Невеста палача

Настроение у девушки пропало вовсе. Она шла мрачнее тучи. А ведь так хорошо все началось, но проклятые карты все испортили. По небу ползла луна, освещая окрестности. Дома богатеев остались позади, впереди виднелась небольшая роща, за которой начинался пригород. Вдоль дороги стояли всевозможные деревья, которые склоняли свои кроны над десятками лавок с резными спинками. Тут любили гулять влюбленные, замужние парочки, одинокие скучающие. Места хватало всем. Рощу облагородили местные жители, вырубили просеку, выкорчевали все пни, хотели даже поставить столбы с масляными лампами, но пока ни у кого не дошли руки. - Да не переживайте вы так! Мэри вздрогнула от неожиданности. Она совсем забыла, что ее сопровождают. - Ой! Господин Шарк, вы меня до смерти напугали! Знахарка схватилась за грудь и часто задышала. Ростовщик округлил глаза. - Простите, я не хотел. А что произошло, почему Мадлен сама не своя? Вы повздорили? Мне даже не верится, что между вами могла пробежать черная кошка. Гадалка вздохнула. - Во все виноваты карты. Шарк почесал нос. - Да что ж такого могло выпасть, что моя вечно жизнерадостная супруга опечалилась? Мэри остановилась аккурат возле небольшого пруда, и положила руку на плечо собеседника. - Господин Шарк, - Она посмотрела по сторонам. Вдалеке прогуливались парочки, держась за руки, слышались голоса и звонкий смех, - Я вас очень прошу, не подумайте ничего дурного… Если вы случайно ввязались в какое-то дурное предприятие, то, ради всех богов, передумайте! Это кончится плохо и для вас, и для того, кто вас в этот балаган втянул. Карты не ошибаются! Лоан внимательно посмотрел на девушку. Они стояли посреди аллеи, освещаемые луной, которая отражалась на водной глади пруда, и вели беседу под кваканье лягушек и стрекот невидимых обитателей водоема. - Я что-то не понял, в какую авантюру я вляпался, и что мне грозит? – Шарк непонимающе посмотрел знахарке в глаза. В ее зрачках отражалась луна, и это выглядело устрашающе. Сейчас девушка как никогда походила на ведьму, не хватало только метлы и ворона на плече. - Слушайте внимательно, господин Шарк, - Мэри разошлась не на шутку, видимо, хмель взыграл. – Если хотите, я раскину карты еще раз, но, поверьте мне, ничего не изменится, если вы сами того не пожелаете. - Да что произойдет?! – воскликнул ростовщик. - Вас убьют! – выпалила Мэри так громко, что все, кто в это гулял по аллее, замолчали. - Меня?! За что?! – в глазах мужчины читалось недоумение. - Да не знаю я! Тот, кто вас втянул в свою грязную игру тоже умрет. Понимаете? Вы оба умрете. Вас убьют! Девушка стала судорожно расстегивать ремешок своей сумочки. Затем, достав колоду, стала раскладывать карты прямо на земле, опустившись на колени. Одна карта ложись рядом с другой, вторая на третью, пятая с десятой менялись местами. Мэри без умолку что-то шептала, делала какие-то пассы руками, плевала через плечо. Шарк внимательно наблюдал, потирая подбородок, не замечая, как за его спиной выросла чья-то фигура. Гадалка тоже была увлечена так, что не замечала ничего вокруг. - Смотрите! – Она уставилась на карты, которые легли точно так же, как немногим ранее на столе в гостиной Шарков: трефовый валет, семерка бубей, дама червей и пиковый туз. - И что тут? – спросил некто, стоявший за спиной ростовщика. От неожиданности тот отскочил в сторону. - Да вот же! Весь в крови несчастный валет, а над ним ужасная дама. - С ножом в руке? – с усмешкой прозвучал голос, который заставил гадалку поднять взгляд. Голос принадлежал Нэвилу Олдстампу, который весь вечер просидел в парке, поджидаю девушку и своего должника. Он опирался на трость и с улыбкой взирал на происходящее. - Так вы говорите, что все вот это, - он помахал рукой, указывая на карты, - приведет достопочтенного Лоана к смерти? Забавно. Глаза Мэри сверкнули злобой. - И не только его! Карты говорят, что господин Шарк стал соучастником какого-то мерзкого заговора, и расплата не заставит себя долго ждать! Кара постигнет заговорщиков. Лоан перепугался не на шутку, а вот Нэвил пренебрежительно продолжил. - Да выбросьте свои карты! – воскликнул старик. В его руке неожиданно появился стилет, который, свершив оборот, воткнулся точно в середину дамы червей. - Не думаю, что из-за того, что мы решили проучить одну молодую несговорчивую особу, за нами придет старуха с косой. Но если та самая особа примет предложение одного уважаемого господина, то ничего страшного не произойдет, так? – Он ехидно улыбнулся. – И господин Шарк продолжит свое существование. Или эта особа хочет, чтобы с господином Шарком произошло