Ведь теперь мы связаны

Двери кафе очередной раз открылись. — Привет, — Даня улыбнулся бывшей однокласснице. — Привет, — ответила Маша. Они стояли в неловком молчании, изучая друг друга. Перед Машей стоял старый знакомый, одноклассник, друг. Даня. Она была его первой школьной любовью. Он вытянулся, подрос, возмужал. Но в нем проступали черты того неряшливого семиклассника, который иногда забывал делать домашку, засматривался на Машу на переменах, улетая куда-то далеко, мечтал на уроках. Все еще старый добрый Даня. Маша была очень рада видеть его. А Даня видел… Спустя 5 лет Маша изменилась. Ее темно-коричневые волосы стали длиннее. Сзади они были собраны в мальвинку, заколотую изящной заколкой. На руках не было колец. Даня знал, Маша терпеть не может кольца. Сам не знает, откуда, но он это знал. А на запястье был браслет. Хотя это вряд ли можно было назвать браслетом. Это была пара красных ниточек. На таких обычно загадывают желания. Даня любил замечать мелкие детали. Особенно в ней. — Ты чуть не опоздал, скоро звонок. — сказала девушка, чтобы как-то разредить неловкость. Как в старые добрые времена… Парень тут же расплылся в улыбке, почесал затылок. Они так бы и стояли друг напротив друга, не решая пошевелиться, если бы не… — Эй, ребята, проходите! Чё застыли! О! Данька! Привет! — из зала выглянул молодой человек. Его сложно было не узнать. Вид, манера говорить и держаться — все в нем осталось прежним. Даня понял это сразу, с первого взгляда, с первой фразы. — Здарова, Уткин! — парни по-дружески обнялись. Маша направилась в зал, за ней последовали и парни. За столом собрался весь 11Б класс… Крики, разговоры, обсуждения — все это сливалось в один большой шум, который ностальгически давил на уши. Как в школе… Некоторые ребята приветствовали только что пришедшего Даню. Он радостно отвечал на рукопожатия и радостные восклицания. Наконец все уселись за стол. На нем уже стояли легкие закуски и пара салатов. В перерывах между разговорами что-то удавалось кинуть в рот. В оживленной беседе наступил порядок. По крайней мере после невыносимого школьного гама это можно было назвать порядком. — Ну что, как жизнь молодая? — голосил бывший двоечник и неуч 11Б. — Рассказывайте, ребята! — Уткин окинул всех оценочным взглядом. — Ну что, Толик, получил свою нобелевку? — с усмешкой спросил Степа у кудрявого парня с очками. Как обычно, Толик ответил вполне серьезно, без юмора но с улыбкой, запихивая в себя третий бутерброд подряд. — Нет, но я в процессе, — заверил ботаник. — Не уверен, что вам хочется услышать подробно. Но если кратко, заканчиваю ВУЗ, иду на профессора физико-математических наук. Как-то так. — закончил начинающий гений. — А сам-то что? Также списываешь на уроках, а, Уткин? — позволил себе съехидничать Толик. — Я-то что? Я потихоньку. Пытаюсь учиться, подрабатываю. Не жалуюсь. — Ой, а у меня все просто в шоколаде, — заверила Лариска. Девушка покрасила волосы, и, видимо, не один раз. Тонну косметики можно было заметить даже невооруженным взглядом. От ее любви к розовому слепило глаза, т. к. она демонстрировала ее самым наглядным образом. На ней было мини-платье, до ужаса короткое. Естественно, розовое. — Неужели? А поподробней? — с видимым сарказмом и нескрытым любопытством спросил Владлен. А он, как раз, изменился. Стал шире в плечах, на лице появилась щетина, а на руке массивные золотые часы. Лариска явно вызвала у него интерес. — Ну, я работаю моделью и актрисой в престижной компании. У моего парня и у его родителей дом в Париже. Мы ездим туда на выходные. Он очень богат, и я могу себе позволить все. — закончила девушка, довольная произведенным эффектом, и на последней фразе как-то недобро посмотрела на Машу, которая была одета скромнее, чем Лариска. Маша замялась, смутилась. Видя это, Даня положил руку ей на плечо и ободряюще улыбнулся. Маша симпатизировала ему гораздо больше, чем Лариска, что в школьные годы, что сейчас. Маше