Рождение луны

Тёплый вечер опустила на Сообщество Душ. На территории клана Судзуки царила атмосфера уютности и тепла. Мейуми обожала время, когда солнце заходит за горизонт, а прислуга начинала зажигать уличное освещение. Всё как-то становилось совершенно волшебным, поэтому юная наследница частенько выбиралась из своей комнаты на вечернюю прогулку. Девочка увидела, что из окна кабинета матери горел свет, что заставило её заинтересоваться. Обычно мама не засиживалась допоздна и в такое время её можно было очень редко найти там. Только в тех случаях, когда произошло что-то серьёзное. Искра озорства прошлась по большим зелёным глазам, а детский силуэт начал красться к двери, ведь обычно мама предусмотрительно закрывает окна от посторонних глаз. -… я думаю, ты сама замечаешь… — отрывок фразы донёсся до слуха. — Да, я чувствую косые взгляды от представителей других кланов. Вопрос силы всегда стоял остро в отношениях четырёх главных семей и угрозу к потенциальной междуусобице даже без весомых причин… — устало проговорила Судзуки. — На самом деле не только кланы держат ушки востро… — Ты про Главнокомандующего? Птички мне уже напели, — вздохнула женщина. — Тогда ты понимаешь, что нужно быть предельно аккуратной, Мива? Всё что быстро развивается и обладает нестандартной силой превращается в угрозу для Сообщества Душ. Думаю, помнишь про тех, кто в «отставку» ушёл… — Да, я понимаю. Честно говоря, у меня есть ещё одно опасение, Йоруичи, — голос прозвучал очень неуверенно и тихо. — Какое? — Я боюсь, что Мираи пойдёт против нас… Наступила пауза, а потом лёгкий смех. — Мираи? Да ну. Она просто импульсивный подросток, которому не хватает внимания. Да и она не настолько глупа, чтобы этим заниматься. Брось, Мива. Она же до кончиков волос Судзуки. Подумаешь, не все лавры ей достанутся. Перебесится и всё будет хорошо. — Йоруичи, могу тебя попросить кое о чём? — Конечно. — Береги Мейуми, пожалуйста. — Мива, о чём ты? Говоришь так, будто собираешься умирать. — Прошу тебя. Голоса снова затихли. — Хорошо. Девочка отшатнулась от двери, пол под ногой скрипнул, отчего дал понять женщинам в помещении, что кто-то есть снаружи. Послышались приближающиеся шаги. Йоруичи резко открыла дверь, но снаружи никого не оказалось, будто совсем никто секунду назад не подсушивал их разговор, но одна улика зацепила взгляд. В свете огней уличного освещения блеснул белый волос на деревянном полу. Женские губы расплылись в улыбке. — Да уж, быстро она учится…

