До сих пор не могу поверить, что тебя нет

Ты. Это всегда ты. Я никогда ничего не чувствовал того, что чувствовал с тобой. Может я никогда больше не буду, но я хочу что бы ты знал. Ты был моими глазами, что бы видеть красоту Италии. Ты был моими ногами, что бы следовать за тобой. Ты был моей головой, что бы думать о тебе. Ты был моими руками, что бы играть для тебя. Ты был моим сердцем, что бы любить тебя, и только тебя! Навсегда.

***

Чёртов поезд уже прибыл, через несколько минут он разлучит нас, но я не верю в это. Но ты же можешь остаться, да? Твой дом, рядом со мной. Мой, там где ты есть. Но если ты уедешь, что с нами останется? Ты посмотрел на меня, и в твоих глазах я увидел столько боли и тоски, что захотел прижать тебя к себе и не отпускать никогда. Мы бы остались вместе и жили нашей скучной, но такой уютной, родной жизнью. Пили бы абрикосовый сок по утрам и ходили на озеро. “Можно я тебя поцелую? В последний раз.”- мои глаза спрашивали тебя. А ты ведь заметил это и подошел ближе и обнял, как в ту самую первую ночь. Прижал к себе меня как ребёнка. И это объятие многое говорило о себе, нам не нужно было сидеть на колене и разглагольствовать о вечной любви, потому что мы оба знали, кто мы и что к друг другу чувствуем, и это что-то было настолько сильное, что слова были бы попросту лишние. -Пора, Оливер….-прошептал ты мне на ухо, я ещё не знал что в последний раз ты назвал меня своим именем. Я не позволил уйти из объятий и прижал крепче обычного. Мне захотелось сблизиться с тобой до конца, почувствовать тепло и биение твоего сердца, в последний раз. И всё…. Ты уехал…..

***

Честно говоря, я правда не помню что было потом. Не помню как ты разжал объятия, как зашёл в вагон, как уехал поезд. Всё что я помню невыносимую боль в груди, и комок подступающий к горлу. Всё это было похоже на злобную шутку или плохой сон, но это была всего-то реальность. Я не мог вникнуть в то, что ты не рядом, что обернувшись тебя не будет и ты не возьмёшь мою руку в свою. Сидя на лавочке около вокзала я вспоминал о тех днях, когда мы были самыми счастливыми юношами на свете. Пили абрикосовый сок, вставали рано утром и я наблюдал как ты бегал, как ты разглядывал меня во время того как я писал интерпретации, думая что я не вижу твой взгляд. Как мы пьяные в стельку танцевали на улочке Рима и пели во весь голос ту песню на неаполитанском: "Сhiagneva sempe ca durmeva sola, mo dorme co`li muorte accompagnata"* И как ты целовал меня. И тут ко мне наконец пришло, то самое осознание реальности, а затем вместо боли в груди, почувствовал пустоту. Я прикрыл своё лицо руками и прошептал самому себе: “Cor cordium, Elio”*. Мой голос сломался на середине фразы и глаза наполнились слезами.

***

А потом я не мог найти себе место, если честно, до сих пор не могу. Я не могу видеть красоту Италии без тебя. Мои ноги больше не хотят ни за кем следовать. У меня нет никого кому я мог бы сыграть. Моё сердце не может любить кого-то другого. И никто больше не назовёт меня твоим именем.