Gallows

Распахиваю глаза, теперь уже чисто красные. Теперь в моих мыслях нет лишних мух. Поднимаю взгляд на того, кто всё это время держал мен… Фриск за плечи. Он понимает, что теперь я одна. Он понимает, что теперь меня не остановить! Резко отпрыгиваю в сторону, после чего из-под земли вслед за мной появляется кость. Ну уж нет! -Что с Фриск? — Ох, такой угрожающий бас. Извини, милый, но теперь я одна единственная и неповторимая в этом теле. Смотрю ему прямо в такие же красные глаза и улыбаюсь. На его лице не дрогнуло и мускула, но я-то знаю, что тебе больно, тебя рвёт изнутри, так же как разрывает меня. Снова и снова уворачиваюсь от твоих атак. Извини, но это слишком скучно, моя решимость ищет выхода. Делаю рывок вперёд, замахиваясь ножом. Прямо сейчас я могу убить тебя, выпустить кишки, расчленить и по кускам раскидать по всей территории Подземелья. Он уворачивается, ловкая тварь. -Нет твоей Фрискуши. Поплачем вместе? — Дикий хохот, который я издаю, разрезает воздух отражаясь от стен, и возвращаясь обратно. Я вижу ярость на его лице, наконец-то вывела на эмоции, наконец-то я могу видеть хоть что-то, кроме идиотской улыбки и напускного равнодушия. Перекатываюсь по влажному грунту вновь и вновь отражая атаки. Уже не так всё легко, да? -Нужно было убить тебя ещё тогда, когда ты прошла через двери!   Я хмурюсь, параллельно улыбаясь. -Но ты этого не сделал. В чём же дело, Санс? Нет ответа, а он и не нужен. Ты просто не хотел принимать эту ответственность, как всегда. –Молчишь, да? И не нужно отвечать, я знаю ответ. Подпрыгиваю на месте с огромным трудом, но всё же не получаю урона. Я помню твои атаки. -И какой же? — Выкрикивает он, пока за его спиной образуется несколько бластеров.  Синий луч энергии, который умудряется задеть мне плечо. Кожу обжигает, а из «царапинки» идёт кровь. -Ты не любишь перемен. — Отвечаю я, зажимая рану.  В мгновение он останавливается, замирает, как вкопанный, после чего продолжает движение. Это происходит в миллисекунды, но я замечаю эту перемену. -А ты живёшь прошлым, малая, как мы похожи, а? — Усмехается Санс. Теперь уже замираю я, пропуская пару ударов. Обжигает ногу, а я шикнув от боли, направляюсь к выходу. Я знаю, что хочу и я это сделаю. Кувырок и я обогнула ещё пару косточек. Не оригинальный ты, совершенно. Рывок вперёд, ещё чуть-чуть. –Куда?! Он замечает мои намерения, но я уже почти у выхода. Немного и… Он телепортируется прямо напротив меня, после чего я резко врезаюсь в его тушу. Нож описывает полукруг, но останавливается по пути к его лицу. Меня держат за шкирку! -Хах, последние слова? — Спрашивает с издёвкой, явно пытаясь показать своё превосходство. Кость, острая и тонкая, словно игла, направляется прямо к моему подбородку. А ты любишь причинять страдания? -Иди к чёрту! — Выкрикиваю я, отталкивая его двумя ногами и падая на спину. Отползаю в сторону, после чего моё оружие отправляется в полёт. Я слабее тебя физически, но зато я меньше и ловчее. Откидывает нож магией, в то время как я резко поднимаюсь на ноги и выбегаю из этой комнаты пыток. Нога отдаёт резкой болью, но я прихрамывая продолжаю бег. Бег до звезды сохранения. Я не дам ему меня убить и сбросить прогресс! Запинаюсь о лиану на полу, после чего кубарем скатываюсь по склону. Камни, камни, их слишком много. В полёте умудряюсь увернуться от парочки. Идёт дождь, когда он начался? Вместе с грязью скатываюсь прямо в воду, звуки мгновенно становятся отдалёнными. Течение несёт куда-то, а я пытаюсь зацепиться за какой-нибудь корень. Каждый раз оно лишь проскальзывает мимо пальцев, а меня всё так же несёт куда-то вниз. Смена высоты дна, после чего меня резко кидает вниз. И ещё, и снова. Помогите! Воздух уходит так же быстро, как меня несёт куда-то. В глазах всё мутно, они болят от количества песка, синего песка. Ненавижу этот цвет! Успеваю зацепиться за какое-то полено, повезло, этим поленом могла стать и я. Хватаю ртом воздух из последних сил. Течение всё ещё слишком сильное и меня продолжает нести дальше, но сейчас я хотя бы уже могу дышать. В глазах темнеет. Нет, только не сейчас! Сжимаю дерево сильнее тонкими пальцами. Левая рука отдаётся болью от недавнего ожога. Чёрт! Прикладываю голову, прикрывая глаза. Сейчас, я немного полежу и встану. Мне нужно что-то придумать. Из-за сильного ветра становится очень холодно. Вода полностью намочила одежду, которая облепила тело и остужала его с каждой секундой. Ещё чуть-чуть. Голова отдаёт резкой болью, в глазах всё пульсирует, после чего медленно гаснет. Ещё… немного…

