Черный рыцарь

Гисборн угадал ответ за мгновение до того, как девушка его озвучила, он понял, что ему предлагают обман. - Я вернусь в свой мир, - в ее голосе слышалось некоторое сожаление, но говорила она уверенно. – Я не могу оставаться тут, мне слишком чуждо здесь все. Но не беспокойтесь, я не хочу вас делать на всю жизнь привязанным ко мне. После моего отъезда вам достаточно будет выждать некоторое время и объявить о том, что я пропала или умерла… Гай ощутимо вздрогнул, ему даже думать не хотелось о ее смерти. - И что же, ваш мир настолько отличается от этого? – хрипло спросил он. – Мысль остаться тут вам настолько противна? - Нас разделяет примерно восемь сотен лет, - вздохнула Джейн. – Жить здесь… для меня это как жить в пещере – некоторое время кажется привлекательным, потом терпимым, а после невыносимым. Гисборн промолчал. Наверное, это в самом деле так: за столько лет ее жизнь отличается от него больше, чем его жизнь в замке отличается от жизни крестьян в их хижинах. Рыцарь не представлял, какой она может быть, но понимал, что девушка ничуть не преувеличивает. И разве он вправе ее удерживать? Тем более, что она предлагает ему больше, чем кто-либо за долгие годы, разом давая деньги и положение, взамен попросив лишь сообщать о том, что будет отличаться от известного им… Кстати, это тоже было необыкновенной удачей – Гай получал едва ли не инструкцию, как подняться наверх, ведь ничто не мешает ему использовать эти знания к собственной выгоде. А если какие-то ограничения и будут, то их можно будет обойти, действуя более осторожно и поднимаясь чуть медленнее. - Кроме того, мне не позволят, - продолжила вдруг Джейн. – Человек, знающий будущее и имеющий возможность тут постоянно менять все к собственному удовольствию – это слишком опасно. - Но ведь я тоже буду знать будущее. - Лишь в общих чертах и вряд ли на очень длительный срок, мы заинтересованы более в том, чтобы здесь раньше срока не появились такие вещи как порох. А то, что Джон займет трон Ричарда сейчас, а не после, не имеет особого значения, как мало интересно, что некий рыцарь в этом мире получит больше земель и привилегий. - То же ведь можно сказать и о вас, - хмуро отозвался Гай. – Разве вашим покровителям так важно, что еще одна леди будет блистать при дворе? Девушка грустно усмехнулась в ответ. - В данный момент мы ищем некоего человека, помните? – принялась объяснять она. – Как вы думаете, зачем? Баллады – всего лишь баллады, но он сделал все, чтобы легенды стали реальностью. Кто мог сделать подобное? - Человек вашего… мира? - Ну или другого, но точно не вашего, - вздохнула Джейн. – И, боюсь, за всеми иными проявлениями, такими как появление пороха, тоже стоит он. - Я понял, что он опасен, - кивнул Гай, - хотя и не понимаю, как все же связаны миры. Однако я понимаю также, что вы не столь безумны, вы не станете внедрять здесь то, что считаете опасным. - Кто знает, какие изменения могут быть опасны. Нам не позволяют пойти даже на привнесения уютных мелочей в дома. Гисборн хотел еще что-то возразить, но промолчал. К чему настаивать, если нет главного – желания девушки остаться тут? А она не пожелает, потому что боится его. Целоваться с чудовищем можно, но жить с ним… - Я заметил, что многие… вещи в нашем мире не нравится вам, Джейн, - он хотел выяснить все до конца. - Да, это странно, - с усмешкой покачала головой она, - но мои взгляды больше схожи с тем, на чем настаивает здесь Гуд. Мне непривычно видеть такую жестокость, которую применяют тут к людям, мне тяжело наблюдать голод и ужасные условия жизни. Мне известно, как это видите вы и другие люди высокого сословия. И я хорошо знаю, на чьей стороне закон, как и то, насколько ужасны некоторые поступки Робина, не только