Причина задержки Гриллби

На улице вьюга, что летает по подземелью, тихо воя, заглушая хруст снега под тяжëлыми шагами монстра. Скелет в чëрных одеяниях брëл по улицам ночного Сноудена. Кажется, он даже не чувствовал холода, не чувствовал, как холодная вьюга обнимает его, будто стараясь остановить, заставить стоять на месте, заморозить и забрать к себе, чтобы вместе выть над домами. Но заморозить монстра ей не удавалось. Истерзанная душа его стремилась куда-то в даль, в чей-то тëплый дом, в горячие объятья и поцелуи. Шаг быстрый, торопливый. Он спешит к тому, кто согреет его. Вот и домик, что так мил монстру. Только в этом доме всë ещë горел свет. Это было не удивительно, ведь хозяин его ходячий огонь, который светит даже во сне. Но он не спал. Гриллби ждал гостей, тихо вслушиваясь в вой вьюги, стараясь различить шаги, от чего стук в дверь заставил его вздрогнуть. Он не смог различить шаги. Элементаль заторопился, затопал за дверью и вскоре открыл еë, встречая на пороге старого друга, и свою любовь. Скелет улыбнулся ему, приветствуя, своего любимого -привет, старина, вижу, ты ждал меня- с тихой усмешкой пробормотал мистер G. проскальзывая в дом. На это огненный монстр лишь улыбнулся, приветствуя его в ответ. -привет, конечно ждал- поспешил за ним Гриллби. Оба замолкают, усаживаясь на уютном диване в обнимку, смотря по телевизору скучную документалку, даже по мнению Гастера. Они сидят молча, не обращая внимания на фильм. Сидят долго, вслушиваясь в тишину, не ожидая, что кто-то из них начнëт беседу. Им хорошо просто быть рядом, молчать, обниматься. Спокойствие, что дарует им этот момент не описать словами. Они рады простому нахождению рядом, после долгой разлуки. Скелет укладывает свою голову на плечо своего возлюбленного и тихо вздыхает. Гриллби осторожно берëт руки Гастера и внезапно для себя подмечает.что они очень холодные, словно лëд. Элементаль берëт обе руки скелета и осторожно, медленно начинает их растирать огненными пальцами, согревая его руки -у тебя. Очень холодные руки. У таких монстров часто. Очень доброе сердце. — шепчет огонëк, на что Гастер хмыкает и посмеивается. — это ложь, моя любовь. Твои руки горячи, словно лава, но при этом никого добрее тебя я найти не мог и не смогу — без сомнений тароторил скелет, наслаждаясь теплом своего огненого монстра. Так он и засыпает, по огонëк грел ему руки и тихо что-то шептал. Не помнил он уже как его донесли до кровати, как легли рядом. Но сквозь сон он всë же помнил объятья, тихое дыхание и тепло, что прятало его от воя вьюги, согревая холодные руки.