стало лучше. — А что у тебя, Данечка? — наигранно произнесла Лариска. — Да так, ничего особенного, — с присущей ему скромностью ответил парень. — А чем занимаешься? — вставила бывшая, скорее всего и нынешняя отличница. Спросил бы Даню кто-нибудь другой, он бы отшутился или вовсе не стал отвечать. Но Маше он ответил. — Фотографией. — Ого! Это же так здорово! — Дане польстило удивление одноклассницы, но он не хотел раскрывать эту тему, поэтому прежде чем Маша начала бы задавать вопросы, касающиеся его специальности, он спросил: — А ты? Чем ты занимаешься после школы? — Я? Я заканчиваю педагогический. Возможно, пойду на воспитателя или учителя… — Пф! Неудивительно! — Лариска самым неприличным образом вклинилась в разговор. — Ну да, приходится работать. Не у всех же выдуманные парни — миллионеры. — спокойно ответила Маша, хотя внутренне сжалась. Лариска всегда завидовала ей. И она, и Даня это знали. — Еще занимаюсь благотворительностью. — Правда? — Даня не удивился. Ведь это же Маша. Она всегда поражала его. Своим стремлением, спокойствием, рассудительностью и такой легкостью. Он засмотрелся на нее. Тем временем беседа пошла дальше. — Я тоже вкладываю некоторые активы в благотворительность, — заверил молодой бизнесмен, Владлен. Лариска оперла голову на руку, подалась вперед и усиленно стала слушать. Или хотела создать впечатление, что ей интересно. — Правда это не всегда выгодно. — Благотворительность не должна быть выгодной! Она должна быть во имя добра и от чистого сердца! — тут же заверила Маша. Она не терпела подобного. Даня в очередной раз восхитился ею. Но, желая разрядить обстановку, произнес: — Венька, дружище! Я понимаю, салаты ооочень вкусные, но как жизнь у тебя? — Маша была благодарна ему. Он всегда умел контролировать ситуацию. Парень посмотрел на друга. — Фто? — ответил Венька, естественно с набитым ртом. Весь стол сразу пронзился хохотом. Парень улыбнулся. Проглотив часть того, что находилось у него во рту, он ответил: — Ну, у меня не все так шоколадно, как у Лариски, — друг не упустил возможности упомянуть розовую красавицу, на что та никак не отреагировала, и, будто оставалась в стороне, ведя светскую беседу с Владленом, видимо, не достойную простолюдин. — после школы поступил в кулинарный, встретил девушку моей мечты. Мы мечтаем открыть уютную кондитерскую… — мечтательно излагал Венька. Даня был рад за друга. — Подумать только! Толстяк нашел себе подружку! — Лариска сегодня была в ударе. — Лариска! — Даня не вытерпел выходку бывшей одноклассницы. — Что?! — девушка выразила непонимание. Дане надоело. — Венька был влюблен в тебя всю среднюю и старшую школу. И если он, выйдя из школы, сразу находит себе вторую половинку, то может ты и не такая неотразимая, какой ты себя считаешь. — Фи! — девушка встала и демонстративно удалилась «покурить». — Не стоило… — начал было Веня… — Нет, стоило! Она не смеет оскорблять кого-либо здесь. Кто-нибудь, пожалуйста, пойдите, успокойте ее. — встал Владлен. — Спасибо. — Я пошел не потому, что ты попросил. — довольно грубо произнес бизнесмен и удалился. Повисло молчание. *** — Куришь? — Лариса молча взяла предложенную сигарету. — Кретин. — Урод. — А тебе-то что? — Мне? В школе ты была без ума от него. Меня даже не замечала. Ты мне нравилась. А он… — Владлен воздержался от ругательства. — Правда? — Лариска кокетливо повернулась к парню. — Знаешь что? Может поедем ко мне, расслабимся? — он положил руку явно ниже талии девушки. — Ммм… — похоже, ей это нравилось. — а как же мой парень? — Да ладно тебе, детка! Я вижу, когда ты врешь. И меня это жутко заводит, — Владлен шлепнул Лариску по попке. Девушка тихо вскрикнула. — Ну ладно, шалунишка, — она грациозно провела пальцем по его груди и приоткрыла разрез платья, чтобы сильнее возбудить его. — Выбирай транспорт, малышка! — Ты же пил! — И что? Деньги решают все. — они сели в припаркованную неподалеку крутую тачку Владлена и уехали. *** — А