К чему приводят неожиданные подарки

      Гермиона стиснула в руках книгу, выходя из тени приоткрытой двери.       На часах было далеко за полночь, гриффиндорцы видели десятый сон, а староста, не желая прекращать любимого дела, имела чёткий план — как и где провести досуг за чтением увлекательного фолианта по древней магии.       Инсендио вновь зажгло бы остывший серый камин, а Живоглот уютно устроился бы у неё на коленях, мурлыча от радости видеть свою хозяйку в столь поздний час.       Мысли вертелись вокруг прочитанных ранее глав, настроение было умиротворённым.       И тем сильнее оказалось её удивление, когда в любимом кресле у камина она заметила мирно спящего близнеца Уизли.       В голове промелькнула мысль «Разбудить», всё же она — староста, за порядком следить нужно даже ночью. А с близнецами — особенно ночью. — Фред? — прокашлявшись, позвала она.              Но оказалось, что он и не спал, хоть со спины могло показаться иначе. Уизли сидел, откинувшись в кресле, а на носу у него красовались какие-то дурацкие цветные очки. — Фред в спальне, — ответил он, даже не оборачиваясь. — А ты тогда?.. — А я — Джордж.       Гермиона усмехнулась. — У Джорджа нет надписи на лбу: «Люблю тебя, Фредди, твоя Кэти». — Что?! Она не могла!.. — Фред тут же сорвал очки и бросился к забытому кем-то из гриффиндорок зеркальцу, проверяя своё лицо и абсолютно чистый, веснушчатый лоб. — Очень смешно, Грейнджер.       Гермиона не могла сдержать победной улыбки, и, увидев её, Фред тоже расплылся в ухмылке — он понял, что сам себя выдал. — «Твоя Кэти»? Серьёзно? — он вернулся в кресло, поднимая с пола очки. — Следишь за моими отношениями с одногруппницей?       Гермиона закатила глаза, пряча румянец. — Как будто вы скрываетесь! На завтрак, обед и ужин только и видно, что ваши обжимания по углам. — Всё-таки следишь… — протянул Фред, теперь уже не спрашивая, а утверждая.       Гермиона подняла голову — перед ней предстал самодовольный ухмыляющийся Уизли, глупейшего вида, в огромных круглых очках, за которыми не было видно ни глаз, ни половины лица.       Борясь с желанием расхохотаться (и ещё большим — стукнуть этого клоуна по голове увесистым томом), Гермиона развернулась и демонстративно направилась в дальний угол гостиной.       Чуть резче, чем следовало, она бросила книгу на стол, раскрыла её и попыталась сосредоточиться. Однако это оказалось трудной задачей — на себе она ощущала пристальный взгляд. — Что за очки? — буркнула она, не поднимая головы и регулируя свет от наколдованного светильника.       За спиной что-то зашуршало. А спустя мгновение на её нос водрузили предмет её вопроса. — Эй! — возмутилась Гермиона, но через мгновение замерла.       Перед её глазами развернулся совсем другой мир.       Снежные вершины уходили в бесконечность, воздух звенел холодом, а ледяной ветер обжигал щёки. Альпы. Самые настоящие Альпы, где она мечтала провести зимние каникулы с семьёй.              Она сделала неуверенный шаг назад и тут же опустилась на стул.       Фред с интересом наблюдал за её реакцией. — Нравится наша новая разработка, мисс? — любезно поинтересовался он, когда Гермиона, наконец, сняла очки, изучая их со всех сторон. — Мы позаимствовали у магглов идею, как они говорят, «виртуальной реальности». Но их задумки показались нам примитивными. Магия делает всё куда интереснее, не находишь? — То есть надевая эти очки, ты видишь… — Место, куда хочешь попасть, — кивнул Фред. — Ну и как тебе? — Что? — Самая большая библиотека в мире, — хохотнул он. — Тебе ведь она привиделась?       Гермиона прищурилась. — А что видел ты?       Фред лукаво улыбнулся — Секрет.       Пожав плечами, Гермиона вернулась к книге. Но стоило ей открыть её, как та плавно вылетела из рук и оказалась у Фреда. — Ну что опять? — заворчала она. — «Эльфийские заклятия древнего мира», — нараспев прочитал он название. — Познавательно. Вот только сейчас второй час ночи, Грейнджер. Правильные девочки в это время уже спят. — К тебе это тоже относится, — огрызнулась Гермиона, вставая и подходя обратно за книгой. Может и правда вернуться в спальню и лечь спать? Читать, как ни странно, совсем расхотелось. — Или ты кого-то ждёшь?       