Безупречный

Раньше, если кто-то сказал бы ему, что одна встреча в кафе с незнакомцем может перевернуть всю его жизнь, Ода Сакуноске удивился бы и назвал этого человека чудаком. Сейчас же, сидя на полу тюремной камеры, в которую он попал из-за перепалки с очередной мелкой бандитской группировки города, он в мыслях то и дело прокручивал недавнюю встречу в кафе. Судьба на данный момент его была незавидной: стоит только блюстителям порядка начать постарательнее собирать информацию о своем заключенном, как того за все совершенные преступления ждала бы высшая мера наказания, она же смертная казнь. Пару лет назад Ода бы спокойно принял свою смерть, дающая пинка под зад жизнь его порядком достала, и он на каждом заказе готовился умереть, если бы не способность и превосходные навыки убийцы. Сейчас же, после переосмысления и только обретенного смысла жизни, помирать не сильно хотелось. Можно попробовать сбежать, нужно лишь только подгадать удобный момент. Скрипнувшие при открытии двери карцера отвлекли мужчину от раздумий. В камеру вошел один офицер, остановившись у входа. Сбоку у него висел пистолет. В голове у Сакуноске уже начал вырисовываться план побега, как следующие слова офицера привели его в шок. — Ода Сакуноске, свободен. — Что, простите? — не верил своим ушам Ода. — Глухой что ли, говорю же, свободен, — повторил полицейский. — Давай на выход, да побыстрее, тебе тут не санаторий. На еле гнущихся ногах Ода встал и вышел из камеры. Трясущими руками получил все изъятые у него вещи. В прекоматозном состоянии вышел за пределы участка. Если Боги и существуют, то Бог удачи явно улыбнулся ему сегодня. От пережитого минутного стресса резко захотелось есть, и Сакуноске решил пойти на поводу своих инстинктов. Его имеющиеся в данный момент финансы «пели романсы», поэтому он завернул в первый попавшийся фастфуд, собираясь заесть недавние переживания вредным бургером и картошкой фри. Получив свою порцию вредной пищи, Ода сел за стол и только успел приступить к еде, как к нему подсел мужчина в годах в черном плаще и с моноклем на глазу. — Ода Сакуноске, как ты думаешь, почему тебя сегодня так легко выпустили из камеры? — Могу я хотя бы доесть прежде чем меня отведут к человеку, который решил меня откупить? После данного случая Ода Сакуноске решит, что все судьбоносные события в его жизни происходят в местах общепита. Человека, что встретил Сакуноске в одном из многих ресторанов фастфуда в городе, звали Рюро Хироцу. Он сообщил, что тем, кто выкупил Оду из полиции, был никто иной как Мори Огай, действующий босс портовой мафии, и сейчас он желает встретиться с выкупленным у стражей закона человеком. На словах «Портовая мафия» по телу Сакуноске пробежались мурашки. Стоило сразу догадаться, что только одна организация в Йокогаме может себе позволить выкупить у полиции убийцу. И дураку понятно, что не из благородных побуждений это было сделано. Попасть в мафию сейчас, когда он только решил отказаться от убийств, не самое лучшее решение. Хотя выбора у него и не было. Бога, что улыбнулся ему сегодня, все труднее можно было назвать Богом удачи. На удивление, встреча с главой мафии прошла для Сакуноске хорошо. Доктор Мори сообщил, что выкупил Оду у полиции с целью завербовать его в мафию. Все же наемник, о котором ходили слухи еще с его юношества, когда он смог впечатлить самого Серебряного Волка, Юкичи Фукудзаву, не был бы лишним для такой организации, как Портовая мафия. Сакуноске было объявлено, что он будет выполнять обязанности исполнителя низшего ранга, станет неким «мальчиком на побегушках» и, если будет стараться, то с его навыками вмиг поднимется в верха мафии. Для Сакуноске его же положение в мафии было просто наилучшим исходом из ситуации и он сразу решил, что ни в какие верхушки мафии он не стремится. Мужчина уже слышал ранее о том, чем занимаются низкоранговые мафиози в мафии, и примерно представлял, что за работа его ожидает. Он даже был рад, в данном положении в мафии Ода мог придерживаться своего решения не убивать. Мафиози, который откажется от убийств, явно все будут называть чудаком. Будущее докажет, что он был прав. Он выполнял всякие мелкие поручения, тривиальные задания, которые никто из мафии не брал, и ни разу за это время не убил человека. Его жизнь текла размеренно, что очень устраивало бывшего убийцу. Пока он не встретил одного человека. Очередным заданием было проследить, чтобы встреча с хозяином одного из многочисленных магазинов, что крышует мафия, прошла без происшествий. Оставались в городе банды, которые еще лелеяли мечту отобрать у мафии хотя-бы маленькие магазинчики и крышевать их самостоятельно, поэтому на подобные встречи всегда ставили охрану из людей его ранга. Данную встречу проводил Осаму Дазай. Ода его ни разу не встречал, но слышал о нем достаточно: пятнадцатилетний мальчишка, был до одури гениален и был прозван бессердечным псом. Правая рука самого босса, и все только ставки делали, когда парень станет членом Исполнительного