Практика невероятности

Чонгук и сам не заметил, как простой разговор увлёк его настолько, что он забыл о цели, о миссии разведчика. Было просто интересно говорить с мужчиной, пить сладкий слабоалкогольный коктейль и обсуждать костюмы. — В другие дни тут так же открыто и сексуально одеваются? — спросил Тэхён, осторожно выясняя, какой на самом деле была ориентация парня. — Не знаю, я тут впервые. Но, думаю, всё же не каждый день тут столько парней в коротеньких кожаных шортиках, — пожал плечами Чон. — Я не сильно большой любитель ночных клубов. Мне, как правило, жалко тратить деньги на подобные места. Я бы лучше поел за них в хорошем ресторане или съездил покататься на лошадях. — М… Слушай, а давай завтра съездим покататься на конях? У тебя ведь выходной… Нужно же отоспаться после клуба, — предложил Ким, не подумав о том, что ещё нужно было бы снять маску. —У моей знакомой как раз есть лошади, и можем полдня провести на её ранчо, съездить верхом на пикник. Погода, благо, завтра должна быть хорошей. Чонгук замер, размышляя, а затем кивнул и протянул ладонь: — Чон Чонгук. — Ким Тэхён, — представился мужчина, внимательно следя за реакцией парня. Тот лишь пожал ладонь, так и не вспомнив досадный, но давний эпизод. Ким кивнул и протянул Чонгуку телефон, попросив: — Оставь свой номер. Давить на этот раз Тэхён не собирался, зная, что это бесполезно. Если Чон не захочет давать свой настоящий номер, то и нет смысла навязываться. Не получится, как бы Ким ни хотел обратного. Чонгук кивнул, забирая смартфон и не замечая, как вздрогнул собеседник, когда их руки соприкоснулись совсем мимолетно. — Только не звони мне до полудня, — попросил Чон. — Я действительно собираюсь отоспаться. Тэхён кивнул, сделав большой глоток своего безалкогольного коктейля: ему не хотелось напиваться и портить всё снова. Ему и вовсе казалось, что происходящее – сон, хороший и тёплый сон, раз Чонгук смотрел на него так... Открыто, без неприязни. — Потанцуем ещё? — предложил Ким, не желая испортить лишними словами или расспросами хрупкое взаимопонимание. Да и хотелось прикоснуться к талии, к худой спине, смотреть в эти глаза, любоваться недоступными губами. Чон кивнул и, поднявшись, первым протянул руку. Он сам не ожидал, что забудет про своих друзей, а просто с удовольствием будет неумело топтаться на танцполе, иногда наступая на ноги партнёра. Правда, к чести Тэхёна, тот не жаловался, улыбаясь по-доброму и отмахиваясь от извинений. В загадочной полутьме, окружённые громкой музыкой, бесконечными полуобнажёнными телами, они продолжили танцевать медленный танец, хотя мелодия с быстрым ритмом требовала другого. Тяжёлые тёплые ладони Кима прошли по спине, гладя от лопаток до поясницы, но не на сантиметр ниже. Тэхён утонул в чужих глазах, потерял последние остатки самообладания и, потянувшись, накрыл своими губами уголок губ Чонгука, мягко, неспешно, без страсти, вкладывая в поцелуй только тоску и нежность, что так давно проросла в саму душу, в саму суть, став частью самого Кима. Чон замер, не зная, что теперь делать: ответить, отстраниться, возмутиться. В голове рой мыслей и эмоций, за которые никак нельзя было ухватиться, спасаясь, слишком они были неуловимыми и противоречивыми. — Простите, — прервал волшебный и такой затянувшийся и странный момент Мин Юнги, взяв друга за локоть как раз в тот момент, когда Чонгук всё же решил оттолкнуть мужчину. — Я вынужден украсть своего друга. — Да, конечно, — отступил на шаг Тэхён, с трудом сдержав разочарованный стон. Юнги просто оттащил Чона в сторону, не отпуская, пока не вывел друга на прохладный ночной воздух, и там спросил, слишком громко, ведь от музыки в клубе ему заложило уши: — Ты сдурел? — Мин, ты о чём вообще? — возмутился в ответ Чонгук, освобождая локоть. — О чём? Ты или пьян, или просто решил получить быстренький минет? А о том, что тебя могут вполне себе безнаказанно трахнуть? Ты ему сказал, что натурал? — сам Юнги тоже не был трезвым и за словами не следил. — Он – не девушка, и, с одной стороны, я за тебя волнуюсь, а с другой… Может, ты не в курсе, но у нас, у педиков, тоже есть чувства. — Не неси ерунды. Я не собирался тащить Тэхёна в туалет или ещё куда, мы просто общались, — возмутился Чон. — Да? Я видел, как вы общались. Что-то я не видел, чтобы ты с друзьями-натуралами общался шарудя языком во рту. Я понимаю, что у тебя давно секса не было, но твой собеседник, может быть, думает, что у вас будут отношения. Не стоит вводить его в заблуждения. До Чимина я был влюблён в натурала, такого же, как ты. Которому я был достаточно хорош, чтобы сосать, но так… Просто друг. И сосал я по-дружески, а отношения… — выпалил свою самую больную тайну Мин. — Я не такая скотина. И если ты считаешь, что все натуралы такие гады, то и незачем делать вид, что мы друзья, — алкоголь и злость не дали Чону услышать друга, и вместо того, чтобы обнять и пожалеть друга, он разозлился и обиделся. Развернувшись, Чонгук пошёл назад в клуб, пылая от ярости. Ким стоял у стойки бара и попался на глаза Чону почти сразу. — Ты не против прогуляться? — спросил Чонгук своего партнера по танцем, решив подразнить друга, отучить того лезть в его личную жизнь. — С удовольствием, — поспешил согласиться Тэхён и пошёл за быстро идущим парнем, не думая, с чего вдруг так резко изменились планы Чона. Как и планировал Чонгук, Мин ещё не успел даже зайти в клуб, докуривая сигарету. Словив взгляд друга, Чон повернулся к спутнику и сам его поцеловал, грубовато, нагло впихнув в рот Кима свой язык, не заботясь об удовольствии Тэхёна. Юнги зло прищурился и отвернулся.