Слова сорвались с губ раньше, чем она успела осознать их смысл.              Фред округлил глаза, а потом громко расхохотался. — Чёрт возьми, мисс всезнайка, да вы меня ревнуете! — Фред от души забавлялся, поднося руки к груди и театрально «падая в обморок».       К собственному удивлению, Гермиона не почувствовала раздражения. Вместо этого её сердце забилось сильнее, а в голове вдруг появилась странная мысль. — Фред, я хочу у тебя спросить, — она запнулась, а затем, вдохнув в лёгкие побольше воздуха, парировала: — Если бы ты был влюблён в кого-то, зная, что тебе не ответят… ты бы всё равно рассказал о своих чувствах? — Если ты о Кэти, то можешь не волноваться, она от меня без ума, — ухмыльнулся он.       Гермиона закусила губу, отводя взгляд.              Фред вдруг посерьёзнел. — Ты о чём, Грейнджер? — Я просто интересуюсь. — Ты влюблена в кого-то? — тихо присвистнул парень. — Вот это поворот. — А что, так странно? Я тоже человек, если ты не заметил.       Гермиона сама не понимала, зачем начала этот разговор, рот будто сам раскрывался, а мысли в голове жили своей жизнью.       Фред нахмурился, а затем внезапно серьёзным тоном произнёс: — Если тебе нравится человек, то он имеет права знать про твои чувства. Скрывать их нет смысла.       Гермиона резко повернула голову в его сторону, внутренне удивляясь тому, каким сосредоточенным был его взгляд, направленный на неё. — А быть отвергнутой и страдать? Это, по-твоему, осмысленно? — грустно вздохнула староста. — Да и как можно просто взять и признаться человеку в чувствах?       Серьёзность исчезла с лица Фреда так же быстро, как и появилась. — Ты как маленькая, Грейнджер, честное слово! — он снисходительно улыбнулся. — Просто поцелуй его. Никаких слов не нужно.       У Гермионы пересохло в горле, глаза расширились в удивлении. — По-поцеловать?       Фред прыснул. — Не очень хорошая идея, да? — Это почему? — тут же вспыхнула она. — Думаешь, я плохо целуюсь? — Как-то не задумывался над этим. Но теперь, задумавшись… — Фред смешно постукал себя пальцем по голове, показывая процесс «задумывания». — Ты уж прости, Грейнджер, репутация у тебя пусть и не самая плохая, но уж точно не первой красавицы Хогвартса. Стало быть, практики маловато...       Книга в руках Гермионы наконец-то нашла применение, как средство избиения, которое, спустя мгновение, было успешно применено, стукнувшись о башку рыжего, напыщенного индюка.       У Фреда ещё только искры из глаз не полетели, он даже покачнулся и осел на стоявший позади него диван, обеими руками начиная тереть макушку, где завтра непременно будет красоваться большая шишка. — Грейнджер, ты спятила?! Чего дерёшься? Я же пошутил! — сквозь зубы прошипел он, встряхивая головой. — Хотя сама знаешь: в каждой шутке…       Договорить ему не дали. Гермиона уже была перед ним, рука её внезапно схватила волосы Фреда в кулак, оттягивая, отчего тот зашипел ещё сильнее, морщась от боли и инстинктивно пытаясь одной рукой убрать хватку со своей макушки. — Давай без насилия! Не хочу остаться без воло… — парню хватило лишь секунды, чтобы набрать в лёгкие воздух, когда его рот накрыли чужие губы, запрокидывая его голову назад.       Фред так и сидел на диване, одной рукой продолжая накрывать руку девушки, схватившую его за волосы на затылке, а второй крепко сжимая подлокотник дивана.       Секунда, и Гермиона отстранилась, оставляя взлохмаченного и совершенно растерянного Фреда Уизли сидеть и явно автоматически продолжать потирать затылок. — Что ж, меняю мнение: оказывается, наша староста неплохо целуется, — парень усмехнулся, глядя на чуть порозовевшую Гермиону. — Так что, будешь использовать поцелуй для признания? — Буду, — твёрдо сказала Гермиона, забирая книгу и стремительно направляясь к лестнице в спальню девочек. — А когда? — Фред обернулся, ожидая новой информации, однако в ответ услышал лишь одно слово: — Уже.