Санс

Плохо, плохо, плохо! Я телепортируюсь по всему Водопадью, пытаясь найти этого сумасшедшего ребёнка. Странное чувство. Я не хочу её убивать. Но если я этого не сделаю, Чара сохранится и никого уже будет не вернуть. Но если я сделаю это, Фриск победит? Тогда все будут жить долго и счастливо. Все, кроме Чары. Я останавливаюсь на секунду, наконец заметив слабое сияние красной души. Холодный ветер обдувает сильным потоком, отрезвляя. Ну же, воткни в это бездушное тело кость и всё кончится. Чару волнами прибивает к синему берегу. Даже в бессознательном состоянии её брови нахмурены, а губы поджаты. Создаётся ощущение, что она вот-вот встанет на ноги и атакует. Чего же я жду? Набрав в легкие побольше воздуха, я вытаскиваю её на берег и облокачиваю о стену. Футболка полностью вымокла, как и шорты. Её губи голубоватые, кожа также имеет синеватый оттенок и покрылась мурашками. Дышит слишком часто. На лицо все симптомы переохлаждения. -Ну что, смурфик, не выдалось твоё сплавление по реке? И почему я разговариваю с человеком бессознания? Я снимаю куртку и накрываю Чару. Куда мне её нести? В Снежнеград? Я фыркнул, при мысли о том, насколько там «чисто» сейчас. Весь город наверняка покрыт пылью. Остаться в Водопадье? Рано или поздно наткнёмся на Андайн. Жаркоземье? Там придётся столкнуться с Альфис или Меттатоном. Навряд ли это будет приятная встреча. Я выдохнул. Что же, Снежнеград, так Снежнеград. Взяв Чару на руки, мой глаз загорелся синим светом. Интересно, в магазинчике ещё остались ингредиенты для шоколадного торта?

***

Знакомый скрип половиц, привычное тепло родного дома. Поудобнее взяв Чару, осматриваю её. Она инстинктивно схватилась за меня и жмётся ближе. Ищет тепла, совсем как котёнок. Она даже шипит, как он. Поняв, что стою уже около минуты, просто рассматривая её, я начинаю думать, что же делать. Решено было привязать её к стулу на кухне и отправиться на поиски звезды, чтобы искать способы её уничтожения. Или хотя бы способы увидеть её. Кухня радушно встретила меня ужасным запахом неприготовленных спагетти, которые так и остались в кастрюле. Так Папс планировал угостить тебя, хах. Я удручённо вздыхаю, направляюсь к стулу. Посадив туда Чару, я несколько раз легонько бью её по щекам, пытаясь привести в чувства. -Х-холодно… — доносится еле слышный подрагивающий шёпот, — холодно и тёмно… Да, малая, переохлаждение неприятная штука, если смешать её с обморокам. Что там сделать надо? Я встаю, потягиваясь. Заварить тёплый напиток и укрыть пострадавшего? Подогрев чайник, я магией ставлю рядом с ней кружку, в неё заварку и саму воду. -Ты же любишь с сахаром, да? — спокойно спрашиваю я, закидывая три ложки. Теперь нужно связать её, что бы не сбежала. Забрав нож и выкинув его куда-то из окна, я перевязываю верёвкой её руки и ноги. Левую руку я решаю не привязывать и ставлю кружку около неё. Дотронувшись, до её руки, я понимаю, насколько она холодная. Внезапно, Чара сжимает руку, тянет на себя и в полубреду шепчет что-то. -Не ухдои, — её язык заплетаеся, некоторые слова разобрать совсем невозможно, — я люблю тебя. Наконец, когда хватка ослабла, я смог уйти. Чёрт, моё воображение слышит в её шепоте совсем уж сумасшедший бред. Громко хлопнув дверью, под вой ветра и лёгкий снегопад, я иду к двери Тори.

