Границы

Русалка плыла по реке голубой, Озаряема полной луной; И старалась она доплеснуть до луны Серебристую пену волны… © Михаил Лермонтов

      Несколько столетия назад, когда ещё поля полны золотой рожью, леса густые и полные ягодами, да грибами, земля не обетованная людьми. Русалки и шелки жили в мире; никто не убивал друг друга и всё было в равновесии.       На Руси русалок почитали, их остерегались, задабривали. Обрядам отводилась русалочья или клечальная неделя, которая начиналась перед Троицей и длилась до заговенья или Петрова дня. Первое воскресенье после Троицы — русальное. Люди стремились заручиться поддержкой загадочных сил для богатого урожая, личного счастья, здоровья домочадцев. Чем мы несомненно принимали дары людей.       В каждом регионе нас называли по-разному: мавки и нявки, шутовки, лоскотуньи, купалки, водяницы, чертовки. Поверья о нас, русалках берут начало в славянской мифологии, где нам отводилась роль богинь или духов лесных озер, равнинных рек, глухих болот. Хоть мы имели большое сходство с родом человеческим, называют нас дьявольским наваждением, нечистым духом. Нас боялись и уважали.       Всем известного водяного считали нашим атаманом или предводителем. Старинные легенды гласят, что мы живём дружными сообществами. Мы предпочитаем уединенные водоемы, реки и даже болота, окруженные лесной чащей. С каждым годом люди вытесняют нас с наших земель, строя дома и осушая русла рек и болот, вырубая деревья.       В разных регионах нас описывают по-разному. Нас представляют в облике молодой простоволосой девушки, иногда прикрывающей наготу тонкой белой рубашкой. Бледнолицая, с большими зелеными глазами, любящая веселиться и часто выходящей на сушу, чтобы поводить хороводы с другими мавками, покачаться на ветвях ивы или вербы.       Всю русалочью неделю на фруктовых деревьях развешивали полотно — русалкам на сорочки. Так же практикуются оставлять во дворе разную одежду, краюшку хлеба. Большинство обрядов для задабривания нас проводили на берегу водоема или ржаном поле. Это не сомненно облегчало нашу жизнь. Чаще нас можно встретить в руслах рек, реже в море, а редко — в океане.

***

      Шелки внешне похожи на тюленей с карими глазами. Добрые, нежные и грациозные. Тюленьи шкуры позволяют нам жить в море, однако мы время от времени должны выныривать, чтобы глотнуть воздуха. По некоторым источникам, шелки — потомки людей, изгнанных в море за свои проступки. Вот почему нас так тянет на сушу. Можем выходить из воды один раз в девять ночей. Когда выходим из воды, сбрасываем с себя тюленью шкуру и принимаем человеческое обличье, превращаясь по рассказам в темноволосых красавиц или юношей. Если парень или девушка найдёт сброшенную шелки шкуру, то может принудить шелки к супружеству. Дети от таких браков рождаются с перепонками между пальцев ног и обладают целительными способностями. Но такой брак, как и в случае с русалками, часто длится очень недолго.       Шелки часто сами ищут себе пару среди людей. Если человек найдёт на берегу красную шапку, это означает, что им заинтересовалась шелки. И если он принимает предложение, то должен прийти на следующий день на закате к берегу, где явится шелки. Нас представляют как миролюбивых и добрых существ необыкновенной красоты, но мы можем отомстить за обиды, вызывая шторм или переворачивая рыбацкие лодки. Шелки можно вызвать, сев ночью на камень у воды и уронив в воду семь слезинок.       Сидя на камнях возле берега с прикрытыми глазами слушаю шум моря, высохшие голубоватые волосы развиваются на ветру, слегка припустив шкуру до пояса. Многие шелки считают меня красивым. Хвост, как и сама шкура белая, не как у других шелков, а волосы и глаза голубые, а не кариме, таким я пошёл в своего отца — короля шелков. Меня зовут Сал и я диковинка среди своих собратьев и сестёр. Обычно мы рождаемся тёмноволосыми и кареглазыми, но благодаря некоторым генам отца и человеческой мамы, я имею длинные голубые волосы и такие же глаза. На лице шрам, которые сделали люди — случайно наткнулся у берега. И я ненавижу все эти войны, что мы ведём с русалками. Даже толком и не понимаю почему они начались, мне интересны русалы и я хотел бы с ними подружится.       