в нарушении закона, но и вообще… Вот только свое сознание поменять очень сложно. - Понимаю, - кивнул Гай. – Я говорил вам, что мне тоже не нравится часть того, что мне приходится делать. - Все гораздо сложнее, потому что для меня немыслимы любые проявления жестокости, даже законные. - Следом вы попросите освободить разбойников? Гисборну вновь приходилось сдерживаться, на этот раз – чтобы в голосе прозвучало не слишком много яда. - Нет… во всяком случае не сейчас, - огорошила его Джейн. – Хотя, если возможно, я бы попросила затянуть заключение этих людей. Нам не отыскать этого отца Лукаса, но он вряд ли позволит умереть своему детищу. Когда он поймет, что больше им надеяться не на кого, то попытается их как-то вызволить. - Шериф вряд ли захочет надолго откладывать казнь, а если узнает, что кто-то может помочь разбойникам, то тем более. - Вот видите, - грустно улыбнулась Джейн. – А виновата в смерти людей буду я. - Они не люди, - уверенно возразил Гисборн. – Они разбойники, волчьи головы, их жизни ничего не стоят. - Да, я знаю, но… в нашем мире преступники – тоже люди. Гай не ответил. Он просто не представлял, что можно на это сказать: как бандиты, воры и убийцы могут быть людьми? До сих пор подобные идеи выражала лишь леди Мэриан, но ее мнение основывалось на том, что она знала прежнего Робина, что в прошлом он был дворянином и уважаемым человеком. А еще была влюблена в него… Джейн не знала Гуда, у нее не было причин видеть в нем больше, чем отребье, способное при этом на все. *** Разговор с рыцарем выходил непростым. Впрочем, девушка ожидала такого: не так-то просто принять идею о существовании множества миров с разным историческим развитием. Отчасти, религиозное мышление и вера во всемогущего Бога помогала – Он в силах устроить мир как угодно. Однако умозрительные знания – ничто, пока человек не может увидеть другое измерение, пощупать его, вдохнуть новый запах… Но гораздо больше Джейн удивила реакция Гисборна: он не столько интересовался мирами, сколько возможностью девушки остаться тут. - Вы можете не торопиться с решением, Гай, - определилась она, поднимаясь. – Теперь вы знаете все, мне ничего не грозит. Я могу обручиться с вами и даже выйти за вас замуж – в моем мире это ничего не будет значить. Извлечь ли из этого выгоду или нет, решайте сами, я понимаю, что, возможно, условия вам будут не очень по душе, поэтому обдумайте все хорошенько. А пока вернемся в замок? Рыцарь тоже поднялся, встряхнул плащ и поспешил помочь даме сесть в седло, продолжая хранить молчание. - Гай, вас не заставят делать то, что вам неприятно и идет вразрез с вашими ценностями, - не удержалась от уточнения девушка. – И я даю слово, я не стану ждать от вас предательства вашей службы. - Но вы попытаетесь освободить разбойников? - Не знаю… Это и вправду не требуется от нас, я не исключаю, что Ник не захочет даже слышать ничего о моей жалости. - Это будет верным решением, - усмехнулся Гисборн. Они двинулись обратно к замку, и разговоры сменились на нейтральные, хотя теперь Джейн приходилось терзаться догадками, что может выбрать рыцарь. Она поддалась своим желаниям, получить подобного стаци казалось отличной мыслью. Но что если он видит в этом предательство своей службы? Кроме того была еще Мэриан. Джейн не знала, как ныне Гисборн относится к мятежной леди, но не исключала, что он продолжает питать к ней какие-то чувства. Брак с другой женщиной как минимум откладывал воссоединение с любимой. Не считая уже того, что брак, возможно, был единственным способом спасти леди Мэриан от виселицы: наверняка шериф мечтает ее вздернуть, как и других, но не станет трогать леди Гисборн. Потому Гай мог решиться на подобный шаг, и если миледи согласится… Впрочем, рыцарь о