Новогоднее желание.

Канун Рождества, все тщательно готовятся: наряжают ёлку, готовят праздничные блюда, ярко украшают квартиры. Все ждут наступления праздника; кто-то проведёт его в кругу семьи, кто-то в кругу друзей. Рождественские каникулы — это прекрасное время, когда можно отдохнуть от всех забот и проблем, собраться с родными и близкими, провести время вместе. Рыжеволосая девушка сидит у окна в теплом розовом свитере, держа в руках кружку с горячим кофе, вглядываясь на улицу, покрытую снегом. Снежные хлопья медленно, словно танцуя, падают в низ, оседая на все поверхности вечерних дорог. Ветер гонит их всё дальше и дальше, а дети во дворе развлекаются на детской площадке и строят снеговиков. Девушка улыбнулась и отпила свой кофе, предвещая всю праздничную суету, ведь просто обожала этот праздник. Но сейчас у неё было не такое беззаботное настроение или волнующие ожидания, как было обычно. На душе было ужасно плохо; прошел уже год, как они с Винкс одолели Валтора. Но от чего же она не радуется такому успеху? Почему жалеет, что не дала ему тогда шанс? Почему он снится ей почти каждую ночь? Почему она плачет по ночам иногда? Вы, наверное, и сами догадываетесь. Сейчас она отдала бы всё на свете, чтобы в последний раз заглянуть в его ледяные глаза. Но, увы, это невозможно. Вздохнув, Блум отошла от окна. Прошло уже достаточно времени, и ей с каждым днём становилось не так тяжело, как раньше — она вернулась к обычной жизни. Но вот он, никуда не выходящий из головы, стал уже привычкой для неё. — Блум, дорогая, помоги мне на кухне, я ничего не успеваю, — выкрикнула женщина, приготавливая блюда к новогоднему столу. — Да, конечно, мам, — поставив чашку недопитого кофе на подоконник, она поспешила на кухню.

***

Блум с родителями собрались за столом с прекрасным настроением. Стол был полон разных блюд, начиная с обыденных салатов и заканчивая запеченным гусем. Блум и правда выглядела веселой, хотя внутри было пусто. Но она научилась жить с этим, поэтому даже не обращала внимание на свое удрученное последними событиями состояние. Девушка улыбалась своим родителям и слушала их разговоры как-будто фоном, иногда комментируя или просто смеясь. — Милая, ты уже загадала желание? — Ой, нет! Что-то совсем из головы вылетело, — она улыбнулась, ведь действительно совсем забыла, что обычно под бой курантов загадывают желания. Взяв бокал шампанского, она погрузилась глубоко в свои раздумья; первая мысль, которая пронеслась у неё в голове, автоматически и стала её желанием. «Такое не сбудется, но почему нет? Это и является моим заветным желанием, которому не суждено сбыться». — А вы загадали? — У нас каждый год одно и то же желание, и оно сбывается, — Ванесса тепло улыбнулась дочери. — И у тебя обязательно сбудется, что бы ты ни загадала. «Сомневаюсь». В такой семейной суете и тёплой атмосфере они провели оставшийся вечер, пока Блум, отправив родителей спать, не пообещала сделать уборку и помыть всю посуду сама. Хоть выпила она всего пару бокалов, разум был затуманен, и нежеланные мысли снова лезли в голову красавицы. Но сил не было ни плакать, ни думать об этом, она просто поднялась к себе в комнату и, переодев пижаму, легла в теплую постель. Удивительно, но на этот раз она уснула сразу же, как её голова коснулась подушки.