Тихие волны, что носили небольшой планктон, заплескались и послышались отдалённые голоса людей. Увидев их и надев шкуру, сразу же прыгнул в воду и поплыл как можно ближе ко дну. Хорошо, что люди не увидели меня. Остановившись где-то ближе ко дну, я посмотрел на большую плывущую тень корабля. Это оказался большая лодка с громкими пасажирами. Видимо туристы. «Везде эти люди!» — пустив пузырик воздуха, стал изгибаться и шевелить ластами. — «Ни где спасения от них нет».       Как только я оказался на дне среди камней заросших разными водорослями, то сразу же поплыл на свою территорию, ведь меня мог искать отец и остальные шелки. С тех самых пор прошли некие изменения — теперь мы можем говорить, но нам так же нужен воздух, чтобы дышать. Плывя и замечтавшись даже не заметил, что впереди находится русал, поэтому через секунду уже врезался в него. — Ох… простите! — я поднял голову и увидев русала резко отплыл, боясь. — Шелк? — удивился кареглазый русал, двигая плавником на хвосте и руками, ближе подплывая ко мне. — Не бойся, я тебя не обижу.       Сглотнув я осмотрел своего «врага» и после аккуратно подплыл к нему. — Ты, точно хороший? — я смотрел своими ярко-голубыми глазами на красивого русала. — А какой ещё? — улыбнулся шатен, поправляя расплывшиеся во все стороны волосы.       Чёрно-коричневая чешуя блестела и отливала сними оттенком, а карии глаза были такие насыщенные и без зазрения совести рассматривали меня, что я слегка смутился от зрительного контакта. — Ну, обычно русалы нападают на нас. — сощурившись и чуть двигая ластами и хвостом отплыл от него. — Да? — шатен удивился. — Мне другое говорили. — пожал плечами русал. — Странно. — недоверчиво глянув на нового знакомого, вздохнул пуская пузыри. — Меня Салл зовут, а тебя? — Меня зовут Ларри. — услышав всплеск, а как известно в воде всё прекрасно слышно и даже простой человеческий шаг был слышен на самом дне моря. — Тогда будем знакомы. — улыбнувшись, аккуратно протянул ему ласту. — Будем, — пожав протянутую конечность, шатен сузил глаза, глядя за спину. — Может ты хочешь поплавать со мной? — предложил я, чувствуя всю абсурдность ситуации. — Лучше уплыть от сюда, — сказал Ларри двигая хвостом и руками разворачиваясь, — люди плывут в этих штуках сюда.       Посмотрев назад и увидев людей в чёрных облегающих костюмах с огромной жёлтой штукой за спиной, тут же ринулся за новым другом. — Тогда куда поплывем? — я плыл уже впереди, смотря на Ларри повернув голову в бок. — Знаешь розовый риф? — Ларри улыбается, — Рядом с ним ещё небольшая пещера за водорослями. — Да, я иногда там бывал. — сказал я замечая, как Ларри смотрит на меня. — Почему ты так смотришь на меня? — я усмехнулся, продолжая плыть, замечая небольшой багрянец на щеках русала. — Нельзя? — улыбнулся Ларри и опустился, проплывая почти по дну, где росли небольшие водоросли на камнях.       Я же заметив, что новый друг спустился вниз, аккуратно поплыл рядом. — Ты любишь водоросли? — усмехнувшись такой выходке и рукой провожу по ним. — Кстати, а почему ты не захотел убить меня? — Чешуя на хвосте твёрдая, но всё прекрасно чувствуется. — шатен чуть поднялся, — Что? — второй вопрос, видимо ошарашил кареглазого до такой степени, что он уплыл в самые высоки водоросли и запутался них. — Почему это я должен тебя убивать? — аккуратно развязывая и так тонкие водоросли, Ларри махнул хвостом и руками, поднимаясь. — Это же вы, шелки первыми напали на русалок.       Я же сглотнув отвёл взгляд в сторону. Чувствуя себя неловко. — Ну знаешь, просто отец мне говорил, что это всё начали русалки. А я, к примеру, вообще против этой войны… — я посмотрел своего друга. — Да? — удивился русал. Снова поправляя расплывшиеся во все стороны волосы, — Странно, но моя мама сказала, что вы начали мстить русалкам за, что-то, потом объявили войну. — Ларри булькнул, выпуская из рта шарик кислорода. — Да и вообще, можно же просто поговорить обо всём. Война не выход. — Да я не знаю за, что там мой отец мстит. Я вообще не в курсе, меня тупа заперли в замке не чего не сказав. — томно выдохнув и после заплыл в ту самую пещеру, куда мы и направлялись. Ларри остался в воде, а я же вынырнул на небольшой выступ, в таких пещерах есть воздушный пузырь, где мы можем долго пробыть и дышать воздухом.

