Звёздные Пути: Истории.

Мир духов. Так называют место, где роятся мысли Кэрганна, где обитают его внутренние демоны, где владычествует Дрейш, повелитель Хаоса. Эфирные сущности населяют это измерение. Кто-то хочет проникнуть в мир материальный, кто-то ненавидит всё, что с ним связано. В мире духов нет границ, нет понятий неба и земли, нет привычных законов, нет никаких условий для жизни. Но тем не менее жизнью он кишит. Это и открыл внезапно для себя Омид. В поисках средств борьбы с Враньим Сбором братство хамсинов, песчаных магов, решило пойти на страшный для себя риск: призвать союзников из мира духов. Самыми могущественными и опасными существами в нём были ракшасы, порождённые вселенской яростью Кэрганна. Для их призыва нужны жертвы. Среди юных хамсинов был брошен жребий, и Омид, стремясь выслужиться, сделал так, что сей жребий выпал ему. Он не боялся умереть, он догадывался, что, скорее всего, не умрёт. Но никто не знал, что может ожидать жителя материального мира по ту сторону зеркала. Омид был скован страхом перед неизвестностью, но желание помочь братству и всему Ясеню перевешивало. Когда начался ритуал, юноша всем телом вжался в холодную стеклянную поверхность. Чуть не отпрянул в ужасе, увидев вместо своего отражения огромное синекожее чудовище с четырьмя руками и львиной головой, в шести глазницах которой бушевало голубое пламя. Омид зажмурился. В уши ударил страшный рёв, но ещё через секунду он отдалился и теперь слышался, будто сквозь толщу воды. Свет вокруг померк, хотя Омид не шевельнулся. Он продолжал твёрдо стоять на ногах, вжавшись в зеркало. В то же время он почувствовал, что дышать стало свободнее: его уже не окружал сухой пустынный воздух. Тогда юноша открыл глаза. Перед ним была только мутная кристаллическая поверхность, похожая на большое зеркало, вросшее в скалы. Он вглядывался в неё и, казалось, смог увидеть мелкие человеческие силуэты, а рядом с ними — фигуру кошмарного монстра. Но более разобрать он ничего не мог. Тогда, быстро вознеся молитву Кэрганну и Иммерит, он в последний раз прикоснулся к зеркалу и решительно развернулся. Его взору открылся тот самый безграничный мир. Разбросанные повсюду скалы более всего напоминали твёрдые кораллы, на которых местами держались странные животные, без ног и рук, без голов, с одним широким туловом и длинными гибкими зубами, растущими, как корона. Почти везде росли цветы на тонких стеблях. Ветра вокруг не было, и они шевелились сами по себе. Омид понял, что они тоже живые, и трогать не рискнул. Вокруг было довольно светло, но источник этого света отсутствовал, как в пасмурную погоду, когда солнце Аллетаи скрывается за плотным слоем облаков. Омид подошёл к краю обрыва. Над головой плыли такие же коралловые скалы, как та, на которой стоял он. Со дна пропасти текла по стенам вверх какая-то серебристая жидкость, похожая на ртуть. Между скалами медленно плыли странные птицы, напоминающие воздушных змеев. Омид отошёл подальше от обрыва, выдохнул, разбежался и прыгнул. Его тут же унесло вперёд. Так далеко можно было прыгнуть только при помощи магии, но Омид ею не воспользовался. Ещё секунда, и он оседлал одну из тех странных птиц, схватившись за длинные кожистые крылья. Птица не среагировала на него и спокойно продолжила полёт. Вскоре они вылетели из ущелья, и Омид в полной красе увидел место, в котором очутился. Повсюду — снизу, сверху, по сторонам — была серовато-сиреневая даль, словно всё находилось внутри безграничной сферы. Вместо земли были только летучие скалистые острова, сотни, тысячи их. Нет земли, нет неба. Нет привычного воздуха, нет воды, а вместо света и тьмы — вечные сумерки. Стало быть, ритуал завершился удачно. Теперь он, Омид, стал заложником мира духов.