комитета Портовой мафии. Повернутый на всю голову суицидник. — Надеюсь, что если вдруг что-то произойдет, твой курок будет наготове, — сказал ему Дазай перед встречей. — И что все неприятели мафии полягут бездыханно. — Я решил больше не убивать, поэтому из моего оружия не будет сделано смертельного выстрела, — ответил Сакуноске. — Но если на нас нападут, я в состоянии дать достойный отпор и без убийства противника. — Вау, да ты странный, — протянул Дазай, задумываясь о чем-то своем. На встречу все же пришла бандитская группировка, которая понадеялась отжать у мафии хозяина магазина вместе с самим магазином. И под удивленный взгляд бессердечного пса мафии Сакуноске блестяще справился со всеми врагами, не убив ни одного из них. Схваченные бандиты были переданы в мафию на допрос, а Дазай на радостях решил утопиться. Когда Ода доставал неудавшегося самоубийцу из речного канала, то сказал лишь одно: — Сам ты, черт подери, странный. Сакуноске оставалось надеяться, что он больше никогда не встретит этого странного парня. Наперекор всем его желаниям, они встретились в тот же вечер в баре. Когда Сакуноске пришел в бар «Люпин», чтобы отдохнуть от странного дня, он мечтал о тишине, спокойствии и стакане виски. Чиркнув зажигалкой, Ода сделал первую затяжку, выпуская дым вверх, прикрывая глаза. Идиллия, которую никто не сможет нару… — О, странный Ода! — послышался знакомый голос. — Не думал встретить тебя так скоро! Ода слышал, как в его голове по кусочкам с характерным звуком разрушается воображаемая им идиллия. Наверное, так происходит у каждого собеседника Дазая. — Я тоже, странный Дазай, — стряхивая пепел, ответил Сакуноске. — Тебе же вроде пятнадцать, не рановато ли по подобным местам ходить? — Не желаю это слышать от того, кому едва исполнилось двадцать, — пробурчал парень, усаживаясь рядом. — Мне все говорят, что я выгляжу старше своих лет, — в театральной манере жестикулирует руками. — И вообще, в «подобных местах» меня уже давно знают. — Ты в курсе, что раннее употребление спритного может сказаться на здоровье и приблизить момент смерти? — Знаю, оттого и пью. Бармен, бокал виски, пожалуйста! — задорно проговорил мафиози, привлекая бармена к своей нескромной персоне. Ода надеялся, что они просто в тишине будут употреблять алкоголь. Но понятия «тишина» и «Осаму Дазай», как оказалось, не были совместимы. — Знаешь, а ты меня заинтересовал, — продолжил разговор Осаму, щедро отпивая от своей порции виски. — Расскажи по секрету, почему такой опытный наемник и убийца отказывается убивать, а? — Я не рассказываю подобное каждому первому встречному, — отмахнулся наемник, затягиваясь в очередной раз. — Я не первый встречный, мы же во второй раз видимся! — на данное заявление Сакуноске хмыкнул. — Расскажи тогда, почему хочешь покончить с собой, — предложил в ответ. — Может тогда и я раскрою свои потяенные уголки души. — Но разве это не очевидно? — удивился его собеседник. — Потому что в жизни нет смысла! Человек боится смерти, но в то же время его к ней влечёт. Поэтому я стремлюсь поскорее её достигнуть. — Что же тогда до сих пор живой ходишь? — Да не дают покончить с собой всякие, — делая очередной глоток, ответил Дазай. — Да и не хотелось бы уходить из данного мира мучительно и с болью. Я хочу найти безболезненный и красивый способ самоубийства. Вот, смотри, что недавно купил, — парень извлек из кармана плаща небольшую книжонку красного цвета и положил её обложкой вверх, подталкивая к наемнику. — Полное руководство по самоубийству, — прочитал название книги наемник. — И такое продают в обычных книжных?! — Ага, но её все равно было очень трудно достать, — Дазай взял книгу в руки и начал перелистывать страницы. — Надеюсь, здесь я смогу найти то, что мне нужно. — Ты чокнутый, — подвел итог Ода, допивая свою порцию виски. — Но я думаю, за твоими словами скрывается истинный смысл твоих попыток покончить с собой. Знаешь, ты меня тоже заинтересовал. — Ох, я польщен, мистер Безупречный, — ехидно ответил Осаму. — Безупречный? — удивился Ода. — Ну да. Разве это не название твоей способности? Безупречность? — Я смотрю, ты многое про меня уже знаешь, — закурил вторую сигарету Ода. — Но не называй меня так, пожалуйста. — Тогда… Одасаку? — Пойдет, — кивнул в ответ. — А тебя нужно называть в честь твоей способности или так же сложением имени и фамилии в прозвище? — Ох, уж не надо, изволь пожалуйста, — скривился юноша, укладывая подбородок на барную стойку. — Я просто Дазай. — Хорошо, «просто Дазай», — пуская дым кольцами Одасаку приковал к себе заинтересованный взгляд Дазая. — Хотя думаю, назвать тебя «просто Дазаем» ни у кого в мире язык не повернется. — Хе-хе. Так, перекидываясь незамысловатыми фразами, и продолжился вечер двух мафиози в баре, что в скором будущем станут близкими друзьями. Ода Сакуноске в очередной раз подтвердил факт, что все судьбоносные события в его жизни происходят в местах общепита. Правда назвать бар «общепитом» можно было с натяжкой.