***

«А Сал довольно интересный и необычный шелки». — разноцветные рыбёшки большими стайками плавали и кружились кораллов, тут же уплывая при виде меня. — «А ещё этот шрам на всё лицо…» — не успел я додумать и присесть на камень как меня тут же позвала мама. — Ларрижоночек, ты с кем-то встречаешься? — кареглазая русалка сидит на троне и хмурится. — Нет, — удивившись такому вопросу, хлопал ресничками. — я не с кем не плаваю. — И кто был тот шелки? — надменный тон матери так и вызывает крупные мурашки по спине. — Какой шелки? — притворяться дураком выходит отлично, но вот вопрос — «Кто сдал меня?» — Лоуренс, — этот взгляд, — скажи правду. — вызывающий необъяснимый страх. — Я просто плавал и, — неожиданно замолчав не зная из-за чего, глупо улыбнулся. — Что дальше? — Лиза почесала переносицу и подплыв ко мне, сделала резинку на волосы, и теперь они не расплывались в сторону. — Он врезался в меня. Это всё. — лучше лишний раз промолчу, чтобы не получить по тыкве. — Ладно, — взглянув в глаза Лиза улыбнулась. — к людям не подходи и на сушу не выходи, если там люди. — Да, ма я знаю. — состроив недовольное лицо, уплываю за пределы дворца.       Лиза Гарсия — королева всех русалок и русалов. Кареглазая шатенка с ярким взрывным характером и непреходящая своих принципов. Готова помочь всем и приютить любого странника, всех кроме шелков и людей. Джима, моего отца не стало, когда мне только-только исполнилось пять лет. Люди. Причиной его смерти были именно они.       Отвлёкшись от грустных мыслей и решив поплавать со своими друзьями, направился к плоским камням, где они часто сидят и бывают ходят по песку. Выходим мы на берег не часто, но чтобы так потренировать ноги. Сейчас всё координально изменилось: люди не берегут природу, они не верят в нас, хотя это даже нам на руку.       Двинув хвостом и плавником вдоль хребта направился к поверхности моря. Небо на удивление голубое и чистое, шелки решили не устраивать шторм. Полный штиль. Полюбовавшись тихим шумом моря и всплескам, снова нырнул на глубину, изворачиваясь и распугивая стайки рыбок. Мой небольшой друг «зелёный шарик» лимфил, плывёт рядом. — Опять фигнёй страдаешь, Джонсон? — хмыкнул блондин.       Глаза чистого чёрного оттенка. Черты лица чуть резковатые, но вода любит играть, забавляться и искажать природную красоту. Хвост совсем черный, будто непроглядная ночь. Возраст русалов определить было сложно. Мы, морской народ обладаем бессмертием, и на каком этапе взросления замирает каждый из них, одни боги решают. — Чем ещё предлагаешь заняться, Фелпс? Пс-пс. — хохотнув от вида насупившегося блондина, махнул хвостом и извернувшись в подобии спирали поплыл к тем самым камням. — Да ладно, сам Лар-р-р-и, — прокартавив и растянув «рэ» прыснул Трэвис. — Представь себе, что да. — хмыкнув, улыбаюсь.       Мы плыли по течению, пока мой Лучик вдруг не решил отправиться в погоню за какой-то мелкой рыбкой. Я растерянно посмотрел на него и бросился следом. Трэвис рассмеялся и последовал за нами. Лимфила мы догнали быстро, но он так увлекся, что пришлось погрозить ему пальцем и напомнить о хорошем поведении. Как-то незаметно, пока играли в салочки с Лучиком, развеселились. Подплывший рыжий и довольно кудрявый русал Тодд предложил попробовать устроить заплыв наперегонки. Позже к нас присоединился тёмнокожий Нил и красноволосый Роберт. Это как-то беззаботно и по-детски непосредственно. И мы смеёмся, когда я и Тодд вырвались вперед, обогнав остальных русалов. — Нет, я требую реванша, — возмутился Трэвис, сверкая искрами во взгляде. — Смирись, что тебя за сотню лет обогнали, — ехидно пояснил Тод. — за исключением Нила, пожалуй. — Так мы куда плывём? — поинтересовался красноволосый. — На плоские камни. — Тодд задумчиво сощурился, оглядываясь. — Это… шелки?! — воскликнул Нил показывая на шатенку плывущей с голубоволосой, что растеряно смотрели на нас.       