Чара

-Что же это? — Бормочу под нос, оглядываясь. Я дома у Санса, связанная на стуле. Отлично, просто супер! Левая рука не привязана, а вот остальные конечности опутаны настолько сильно, что не могу даже чуть-чуть дёрнуть рукой без резкой боли. А ты силён. Одежда влажная, а меня всё ещё продолжает колотить под пледом, в который меня так гостеприимно укутали. Трясёт не по-детски, то ли от злости, то ли от холода. Слева на столе стоит кружка с чаем, который уже успел остыть. Куда он делся? Ушёл? Но куда? Холодно, невыносимо холодно. Левой рукой откидываю плед, чтобы посмотреть, что можно сделать. Ноги связаны между собой и привязаны к стулу. Где ты только нашёл столько верёвки? Я на кухне, на кухнях должны водиться ножи. Теперь нужно найти один, и самое сложное — достать его. Верхние шкафы я откинула сразу, после чего мой взгляд остановился на выдвижной полке, которая была единственным местом хранения моих спасителей и главных друзей. Носочками ступней пытаюсь двигаться, но тщетно. Чёрт, мне так нужен телекинез! Узлы завязаны намертво, не развяжу никак, а тем более одной рукой. Ладно, значит будем прыгать. Всё ещё трясясь от холода начинаю подпрыгивать вместе со стулом, тем самым понемногу продвигаясь к цели. Главное — не упасть. Прыжок, ещё один. Полпути пройдено, осталось ещё столько же. Прыжок, после которого меня сильно качнуло назад. -О нет! — Выдохнула я, когда стул с грохотом упал на спину. Замечательно! Как теперь выбраться? Смотрю в потолок, на котором пауки сплели кучу паутины. Художники, которых я ненавижу. Взгляд скользит по потолочным плиткам, к кухонным шкафам, гарнитуру, после чего я провожу полукруг по помещению. Кружка с чаем всё так же мирно остывает на столе, до ножки которого я могу дотянуться. Точно! Тянусь со всех сил левой рукой, еле касаясь пальцами шершавого дерева. Обхватываю рукой, после чего резко дёргаю на себя. Стоящая на краю кружка слегка подлетает, после чего со звоном разбивается о пол. Напиток растекается в причудливом рисунке, а самый большой осколок оказывается в моей руке. Первая верёвка падает освобождая правое запястье, на котором уже красовался здоровый синяк. Ноги так же были освобождены и так же передавлены из-за чего и на них останутся неприятные и ноющие синяки. Молодец, теперь у меня есть ещё один повод убить тебя. Поднимаюсь на ноги, оглядывая кухню. Плед на полу, как и стул. Мотки верёвок вокруг уже успели намокнуть в разлитом чёрном чае, через лужу которого я переступаю. Мне всё ещё холодно, но нет времени. Нужно сохраниться и закончить начатое. Беру нож из того самого выдвижного ящичка, уже другой более вытянутый и узкий. Я оборачиваюсь, засматриваясь на плед, который уже успел промокнуть в чае. Я фыркаю, Открыв дверь и сворачиваю налево. Мне нужно сохраниться и убить всех оставшихся.

***

Ближайшая звезда сохранения находится около магазина. Снег залепляет глаза, холодный и сильный ветер так и нарочит повалить в снег и утопить в своих объятьях. Или это пыль? Проклятый плед снова и снова спадает из-за любого порыва ветра. Сохранившись, я бросилась к Водопадью, нужно перебить всех, пока меня не спохватились. Первые полегли быстро, разбавляя сырость пылью. Она покрывает меня, а её запах стоит в носу. Холод резко сменился на жару от быстрых действий. Удар, удар, удар. Теперь я делаю передышки, чтобы не заснуть как в прошлый раз. Иду окольными путями, чтобы не столкнуться с… с Андайн. Мне всё ещё не хватает опыта на её убийство. -Хэй, привет! Ты тоже ждёшь встречи с Андайн? — Кто-то окликает меня из-за спины. Я поворачиваю голову на источник шума. О нет, только не ты. Мальчик лет десяти и без рук с большой улыбкой на всё лицо идёт прямо ко мне. Убить тебя сейчас или потом? Он ещё не видел, как я убивала, потому что мой путь кардинально изменился. Теперь, когда я только избавилась от одного надоедливого попутчика, мне практически сразу же подкинули нового. Неужели так сложно оставить меня в одиночестве?! -Привет. — Неожиданно для самой себя здороваюсь я. Мальчишка садится рядом, переводя взгляд туда же, куда направлен мой. Город, большой и очень красивый. Здесь наступили сумерки и в их свечении, хоть и магическом, здания играли тенями и огнями, словно перекрикиваясь между собой. В странном молчании я поднимаюсь на ноги, направляясь дальше. Хотелось бы в полном одиночестве, но мой попутчик встаёт следом. -Куда ты идёшь? — Спрашивает он, поравнявшись. Я игнорирую вопрос, сжимая рукоятку ножа. -Думаешь, Андайн в той стороне? — Заглядывает в глаза, слегка вытягивая шею и поворачивая голову. -Наверное. — Бросаю тихо и раздражённо, но для него это видимо было призывом для продолжения к диалогу. Вопросы продолжают лететь, а я продолжаю смазано на них отвечать. Какой настырный мальчишка. Звук тяжёлых шагов в металлических доспехах заставляет остановиться. Мой попутчик делает счастливое и восторженное лицо, в то время как моё искажает гримаса злости и насторожённости. Пришло время приготовить запечённую рыбу!

