Fake life

Яркий свет перед глазами, посторонний, но до боли знакомый голос, излишнее мельтешение… — Это тест номер 49… Блять, боже, лишь бы получилось… — Алишер устало вздохнул, рассматривая новое, но такое же, как и было, тело Славы. — Ты же помнишь, как тебя зовут? Карта памяти не повредилась? В ответ он кивнул и на еще слабых ногах шагнул вперёд, но, тут же упал, как ребенок, только познающий мир. К счастью, Моргенштерн сразу подхватил его под руки, на давая удариться коленями о пол. — Ты — Алишер, кажется… А я Слава. Создатель кивнул, рвано выдыхая. Вспомнил. Значит все старания не прошли впустую. Слава был совсем как прежде, ведь память удалось спасти. Но остались ли чувства? Захочет ли робот быть с ним, учитывая, что Моргенштерн убил человека, пусть и ради того, чтобы спасти любимого? Слава отмер, будто услышав тяжёлые мысли Алишера, и прижался к его широкой груди. Парень тут же сгрёб андроида в объятиях, все ещё стараясь отойти от пережитого стресса. — Блять, малыш, ты живой… — Да, живой… — пробормотал Слава в ответ, смотря в темные глаза напротив. Они могли до бесконечности долго рассматривать что-то в глазах друг друга, все стараясь восполнить те пробелы, пока они были в разлуке, если бы не Славин вопрос. — Что стало с тем мужчиной? И где Анастасия? Моргенштерн глубоко вздохнул, отводя взгляд от андроида, Но Слава не дал отстраниться насовсем. Медленно, не говоря лишних слов, которые были им совсем не нужны, он переплел их руки и тут же сцепил их в замок. — Я приму любой ответ… — тихо сказал робот, вновь укладывая голову на его груди. Ритм чужого сердца ускорился. — Захлебнулся водичкой тот мудак, — горько усмехнулся Алишер. В его взгляде не было ни капли сочувствия. — Он ещё легко отделался. Пидорас… — Тише… Слава быстро прижался губами ко лбу парня, легонько проводя пальцами по его едва колючей щеке. Алишер тут же подался вперёд к чужой изящной руке, будто кот, ищущий ласки и тепла. — Я, блять, так истосковался по тебе, малыш… Думал, что все, пизда котенку. Правда Настя подала мне идею, если бы не она, то… — Где она? Взволнованный взгляд на парня, брови, сведённые домиком, нервные покусывания губ. Боже, Слава когда-нибудь добьёт Алишера. — Я ее отключил до лучших времён… — неохотно ответил инженер. Заметив, что личико андроида приобрело весьма разгневанный вид, он поспешил исправиться. — Она сама попросила. — С чего бы это? С каждой минутой Слава становился все недовольней и недовольней. Взяв себя в руки, он отстранился от недоуменного парня и подошел к окну. Было светло, но солнце еще не появилось на небосклоне. — Она не вынесла всего этого. Хозяина у нее нет, она как только увидела, что ты… Умер, — голос Моргенштерна дрогнул. — то сразу попросила меня отключить ее. Она чувствовала вину. — За что? — поразился Слава. Он повернул голову к Алишеру, уже стоящему за его спиной. Тот лишь пожал плечами и придвинулся к роботу вплотную, после чего последовал наполненный нежностью поцелуй. — Если бы не надо было туда идти, то все бы остались живы. Настя посчитала, что это все из-за нее. — Ты хотя бы пытался остановить ее? — Алишер кивнул на вопрос Славы и крепче обнял его. Какое-то время стояли молча, тишина нарушалась лишь мерным тиканьем настенных часов. Моргенштерн довольствовался спокойной минуткой, проведенной с любимым, а его творение просто смотрело в окно. — Мне очень нравится рассвет. Это время, когда можно побыть наедине с собой. Лишние мысли в голову не лезут, — тихо проговорил Слава, не поворачивая головы. — Мне жаль, что Настя не смогла почувствовать это чувство. — О чем ты? — Я про свободу. На рассвете чувствуешь, что тебе все нипочём. — все так же тихо ответил андроид. — Знаешь, ты научил меня быть свободным. — гордо произнес Алишер, целуя парня в шею. — Правда? Приятного слышать, — Слава извернулся в родных руках и сам быстро прижался к губам. — Умоляю, побрейся. И пошли в спальню. А Алишер взял и пошел. Как он мог сопротивляться?