Ничего не понимая, Трэвис направился к ним, а шелки шуганулись и стали уплывать. Узнав в голубоволосой, точнее синеволосом из-за воды, Сала, ринулся их догонять. «А вот её я не знаю. Видимо вечер на солнышке отменяется».       Погоня длилась довольно долго и шелки только и успевали вынырнуть на поверхность и тут же нырнуть в море, пытаясь уйти от нас. Даже не знаю зачем мы их преследуем, но они оказались в западне — тупик в скалах. Шатенка ощетинилась и рычала на нас. Тодд с Нилом и Роберт отстали от нас, не решаясь уплывать дальше границы.

***

      Только выползя на песок и перевернувшись на спину подставляя своё красивое личико солнечным лучам, как мне его через минуту загородили. Приоткрыв глаза увидел недовольную маму. Видимо меня ожидает серьёзный разговор. Неловко улыбнувшись пытаюсь снова уползти, но не судьба. — Сал, пора выходить на берег. — Диана хмуро смотрит на меня. — Конечно, мама. — сделав крылья песочного ангела руками продолжил валяться и греть свой белый в пятнышках хвост. — Не паясничай, Салли.       Недовольно цыкну приходится снять шкурку и облачиться в тёмную шелковую рубаху, которая доходит до самых щиколоток. Так всегда, сбрасывая свои шкурки, мы шелки сразу облачаемся в эту одежду и прячем свои шкуры подальше от людских глаз. Едва устояв на ногах, перекошено улыбнулся и с помощью мамы иду по вязкому и тёплому песку в небольшое село, где по большей части живут сами люди. «Давненько я на берег не выходил».       У нас всё взаимовыгодно. Мы ловим рыб, часть отдавая на продажу, куда люди их отправляют получая какие-то зелёные бумажки под названием деньги. И благодаря этим бумажкам люди сделали этот небольшой участок недосягаемым на вырубку леса. И правда, они помогают людям выжить и некоторые уезжают на несколько месяцев возвращаясь сюда или же они больше сюда не попадают. Сами причины этого мне не известны, да и знать этого я не хочу.       Очередной промыв мозгов о том, что с русалками не безопасно находиться и их нужно остерегаться, ведь они сильнее, и опаснее для нас и к тому же людей. Соглашаясь со всем, что сказала мама, даже не заметил как мы оказались в деревеньке. Давненько я тут не был — уже половину года нахожусь в море, иногда выходя на поверхность.       По стечению обстоятельств я увидел свою подругу Эшли — зеленоглазая шелки, с тёмными каштановыми волосами и бойким характером, не сдаётся и не отпускает руки, даже в безвыходном положении находит выход. С разбегу вцепившись друг в друга и радостно похохотав и покружив её опустил на мягкую траву. — Ну, что, Салли? — хихикнула Эш, — Как делишки? — улыбается зеленоглазая, хитро поглядывая на меня. — Нормально. — ухмыльнувшись в тон ей отвечаю взглядом. — Сама как? — Очень хорошо, но — Кэмпбелл меняется в лице и становится серьёзной. — почему ты голый? Любовник вещички стащил? — и смех Эшли накрывает половину деревни.       