Каждый добивается того чего он захочет.

      Неделя тянулась медленно для Блум, к ней также приходили ее родители, сестра вместе с Огроном. Охрана все также была возле нее и отгоняла от нее Ская, как и приказала им младшая Мисс Эйдриан. Рыжеволосая успела поругаться с Орителом из-за того, что он не сообщил дату похорон бледно-рыжего. Шатен аргументировал это тем, что он не хотел чтобы она нервничала. Блум понимала это и не смогла долго обижаться на отца. Но все же не сдалась, когда родители ей рекомендовали не идти. Стелла не давила на нее, она просто была рядом и всячески поддерживала сестру и как раньше садилась с ней вечером за просмотром фильмов. Но также блондинка не забыла о том, что скоро станет тетей.       На какой-то из прогулок девушки ради интереса зашли в детский отдел, где детально начали все рассматривать, иногда Стелла задавала такие глупые вопросы, что Блум приходилось невольно краснеть за старшую сестру. Но даже походы по магазинам не могли унять тоску.       Девушка шла рядом со своими родителями, впереди. Стоя возле ямы, в которой гроб, в ней она вместе с любимым хоронит все самое светлое, а также свою любовь к нему. Даже несмотря на ссору которая произошла между ними, девушка бы простила ему, если бы он объяснил ей все без вранья.  — Милая, все будет хорошо. Слышишь? — сказала Марион, видя как ее маленькому ребенку плохо. — не переживай.  — Мама, его убили. Это не случайность, он бы не поступил так со мной и с его ребенком. — прошептала рыжеволосая своей родительнице, не увидев реакцию Миссис Эйдриан.  — Блум, ты в этом уверена? Просто такими обвинениями не разбрасываются. — предупредила женщина. Девушка лишь покачала головой и опять начала смотреть на бордовый бархат гроба. Помнится Валтору нравился этот цвет.  — Малышка. — к ним подошел Орител обеспокоенный состоянием своей дочери. — может тебя стоит отвезти домой?  — Не нужно пап. Я справлюсь, правда. — сказала Блум и начала наблюдать за процессом, спрятав свои голубые глаза за солнечными очками, чтобы никто не увидел ее красные от слез глаза. Было безумно больно все это видеть и прощаться с любимым человеком. Семья поддерживала ее как могла.       Огрон старался быть невозмутимым, показывая всем свое спокойное выражение лица, но на самом-то деле. . . Красноволосому было не легче от происходящего, ведь также как и Блум он скучал. Волосы на голове закончатся, если перечислить события, которые они пережили.       Вскоре начали все расходиться, так как начали собираться небе тучи. Даже природа чувствовала состояние людей, которые находились на этом месте. Рыжеволосая старалась держаться, но не получалось. Она одна осталась в этом месте, сказав родителям, что задержится тут еще немного.       Рыжеволосая присела на скамейку и просто смотрела на камень с его фотографией. Блум не смогла сдержать слез, как они снова хлынули из глаз. Девушка буквально задыхалась. Все это время за ней наблюдали, но выходить из своего укрытия не спешил. Лишь сделал пару снимков мисс Эйдриан. С поникшими глазами Блум ушла. * * * Спустя несколько недель       Сидя в своем офисе, Скай был доволен тем, что в данный момент происходило. А именно смерть Мистера Клиффорда. Действительно многие оплакивали Валтора, но точно не он. Его путь свободен и на нем нет никого, кроме боли рыжеволосой. Блондин установил слежку за ней, что очень устраивало Ская ведь он в курсе всех ее дел и также чем она занимается. Но его сладкий момент длился недолго, до тех пор пока в его дверь не постучали.  — Да? — блондин был удивлен ведь обычно о таких встречах ему сообщала его секретарша, а тут ее нет.  — Добрый день, Скай. — в кабинет вошел хмурый Мистер Эйдриан и появление шатена, Мистеру Джонсону не понравилось, не то чтобы, просто он этого не ожидал, что такие гости заявятся к нему.  — Здравствуйте, проходите, присаживайтесь. — скороговоркой проговорил блондин. — кофе? Чай?  — Спасибо, но не стоит. Скай, если память мне не изменяет вы с моей дочерью расстались и у тебя есть жена. Мн доложили о том, что ты следишь за моей дочерью. — Скай громко взглотнул, понимая о чем идет речь. — если мне еще раз сообщат о том, что ты следишь за передвижениями моей дочери, тебе не жить. Ты уже принес Блум боль, но если это еще раз повториться, то пожалеешь о том, что на свет родился. — последние слова мужчина фактически выплюнул, встал со своего места и ушел, оставляя Ская наедине с его проблемами, которые всплыли.       Блондин психанул, но не стал громить свой офис, а просто закрыл глаза, успокаиваясь. Ведь не каждый день к тебе приходит отец девушки, которую ты до сих пор любишь. Младший Мистер Джонсон знал, что Орител всегда сдерживает свои слова, ведь не раз он это испытал на своей шкуре. Он не стал противиться этому желанию и отозвал своих людей. Но от бессилия ему хотелось выть волком на луну.       После ухода Мистера Эйдриана, зашел его удивленный отец.  — Что здесь делал Орител? — спросил брюнет. — он узнал?  — Да, узнал. И предупредил о Блум.  — Что он тебе сказал? — нахмурился Эрендор.  — Если еще раз такое повторится, я пожалею. — буквально в «двух словах» пересказал, сказанное Орителом предупреждение.  — То есть он обо всем узнал?  — Только о том, что я слежу за его дочерью и все. — сказал Скай и встал со своего места, подходя к окну, где открывался вид на Нью-Йорк.  — Смотри Скай, если они узнают то. . .  — Они не узнают. Те, кто это сделал, спят в удобных бархатных гробах. — блондин усмехнулся, а Эрендор не узнавал своего сына. Брюнет, конечно, хотел отомстить Валтору, но не таким способом, не хотел чтобы кто-то умирал и он это понял, когда его жена чуть не умерла по его вине. Мистер Джонсон не раз разговаривал со своим сыном о том, что его глупая месть сведет в могилу, но тот отмахивался и говорил, что все в порядке. Но Эрендор не верил своему сыну.  — Смотри чтобы они не воскресли и не отомстили тебе за это. — мужчина усмехнулся и вышел. Блондин смотрел на то место где только что сидел его отец. В его словах он не сомневался ведь Эрендор был прав когда говорил своему сыну, что не нужно так безрассудно действовать, но Скай решил иначе. И только сейчас он понял, как совершил самую большую ошибку в своей жизни. Но долго подумать об своих ошибках ему не дали, как в его кабинет влетела Диаспора.  — Милый. — сказала девушка писклявым голосом и уселась на стол, не обращая внимания на бумаги. Блондин приложил усилия не скривить лицо от противного скрипа, который издала Мисс Джонсон.  — Слезь со стола, ты сидишь на документах, которые попросил посмотреть отец. — мужчина взялся за уголки бумаги и начал тянуть на себя, давая понять как важны документы. Обиженная Диаспора спрыгнула со стола, надув губки. — дорогая — теперь уже как можно ласковей обратился к ней и бережно взял ее за руку.  — Тебя же отец попросил посмотреть важные документы, вот сиди и смотри. — блондинка выдернула рука и направилась к двери. Но мужчина подъехал к ней и успел сильно дернуть за край ее платья на себя. Диаспора не ожидала такого и упала прямо в объятия своего мужа.  — Извини меня. — мужчина провел носом по шее супруги, вдыхая аромат резких духов женщины. — навалилось столько, вот и срываюсь на тебя. Но я заглажу свою вину, если ты не против. — промурчал Скай, разведя ноги девушки в стороны, пробираясь к трусикам. * * *       Ремонт был сделан быстро и теперь рыжеволосая ходила из стороны в сторону, осматриваясь, привыкая жить теперь «одной». На полках как и хотел мисс Эйдриан были расположены их фотографии с Валтором. Это не на берегу моря или океана, простые фотографии на поляне, дома в гостиной или даже в офисе. Все это навевало грустные воспоминания, в голове девушки были мысли о том, чтобы все сжечь к чертовой матери и плевать ей было, что она живет в жилом доме, где есть старики, семьи с детьми.       Если Стелла не пришла бы раньше, то случилось непоправимое, даже страшно подумать. Проходя мимо гостиной, в которой они проводили большую часть времени, рыжая вспомнила как она убегала от него с фотоаппаратом и щелкала в те, моменты когда он подходил к ней близко, очень близко. От таких воспоминаний в груди девушки становилось теплее. Как в этой самой комнате ожидали ее гости.  — Как ты себя чувствуешь? — спросил красноволосый мужчина, прижимая к себе блондинку.  — Со мной все хорошо. — сказала дежурную фразу мисс Эйдриан и нацепила фальшивую улыбку, на это пара закатила глаза.  — У меня идея. — радостно воскликнула Стелла, смотря на людей горящими глазами.  — Боюсь даже предположить, что ты задумала. — хохотнул Мистер Хьюстон, а следом за ним и Блум хихикнула искренне, за все это время.  — Поедем к нашим родителям и устроим барбекю. Просто я давно не ела ничего подобного. — пробормотала блондинка и посмотрела на двух дорогих для нее людей.  — Как раз солнце можно и в бассейне поплавать и по загорать. — согласилась с сестрой Блум.  — Значит, я звоню родителям и говорю им о нашей задумке, которая должна состояться сегодня.У них как раз отдых. — старшая сестра вышла попутно, набирая номер матери.  — Блум, а если честно. Как ты? — красноволосый мужчина посмотрел на девушку серьезно.  — Я скучаю по нему, очень сильно. — прошептала рыжеволосая, стараясь сдержать вновь нахлынувшие слезы. — прошло всего ничего, но я не могу держать себя в руках правда, я устала. — Блум сделала глубокий вдох и выдох, отворачиваясь от мужчины. Мистер Хьюстон не знал что и сказать девушки, чтобы та успокоилась, но Огрон молчал, ведь прекрасно понимал, что раны заживут еще не скоро.       Услышав шаги старшей сестры, Мисс Эйдриан быстро вытерла слезы и посмотрела на то место где должна оказаться Стелла. Легка, как на помине. Вошла счастливая блондинка.  — Родители не против, что мы заявимся. Поэтому на сегодня встретимся в отчем доме. — скороговоркой проговорила старшая Мисс Эйдриан.  — Может тогда от меня и поедем и что-нибудь приготовим? — спросила Блум, надеясь, что они не уедут.  — Да, конечно. Вспомним детство, я до сих пор помню как мы чуть кухню не спалили, когда решили приготовить ужин. — хихикнула Стелла.  — Мы хотели порадовать родителей, что их дети могут приготовить себе поесть и позаботиться о себе. — проговорила рыжеволосая.  — Вспомним молодость? — предложила блондинка, подмигнув младшей сестре.  — Спалим мою кухню? Или сразу весь дом? — усмехнулась Блум, смотря на Стеллу. Та, лишь не сдержалась и засмеялась.  — Ну почему сразу спалим? Маленько подпалим и будет, как вишенка на торте. — хихикнула старшая Мисс Эйдриан. — Блум, ты знаешь, что Скай установил слежку за тобой? — вмиг сестра стала серьезной и ей явно было не до шуток.  — Кто тебе об этом сказал? — нахмурилась рыжеволосая, которая явно была недовольна, тем что за ее жизнью вообще кто-то следит, даже родители такого не делали, а тут какой-то бывший молодой человек.  — Сегодня отец приходил к ним в компанию, в гости. — усмехнулась блондинка. — предупредил его, если еще раз мол, он узнает об этом, то Скай пожалеет о том что родился на этот свет.  — Может мне самой наведаться к ним и сразу с ноги дверь выбить? — спросила Блум свою сестру, а та удивленно на нее покосилась. Так как рыжеволосая была тихой и скромной, таких слов девушка не говорила, даже когда была в гневе.  — Милая моя, что с тобой не так? При чем не одна я заметила таких грубых слов с твоей стороны. — намек был сделан на красноволосого мужчину, который сидел рядом.  — Я думал, Блум выражается каждый раз такими словами. — Огрон не раз был свидетелем, как рыжеволосая девушка грубо обращалась со своими подчиненными.  — Это все гормоны шалят. — буркнула младшая Мисс Эйдриан. Они не заметили как быстро пролетело время за разговорами, как девушки рассказывали истории из своего детства, а Мистер Хьюстон еще больше удивлялся сестрам. Только звонок их отвлек от очередного рассказа.  — Папа позвонил и сказал, чтобы мы уже выехали и были в пути. — передала слова своего отца блондинка. * * *       Дом родителей приветствовал своим величием и красотой, а самое главное здесь было тихо и спокойно. Выйдя из машины рыжеволосая, вдохнула полной грудью свежий воздух, в котором не было и намека на что-то городское. Навстречу прибывшим вышли родители двух девушек.  — Девочки, мы рады, что вы приехали. Здравствуй Огрон. — шатен притянул руку красноволосому в знак приветствия.  — Заготовки уже готовы, осталось только приготовить. Мальчикам предлагаю заняться мясом, а мы приготовим закуски с девчонками. — девушки ушли на кухню, оставляя мужчин на улице. После того как представительницы женского пола ушли, Орител нахмурился.  — Нашли что-то? — спросил Мистер Эйдриан.  — Ищут они, никаких зацепок нет. — Мистер Хьюстон сжал челюсть от бессилия, прошло столько времени, а он так и не смог найти убийцу своего друга.  — Надеюсь он очень скоро найдется и заплатит за все, что он сделал. — сказал Орител и ушел.       Вся семья Эйдриан отмечали свои выходные, как раньше. Девушки ушли в секретное место, которое они нашли, когда были маленькими. И часто там проводили время, прячась от охраны своего отца. За ними и пошел Огрон, которому стало, как ни странно стало интересно узнать побольше о Стелле и о ее детстве. И все еще больше удивлялся ими обеими. Рыжеволосая изменилась стала более сдержанней, а вот Стелла не поменялась.  — Ты удивлен? — спросила Стелла у Мистера Хьюстона, прижимая его к стволу дерева.  — Честно? Очень даже. — мужчина принял игру девушки и положил свои руки на талию блондинки, прижимая ее к себе. Казалось, что они никого не замечали кроме себя. Блум увидела, что им не хватает друг друга и не стала их тревожить, а просто продолжала идти по тропинке, по которой постоянно ходила, когда была маленькой.       Положив руку на живот девушка улыбнулась и ушла в свои мысли, не обращая внимания ни на кого. Рыжеволосая думала о том, как будет также ходить, только рядом с ней будет идти бледно-рыжий мальчик или девочка, а по ту сторону поляны будет стоять Валтор, наблюдая за неуклюжей походкой своей супруге.       Блум помотала головой, отгоняя мысли, а также мечты, которые не сбудутся, ведь его нет рядом с ней. Девушка старалась успокоиться, ведь своими переживаниями она навредит ребенку больше, чем себе самой.       Гуляя по саду рыжеволосая пыталась вспомнить что-то хорошее, но не выходило. Ведь все хорошее было связано с бледно-рыжим мужчиной, глаза которого были холодными на первый взгляд, но если быть внимательной то, в них можно было разглядеть теплоту и любовь. Все таки непрошенная слезинка скатилась по ее щеке, оставляя мокрый след.  — Я скучаю по тебе, любимый.