Один на двоих.

***

      Мои мысли волной накрыло воспоминание о вечере вчерашнего дня. В тот вечер я заботился о вафлееде так, как не заботился ни о ком в этом особняке. Смею заявить, я даже о себе так не забочусь, но это не значит, что мне на себя все равно, нет. У вас возможно будет вопрос: «Заходил ли я к нему в ванную?», я отвечу просто: нет, я постучался и отдал ему одежду, даже не пытаясь туда заглянуть. Я ждал снаружи в гостиной.       Меня немного кололо поведение «Толстовки», мне запомнился вопрос: «Он что, сам о себе позаботиться не может?». Он не стал бы бросаться такими равнодушными и холодными вопросами, хотя вполне возможно, но только не с ним. До этого, я был уверен, что тот помог бы бывшему соседу так же, как и я вчера. Но сегодня я уже ни в чем не уверен. Может быть он просто ревнует меня? Да, звучит бредово, но если это и правда так, тогда это объяснит внезапный переезд Тикки прошлой ночью, когда мне наконец удалось уснуть, даже подтвердит ссору, выяснется уже и причина и тема стычки! Мне слабо в это верится, но все факты на лицо…       Так, я лежал, глядя в белый потолок, и не сводил с него своего взгляда, глубоко погруженный в раздумья. Внутри стало даже как-то тяжело от таких выводов, но даже не это причина тяжести, меня мучает вопрос: «Что будет дальше?».       Как же холодно в комнате, совсем не хочется вставать с теплой постели. Может быть мне удастся хоть денек отлежаться? Во имя сатаны, пусть Слендерхрен сегодня даст нам выходной!       Дверь в нашу спальню скрипнула. Я подумал, что это Тикки пришел взять сменные вещи, для утренней ванны, как он обычно делает, но это, для моего удивления, оказался мой горе-враг.       Приподнявшись на локтях, я окинул его вопросительным взглядом. То, что я увидел, повергло меня в немалый шок! Ну как человек, которому со мной даже говорить противно, будет делать такое для неприятеля?       В руках у «Грустного» был поднос, на котором был завтрак из кружки кофе и свежеприготовленной яичницы. Этот аромат окутал, казалось бы, весь особняк! Что его побудило на это? — Я предположил, что скоро проснешься и подумал, что в такой мороз ты вряд ли захочешь вставать… Решил приготовить тебе завтрак самостоятельно… — Голос его слегка подрагивал. Он нервничает? Все-таки я не понимаю, что в нем щелкнуло.        Парень поставил поднос на стол, между нашими с Роджерсом кроватями. От такого запаха, мне жутко захотелось есть. Я все еще смотрел на него в недоумении. — Я задам лишь один вопрос, на который буду ждать четкого ответа: «С какого это хрена, ты думаешь обо мне и проявляешь заботу?». — Я не могу быть уверенным в том, как это выглядит со стороны, но кажется мой голос звучит удивленно и очень требовательно. Больше всего хочется поскорее покончить со всеми этими загадками. — Я не собираюсь тебе что-либо объяснять. Просто жри пока дают, ладно? — стиснув зубы, огрызнулся Хайт. Это в его стиле, теперь я его узнаю, но все-таки не понимаю…       Сам Томас поспешил покинуть комнату, с хлопком заперев дверь. Много вопросов накопилось, но ответ на каждый из них не точный. Я не знаю, что с ним происходит, но очень надеюсь, что на самом деле все намного проще, чем я думаю.       Приступив к завтраку, в сотый раз убедился в том, что Брайан и правда хорошо готовит. Крепкий напиток меня немного взбодрил, а в желудке уж точно не было пусто. Интересно, какие изменения мне еще предстоит потерпеть? Мало ожидаешь от токсичного напарника подобного подарка с утра.       Покончив с трапезной, мне все-таки пришлось покинуть теплое царство одеял и подушек. Натянул на себя черные джинсы, что положил на стульчик рядом. Я хотел надеть свитер, чтобы не замерзнуть в футболке, но похоже все мои вещи отправили в стирку. Почему именно сегодня? Мне уже постепенно становилось холодно, похоже придется взять что-нибудь у Эрина… Как же не хочется показываться в этом на глаза остальным, а особенно Тоби или Брайана, учитывая то, что второй вновь начнет жутко ревновать, если мои догадки были верны, а над реакцией первого придется гадать… Но я ничего не могу сделать, не мерзнуть же в зимний период в легкой кофточке.       Я достал из вещей Тобиаса ту самую толстовку, в которой он обычно ходит каждый день. Она сохранила в себе тепло. Надев ее на себя, тут же почувствовал его привычный запах — запах вафель, он настолько часто и много ест это, что сам уже пропах ими.       Я непроизвольно для себя уткнулся носом прямо в синий капюшон, вдыхая этот аромат.

***