несчастье? Тем временем вокруг этой троицы стали собираться прохожие. Близко не подходили, стояли чуть поодаль, делая вид, что прогуливаются, но ловили каждое слово. Мэри поднялась с колен и отряхнула платье от налипшей земли и листьев. - Эта молодая особа никогда не примет предложения напыщенного индюка, пусть даже вымрет половина Броумена! Олдстамп оскалился. - Даю вам последний шанс, моя дорогая! Вы же знаете, я всегда добиваюсь своего. Господин Шарк может это подтвердить. Помните несчастного Теда Броуди, кукольника? Он не захотел мне продать свою лавку, что что стояла на базарной площади, так она чудесным образом сгорела, представляете? И тут произошло то, чего не ожидал ни Лоан, ни Нэвил, ни сама Мэри. Девушка резко наклонилась, схватила стилет, торчащий в земле, и наотмашь махнула им перед собой. - Не смей мне угрожать, иначе я сама тебя отправлю на тот свет! От неминуемой смерти Олдстампа спасло чудо. Он успел прикрыться рукой, и клинок полоснул не по горлу, а рассек вместе с рукавом колета кожу, окропив землю кровью. - Ты с ума сошла, ведьма! – заорал Нэвил, отпрыгивая в сторону и зажимая рану ладонью. - Все видели? Эта сумасшедшая пыталась меня убить! Мэри огляделась и только сейчас увидела, сколько людей стали свидетелями вспышки ее гнева. Человек десять, не меньше. Девушка швырнула стилет под ноги старика. - Будь ты проклят! Клянусь, я сделаю так, что тысячу раз пожалеешь, что связался со мной! Ты испытаешь на себе силу древнего проклятья моего рода. Бойся ведьминого гнева! Она резко развернулась и пошла прочь. Парочки, наблюдавшие за происходящим, расступились, пропуская Мэри, и стали перешептываться. Олдстамп приобнял Шарка и отвел в сторону, подальше от посторонних ушей. - Все прошло как нельзя лучше. Я даже не ожидал такого поворота! Столько свидетелей! Поздравляю, Лоан, та расплатился со мной сполна. Думаю, это стоит отметить, но не сейчас. Позже. Теперь мне надо завершить начатое. – Он усмехнулся. – Подумать только, на меня и с ножом! Безумная. Но ты видел этот взгляд? Даже в гневе она прекрасна, бестия! Нет, она должна быть или моей, или ничей. Мэри вышагивала по безлюдным улочкам Броумена. Все жители сидели по домам, из раскрытых окон слышался то смех, то брань, то детские визги. На небе появились облака, закрывшие собой ночное светило, поднялся небольшой ветерок. Вероятно, быть грозе. И не мудрено, четвертый день стоит невыносимая духота. Кровь в жилах Мэри бурлила от гнева. Была б ее воля, она бы стерла этого несносного старика с лица земли прямо там. - Эх, жаль я промахнулась! Шаг за шагом разум девушки стал немного проясняться. Опьяненная вином и злобой, она только сейчас поняла, какую глупость сделала. Знахарка остановилась и спрятала лицо в ладони. - О, боги, что ж я натворила?! И что теперь будет? Что мне делать? И она побежала. Нет, ни к Нэвилу Олдстампу, вымаливать прощения, свою позицию старик обозначил яснее ясного. Девушка устремилась домой, чтобы рухнуть на кровать и залиться слезами. У дверей лавки Мэри встретил Кабош. Молодой человек стоял, прислонившись к стене и разглядывал трещенки на булыжной мостовой. Едва он услышал шаги, сразу понял, это идет она. Ее щаги он спутает ни с чьими другими. - И где это мы ходим? – весело спросил Кабош. – Я весь вечер себе места не нахожу. Всех соседей обошел. Сказали, ушла и закрыла лавку раньше обычного. И вдруг юноша увидел заплаканное лицо своей возлюбленной. - Что случилось?! – он схватил ее за плечи и взглянул ей в глаза. – Кто тебя обидел? Ну не молчи! Назови мне имя, и я ему голову оторву. Ну почему ты ходишь без меня?! Мэри уткнулась в плечо любимого и зарыдала в голос. Добиться от нее внятного ответа Кабош не смог. Так они стояли некоторое время: она плакала, а он обнимал ее и гладил по голове, запуская пальцы в густые волосы знахарки. Внезапно раздался шум. Юноша отчетливо различал шаги нескольких человек и бряцание железа. Эти звуки он не мог спутать ни с чем. Это был Ночной дозор. Время за полночь, стандартный обход. Вдали показался отряд кирасиров. Они двигались ровным строем, в ногу. На алебардах болтались масляные лампы, которые бросали отблеск на натертые до блеска шлемы. Впереди вышагивал командир отряда, его левая рука выполняла отмашку, а правая покоилась на эфесе сабли. Поравнявшись с парочкой, офицер скомандовал: - Отряд, стой! Кирасиры замерли. - Хорошего вечера, - произнес Кабош, и вновь обратил все свое внимание к девушке. Командир Ночного дозора отсалютовал и заговорил. - Мэри Сальма, вы обвиняетесь в покушении на жизнь господина Нэвила Олдстампа, прошу следовать за мной!