***

Луч света яркой полосой выделялся в непроглядной темноте, обращаяя своё внимание на скукоженую бюнетку, которая сидела спиной к заточённой Мизуки. — Ну что, Мираи, оно стоило того? — скучающе произнела Мизуки. Она давно уже была готова умереть и почувствовать себя свободной. Все воспоминания старой жизни и пройденный путь новой невероятно давили. Хотелось наконец избавиться от этого, убрать этот шум в голове. Найти спокойствие. Совсем скоро это можно будет сделать. Мираи молчала, изредка всхлипывая. — Я тебя предупреждала, но ты не хотела слушать… — продолжала Мизуки. — Знаешь, я теперь поняла, почему мама не сопротивлялась, когда её убивал тот пустой — она знала, что ты пойдёшь против клана, но у неё не хватало сил воспринять тебя как противника. Она любила тебя и отец любил… — Замолчи! — прикрикнула Мираи, хватаясь за голову. — Айзен просто воспользовался тобой. Пригрел под своим крылом недолюбленную родителями дочь с комплексом неполноценности и практически достиг чего хотел. Плечи Мираи подрагивали, пальцы сильнее вцепились в волосы. — Какая же я дура! Я любила его, а он… Это всё он, — истерика накатила на неё полностью. Слёзы бесконтрольно выходили наружу. — И ты! Мизуки поджала губы. — Мираи, перестань искать крайних. Айзен ничего не сделал, ты сама себя разрушила. У тебя была своя голова на плечах и критическое мышление, которым ты не пользовалась… В чём я провинилась? — Если бы ты не родилась — было бы всё по-другому! — Уж прости, родители меня зачали, этот процесс я не контролировала. Я бы не хотела появляться на свет, если б знала, какая судьба меня ждёт, — горькая усмешка отразилась на губах. — Но вот я родилась и вместо старшей сестры я получила вечно обозлённую и конкурирующую тебя. — Ты забрала единственный шанс на моё спасение! — Я не хотела этого и я отказывалась, но десятилетнего ребёнка никто не спрашивал. Наши родители повели себя отстойно по отношению к тебе, признаю, но я тебе лично ничего не сделала, Мираи. — Ты родилась всей такой особенной, тебе всё доставалось легко и просто, в то время как я пахала с утра до вечера с 4-х лет! — Да, меня любили больше, чем тебя, но с чего ты взяла, что мне всё досталось легко и просто? Ах да, ты же меня вечно избегала. На пороге смерти пожалуй поделюсь с тобой кое-чем. — Мизуки устало потёрла глаза, её клонило в сон. — Я с самого детства тренировалась тайком от всех. Я следила за тобой на тренировочном поле, когда ты там была, и я хотела быть как ты: сильной, независимой. Йоруичи- сан мне в этом помогала. Ты была моим примером. Много раз я хотела попросить тебя потренировать меня, но ты меня просто игнорировала. Я хотела стать ближе к тебе, ведь я тебя любила. Увы, моя сестра стала монстром, который отнял у меня абсолютно всё. Мираи медленно развернулась с потрясённым выражением лица. — Мне жаль, Мираи, что в нужное время с тобой рядом не было правильного человека, который вывел бы тебя из тьмы, но ответственность за свои действия ты должна понимать. Всё это была ты: ты вырезала весь клан, ты убила своего лучшего друга, ты стала частью экспериментов Айзена, ты отдала ему меня, ты попала в заточение по своей же глупости, ты убила себя и меня в придачу. Всё это последствия твоих решений. Тело девушки будто бы пронзил заряд тока. — Я… Красные оттенок глаз исчез, выпуская на своё место ореховый оттенок. В глубине зрачков блеснуло осознание и прозрение. — Что же я наделала? — надломленно произнесла она, выпуская истошный вой. — Я была так зла на всех, я была не в себе… Айзен что-то сделал со мной… Мизуки подползла ближе к прутьям, обхватывая их руками. Она пристально смотрела на сестру. — После того, как он провёл эксперимент надо мной, я стала чувствовать себя лучше, но часто замечала бесконтрольные вспышки ярости, а при убийстве пустых — невероятное удовольствие. Я была словно одержимой, — девушка буквально шептала каждое слово. — Он использовал пустых в своих экспериментах, скорее всего что-то от пустого было и в тебе. Наступила пауза. Мираи смотрела в одну точку, о чём-то размышляя. Она медленно перевела взгляд на Мизуки. — Так не может всё закончится. Мы не можем умереть. — Мы уже мертвы, — нервный смешок прозвучал от Мизуки. — Ты можешь жить, в теории. Есть план. — Это шутка какая-то или очередная попытка стереть мою душу отсюда? — недоверие поселилось внутри. — Ты мне не веришь и это объяснимо. Я мертва, Айзен убил меня, но тебя не убил. — Что ты несёшь? У нас одно тело на двоих. — Да, но мы можем попробовать слияние. — Слияние? Я похожа на дуру? Где гарантия, что ты не поглотишь меня. — Мейуми… я сделала слишком много ошибок. Понимаю, что я не заслуживаю доверия, но я бы хотела хоть немного отплатить за всё, что было сделано. Я не смогу тебя поглотить, даже если бы хотела — он убил меня, а это забрало все силы. Ты сильнее меня. Есть только два варианта: либо это сработает и ты выживешь, либо мы обе умрём. Разумная часть мозга не доверяла этой затее, этому человеку, но что-то внутри зудело и хотело верить. Мизуки видела перед собой совсем потерянного, подбитого и загнанного в капкан одинокого волка, который уже был не способен нападать, но требовал помощи. — Что ж, допустим…

***

Кучики мчался со всех ног в место, где недавно почувствовал всплеск знакомой духовной энергии. Арранкар из Эспады знатно потрепал капитана, но осознание того, что Танака совсем рядом, закаляло мужчину и давало ему второе дыхание. Он не думал, как будет сражаться с противником с обездвижеными частями тела, не думал, как будет выносить девушку оттуда. Он был уверен, что придётся её выносить, т.к. больше её энергии он не ощущает, но не думал, как он это совершит. Ещё он не думал о том, что она может быть мертва. Он был уверен, что она жива, ведь это же Танака. Она самая выносливая и стойкая женщина из всех, кого он знал. Она была просто удивительной. С тех пор как Айзен взял её в заложники, не проходило и дня, когда он не вспоминал о ней. Мужчина неосознанно прокручивал в голове отрывки из памяти, где она улыбалась, смущенно отводила глаза, когда их руки случайно соприкасались; изящно танцевала… Трудно уже стало отрицать, что Кучики испытывает к ней чувства. Первое время его мучала совесть перед покойной женой, но через время осознание того, что без Мизуки он не может, а жизнь продолжается, присекло все разногласия больного мозга. «Ещё немного» — пронеслось в его голове. Мужской массивный силуэт в капитанском хаори влетел в разбитую стену помещения, останавливаясь прямо перед телом. Карие глаза, на которых застыли слёзы, приоткрытый рот, чёрные волосы размётаны по полу и красная лужа. Бъякуя не мог пошевелиться. В голове крутилось куча мыслей и всё приходило только к одному имени. — Мираи? — тихо спросил пустоту мужчина и нахмурил брови. — Чёрт. Он всё понял. Где-то на подсознательном уровне он догадывался, но не принимал всерьёз. Горечь осознания расплылась по венам, отравляя душу. Он опоздал. Стиснув зубы, он подошёл к телу, присаживаясь рядом. — Что ты натворила, Мираи? Мужская ладонь легла на померкшие глаза, закрывая их навеки. Аккуратно охватив талию, капитан закинул тело на плечо и отправился к Унохане. В сердце образовалась пустота.