ней не вспомнил, когда говорил о браке, придуманном Вейзи, он казался обеспокоен лишь одним – судьбой самой Джейн. Неужели Гисборн отказался от этого чувства и позволит казнить бывшую возлюбленную? Звучало страшно, но… Девушка понимала, что это вполне в духе сознания человека этого времени, а Гай к тому же обижен Мэриан, притом несколько раз: когда она сбежала из-под венца, когда предпочла ему другого мужчину и когда пошла против закона, вмешавшись в то, что здесь считалось исключительно не-женскими делами. - Через три дня в Ноттингеме будут гости, - вдруг объявил рыцарь. – Полагаю, шериф может придержать казнь до этого времени. - То есть целых два полных дня на то, чтобы этот Лукас проявил себя, - протянула Джейн. – Пожалуй, этого будет достаточно. Но, к сожалению, я не представляю, что может предпринять этот человек. - А в этих ваших… балладах нет никакой подсказки? - Они просты и примитивны, как любые народные сказания, любая история строится по одной и той же схеме. Злой враг – а им может быть шериф, вы, какой-нибудь нечестный епископ, неважно – задумывает какую-то подлость, как правило, отобрать у кого-то деньги, поместье или даже невесту. После появляется благородный разбойник, который буквально одним выстрелом срывает все планы. Никаких сложных ловушек, никаких изобретательных ходов, даже названий почти нет. - И как вы только так работаете? – усмехнулся Гай. - Сама поражаюсь, - поддержала его девушка, тихо засмеявшись. Плохие мысли отступали, Джейн уже думалось о том, что и вправду нет смысла гадать сейчас о будущем, неважно, что будет с разбойниками, о них она будет думать, когда им будет угрожать реальная опасность. Пока у них задача поймать этого Лукаса, лучше и вправду сосредоточиться на воспоминаниях баллад: если этот человек так увлечен легендами, то и спасать будет каким-то "балладным" способом. Они уже въезжали во двор замка и заметили шерифа, стоящего на одной из галерей и определенно внимательно наблюдавшего за ними. - Ваш сюзерен выглядит спокойным, - прошептала Джейн, когда Гисборн помогал ей спешиться. – Кажется, он больше не переживает за не очень удачный обмен, так что готов будет слушать вас. - А вы хотите, чтобы я именно сейчас говорил с ним о чем-то? – приподнял брови рыцарь, и взгляд, направленный на губы, завершал фразу мужчины. - Ну, я думаю… - девушка невольно облизала губы, не понимая, что так провоцирует еще больше. – Я думаю, что подобное продолжение вашему сюзерену, Гай, понравится… Вот только давайте не будем ему подыгрывать. - Как скажете, - вздохнул Гисборн, отпуская талию миледи и отступая. *** Ужин прошел на этот раз в почти дружеской атмосфере: шериф и вправду пришел в хорошее настроение, посчитав, что удач у него сегодня все же больше, чем неудач, а у хозяина негра-кузнеца могли сохраниться какие-то записи по изготовлению брони, все еще можно вернуть, поэтому Вейзи шутил почти даже не зло. Гисборн привычно пропускал насмешки мимо себя, Джейн терпеливо улыбалась. Девушка провела в компании телохранителя не так много времени, вернулись они с рыцарем довольно поздно, так что было не до долгих разговоров. Однако Джейн успела коротко пересказать напарнику самое необходимое и важное. - Думаешь, я поступила неверно? - Только если Гисборн откажется от вербовки, - возразил Ник. – В остальном же твои рассуждения верны: местный человек с неплохим положением, а благодаря новому поместью еще лучше, с доступом ко многим интригам, притом его честолюбие будет играть нам на руку – в желании подняться он будет стараться зарекомендовать себя и у нас тоже. Ну а если откажется… будем надеяться, он не станет рассказывать лишнего. - Он ведет себя… благородно. - Знаю, - подтвердил телохранитель. – Разумеется, настолько