Санс

Снегопад усилился в разы, сейчас не то, что звезду не разглядишь, сейчас даже дверь еле видно! Я бурчу под нос различные ругательства, пытаясь построить в голове хоть какой-то план. Всё сводится к одной мысли, которая меня не устраивает. Чара должна выжить. -Да какого хрена! — Изо всех сил кричу я в никуда, — она убила меня, убила моих друзей, убила, — я набрал побольше воздуха, — Папируса! Поддавшись ветру, я упал в снег. Почему я, чёрт побери, так сильно противлюсь её убийству?! Чара мило хмурится, Чара любит глупые и пустые разговоры, Чара обожает сладкое, Чара ни за что не отступит в споре, Чара всегда добивается поставленных целей, Чара… безумная маньячка, вырезавшая практически всю мою расу. Я люблю Чару. Накрыв рукавом глаза и громко сматерившись, я, наконец, встаю. Плевать. Мне было плевать, когда умирала Фриск. Всё, что билось в моей голове: «Чара сейчас победит? Чара победит!». Как же тошнит от самого себя. -Тебе никогда не казалось, что материться на всю округу — не самое достойное занятие? — Слишком громко пищит что-то недалеко от меня. -Убирайся отсюда, Флауи, если не хочешь ощутить кость поперёк горла. — Угрожающе медленно проговариваю я. -Ты не упускаешь возможности показать свою тупость, а? — Заметив, что мой глаз предупреждающе загорелся, Флауи сбавил напор. — Слушай, я здесь не просто так, я хочу попробовать всё исправить. -И как же ты собираешься это сделать? -Всё довольно просто! Всего-навсего нужно убить Чару, вернуть Фриск, а после нужно..... П-почему ты на меня так смотришь? Пылинкой больше — пылинкой меньше, какое дело. Я предупреждал. Что-то блеснуло около меня. Обернувшись, я понял, что имеется в виду под «звездой». Видимо, решимость сохранить жизнь Чаре переполняет меня.

Чара

Поворачиваюсь на пятках, убирая руку с оружием за спину. Селёдка смотрит прямо на меня и плевать, что я не вижу её лица под шлемом, я знаю, что это так. Мальчишка рядом со мной смотрел на эту женщину восхищённо, словно никого более прекрасного не существует. Ну, скоро и она существовать перестанет. -Андайн! — Бежит прямо к ней, вот же чудак. Видимо равновесие держать тебя так жизнь и не научила. Мальчишка запинается о свой хвост, а возможно, о воздух, после чего благополучно летит прямо вниз, падая в такую позу, что совсем немного и его милое детское личико встретится с камнями внизу. Я вижу, как воительница напрягается, но шаг сделать всё так же не решается. Боится, что я атакую. Что же, мы либо будем смотреть друг другу в глаза в ожидании, когда этот неуклюжий ребёнок упадёт, либо я помогу ему в этом. Медленно иду к тому месту, где находится мой недавний «друг». Заглядываю ему в глаза, в которых блещет паника. Интересно, как ты сейчас себя чувствуешь, как видишь мою возвышающуюся фигуру. Каково тебе сейчас? -Ты не поможешь мне? — Пискляво спрашивает он. -Ах, да. Конечно! — Моё восклицание настораживает Андайн, которая за всё это время так и не решилась подходить. Вернее, она делала некие шаги, но всё так же сохраняла свою удобную для нападения позицию. Ставлю ногу на плечо этого глупого мальчика, который недавно так радостно щебетал мне о воительнице, что так и не подошла помочь. Точнее, она ринулась на помощь, но сейчас, увы, поздно что-либо предпринимать. Слегка напрягаю ногу, которая толкает ребёнка в пропасть. Пока-пока, малыш. Спасибо, что составил компанию. В его глазах стоит ужас, после чего маленькая фигурка скрывается в темноте пропасти, словно в чёрной дыре моего сердца. В секунду рыбёшка делает рывок на меня, как она злится. Вероятно, я сейчас утону в этой всепоглощающей злобе. На удивление, сама я излучаю лишь азарт убийства. Уворачиваться становится трудно, ведь соперница отправляет слишком много копий в мою сторону, но моя атака сильна, а потому ей осталось немного. Слишком много копий, от которых почти невозможно увернуться! Наводит на меня своё оружие прямо в центр, зажимая в кольце, после которого направляет очередную волну. Так сложно вывернуться из этого «цветка», что рано или поздно всё равно получаешь рану или царапину. Она давит своей силой в прямом и переносном смысле. Очередное копьё задевает плечо сильнее обычного, раненое место начинает жечь, кровь падает на мост, оставляя память о этой битве на какое-то время. Я зажимаю плечо, продолжая сгибаться или подпрыгивать, чтобы не умереть окончательно. Не особо хочется сбрасывать весь прогресс, да и Санс, если ещё не обнаружил мою пропажу, точно поймёт, что не так. Очередной её удар, задевающий ногу. Я вскрикиваю, но продолжаю отползать назад. Всё вокруг понемногу темнеет, но я продолжаю сохранять решимость. Копьё, летящее прямо в голову, отбиваю ножом в левой руке, после чего магическое орудие растворяется в воздухе. Рыбёшка продолжает толкать свою героическую речь, которую я пропускаю мимо ушей, мне совершенно не до этого. Очередной раз нагибаюсь, чтобы не встретиться с лезвием. Кровь сочится из ноги, не слишком быстро, но если я ещё хоть немного ускорюсь, могу умереть от потери крови, а такой вид смерти меня не шибко устраивает. Снова эти кольца, зажимающие в центре. Уворот, ещё один. Я словно танцую со смертью. Наступишь ей на ногу, она наступит на твою жизнь. Кружусь всё время «ныряя» плечом в сторону, как будто обхожу прохожих в час пик на оживлённой улице. Влево, вправо, влево вправо. Вправо… Стон боли, в висках пульсирует, в глазах гаснет свет. Не туда! Мне больше нельзя ошибаться, мне нечем лечиться, если ещё раз заденет — я умру. Слова на фоне журчащей воды перемешиваются в один белый шум, гул. А ведь мы продолжаем находиться на мосту, который уж похоронил одного монстра по моей вине, и не особо то и хочется отправляться вслед за ним. Пригнуться, подпрыгнуть с большим трудом и сквозь боль. Махнуть ножом. Нет сил! Голень пронзает магическое оружие растворяясь в пространстве, но оставляя в напоминание о себе ранение и мой вскрик боли. Слишком много ран! Кровь сочится отовсюду. Кажется, мне всё-таки придётся умереть. Падаю на колени, потому что стоять уже не хватает сил. Пытаюсь отражать копья ножом, и всё так же отклоняться в сторону. У меня осталась одна единица здоровья, которую я так бережно храню. Может, проще будет сдаться на этот раз и начать сначала? Санс ведь не найдёт меня, он ведь не найдёт… А мне так это нужно…