***

Разлепив глаза, она не сразу поняла, что происходит и почему она проснулась столь рано. Оглядев свою комнату, она почувствовала на себе чей-то взгляд, но рядом никого не было. Странное предчувствие не покидало её, что-то тянуло, кто-то не отпускал… Девушка встала и мельком увидела кого-то за своим окном. Сначала она не обратила на это должного внимания, но потом всё-таки решила взглянуть на улицу через окно. Тут её глаза, и так округлые, стали ещё больше, рот застыл в немом удивление. Она мигом ринула вниз по лестнице, в голове крутились два слова, не прекращая плыть в мыслях. «Это невозможно!» Даже не накинув ничего сверху, девушка выбежала на улицу в одной пижаме. Холод ударил в лицо, и она задрожала. Фея огня Дракона обошла всю окрестность дома, но никого не было. Так и стояла она на улице, босыми ногами втаптываясь в снег, и оглядывалась, но все попытки были безуспешны. — Неужели, это моё воображение сыграло со мной злую шутку? — Ну, возможно, — она резко обернулась на голос позади неё, всего метрах в пяти от неё стоял тот самый мужчина. — Кстати, милая пижамка, не жарко? Она застыла, как вкопанная. «Неужели, то, что я вижу, не сон? Неужели, это правда?..». — А кто сказал, что это обязательно должно быть правдой? — он ухмыльнулся, скрестив руки на груди. — Опять в мою голову лезешь? — девушка и не знала, как на это реагировать, ведь всё, что случилось было очень неожиданно. — Не опять, а снова, милая моя, — его лицо озарила дьявольская, выразительная улыбка. — Так и будешь стоять и смотреть на меня? — Я просто не понимаю… — Почему я здесь? — Ну, да… И хватит лезть в мою голову, мои мысли не для тебя! — Принцесса, не гневайся. — Да хватит! Лучше скажи, какого черта ты здесь делаешь, наглый ты демон? — Как грубо… — он подошёл к фее огня, смотря ей прямо в глаза, едкая улыбка заблистала на его лице, — А я думал, что с годами ты будешь становится умнее, но, видимо, ошибся. Жаль. — Что? Так, ты можешь просто объяснить тот факт, что ты тут оказался? Неужели, нельзя оставить свои ухмылки и прочее? Нельзя нормально сказать? — Ну, что же, раз вы такая требовательная, принцесса Домино, то буду краток, — когда он был так близко, Блум совсем было не до холода, её бросило в жар, а сердце норовилось переломать ей все рёбра, — Ты сама захотела, чтобы я был здесь. Как я могу отказать в такой просьбе такой юной красавице? — Ничего не понимаю… — сказала девушка, совершенно не верющая в такое «чудо». — Не лги, ты всё прекрасно понимаешь.— он приблизился к её ушку и прошептал, обжигая нежную кожу своим горячим дыханием, — Я стал твоим Рождественским желанием. Она задрожала, только уже не от холода. Маг, естественно, это почувствовал, вздохнул и отошёл. — Я не думала, что это сбудется, я ведь убила тебя… Разве, это возможно? — Конечно, для меня нет ничего невозможного. — То есть, ты пришел ко мне? — А ты видишь тут ещё кого-то, кто бы захотел, чтобы я оказался рядом? — Блум так и стояла, как вкопанная, дрожа от холода. Маг снова вздохнул и, щелкнув пальцами, заставил оказаться на девушке куртку и