Помнишь...

Она вбегает в свою гримерку, захлопытает дверь и возится с ключами в попытки закрыть помещение изнутри. Как только ключи совершают первый и такой спасательный оборот, она мотается по комнате, собирает свои вещи в сумочку, находит силы на то, чтобы переодеться. Она смывает остатки макияжа под оглушительный стук в дверь. Заплетает волосы в хвост дрожащими руками. Непослушными пальцами закрывает сумку. Она находит в себе силы, чтобы натянуть улыбку и провернуть ключи в скважине против часовой стрелки. Дверь открылась и Тина столкнулась с испуганным глазами молдованина. Он молча шагает навстречу ей, после двадцатисекундного контакта взглядами и обнимает. Девушка опешила от такого его порыва и застыла в неожиданности. — Все в порядке? — спрашивает мужчина, не разрывая объятьев. — Да — слабо кивает девушка. — Я повезу тебя. Не смей возражать.Через 5 минут на парковке — он разворачивается и покидает помещение, оставив за собой шлейф своего парфюма. Девушка мотает головой из стороны в сторону, пытаясь отогнать навождение. Она в спешке собирается, печатает Паше, что появились срочные дела в городе и она вызовет такси. Тина не хотела врать другу, но говорить правду в данном случае было слишком сложно. Она покидает примерку и стремительно оказывается в объятиях вечернего Киева. Прохладный ветер забирается под лёгкую ткань платья. Тело тут же покрывается мурашками. Она всматривается в силуэты машин на парковке…находит нужную и, обдумав всё в очередной раз, шагает. Мужчина открывает ей дверь и, коснувшись её руки, чувствует холод. Он ловким движением скидывает с плеч пиджак и надевает его на девушку. Она пытается увернуться и отказаться, но он настойчив и неприклонен. Девушка с его помощью оказывается в тёплой ткани голубого пиджака. Ехали они в тишине. Тина обдумывала всё, что произошло во время съёмок. Она понимала, что морально не готова к новому сезону. Дверь в машину закрылась, она накинула ремень. Они выехали, Дан поймал какую-то радиоволну с лёгкой и приятной музыкой. Они непринуждённо болтали о жизни, но Балана все же не отпускало поведение девушки после съёмок в белой комнате: — Тин, что произошло сегодня? — Ты о чём? — Ты так быстро убежала после съёмок, что случилось? Она молчала минуту, пауза затянулась. — Останови машину! — командным тоном прозвучало из уст девушки. Она действительно не понимала, что творится в её голове. Дан не стал спорить. Он свернул на обочину, кроме поля и трассы вокруг не было ничего. Она высвободилась от ремня и вышла. Закат над полем был прекрасен, но природа явно сейчас волновала её меньше всего. — Что происходит, Тина? — спросил Дан, который вышел следом и обогнав машину оказался рядом. — Если бы я знала… — шепчет девушка, как можно тише. Он тянется, чтобы обнять её, но Тина уворачивается и начинает бежать в сторону поля. — Тина? Тина?! Что ты творишь?! — всё громче спрашивает Дан, в какой-то момент переходя на крик. Она бежит вперед, пытаясь уйти от проблем, решений и своих же принципов. — Оставь меня в покое! — кричит девушка, когда он настигает её, разворачивает и с силой притягивает к себе. Она бьёт его по плечам, грудной клетке.Пытается вырваться, сбежать, но он не позволяет. Истерика. Он понимает и успокаивает. Гладит по спине и ждёт окончания слез и криков. — Ненавижу! Ненавижу тебя! Ты мерзкий, противный! — не обижается, знает, что ей плохо. Просто хочет довезти её домой, как бы она не называла его сейчас, одну на такси он её не отпустит. — Поехали, тебе нужно выпить чай и поспать. Она молчит, внутри рушатся замки. Он выводит её на дорогу и садит в машину, как безжизненную куклу. Она выплакала и высказал всё. Силы закончились, он понимает. Мчится по трассе, пытаясь заполонить пустоту и звон в ушах звуками скрипящих по асфальту колес. Он подъезжает к её дому, поворачивается к ней и обнаруживает, что она уснула. Находит