***

      За стеной послышался грохот, отчего Гермиона подскочила в постели, сонно оглядываясь по сторонам. — Опять Рональд во сне с кровати упал, — пробурчала недовольная Джинни, поворачиваясь на другой бок и накрываясь одеялом с головой.       Гермиона определённо находилась не в Хогвартсе, и комната, в которой она проснулась, была явным тому доказательством.       Они все находились на Площади Гриммо, встречали Рождество в уютной семейной обстановке.       Вздохнув с облегчением, Гермиона улыбнулась, вспоминая свой сон и невольно задаваясь вопросом, что несвежего она могла съесть на ужин, чтобы во сне увидеть собственное признание Фреду Уизли!       За окном светало, а на часах была половина седьмого.       Вставая с постели и думая о том, что этот глупый сон нужно поскорее выбросить из головы, Гермиона, как была — в пижаме и с растрёпанными волосами, так и поплелась на кухню.       Пока никто не встал, нужно было позавтракать и бежать за подарками на Рождество, которые в этом году она не успела купить вовремя.       Спустившись на первый этаж и тихо войдя на кухню, Гермиона в шоке уставилась на одного из близнецов, блаженно попивавшего утренний кофе и читавшего свежий Пророк.       На девушку накатило ощущение дежавю.       Она точно знала, кто перед ней. — О, доброе утро, ранняя пташка! - улыбнувшись, поприветствовал парень. — Доброе, Фред, — сказав это, Гермиона словила на себе удивлённый взгляд и, совсем того не желая, покраснела. — В чём дело? Я тебя смущаю? — поднял брови рыжеволосый, откладывая газету. — Нет. Просто сон странный приснился, — Гермиона решила не отмазываться, а говорить правду. Это же просто сон. — Что за сон? — Странный сон, — повторила староста, наливая себе молока. — Эротический? — хихикнул Фред; в его голосе слышался сарказм. — Нет, не совсем. Скорее… маловероятный, — объяснила она, по привычке выводя разговор на рациональный уровень. — Тебе приснилось, что ты стала шутницей и бунтаркой? — решил предположить самое невероятное, по его мнению, Фред. — Да, что-то в этом духе. — Ну всё! Теперь я действительно хочу узнать, что же ты увидела во сне! — Что мне нравится один парень, — Гермиона пожала плечами, понимая, что всё делает правильно: чтобы показать незаинтересованность — нужно говорить спокойно и честно. — Для тебя это настолько маловероятно? — притворно удивился Фред, допивая свой кофе и вдруг прыская со смеху. — Если, конечно, тебе не нравятся девушки.       Гермиона закатила глаза. — Странным было то, кем являлся этот парень. — Малыш Ронни? — поинтересовался близнец, хитро улыбаясь. — Не совсем… — начала Гермиона, однако Фред её уже не слушал. На лице его играла счастливая улыбка, когда он приблизился к ней, гордо выпрямившись и провозглашая: — Это наш с Джорджем тебе подарок, Гермиона! С Рождеством! — Что? — не поняла девушка, от удивления чуть не выронив из рук чашку. — Вчера за ужином мы добавили в твой тыквенный сок наше новое изобретение — Эликсир любовных сновидений. Именно поэтому ты… — Именно поэтому ты был в моём сне! Мерлин, какие же вы кретины! — Гермиона всплеснула руками, чашка уже давно стояла на столе, забытая её разозлённой хозяйкой, в то время как глаза её уставились на почему-то притихшего Фреда. — Тебе приснился Я? — не веря ушам, переспросил Фред, и Гермионе вдруг захотелось ущипнуть себя, так как она не могла поверить в то, что видит перед собой пусть и слегка, но явно краснеющего Фреда. — Как будто вы с Джорджем не этого добивались! — Нет, не этого! То есть… — Вы изобрели эликсир, с помощью которого девушки видели бы во сне тебя или Джорджа! — Нет! — уже более настойчиво парировал Фред. — Он позволяет увидеть во сне того, в ком ты заинтересована, понимаешь?       Кухня погрузилась в гробовое молчание.       Щёки Гермионы ещё никогда не вспыхивали так быстро и так интенсивно. — Ты шутишь?       С лица Фреда исчезло замешательство, на замену ему пришла лисья ухмылочка. — Не шучу, — парень медленно приблизился к отступающей к входной двери раскрасневшейся девушке. — Значит, тебе приснился я… — подходя совсем близко, он поднял руку, накручивая на палец один из локонов напуганной Гермионы. — И чем же мы с тобой занимались... во сне? — Гермиона с замиранием сердца увидела, как взгляд Фреда опускается на её губы, а лицо его неумолимо приближается к её. — Вот чем!       Послышался хлопок двери, а за ней быстрые шаги сбежавшей старосты. — Сколько страсти! — усмехнулся Фред, стоя на кухне в одиночестве и массируя щёку после хлёсткой пощёчины. Это должно быть интересно…