Санс

Вот чёрт! Именно это пронеслось в голове, при виде пустой кухни и разлитого на полу чая. Могла бы и выпить его, для приличия. Поворчав, до меня дошло, что она, скорее всего, продолжила путь геноцида, предварительно сохранившись. Сейчас она должна быть в Водопадье. Андайн. Я выдохнул. Добром это не кончится.

***

Наконец, я нахожу её. Готовую вот-вот свалиться в обморок. Она, завидев меня, скалится и поскальзывается на луже, ухудшая раны. Ну что за инфантильное поведение? Нужно было сразу бежать со всех ног. Знает ведь, что впереди Жаркоземье. Вздохнув, делаю шаг вперёд. -Андайн, какая неожиданная встреча. — Специально слишком громко произношу я, перебивая речь воительницы. -Санс? Что ты здесь делаешь? Ты не видишь, я немного занята. Она даже не смотрит в мою сторону. Неужели ты настолько доверяешь мне? -Да так, решил немного прогуляться, — я натягиваю капюшон на голову, — может, тебе нужна помощь? Мой глаз загорается синеватым цветом. -Нет, всё в порядке! Даже не думай отнять мою славу героя! — Андайн выкрикивает последнее слово. -Прости, ты не так поняла, — я наконец равняюсь с ней, — я спрашивал, — я загораживаю Чару, — у твоего противника. Ну что, партнёр, тебе наконец-то нужна моя помощь? Я не вижу глаз Чары, но чувствую её взгляд. Она и вправду в полной растерянности. Андайн застыла. Потом рассмеялась. Затем снова замолкла и оглядела меня. -Стой, ты не шутишь?! Ты на полном серьёзе готов защищать ЧЕЛОВЕКА ценой своей жизни?! — Все копья пропали, она начала истерично смеяться, — только посмотрите на этого предателя! Санс, ты всегда раздражал меня. Сейчас я просто, просто… -Продолжишь гнить? Судя по всему, твоя голова сгнила уже давно. — Я чуть-чуть посмеиваюсь. Чара молчит, лишь вслушиваясь в наш диалог. Кто знает, что сейчас проносится в её голове. -И это я слышу от тебя? — Она направляет на меня свою руку, в которой образуется копьё, — Ты хоть представляешь, что ты творишь? -Да, — в воздухе летает несколько костей, — я творю свою историю, своими руками. Андайн колеблется. Она то шагает вперёд, то отступает. Её сдерживает мысль о Папирусе? Мне же лучше. Я лишь улыбаюсь ей, что заставляет её потерять бдительность. Несколько костей вонзается ей в руку. На камни проливается пару капель крови.

