно пока что вас двоих, – пробасил он, на что психолог еле заметно потупил голову, думал, что ему придется работать с подростком, хотя Ким по сути и был подростком, но был у него такой голос, что поделаешь. –Хорошо, господин Ким, можете описать проблему? – психолог обращается к отцу Тэхена. –Я увидел, как мой сын резался, его рука была полностью в шрамах, – цитирует Ким старший, пуская осуждающий взгляд на сына. –Тэхен, можешь показать шрамы? – с надеждой просит Чонгук на что следует сухое «нет». –Ким, покажи свои шрамы, – отец начал понемногу выходить из себя. –Что непонятного в трех буквах, тебе же, черт, было всегда на всех похеру, ты даже не соизволил явиться на похороны матери. Если бы ты не заметил того, что я режу руки сейчас, я сомневаюсь, что и на то, что я спрыгну с крыши, рано или поздно, ты бровью не поведешь, опять все списывая на работу, - Ким младший всегда говорил спокойно, и сейчас пытался, но выходило так себе, – Хочешь посмотреть на мои шрамы!? – прикрикнул парень, начиная почти срывать с себя рубашку, – Смотри. Смотри, блять! Штаны мне снять!? – на его теле было столько порезов, что реально казалось, что там нету места для новых, нетронуты были шея и спина. Тэхен надел одежду обратно, в ярости выбегая из кабинета.