в её сумочки ключи и поднимает девушку, внося в дом. О приличие подумает завтра. Он снимает с неё верхнюю одежду, туфли и поднимается с ней на второй этаж. Вносит её в спальню и понимает, что спать в платье не самый лучший выход, мнётся, медлит и просто изучает взглядом её спящую фигуру. Если он сейчас снимет с неё платье завтра утром рискует оказаться в больнице. Она хоть и хрупкая, но за такое явно нанесёт ему тяжкие телесные. Еще минута полного молчания. Дверь в спальню Тины открывает, фигура женщины в возрасте заглядывает в комнату. — Дааан?! — удивляется вошедшая — Я…это…после съёмок подвёз Тину, она уснула. В платье спать не удобно, нужно что-то сделать… А вы? — Я мама Тины:Светлана, очень приятно — женщина протягивает руку, а Дан ощущает всю неловкость своего положения. Молдаванин приобнимает женщину, возвращается в исходное положение и наступает душащяя пауза. Молчание прерывается шевеление на кровати: — Дан?! Мама?! Что… происходит?! — спрашивает девушка, присаживаясь на кровати и с трудом держа в открытом состоянии сонные и заплаканые глаза. — Я в общем пойду уже… — говорит молдаванин, намереваясь избежать неловкого положения. -Неет, что вы Дан, останьтесь на чай. — Ладно — осознал он, что сопротивляться бесполезно — я подожду тогда на кухне…ну я попытаюсь её найти — он не знал, рассказывала ли Тина маме о том, что он бывал у неё в гостях. Вышло очень смешно, он стремительно удалился из комнаты. Женщина присела на кровать, рядом с девушкой, которая пытался осознать происходящее и в то же время привести себя в порядок. — Тань? Может тебе есть, что мне рассказать? — Мама — Тина закатила глаза — я умываться, иди, пои чаем своего гостя. Кухня наполнилась сказочным ароматом жасминового чая. Женщина протянула чашку Дану и они сели напротив друг друга. — А почему она сменила имя и фамилию? — поинтересовался певец. Он решил воспользоваться моментом и у самого для неё близкого человека немного узнать о её жизни. — Точной причины не было… Но, мне кажется, это отчасти было сделано для того, чтобы разграничить… Ну сцена, шоубизнес, съемки — это Тина. А самый близкий круг людей -это Таня. Она очень мало кому позволяет себя так называть. Это для неё что-то очень личное. Дан молчал, обдумывая сказанное. Когда-то он мог её так называть, но потом эти нелепые ссоры, скандалы. Он успокаивал её в своей гримерке, она кричала, билась в истерике. Дан тогда привычно назвал её Таней, в ответ получил пощёчину и гневное: — Не называй меня так, для тебя я Тина, ТИ…НА! На одном из эфиров он решил сделать ей больно. Её слова тогда перевернули его сознание. Он не находил себе место, пил и пытался найти силы дожить до финала 9 сезона голоса. Он был зол и обижен на неё, поэтому встал с тренерского кресла, чуть вышел вперед. Катя Бегу — та самая марионетка в руках продюссера, вся эта выдуманная история про «бывшую», «оставшиеся чувства», " ревность»… нет ревность было единственным верным из всего сказанного каналом по отношению к этой ситуации. Он воспользовался моментом и решил её уколоть: — Таня —называет её Дан — ой, сорри, Тина — её лицо изменяется, она сохраняет спокойствие, пытается казаться безразличной, но в голове уже запущен процесс воспоминаний, их совместных ночных разговоров, прогулок по безлюдным местам. Только сейчас она понимает то огромное количество моментов и событий которые связаны с ним и которые она упустила. Ощущение горечи наполняет её, противно, сколько было закачено скандалов и истерик. После она всё-таки пришла к мысли, что они не подходят друг другу, что отдалиться было правильным решением, но тогда, сидя на кресле в момент его «оговорки» она разрывалась от желания заплакать и сбежать из павильона. Так она кстати и поступила после съёмок. — Что тебе еще рассказать? — спрашивает мама Тины у задумавшегося Дана. Она замечала, как они смотрят друг на друга, как меняется дочь, как ведет себя Дан с другими и с ней.