Хохот и весёлые повизгивания слышит вся деревня, а нам весело и мы дурачимся играя в салки. Набегавшись и запыхавшись присели на лавку отдохнуть. Вышедшая девушка улыбнулась нам и протянула кувшин с парным козьим молоком. Выпив добрую половину, передал Эшли. Отец ворчит на нас, а мы хохочем и снова убегаем на песок к морю. Надев свою белую шкурку, пополз к воде.       Истеричные крики чаек и снова догоняем друг друга, а вот и довольно большая рыбёшка. Переглянувшись между собой, тут же двинули ластами и хвостом поплыли догонять обед. Нас не отличить от тюленей, но есть разница в размере, но однозначного способа найти нас среди тюленей нет, кроме моего окраса. Почти схватив рыбёшку за хвост, как чайка в наглую захапала мою добычу. Эшли недовольно булькнула и сделав петлю и отправила чайку в полёт с помощью хвоста, а рыбу упавшую к нам, мы съели по-полам.       Вынурнув на поверхность и по-неосторожности наткнулись на людей на лайнере, которые тут же на нас посмотрели и начали, что-то кричать и свистеть. Мы тут же нырнули и стали уплывать от них. Мне этого шрама хватает. Только уйдя от людей, мы тут же наткнулись на русалов. Узнаю из них нового друга Ларри, не решил рисковать своей и Эшли жизнями и мы пошевелили ластами. Русал блондин, что преследует нас так и чувствуется аура злости и желание убить нас. Не самая приятная перспектива.       Оказавшись между скалами и двумя русалами Ларри и блондином, Эшли оскалилась. Не заем, что делать и как спасаться. Шатен смотрит на нас, то на блондина. «Не так я представлял свою смерть».       Зеленоглазая пошла, поплыла на риск — вынырнула и устремилась ко дну выплывая под русалами, не долго подумав, повторил махинации подруги. Русалы ринулись за нами и мы увильнули через водоросли и небольшие водные пещеры, где сами русалы не проплывут. Теперь мы плывём на сушу, точнее она, а я решил навестить старых друзей в Серебряном городе.       Плыть пришлось недолго, с четверть часа, когда неожиданно вода стала светлее, а потом вдали замерцал защитный купол. Он был прозрачным, и создавалось ощущение, будто город, который так к себе манил, находится в большом пузыре. Я, конечно остановился, разглядывая серебряные шпили на башнях дворца, расположенного в центре и сверкающие будто покрытые перламутром крыши домов. Город и правда тонул в серебре, словно был из него выплавлен искусным мастером. Какой-то нереально сказочный, зачарованный…       Сейчас все казалось ярче и четче, я рассматриваю дома, увитые самыми разными растениями, чем-то иногда напоминающими водоросли, а временами похожими на лианы. Названия ни одного из них я точно не помню, но смотрится все очень красиво. Спускаюсь ко дну, сбрасывая белую в небольших пятнышках шкуру, сразу появилась чёрная шелковая рубаха.       Серебряный город, где остались большая часть шелков и по сей день живут здесь. Защита скрывает от посторонних глаз и тут есть воздух, мы можем ходить и не опасаться, что наши шкуры украдут. Накинув шкуру пошёл по тёплому жёлтому песку. Солнце стоящее в зените всё прекрасно освещает и немного припекает макушку.       Шелки девушки и юноши улыбаются и встречают принца, то биш меня. Последние пару недель я вообще не появлялся на глазах отца и не отвечал на зов. А тут ещё мама узнала как-то о русалах, а отец-то…       Едва ступив на серебристый порог усеянный гладкими розовыми ракушками, как меня сразу подхватили под руки и потащили в комнату. Видимо меня ждёт долгий и нудный разговор с промывкой мозгов.

