Сказки из палаты

      Далеко-далеко в стране динозавров есть деревня Хайбория... И живёт там клан живых скелеты. Они везде ходят в стёганых платьях и носят чёрные очки. Даже ночью в городе костры горят, из них выходят скелеты в чёрных очках и что-то поют – чуть слышно, но очень тихо, до жути страшно. А у них в деревнях есть даже свой национальный фольклор. Называется «Рама», и песню эту доносят странные два скелета, стоящие у самого края деревни. От них тебе не уйти.       И пошли эти два скелета через городок к кладбищу. А на кладбище собралась огромная толпа, так что скелеты еле протискиваются. И в этой толпе стоит дядя в чёрном пальто и с золотой цепочкой на шее. И старик в чёрных очках говорит старику: «Здравствуйте, дядя! Вы же говорили, что у вас в деревне скелеты ходят». «А, это ты, дядюшка!» – сказал старик и подмигнул скелету. «Ты что, дядюшка, в чёрном пальто? – сказал скелет. – Тебе небось не страшно, что тебя увидит толпа? Да чего ты к скелету пристал, он ведь мёртвый». «Так ведь это ты в черном, – сказал старик, – и ты мёртвый! И ты ведь не должен разговаривать с трупом!» «Ха-ха-ха!» – засмеялся скелет и покрутил одним пальцем у виска.       И начали они спорить, потому что один скелет говорил, что в чёрном пальто надо быть осторожнее, а второй – что надо быть повежливее. И эти два скелета начали бодаться, и в какой-то момент один из них проломил другому череп. Но никто в толпе не понимает, что происходит. И так прошло несколько минут. И вдруг их обоих словно прорвало – они бросились прочь по улице. Но за ними шёл тот самый старик, которого они хотели убить, и он поднял руки, замахал ими и закричал им вслед: «Эй, ребята, стойте! Постойте! Куда вы убегаете?» И они повернули назад и пошли назад к кладбищу. Дед сказал: меня зовут Барнабас. Я живу здесь давно и не помню, когда в последний раз здесь был живой мертвец. А этот старик, который стоит за могилой – он мёртвый? Он мёртвый? Или живой? Зачем ты бьёшь в бубен? Почему ты бьёшь в бубен? Почему ты бьёшь в бубен?" Скелет ударил в бубен деду и засмеялся: «Эй, старина Барнабас, что ты здесь делаешь? Хочешь стать мертвецом?» Старик грустно улыбнулся и сказал: «Нет, Барнабас, ты не мертвец. Ты мёртвый». Тогда скелет снова ударил в бубен, а потом ещё и ещё. Барнабас заерзал и заулыбался – и тогда скелет опять ударил в бубен, а потом ещё и ещё… А потом они подошли к могиле, и старик схватился за неё обеими руками, размахнулся и изо всех сил ударил по ней – так, что на ней осталось три чёрных пятна! И вылез из могилы мертвец Барнабас, такой же весёлый, как до смерти!» И кикиморы громко зарыдали. Тогда Барнабас поднял глаза и увидел скелета, который стоял перед могилой – и тоже расхохотался; а скелет сунул руку в карман и вытащил оттуда бубен. Старик лицо руками, чтобы снова не получить в бубен. И в этот момент мертвец Барнабас вскочил на ноги, ударил по бубну – и раздался страшный крик кикимор. И ещё раз, и ещё. И они все убежали в степь. Тогда скелет вернулся и встал возле могилы. И бубен больше не звучал… И тогда Барнабас заплакал – и, покачав головой, сказал: «Это не я бил, а скелет – я так люблю играть на бубне… И никогда не бьёт этот бубен! И запели они песню прекрасную: "Нортэм, нортэм холд, нортэм холд. Ункин-нортэм нортэм холд! А вуди-нортэм холд – призрак Харэн в тёмном лесу…"» И снова, и снова, всё громче и громче, как во время танцев, и напев этот звучал всё отчётливее… И бубен заиграл опять.