Она радовалась этим переменам и искренне желала счастья обоим. — Расскажите что-нибудь из её детства, — мужчина пододвинул к себе кружку и сделал глоток. — Она была интересным ребёнком, ой, я вспомнила один момент. Когда ей было где-то 7 лет, мы переехали в Украину, было непросто. Мы с мужем решили сделать детям подарки, чтобы они немного проще отнеслись к кординальной смене жизни. И Тине мы подарили куклу, только в магазине не было куклы девочки, но мы решили, что она не сильно обидеться. Кукла была небольшой, на ней был детский голубой костюм. Она неделю не подходила к игрушке, говорила, что хотела подругу, а мы принесли ей какого-то мальчика. Но через неделю всё-таки взяла её на руки. Она много лет потом всё таскала за собой эту куклу, Даником её назвала. Всё ходила: Даник, мой Даник… — женщина расплылась в милой улыбке. Дан улыбнулся, как довольный кот, сзади послышались шорохи и он обернулся, встречаясь взглядами с Тиной. Девушка стояла в растянутой майке и шортах, с заплетенными в хвост волосами. По-детски мило и застенчивость перебирала в пальцах край своей одежды. Как только на неё обратили внимание, она несмело подняла глаза: — Нальете мне чая? — её поведение и для неё самой казалось странным. Она находилась в своём доме, но почему-то впала в состояние неловкости. Мало кому она позволяла видеть её слезы, слабость, грусть и другие подобные эмоции. — Иди к нам — Дан расставил рук для объятий, приглашая ее за стол. Светлана налила ещё одну чашку чая. Они затянули лёгкую беседу и уже через несколько минут напряжение и неловкость покинули кухню. Все трое шутили, вспоминали какие-то моменты из своих жизней, рассказывали весёлые истории. Вскоре Светлана встала и, сославшись на какие-то «сверхсрочные» дела, оставила этих двоих на кухне, но перед уходом строго сообщила: — Дан сегодня ночует здесь, уже вечер, ехать далеко и погода не блещет. Возражения не принимаю, всё, я ушла, до завтра — она обняла шокированную Тину и довольного Дана. — Спелись уже… ясно — Тину очень рассмешил этот момент. Они остались вдвоём. Глаза в глаза, они почти не дышали, так проходит несколько мучительных минут, но он решается и начинает непростой разговор: — Тин, что произошло сегодня после съёмок? — Я… я просто заигралась в эту историю… зато кадры получились отличные — шутит, не может не шутить. Она всегда так делает во время тяжёлых разговоров. — Это не игры, Тина, ты ведь действительно чувствуешь… — Дан, перестань — девушка замотала головой, закусив губу. Он снова ловит её чувства: волнуется. Дан берет её руку в свою, нежно и еле ощутило очёрчивает своими пальцами контуры её рук. Она, как под гипнозом, просто сидит и молчит. Нет ни сил, ни желания говорить, что-то выяснять, решать. Он растворяется в моменте, перетягивает её к себе и садит на свои колени. Они, как сумасшедшие, в абсолютной тишине сплетают руки, зарываются друг в друга поудобнее. Кухню заполняет молчание, но оно не давит, оно приятное, тёплое, спокойное и обволакивающее. Оба закрывают глаза. — Какая эта может быть игра, если мы ведём себя вот так без камер — шепчет ей Балан, упираясь подбородком в её макушку. Оба смеются. В какой-то момент здравый смысл и желание спать перевешивают: — Пошли спать, уже очень поздно — шепчет Тина. Они, не разрывая рук, поднимаются в её спальню. — Как тебя хоть на минуту отпустить теперь? — спрашивает он, обнимая её со спины. — Ляжь со мной…рядом…пожалуйста, я отвратительно сплю в ночи перед началом сезона. Он конечно остаётся, обнимает её, прижимает к себе, переплетается пальцы и оба стремительно засыпают. Она конечно позже назовёт это дружеской поддержкой, спишет на обстоятельства, но процесс запущен, он ступил на этот тернистый путь и добьётся ее. Ведь она уже давно поселилась у него под рёбрами и теперь он так просто не оставит её.