благородно, насколько это позволительно человеку его положения и времени. Джейн спорить не стала, перевела разговор на возможную поимку Лукаса, сообщив напарнику, что у них есть пара дней, чтобы придумать какой-то план и вспомнить что-то из баллад, что может им помочь. Ник обещал припомнить что-нибудь, после этого девушка ушла переодеваться к ужину. Так что за едой миледи легко переносила довольно плоские шутки шерифа, сосредоточившись на воспоминаниях баллад. К сожалению, в голове и вправду засели только короткие сюжеты, которые она пересказала Гисборну. Никакой конкретики, ее всегда любили добавлять киношники или романисты, но баллады на то и были балладами, что в них достаточно было одной пущенной стрелы, чтобы разрушить все козни. Еще Джейн ловила взгляды рыцаря. И никак не могла их расшифровать. То есть было понятно, что она нравится Гаю, даже очень, но он уже давно и не скрывал страсти, так жадно целуя ее… Вот только именно он насмешливо говорил о ней, как о падшей женщине. После, правда, извинился, но, как говорится, осадочек остался. А еще он сегодня говорил о браке с ней, говорил так, как будто ему это и вправду было важно. Притом он не ухватился за ее слова о замке и поместье, он настаивал на беседе о браке – то есть казалось, что получить ее ему хочется больше! Люди не меняются так быстро… Но кто сказал, что ему потребовалось именно меняться? Если любовь к Мэриан, как заметил Ник, была едва ли не вынужденной… Хотя даже если она была и вполне настоящей – после унижения и того, что его отвергли, Гисборн желал вытравить это чувство. Так что Джейн следовало больше опасаться, что Гай, обиженный одной женщиной, просто искал поддержки у другой. Но тогда мысли о замке и землях его должны были манить больше. Привязанность рыцаря не казалась болезненной и истеричной – это было похоже на настоящее чувство. И это только еще больше путало. Сделка с мужчиной, который манил ее, но который был привязан к своему миру, была только сделкой, Джейн была уверена, что после тоже сможет забыть его. Предложение мужчине, который был всерьез ею увлечен, был готов связать с ней свою жизнь – это не менее, а может быть и более жестоко, чем те пытки, которые рыцарь устраивал пленникам. Пожалуй, надо с ним поговорить и разобраться во всем до конца. Она вроде бы уже дала понять… *** Нет, не дала, прервала свои мысли Джейн. Она говорила о невозможности остаться, Гай заинтересовался этим и расспрашивал об этом. То есть наверняка решил, что если у нее будет возможность, она может остаться с ним, он может питать надежды. Ей действительно необходимо поговорить с Гисборном, убрать всю двусмысленность и позволить рыцарю принимать решение без излишних фантазий. Может быть, тогда он ответит ей сразу, определившись в своих приоритетах. А у нее… как верно заметил Ник, одна главная задача – убедиться, что Гай не станет им мешать. Потому после ужина Джейн вновь очень ненадолго заглянула в свою комнату, чтобы сказать помощнику, что он может не ждать ее и ложиться спать. - Ты решила перейти к активным действиям? – фыркнул Ник. - Что ты хочешь сказать? - Ничего, - примирительно поднял руки напарник. – Ты сама все решаешь, если будет нужна помощь, позовешь… Но если рыцарь будет слишком активен, лучше сними приемник, не хочу половину ночи завидовать. - Кажется, тебе лучше удалиться! – девушка покраснела, а потому предпочла скрыть смущение за подобием гнева. - Ладно, - весело кивнул Ник, ничуть не обижаясь, - я, пожалуй, тоже проведу ночь в чужой кровати, у твоего рыцаря хороший вкус – в замке предостаточно смазливых молоденьких служаночек. - Избавь меня от подробностей. Телохранитель вышел. А Джейн, помедлив несколько минут, позвала служанку и велела приготовить ванну.