вообще, друг, я рад за тебя! Ты молодец! А то мне с этим не везет… — Даня улыбнулся. «Но как так?! Как у Дани не может быть девушки? — Маша была искренне удивлена. — Он же красивый, такой весёлый, умный… Так, стоп!» — Но как так получилось, друг? — Венькино лицо тоже изображало недоумение. — Ну вот так случается, — парень усмехнулся. — У меня есть тост! — снова заголосил Уткин. — За нас! С разных краев стола послышалось «За нас!» и окончательно заглушилось звоном бокалов. Маша и правда хотела выпить за них. За всех: За Даню, за Веньку с его девушкой, за Толика, за Степу… За директора — Владимира Альбертовича, за завуча Стеллу Артуровну … ее вдруг накрыла ностальгия. Вся обстановка и так напоминала о школе, а тут еще и этот тост… — А помните Владимира Альбертовича? — вдруг сказала она. И понеслось… По всему столу то и дело всплывало громкое «а помните…». Стало душновато. Маша вышла подышать воздухом. Вечерний майский ветерок заигрывал с девушкой. Она улыбнулась навстречу новому порыву. К ней вышел Даня. Он облокотился на перила. Ветерок изучил новобранца, запутался в его как всегда растрепанных волосах. — Вышла проветриться? — обратился к ней друг. — Да… Там стало душно… Фотограф, значит? — А? Да… — снова повисло молчание. Из кафе снова послышались крики. — А помнишь, ты поспорил с мальчишками в 7 классе, что поцелуешь меня? * — сказала Маша с загадочной улыбкой. — Помню… — мечтательно ответил Даня. — Стоп. Откуда ты знаешь, что я поспорил? — удивился парень. Маша улыбнулась шире. — Потому что сам бы ты никогда не решился это сделать! — заверила девушка. — Правда? — брови парня поползли вверх, он изобразил удивление. А потом нагнулся и чмокнул бывшую одноклассницу в щечку. — Вот как? — Да, — с улыбкой ответил Даня. Они простояли в тишине еще пару минут. Тишина не была напряженной, каждый думал о своем. Хотя, почему? Даня думал о Маше. А Маша — о Дане. — Ладно, я пойду. А то скоро эта тусовка начнет расходится по домам. — Это точно. Тогда я еще перекурю. — Ты куришь? — Нет… Просто хотел показаться крутым… Тебе понравиться, — Даня виновато улыбнулся. — Дурак! — заверила Маша и тихонько толкнула его в бок. Он и сам это знал. — Ты мне и так нравишься. — произнесла девушка чуть тише и направилась в кафе. А Даня остался еще ненадолго наедине со своими мыслями. *** — Эй, guys! — голос подал Киря. Он говорил как обычно в своей манере общения. — Мы общаемся с Влад…имиром Альбертовичем, — видимо, в мире Кири у директора было другое имя. — И я назначил ему деловую встречу сегодня на 9, здесь. И подготовил кое-какие материалы. Поэтому он скоро придет. — Киря говорил так, как будто ему трудно подбирать слова, но он неплохо справлялся. — Он не знает, что мы здесь. Поэтому когда он придет, а точнее, — он глянул на часы, — через четырнадцать с половиной минут, мы закричим: «здравствуйте, Владимир Альбертович!». Ок? По залу пронесся то ли шорох, то ли шепот, но он был удовлетворительный. — Great! — заверил Киря. послышалось «Круто!», «Молодец!», «Класс, Киря», «Красавчик!». Это была и правда хорошая идея. Ребята соскучились по друг другу, а еще больше они соскучились по директору, так что предложение парня было как раз кстати. Последние 15 минут ребята сидели на иголках. Также шла беседа, но уже менее оживленно. Все ждали любимого директора. И вот, дверь отворилась. На пороге стоял мужчина. Не пожилой, но уже в возрасте. — у меня здесь назначена встреча. Куда можно?.. — он не договорил. — ЗДРАВСТВУЙТЕ, ВЛАДИМИР АЛЬБЕРТОВИЧ!!! — за столом сидел его выпускной 11Б класс. Показалось, что у директора навернулись слезы. Ребята повскакивали со своих мест и налетели на Владимира Альбертовича. Киря же сидел с довольной ухмылкой. Потом он встал, поздоровался с мужчиной своим, весьма странным способом. Пока все усаживались, Киря начал возиться с аппаратурой. Как только он закончил, экран загорелся. Все обратили на него внимание. Начался видеоролик.