Чара

Что происходит? Это сон? Галлюцинация? Я сошла с ума? Я истерично и тихо посмеиваюсь, словно боюсь спугнуть момент. Но мои раны все ещё болят, моя кровь всё так же течёт, не желая останавливаться. Моё тело все так же изнывает от усталости. Я слышу спор Санса и Андайн. Хотя нет, не слышу. Всё расплывается, звуки, словно я под водой. Клонит в сон… Около меня приземляется кость, в которую воткнуто несколько копий. Картинка, словно мираж сливается в одну кашу, рябит, переливается. Я отключаюсь. В темноте сознания, где я пробыла несколько лет, а после ещё и делила пространство с Фриск, слышно отдалённые звуки. Всё так же свет, всё так же виден экран, на котором мелькает моя жизнь. В этом фрагменте я только-только упала в Подземелье. А вот меня нашёл Азриэль. Братишка, всё так же со сведёнными вместе бровями, всё такой же невинный и добрый взгляд. Тяну руку к картинке в надежде вновь обнять его, но тщетно. Вот тут я знакомлюсь с будущими родителями. Мамочка, папочка, как я по вас скучаю! Я так вас люблю! Тёплые вечера перед камином, ароматный пирог и чай. Болезнь… моя смерть… смерть брата… Геноцид от лица Фриск, ещё в прошлом таймлайне. Там было всё так просто, так легко. Я шла к своей цели, убеждая, как демон искуситель. Я просто делала то, что должна, что хочу. Я так жаждала мести, но только зачем? Чтобы умереть после стольких стараний? Перезапуск, белая вспышка после крика Фриск, который так режет уши. Ненавижу шум. А вот и новая глава моей жизни, или смерти? Я смогла получить тело, которого не было у меня так долго, я смогла добиться геноцида. Но вновь проиграла! И Санс… Почему он вдруг помог мне? Почему он сделал то, что сделал? Это какая-то уловка, верно? Чтобы возродить Фриск, чтобы возродить всех остальных. Он ведь любит её, любит же, да? Все всегда против меня, я всем не угодила! И сейчас он делает вид, что защитил, не так ли? Что-то мягкое и прохладное легонько бьёт меня по щекам. Я мычу что-то неразборчивое, отворачиваясь. Внезапно, что резко и с грохотом ударяет по земле, разлетаясь на мелкие куски прямо около меня. Я резко поднимаюсь и сонно оглядываюсь, пытаясь нащупать нож. -Доброе утро, засоня. — Рядом со мной на диван падает Санс. -К-какого черта это было?! — Я злобно кричу на него. Такой вальяжный и медленный, словно мы посмотрели скучный фильм, и всё, что произошло это лишь его фрагменты. -Кость. Она уже была потрескавшейся после боя с Андайн и разбилась довольно легко. — Он отвечает слишком спокойно и размеренно. -Я не только про кость! Я вообще, — я показываю на всего Санса рукой, — о тебе! -О, просто сошёл с ума от неразделённой любви, — он зевает, прикрыв рот рукой, — ничего необычного. Я замолкаю. Что он только что сказал?! Издевается надо мной и наверняка уже придумал, как быстро убить меня, перезапустив мир. Но почему тогда не сделал этого, пока я была в отключке? -Хватит шутить! — Я злюсь, но на него ли? На себя, что так глупо умерла и так глупо смогла довериться этому нахалу. Да, ведь мне спокойно рядом, а это ненормально. Такого быть не должно. Не должно ведь? -Это не шутка, малая. — Сказано строго и серьёзно, смотрит прямо в глаза. Такой сосредоточенный, прожигает взглядом, словно хочет заглянуть глубоко в меня, узнать, о чём я думаю. Я сижу неподвижно, не зная, убегать ли или продолжать ждать. Возможно, как в глупом мультике он расскажет свой коварный план и я пойму, как его победить. Но он молчит, не говоря ни слова. В голове пролетают мысли о месте, о том, что я так и не осуществила свой план и о том, что… я не могу убить своего врага номер один ведь… ведь влюбилась в его наглую рожу! Со злостью ударяю руками диван, на это действие мой собеседник поднимает бровь, оглядывая с ног до головы. -За что ты так с диваном? — Хитро улыбается, а я лишь сконфуженно отвожу взгляд в сторону. Он ведь видит меня насквозь. Он всё понял. –Ты ведь зла на меня. — Это было утверждение, не вопрос. -На себя, — подаётся вперёд, ждёт продолжения фразы, — я зла на себя! — Вскрикиваю, отпрыгивая немного от него. -Скажи ещё раз. — Пододвигается ближе. -Я зла на себя, потому что, — мой взгляд бегает по комнате в поисках того, за что зацепиться, лишь бы не смотреть на него, — потому что люблю тебя! — Очередной вскрик, после которого я увожу голову абсолютно в другую сторону от его места дислокации. Минута молчания, словно мы хороним ненависть к друг другу, по крайней мере, я. Перевожу взгляд на него, который лишь довольно ухмыляется, разглядывая мой стыдливый румянец. -Ты псих! -Как и ты… — Медленно тянет, после чего обхватывает мои плечи в свои руки. Прижимаюсь ближе, словно котёнок, я так жажду защиты, так хочу любви. Он пахнет кровью и пылью, точно так же как и я, но под всей этой агонией ароматов скрывается и его собственный запах. Закрываю глаза, вдыхая его поглубже. Мне не хватает тебя.

