Моя душа

Я люблю тебя.

      Я говорю это так часто, что с каждым разом, наверное, слова становятся все менее и менее ценными, но мои чувства не остывают ни на миг. Чего таить — между нами никогда не было равнодушия. Неприязнь и трепет, ярость и благоговение, презрение и обожание — с тобой я испытала почти весь спектр возможных эмоций, и это делает нашу дружбу по-особенному волшебной.       Первые годы были насыщены противостояниями и вечными спорами. Ты казалась слишком вспыльчивой и полной предрассудков, что я всегда ненавидела в людях и оттого ненавидела это в тебе. Мы словно существовали на разных полюсах, почти никогда не пересекаясь, а встретившись — «искрились» от недовольства и раздражения. Ссоры из-за дежурств, гневные перешептывания и надменные высказывания… Я раскаиваюсь в каждом слове, что когда-то сказала против тебя. Кто бы знал, что однажды «заклятые враги» смогут увидеть друг в друге что-то теплое и невероятно ценное. Скажи мне кто тогда, что однажды я буду проводить ночи, беседуя с тобой обо всем на свете, плача или смеясь в подушку от переизбытка чувств, я бы покрутила пальцем у виска. Но вот мы здесь, и я ни секунды не жалею об этом.       Помню, как в один из дней, возвращаясь с учебы, заговорили об общих интересах. Ненавязчивая беседа о красках и холстах казалась до глупости странной, а ты — подозрительно улыбчивой. Тогда я подумала, что впервые вижу эту мягкую и увлеченную сторону, скрытую прежде, и приятно удивилась, понадеявшись встречать ее как можно чаще. В тебе жила нежная и ранимая душа художницы, спрятанная за стальной волей и громким голосом, и было в ней что-то неуловимо знакомое и родное, что тянуло к себе, как свет лампы влечет мотылька. Тот день породил во мне первые сомнения в сложившемся ранее впечатлении и стал началом своеобразного примирения.       Но по-настоящему значимый шаг к сближению ты сделала сама. Стоит ли говорить о том, насколько я была удивлена, услышав просьбу о парочке советов насчет фанфика? Совместная работа, да еще и над чем-то столь несвойственным тебе, казалась глупой шуткой. «Каким образом мы вообще можем сработаться, если почти не знакомы друг с другом даже спустя столько лет совместной учебы?» — крутилось в моей голове, но интуиция уверенно вела к тебе навстречу.       Да, первые дни были чертовски неловкими. Ты и сама помнишь, со сколькими трудностями пришлось тогда столкнуться. Уровень навыка, недопонимания и осторожность в общении — мы подстраивались под новые обстоятельства медленными шагами. Со стороны, наверное, это показалось бы забавным: словно новорожденные оленята, пробующие встать на ноги, мы вместе учились работать и понимать друг друга, открывая все новые и новые черты, впоследствии сблизившие нас достаточно, чтобы доверять. Могу без преувеличения сказать, что год, проведенный с тобой и ИМС, навсегда останется в моей памяти как самое волшебное и теплое время. Словно весна, пришедшая на смену бесконечно долгой зимы.       Ты научила меня дышать.       Как глоток свежего воздуха, ворвалась в мою жизнь, перекроив ее по новым правилам и снеся былые установки. К тому моменту я уже давно потеряла надежду, но ты вернула ее с лихвой, заполнив каждый уголок своей энергией и бесконечно струящимся светом, словно этот свет — и есть все твое существо. Ты — теплая и собравшая в себе всю любовь этого мира душа — стала моим личным благословением. И все, о чем я чертовски жалею сейчас, — это потраченные впустую годы, которые мы провели за бессмысленными спорами о ненужных вещах.       Моя сияющая богиня. Спасибо, что дала шанс стать твоим другом, потому что это позволило мне пережить все те счастливые моменты, которые мы разделили на двоих. И, если позволишь остаться в своем сердце как можно дольше, давай создадим еще множество прекрасных воспоминаний. Вместе.

P.S. Все еще люблю тебя.