Практика невероятности

Риат смотрел на рыжего амура, сжав зубы. — Это не моё решение, — принялся оправдываться следователь, смотря на бумаги перед собой. — Вы понимаете, что это на всю жизнь? Вы хотя бы представляете, каково это всю жизнь прожить одиноким, никому не нужным? — спросил с болью в голосе муз. — Это же пытка! — Я… представляю. Я всю жизнь живу один. — Вы амур! Вам, как и мне, любовь не положена. Нам в награду за это дана вечная жизнь, — гневно мотнул головой Риат. — В награду ли? — шёпотом спросил Милаан, когда за музом захлопнулись двери. Он столько раз видел любовь, столько счастья или горя принёс смертным, а сам ничего и не испытал. Вот и сейчас ему предстояло разрушить жизнь и карьеру молодой музы Ооны. Вычислить воровку ему удалось, но, с другой стороны, никакого удовлетворения свей работой амур не ощущал. Никто раньше не воровал их стрелы, и теперь он даже не знал, что ждёт в наказание юную Оону.

***

Чонгук не решался завести разговор о встрече на нейтральной территории до момента подачи счёта, вот только дальше тянуть было бы глупо. Эту странную историю пора было заканчивать. — Простите, — вежливо начал Чон, смотря на гостя. — Мне кажется, что Вы бы хотели со мной пообщаться. Здесь я на работе, и это неуместно. Может, нам стоит пообщаться на нейтральной территории? Тэхён вздрогнул и затем задумчиво кивнул, соглашаясь на это неожиданное предложение, тем более он сам так и не придумал ловкого способа вытащить парня на свидание. Да, Ким признался себе, что это будет именно свидание, ведь ему хотелось не дружбы с этим официантом, далеко не дружбы. — Завтра у меня выходной, давайте встретимся в шесть часов в кафе «Голден», — предложил Чонгук. — Да, хорошо, я с удовольствием встретился бы с Вами, — улыбнулся Тэхён, не понимая, понятия не имея о истинной причине этого неожиданного приглашения. Чон облегчённо выдохнул, когда гость ушёл, и смог полностью сосредоточиться на работе, напрочь забыв о предстоящей встрече до следующего дня. Тэхён успевал на свидание только в одном случае: нужно было ехать в кафе сразу, не заезжая домой. Так что на встречу он приехал минут за двадцать до назначенного времени, к тому же в строгом деловом костюме. К его удивлению, Чонгук уже был там и пил чай, заняв столик для двоих. — Здравствуйте, — поздоровался Ким, присаживаясь за стол. — Ой, — чуть испуганно оторвался от своего телефона Чон и улыбнулся слегка натянуто. — Простите, я Вас даже не заметил. — Может, перейдём на ты? Так будет удобнее, — заулыбался в ответ Тэхён парню. — Да, пожалуй, так и правда будет удобнее, — отозвался Чонгук, заранее краснея от понимания, что разговор будет неловким, и не понимая толком, с чего начать. К тому же сейчас ему начало казаться, что он просто сам себе надумал и мужчина просто был любезен, а взгляд на задницу – плод его, Чона, воображения. Они оба молчали, никто не решался начать разговор первым, повисло натянутое, неловкое молчание. — Я… Я рад, что ты пригласил меня на свидание, — собрался Тэхён. — Честно говоря, я немного растерян и не знаю, что делать на свидании с парнем. Никогда раньше я не хотел встречаться с парнем, и… Ким замолчал, так и не доведя свою мысль до логического конца. Он и сам не понимал, что хочет сказать Чонгуку. Впервые в жизни ему было настолько страшно спугнуть, оттолкнуть от себя, быть отвергнутым, хотя, казалось, что за свою жизнь он должен был привыкнуть к отказам. Не первый и явно не последний раз. Чонгук же поднял лицо, поняв, что его собеседник значительно облегчил его задачу, подтвердив подозрения, и теперь он не выставит себя идиотом. — Именно об этом я хотел поговорить, — собрался Чон и, смотря на столешницу, на свой уже почти остывший кофе, сообщил: — Я ничего не имею против геев, правда ничего. Но я не собираюсь с тобой встречаться. Мне не приятно твоё внимание, тем более из-за тебя я стал посмешищем на работе, а только в том кафе мне разрешают подстраивать свой график под график учёбы. Я прошу тебя, как человека, оставь меня в покое. Мне не приятно твоё внимание и приятным никогда не будет. Мне хочется, чтобы ты просто никогда больше не приходил на мою работу. — Прости, — глухо и грустно отозвался Ким. Он уже давно убедился, что нельзя заставить себя полюбить. — Я больше не приду. — Спасибо, — облегчённо выдохнул Чон, поднимаясь. — Ты красивый мужчина, видный, ты найдёшь того, кому ты будешь нужен больше всех. С твоей внешностью ты и вовсе легко найдёшь себе парня или девушку. Прощай. — Прощай, — кивнул Тэхён чуть грустно. Раньше его чувства проходили сами собой; проходил месяц, другой, полгода – и очередная неразделённая любовь утихала. Только не в этот раз. Тэхён смотрел в окно своей новой квартиры, наблюдая за дождём. Верный Суншим прижался к ноге, деля грусть на двоих, рядом в кресле свернулся новый член семьи – кот, которого Ким назвал Канджи. Тэхён сдержал своё слово и больше не заходил в то кафе, даже с собакой старался не гулять в парке рядом с тем кафе. Хотя тянуло зайти, тянуло сильно, постоянно. С головой погрузившись в работу, в своё хобби – музыку, Ким рассчитывал, что чувства стихнут, постепенно растворятся и пройдут. Но это не помогло, время не стало лекарем. Прошло полтора года, а Тэхён всё ещё помнил лицо, голос, фигуру. Чувства даже не притупились. Риат обнял своего подопечного со спины, пусть тот и не чувствовал этого, не видел, но его верный муз грустил вместе с ним. Громкий суд над Ооной уже давно остался в прошлом, и страшный приговор – изгнание в мир людей – прозвучал. А Риат с каждым днём жалел всё больше только о том, что сам не воспользовался ситуацией, не украл лук со стрелами и не влюбил Чонгука в своего подопечного в ответ. И плевать на бессмертие. — Прости меня, я струсил. Так не должно было быть, я спрашивал, — тихо сказал Риат. — Ты должен был быть счастливым. Но что же теперь? Неужели ты никогда не будешь счастлив? Тэхён вздрогнул, холодок прошёлся по спине: ему чудилось, что он в комнате не один, что, кроме животных, тут был ещё кто-то. Ким резко обернулся, но его дом остался пустым.