Санс

Мне так не хватает тебя. Запах с поля боя, словно мы прошли войну вместе, но только я сумел сменить сторону. Ради этого глупого подростка, в чьей голове лишь месть. Каждый заслуживает того, чтобы его любили, даже она… даже я. Прижимаю её к себе покрепче, такая хрупкая и маленькая, ещё немного и раздавлю. Наклоняюсь к растрёпанным каштановым волосам, которые так вкусно пахнут. Оно будоражит во мне ощущение, которого раньше не было. Словно она мой наркотик, а ломка началась прямо сейчас. Пара минут и я не сдержусь, мне лучше уйти. Какой бы не была жестокой Чара, на её невинность я не посягну. Ведь не посягну же? Отрываюсь от неё, вставая на ноги. Мне нужно освежиться. Смотрю на её взгляд, такой понурый, не хочет, чтобы я ушёл. А я ведь тоже не хочу, но это ради твоего блага. Отворачиваюсь, кинув что-то вроде «схожу, прогуляюсь». Мне так нужно освежиться, мне это так нужно. Хватает за рукав, несильно тянет к себе. Что же ты творишь? Стоит в полный рост в моей, уже серой от пыли, футболке. Выжидающе смотрит, заглядывает в душу. Чего же ты добиваешься, детка? Делает робкий шаг навстречу, обхватывая маленькими ладошками моё лицо. Ну что же ты делаешь? Приходится слегка пригнуться, чтобы попробовать её маленькие губки на вкус. Голова кружится, и стало неожиданно жарко. Ох, лучше бы никогда не было этих нервных окончаний, как же с ними тяжко. Рукой провожу по её талии, которая словно кукольная помещается в обхват двух моих рук. Хочется подержать тебя на руках, обследовать каждый изгиб, каждый шрам, каждый изъян. Навсегда запомнить очертания твоего тела. Моего тела… Грубее сжимаю в руках нежную девичью кожу, за что получаю несильный укус нижней губы. Ну, уж нет, малая, я с тобой слишком много намучился. Перехватываю её на руки, какая же она лёгкая. Перехватив меня ногами за торс, продолжает прикусывать, что вызывает ещё больше головокружений. А если я упаду, девочка? Как же далеко оказался стол, подходящий по высоте. Усаживаю мою игрушку, оторвавшись от нежной кожи губ. В глазах кровь жертв, которые легли от её руки, а ведь и в моих столько же крови. Она не собирается отступать, после чего тянется ко мне снова. Такая не опытная, но такая решительная. Избавляюсь от её футболки, что так старательно прикрывала девичье тело. Малышка стыдливо прикрывается рукой, всё-таки нормы морали тебе знакомы. Хищно ухмыляюсь, ты сама пошла на это. Моя одежда отправляется вслед за её, теперь на полу две абсолютно грязные футболки, годящиеся лишь в половые тряпки. Маленькие пальчики скользят по моей груди, заставляя получать удовольствие. О нет, всё-таки иметь человеческую плоть имеет свои плюсы. Волосы на руках встают дыбом — мурашки. -Ты ведь, — она замолкает, — знаешь что делать? — Смущается, отводя взгляд. Мой смех разрезает воздух. -Думаю, разберусь, детка. — Целую её вновь, жадно впиваясь в губы. Остались лишь эти чёртовы шорты.