***

      Тёмно-коричневая и белая шелки сиганули под нами и исчезли в пучине морской. И я тут кое-что вспомнил о шелки. Трэвис взбесился и чуть ли молнии не пускает из глаз. Чуть поржав с такого вида друга, скрыл улыбку. Не видел его ещё таким взбешённым. — Ну всё, Трэв успокойся. — не сдержав смешок, чуть не получил затрещину. — Как тут бл*ть не беситься?! — размахивает блондин руками ещё сильнее насупившись. — Это же, с*ка, шелки! — И? — не очень хочется получать подтверждение своих мыслей. — Они б*лять только и годятся, чтобы собирать крабов и прислуживать нам! — смерив красноречивым взглядом, поднял руки. — Что-то повторяешься, может другое слово подберёшь? А, то твоё «бл*ть» уже поднадоело. — что-что, а вот побесить Фелпса я просто абажаю. — Ты, с*ка издеваешься? — зашипел чёрноглазый. — Я не с*ка, я кабель. — это были мои последние слова, перед тем как меня подхватило течением, а ругать блондина была заглушена в потоке воды.       Течение сильное и тёплое и тут даже черепахи мигрируют. Поплавав с ними чуток, выйдя из виража в виде мёртвой петли впечатался в ил. Поднявшись со дна морского и осмотревшись куда меня занесло. «Занесло меня, занесло куда-то, занесло опя-я-ять».       Увидев стаю белых акул и девушку: половина тела от хвоста до поясницы были плавники и сам белый рисунок, а в остальном руки, грудина и голова человеческая. Видимо тоже перевёртыш. Акулы тут же сделав кольцо вокруг неё и поплыли ко мне. Усмехнувшись, тут же направился к ней. Уйдя в сторону, чуть не лишился руки. — Мэйпл, они же меня сожрут такими темпами! — находясь на против неё и хлестанув одной акуле по носу хвостом, как оказалось Чаку. — Извини, я случайно. — Ага, — зеленоволосый потёр ушибленную часть лица. — удар сильный. — акулы так и кружат вокруг нас, но уже растянув кольцо. — Давно вас не видел. — неловко улыбнувшись, глянул на маленького акулёнка. — И не увидишь, — спокойно произнёс Чак. — мы направляемся на север. — Понятно. — чуть отплыв от хитро улыбающейся Кохэн, недовольно смотрю на неё. — С шелки тусовался? Давненько их запах не ощущала. — улыбнувшись во все шестьдесят четыре акульих зубов Мэйпл подплыла. — Они такие вкусненькие. — когда в первый раз увидел её улыбочку, чуть не помер. — Расслабься, я шучу. Нам уже пора уплывать. Увидимся в следующем году. — Увидимся. Пока, Чак. — Ага. — добро улыбнулся зеленоволосый и отправился вслед за женой.       До погружения солнца за бескрайний горизонт до последнего ошиваюсь рядом с теми скалами, где так любезно «поговорил» с Салом. Тучи на небе стали бронзовыми и черными, видимо будет не только ливень, но и шторм со всеми прибамбахами. Опустившись на самое дно и подставив чешуйчатый хвост под качающиеся водоросли довольно улыбаюсь. Кончики растений приятно проходятся по телу и дарят своеобразное ощущение мурашек. Чешуя на хвосте твёрдая, но всё прекрасно чувствуется.       Засмотревшись на зелёные камни с красными водорослями, уходя в сторону от целого косяка рыб, ощутил весьма весомое столкновение сетки под собой. И вот меня тащат с остальной рыбой в большой сетке на поверхность и это рыбаки. Мысли носятся со скоростью морского конька*. «Вот только этого не хватало!»