***

Ролик закончился. Закончился и вечер встречи выпускников. Кто-то сидел в слезах с платком в руках, кто-то задумался о прошлом и настоящем, у кого-то счастливая улыбка не сходила с лица. К последним относился Владимир Альбертович. А если говорить точнее, он относился ко всем вышеперечисленным типам. — Киря! Спасибо тебе огромное за то, что ты сделал! Мы все очень тронуты! Спасибо вам всем! — голос директора дрогнул. На него налетели бывшие ученики. Традиционно все закончилось объятьями, в которых главное — не задохнуться)

***

Потихоньку все начали расходиться. Прощались, обнимались, пожимали руки… Почти никого не осталось, когда Даня заметил Машу. — Дань, ты не знаешь, может нужно помочь или убрать? — обратилась к нему девушка. — Нет, не нужно. Мы справимся. — к ним подошел молодой официант и улыбнулся . — Тогда ладно. Спасибо! До свидания! — До свидания! — попрощался и Даня. Они, не сговариваясь, пошли к выходу. — Ты домой? — спросил парень. — Даже не знаю… У тебя есть предложение получше? — Маша не хотела расставаться с ним. С ним было слишком хорошо. — Прогуляемся? — улыбнулся парень и взял девушку под ручку. Этот вечер просто был создан для прогулки. Было ясно. Звезды только начали проглядываться с неба. Воздух был наполнен теплом, а напитанная дневным светом трава вечером будто отдавала этот свет обратно. Деревья, уже проснувшиеся от зимней глубокой спячки сейчас как будто впали в легкую дрёму. Если прислушаться, можно услышать их посапывание. Где-то стрекочет кузнечик. Он дополняет атмосферу этому чудесному вечеру. С ним так хорошо. Они просто гуляли по городу, бродили по парку. — Безумный вечер, — начала девушка. — Это точно, — подтвердил парень. Слова были не совсем уместны, но очень хотелось поговорить друг с другом. — Там, на вечеринке, ты сказал, что тебе не везет с девушками. — Ха-ха. Да, это так. Но мне не очень хочется об этом говорить. — Даня улыбнулся девушке. — Не стоит спрашивать, почему, верно? — Маша улыбнулась в ответ. — Верно. А что у тебя с личной жизнью? — решился спросить парень. — У меня? Ничего особенного. Пара тройка неудачных романов, построенных на том, чтобы или списать у меня, или переспать со мной. — Да уж… Не очень радужно… Желая сменить тему, Маша снова спросила: — Фотограф? — Да. — Немногословно. — Мне весьма наскучили разговоры о работе, но я могу тебе с уверенностью сказать, что это то, чем мне нравится заниматься. — Ооо… хорошо. Хоть какая-то информация. Я рада за тебя. — девушка снова улыбнулась. — Что это? — Дане ужасно захотелось прикоснуться к ней. Он взял ее руку и указал на красные ниточки на запястье. От прикосновения внутри у Маши все перевернулось. Такое мягкое, нежное. Такое осторожное… Такое теплое, приятное и родное. Это же Даня. Теплый и родной. Как может быть по-другому. Но у девушки в животе как будто проснулись бабочки, которые, казалось, уже давно погрузились в глубокий сон. Но и сама девушка как будто проснулась. Ей так не хватало этой нежности и заботы, этого прикосновения, в которое Даня вложил все это… — Это… Мне повязали ее, когда я путешествовала по странам востока. У них есть поверье: невидимой красной нитью соединены те, кому суждено встретиться. Нить может растянуться или запутаться, но она никогда не порвется. — Пока Маша рассказывала, Даня все еще держал ее руку и изучал украшение. Или просто не хотел отпускать ее. Девушка нехотя и осторожно освободила свою руку из руки парня, развязала одну из красных ниточек и повязала его на запястье Дани. Парень удивленно взглянул на нее, но она лишь улыбнулась ему, взяла его руку и продолжила эту невероятную прогулку. — Дань, а ты путешествовал? — спросила Маша, как маленькая девочка. — Я… Так они прогуляли долго, держась за руки. Они болтали обо всем на свете. Об очень важных вещах и о вещах, не имеющих никакого значения. Им было хорошо вместе. Но рано или поздно они должны были куда-то прийти. Они пришли к Машиному дому. — Мне пора, — сказала девушка. — Да… — парень был заметно расстроен. — Мы еще увидимся? — Конечно. Ведь теперь мы связаны, — она указала на красные ниточки на их запястьях, а потом нежно поцеловала Даню…