***

Милаан разгребал горы отчётов, не чувствуя усталости. Среди бумаг мелькнуло знакомое имя, и амур нахмурился. Завтра по плану Чон Чонгук должен был влюбиться впервые в жизни. Влюбиться в мужчину, а тот, в свою очередь, просто воспользовался бы парнем и расстался бы с ним через месяц-два, оставив Чона с разбитым сердцем. Несправедливо, нечестно и грустно. Милаан потёр лицо, понимая, что зря он навещал Тэхёна, не давая себе забыть. Но, с другой стороны, только так он мог увидеться с Риатом. Амур и себе не ответил бы, чем его так зацепил муз. Отложив эту разнарядку в сторону, Милаан сел ровно, размышляя. А затем, приняв решение, спустился вниз, в мир телесный. Еще минут сорок ему потребовалось, чтобы добраться до квартиры Кима. — Привет, Риат, я рад, что застал тебя тут, — ровно сообщил он музу, уже не сомневаясь в своём решении. Муз поздоровался и выслушал амура, а затем спросил, зло и грустно: — И зачем ты мне об этом говоришь? Издеваешься? — Завтра Хэллоуин, — не обиделся Милаан. — Я договорюсь с мойрами, устрою так, что они встретятся завтра, будут рядом в момент, когда амур будет стрелять. И ты сможешь… Риат растерянно посмотрел на амура и расплылся в улыбке, а затем порывисто обнял рыжего, шепнув на ухо одно лишь слово: — Спасибо.