***

      Я как никогда стараюсь сдерживать ржачь рвущийся на ружу, даже лёгкие припекло от нехватки воздуха, но стрессоустойчивость отдала швартовы и ржачь оказался выше моих сил. Уже икая, всхлипывая и плача смеюсь над шокированной моськой папы. Ну видно ему впервые видеть ржущего шелки, как по папе — ему вообще стыдно за меня. «Прости папа, но я не могу!» Уже завыв толи от досады, что мне надо жениться на пареньке-русале, чтобы урезонить войны и сделать море спокойным, я уж думал, что не приму в этом никакого участия, а тут такое. Кое-как успокоившись от внезапно накатившей истерики, размазав слёзы по щекам, улыбаюсь и вздыхаю. — А это обязательно? Может кто-нибудь другой? — скосив глаза в сторону окна, стал по-тихоньку отступать. — Обязательно, Салли. — Генри сразу просёк мой план, но не стал мешать. — Пойми, Сал я не вечный и тебе придётся меня заменить сев на трон, а к этому времени ты будешь обучен и у тебя будет поддержка. — Ну ладненько, я тогда пойду. — сверкая пяточками удираю на улицу, а так уже к барьеру.       Надев белую шкуру нырнул за барьер и направился к берегу. С палубы рыбацкого корабля раздаётся галдеж громче чаек в брачный период. Приплыв к кораблю, зацепился и подтянулся. «Ларри?!» На палубе с остальной осетрой лежит шатен и пытается уползти к берегу. «Надо срочно спасать, этого недоумка!» Нырнув в воду, начинаю шептать нагоняющее шторм заклинание. Магией природа нас не обделила, как и целительством. Заорав, чем привлёк внимание рыбаков, волны начинают сильнее подниматься. Вся команда отвлеклась и все уставились на меня. «Ларри безмозглая треска, ползи быстрей!» Всплеск и я ныряю и подплыв к русалу отвешиваю ластой подзатыльник.       Ларри только морщит нос и, что-то не разборчиво шепчет. Подхватив его сразу плыву к территории русалов. Стража сразу же меня заметила, как и шатена, забрав его я уже уплывал, но меня взяли под стражу и потащили к самому королю. Не очень хочется быть прислугой для русалов. «Даже не стоить уповать на милость короля, но по тому, что рассказал отец, то я обязан связать узами брака себя и его сына. Так…» Неожиданная догадка прямиком так и ошарашила меня по всем параметрам.       Как оказалось у русалок тоже есть защитный купол, но магия исходящая от него настолько сильная и ощутимая, что становится немного плоховато. Недолгое головокружение и отпустило. Пройдя сквозь купол русалы-стражи приняли человеческий вид с одеждой, а я всё же рискнул и скинул шкуру и вцепившись в неё мертвой хваткой пошёл за ними. Всё искрилось и переливалось всёми цветами радуги.       Пройдя во дворец меня привели к самой короле русалок и русалов. Мне не удобно как никогда, а ещё этот сверлящий взгляд. Женщина встаёт с трона, плавно шествуя по лесенкам ко мне, словно она летит. Стражники ушли, а мы остались одни в огромном пространстве замка. Кареглазая шатенка по-доброму улыбнулась и взяв за руку повела куда-то в сторону коридора. Интерес превыше всего, и видно я не стану чьим-то рабом у русалов. «Надеюсь на это».       Женщина присела на своеобразный пуф, последовав её примеру, сразу на половину в нём провалился. Кареглазая лишь скоромно хихикнула прикрываясь ладошкой. Приняв более удобную и величественную позу, приготовился слушать. — Как ты знаешь, сейчас идёт усобица между русалами и шелки. — я же кивнул. — Можешь называть меня Лизой Джонсон, я королева русалок, как ты уже понял я мама Ларрижоночка — улыбнулась Лиза, — но никто тебя убивать, а уж тем более прислугой делать не будет. — не уверено кивнув, продолжаю слушать уже маму Ларри. — Только есть небольшая загвоздка, чтобы решить войну раз и навсегда, мы решили с твоим отцом заключить контракт, в котором ввы с Ларри женитесь. — женщина виновато улыбается, а я обмозговываю полученную информацию. — А, что собственно я должен сделать? — быть спутником этого патлатого оболтуса даже радует, но вот будет ли рад сам патлатый? — Оу. — Лиза улыбнулась. — Только закрепить брачный ритуал и договор о мире будет действителен и уже никто ни на кого не нападёт. — довольно хлопнула в ладоши русалка.