шапку. — Спасибо. — Ты так и собираешься просто стоять и смотреть на меня? Может, мне стоит уйти? — он развернулся, сделав вид, что собирается уходить. — Нет, стой! На лице мага снова возникла едкая и наглая улыбка, он развернулся к ней, ожидая действий. — Может, прогуляемся? — А домой к себе не пригласишь? А я, бедный и несчастный маг, надеялся на чай, — мужчина улыбнулся. — Ну, да. На чай он надеялся, не многого ли ты хочешь? — Если не хочешь ты, захочет кто-нибудь другой, — усмехнулся и прошёл мимо девушки. — За что мне это? — девушка, глубоко вздохнув и закатив глаза, пошла за ним, — Как же ты меня бесишь. — Я тоже рад тебя видеть, — он вальяжно шёл по зимней дороге, с прямой спиной и приподнятым подбородком. «Аристократ хренов». — Спасибо, милая Блум, но это было грубо, не находишь? — в полоборта развернулся к ней. — Что? Прекрати лезть в мою голову! Я же в твою не лезу, — фея нахмурилась, слегка надув губки. — Ты смешно обижаешься. — А ты самовлюбленный индюк! Они оба рассмеялись, подходя к центральному парку. Зимой там было очень красиво: ледяные фигуры стояли вдоль дорожки, обнаженные деревья, укутанные снежными хлопьями, чистый и холодный воздух. А под ногами скрипел снег, так как его было достаточно много. — Так ты мне объяснишь, что тут забыл? — девушка шагала по снежной дороге, позабыв, что ходит босиком в пижаме. — Ты ещё не поняла? М-да, а я то думал, моя фея поумнела с годами. Как же я ошибался. — Я серьезно! Просто скажи и не беси меня. — Какие же мы злые, — улыбнулся, смотря на хмурое личико Блум, — Ладно-ладно, скажу. Присядем? — мужчина посмотрел на ближайшую лавочку, и вскоре они оказались на ней. — Раз ты сама не поняла, так уж и быть, просвещу тебя. Ты загадала меня на Рождество, так? — Так, — Блум слегка покраснела и отвернулась, мага это позабавило. — Я стал твоим Рождественским подарком, глупая. Захотела, чтобы я был здесь? Пух! Я здесь. — Но я же… Я же убила тебя… Почему ты здесь? — Как же всё сложно, святой дракон… — вздохнул, — Во-первых, желаниям свойственно исполнятся, особенно, на Рождество. Во-вторых, я — демон, милая, для меня это проще простого. — Я поняла, просто… Не ожидала, что ты действительно будешь тут… Со мной. — А я здесь. И у меня тоже есть вопрос, — наклонился к её ушку и прошептал. — Зачем же я тебе здесь? Ты сама уничтожила меня, а теперь захотела видеть? Хранительница огня Дракона сглотнула ком в горле и отсела чуть подальше от него, а Валтор же только усмехнулся. — Прости. — В каком смысле? — приподнял бровь и снова перевел ледяной взгляд на девушку. — Прости, что убила тебя тогда. Мужчина, не ожидая раскаяния с её стороны, удивлённо взглянул на девушку. Она ведь поступила правильно, спасла мир, уничтожив своего врага. Но почему тогда извиняется? Почему сожалеет об этом? Почему считает себя виноватой, если поступила так, как должна была? — Честно, я поражен твоим поведением. Ты меня озадачила, — Блум подняла на него голубые глазки, увидев его неподдельное удивление. — Может, прогуляемся? Времени не так много. — Я тебя больше никогда не увижу? — Вероятно.