***

      Тихий шёпот и тыканье в плечо. Мычу, чтобы от меня отстали, но нет — ещё сильнее стали толкать в стороны. Открыв глаза и осмотрев будившего прихожу в шок — тот самый голубоволосый шелки сидит рядом со мной и фырчит на меня. Непонимающе смотрю на него и приподнимась на локтях. Каша из мозгов ещё не хочет принимать форму мозга. Осмотрев помещение, ещё раз гляжу на Сала и наконец каша приняла свою истиныую форму. — Что? — единственное, что кажется мне адекватным вопросом. — Я выхожу за муж. — ошарашивает Сал новостью. — Поздравляю. — и внезапное желание не делиться тим чудом возрастает в геометрической прогрессии. — Ларри, ты натуральный дебил. — вздыхает голубоволосый. — Завтра ты и я заключим брачный контракт по старому обряду. — неожиданная ревность уходит и приходится вспомнить всё, что я знаю о старом обряде. — Ты рад? — любовь с первого раза существует. — Мх, — голубоглазый отворачивает голову в сторону, а уши краснеют. — д-да. — смущённо и тизо произносит Сал. — Я тоже. — улыбаюсь и обнимаю голубоглазого, а он меня в ответ.       Тёмное помещение с выгравированным водой углублении, куда мы садимся на против друг друга. Сал нервничает и сильнее сжимает переплетённые пальцы, а я подбадривающие улыбаюсь. Старая госпожа Розенберг оглядывает нас из-под чёрного капюшона мантии, другие чертят руны, по завершении которых, она читает заклинание на неразрывную связь между выбранными. Руны слабо мерцают.       Легкие наполняются ароматом благовоний, смешанных с запахом дыма. Глаза в глаза, пальцы переплетены. Невидимые нити проникают в тело, прогоняя крупные мураши по коже с холодными искорками. Сал громко выдыхает, испугано хлопая ресничками. Шёпот отражается от каменных стен, руны светятся, превращаясь в белых змей крутясь вокруг нас по полу. Чужое волнение отчётливо ощущается, как моё. Прикрываю веки, нагоняя успокаивающую волну на своего женишка. Уголки губ подрагивают от счастливой улыбки. Ощущается лёгкое смущение и кроткий вздох Сала. Сердце Сала бьётся быстро-быстро, и волнение с удвоенной силой захлёстывает полностью. Белые змей окутывают наши тела с тихим щёлканьем с искрами. Ропот Розенберг заглушается в белой прострации, связующие нити проникают в душу связывая крепкие узлы с душой и тянутся к второй половинке. Волнение спадает и приходит полное умиротворение и безграничное счастье. Обряд проходит успешно и мы прошли самый древнейший, которые раньше использовали те пары, что уверены в своих чувствах.       Голубоволосый вертит головой и волосы поднимаются в воздух смешно летая туда-сюда. Щелчки утихают и белые змеи снова превращаются в руны само собой сжигаясь в камне. Лёгкое покалывания на пальцах отдаются в затылке и эта лёгкость, словно я сейчас у меня появятся крылья и я улечу ввысь. Спустившись с небес на землю, вылезаю за пределы круга и помогаю подняться Салу. Голубоволосый едва держится на ногах, вцепившись в меня. Голубоволосый фыркает и я чувствую недовольство. «Вот это, конечно связь».       Шатаясь и держась друг за друга, мы вышли из комнаты и присели на ближайшей скамейке. «Даже в море есть лавочки». Устало вздыхаю и кладу голову на плечо жунишка. «Лар, а ты знал, что я слышу твои мысли?» Улыбаюсь и встаю на ноги. «Мучийся, маленький пассивчик». Голубоволосый возмущается и следует за мной.       Мама встречает нас с голубоволосым мужчиной, видимо отцом Сала. Поздравление с обрядом и сообщение, что шелки и русалы теперь не враждуют уже разослана по всему морю. «А Трэвисюська будет беситься». Сал непонимающе смотрит на меня, а я улыбаюсь. Вот моё счастье.