***

Гуляя по парку они, чем-то схожие на влюбленную парочку, сейчас не чувствовали себя врагами, будто просто забыв то, что было между ними. Они были, словно старые знакомые, которые не виделись несколько лет и были рады случайной встрече. Валтор был самым настоящим похитителем женских сердец, но девушке это нравилось, она много смеялась и улыбалась. Сбившись с толку и играя в снежки, они совсем забыли о времени. А до дома девушка шла в большом бордовом плаще, который любезно предложил ей мужчина. — У меня дома родители, так что… — А окно тебе на что? — Но… — Блум не успела ничего и сказать, как Валтор с легкостью забрался в её комнату через окно. Фея хихикнула и зашла в дом, поднявшись к себе в комнату. Мужчина беспардонно копался на её столе. Он держал в руках фотографию в рамке и улыбался во всё лицо. — Эй, а ну отдай! — девушка кинулась на мага, пытаясь выхватить фотографию. — Да ладно тебе, жалко что-ли? — усмехнулся и всячески крутил руки, чтобы Блум не дотянулась. — Валтор! Отдай сейчас же! Или я снова тебя уничтожу! — Блум резко наступила ему на ногу; мужчина отскочил и зашипел, отпустив рамку с фотографией. — Стерва… — А ты педофил! Ещё таким взглядом смотрел на меня пятилетнюю в купальнике. — Вот это у тебя фантазия, дурочка, — улыбнулся и сел на её кровать, — Ты просто такая милая девочка там, я и смотрел. Вот зря ты так оскорбила меня, я, может, и демон, но не такой уж и ужасный. — Ладно, извини, просто не надо рыться в моих вещах, — поставила фотографию на место и села рядом с магом. — У меня к тебе вопрос, — произнес мужчина, повернувшись к девушке. — Какой? — Зачем ты захотела провести со мной целый день? — Эм, — девушка, не зная, что сказать, отвернулась, — Я не знаю. Просто захотела. — Просто так? — хмыкнул и лег на её кровать, скрестив руки за головой, — Не верю. Не забывай, кто я. Я вижу, когда мне лгут. — Правды хочешь? — в её глазах появилась уверенность, и она развернулась к нему, — А зачем? Ты не глупый, и сам всё понял. — Естественно, но мне бы хотелось услышать это от тебя. И, да, не смей так разговаривать со мной, я могу и разозлиться. Только, вряд ли тебе это понравится. Девушка улыбнулась и легла рядом, аккуратно положив голову ему на грудь. — Ничего ты мне не сделаешь, я же знаю, — улыбнулась, слушая ритмичное биение его сердца. — Ну, я могу сделать так, — маг укусил за мочку уха. — Ай, Валтор, перестань! — девушка ударила его по груди, надув щечки. — С чего бы? — снова укусил, получил в ответ ладонью по лбу, — Эй, ты сдурела? — Я же сказала — хватит! — Я не шучу, ты сейчас доиграешься, — тон демона стал суровым и стальным. — Лицо попроще сделай, — фея подняла на него голову и улыбнулась. — Слушай, тебе вообще спать пора, нет? — Я не хочу, — снова положила голову на его грудь. — Времени много, ложись спать. — А ты? Ты уйдешь, да? — Да. Блум вздохнула и уверенно обняла его. Они оба молчали, думая о своём. Фее хотелось просто хотелось обнять колени и плакать. Она может снова его потерять, но кишка тонка, чтобы признаться в своих чувствах и попросить остаться. — Валтор. — Да? — Можно вопрос? — А у меня, разве, выбор есть? — Это реальность, или ты просто плод моего воображения? Или… Сон? — Будет так, как сама думаешь, я тебе не отвечу на этот вопрос. — Если это мой сон, значит, я могу делать всё, что захочу, так? — Так. — А если я захочу тебя поцеловать… Ты будешь против? — А ты попробуй. Блум приподнялась на локтях и, закрыв глазки, поддалась вперёд, касаясь его губ своими. Это был нежный и чувственный поцелуй, жаль, правда, такой короткий. Девушка отстранилась и слегка покраснела. Маг улыбнулся, заправив прядь волос за ушко. Блум уткнулась в его грудь, чтобы скрыть смущение, но это не помогло. — Эй, фея огня Дракона, времени и правда много, спи давай. — Я не хочу, — зевнул девушка, выдавая себя. — Да, вижу я, маленькая лгунья, — улыбнулся и провел рукой по огненно-рыжим волосам, — Засыпай, я, пока что, рядом. Девушке так хотелось кричать, просить, чтобы он остался, не оставлял её снова, сказать, что любит его. Но не смогла она, просто не смогла… — Спокойной ночи, Валтор… — Сладких снов, Блум. Спустя пару минут девушка провалилась в глубокий сон.

***

Резко вскочив с кровати, Блум нервно огляделась. Посмотрев на часы, она поняла, что уже утро. — Неужели, это был просто сон? — Блум встала и подошла к столу, взяв ту самую фотографию, которую маг лицезрел, прикоснулась к счастливому детскому личику на фотографии и грустно улыбнулась. Поставив её на место, она подошла к окну и распахнула его. Плевать, что холод и снег ворвались в её комнату, а она всё так же в той пижаме. — Ну, собственно, что я хотела? Моим желанием было последний раз в жизни увидеть его, хотя бы на один день. И, даже если это сон, желание исполнилось… По её щеке скатилась одинокая слезинка. Но она не собиралась реветь и спрашивать «За что?». Она хотела последний раз в своей жизни увидеть его? Она увидела. Вот, и всё. Что ещё можно было ожидать? И где-то там, тяжело вздохнул, стоит демон с бокалом виски, смотря в хрустальный шар и задаваясь всего лишь одним вопросом: — Почему, Блум? Почему?