Чара

Последняя часть моей одежды спадает на пол, ударяясь о кафель металлической пуговицей. Я наверняка сейчас очень смущена, потому что ощущаю это физически. Я полностью утопаю в нём, в его запахе, его объятиях, в том, как он сжимает мою кожу в своих пальцах. Он такой красивый, словно греческая статуя, словно с картинки. Или мне кажется? Жмусь ближе, стало прохладно, открытое сзади меня окно обдувает влажную от пота кожу. Я так хочу быть твоей. -Я, — запинаюсь, не думала, что так много придётся говорить, — я девственница. Смотрю на него, как в секунду он хмурится, а потом его глаз загорается синим. О чём ты думаешь? -Мы исправим это, малая. — Ухмыляется, как же он мило ухмыляется. Проступают эти ямочки и морщинки, хочется изучить каждый твой сантиметр, хочется оставить тебя навсегда со мной. Впиваюсь в его губы, так жадно, словно больше ничего не доставит мне удовольствие. Он ведь такой вкусный, такой желанный. Почему меня так тянет? В секунду меня накрывает боль и резкая тяжесть. Я вскрикиваю от неожиданности, после чего сжимаю его кожу в руках. -Потерпи. — Низким и томным голосом говорит мне на ухо, что лишь заставляет откинуть голову. Всё тело в мурашках, которые бегают по телу, словно тысячи муравьёв. Прижимаюсь сильнее, обхватив ногами его спину. С каждым толчком всё нежнее, всё приятнее. Хочется раствориться в нем, это так будоражит. В секунду он обхватывает рукой моё горло, сжимая кожу вокруг. Душит? Прижимает до потемнения, а после отпускает, давая вдохнуть. Вместе с рывками он сжимает шею сильнее, заставляя биться в наслаждении. Стоны смешиваются с вздохами кислорода, которого становится немного. Очередной перехват кислорода. Его рука лишилась плоти? Осматриваю другую ладонь, которая переплетена пальцами с моей, она так же лишилась кожи и мышц. Он возвращается в свой обычный вид? Не успеваю спросить, как костяшки его рук вновь перекрывают мне воздух. К чёрту!

***

Меня разбудило солнце и тихая музыка, которая разливалась мелодией по всему окружающему меня пространству. Шея затекла от неудобной позы во время сна, а на глазах оставалось ощущение вялости. Сажусь на кровати, после долгого разглядывания потолка. На мне одеяло и больше ничего. Воспоминания прокручиваются разом в голове, после чего щёки покрывает румянец. Что мы сделали?! На подлокотнике дивана лежит ещё одна футболка, но уже чистая. Всё такая же, как и обычно, белая и большая. Сколько их у тебя? Дотягиваюсь до неё, надевая на голое тело. Низ живота ноет, и на ноги я становлюсь твёрдо лишь после второй попытки. Медленно иду на кухню, с которой так вкусно пахнет свежезаваренным кофе. Заглядываю за угол, обхватив пальцами косяк арки. Музыка льётся из небольшого магнитофона, переливаясь. Санс сидит за столом, подперев рукой голову. Выглядит он обычно, как человек, но всё же привычно для нынешних реалий. Рядом стоит кружка кофе полностью полная, из которой так красиво «вытекает» пар. Стою с пол минуты, после чего партнёр поднимает на меня взгляд. -Уже проснулась? — Выдавливает из себя улыбку, такую фальшивую. Словно… скорбящую? -Да, — я тихо вздыхаю, — выглядишь усталым. -Я не спал всю ночь, боялся. Как бы ты не прирезала меня ночью. — Усмехается, после чего тоскливо переводит взгляд с меня на окно. — Ты не замёрзла? Ночью была метель. -Нет, всё хорошо. — Медленно подхожу, отодвигая соседний стул. Накрываю ладонью его ладонь, которая неподвижно покоится около чашки. Слегка влажная от пара, всё ещё большая. Как много она узнала обо мне за ночь? -О чём ты думаешь? — Заглядываю в глаза, слегка согнув голову на бок. Его взгляд возвращается на меня. Брови сведены вместе, на лице тяжёлая улыбка. Ему так больно. -Что я наделала… — Он удивлён, искренне. На моих щеках появляются две тонкие струйки от тягучих и горячих слёз. Слёз, таких горьких, таких противных. Впервые за столь долгое время я плачу не из-за жалости к себе. Сейчас я скорблю, скорблю за то, что причинила боль самому любимому мне существу. Меня распирает от рыданий, слёзы льются водопадом. Мне так жаль! В секунду он поднимает меня на ноги, заключая в объятия. Начинает качать, словно мать ребёнка, гладит по голове. Нежно-нежно берёт за талию, начиная танец. Мелодия продолжает литься, а мои слёзы уходят, оставляя лишь влажные дорожки после себя. Пальцами берёт за подбородок, заставляя смотреть прямо в глаза. Так хочется тонуть в нем, в его синей, как океан, душе. Проводит ладонью по щекам, смахивая слёзы. Плавно ведёт рукой к шее, на которой красуется огромный синяк от этих самых пальцев. -Извини меня. — На выдохе и так спокойно, размерено. Кладу свою ладонь на его, которая так и осталась на моей щеке. -Что будет дальше? — Смотрю прямо перед собой, на его плечи и грудь. В человеческом обличье он гораздо выше. -Геноцид. — Я распахиваю широко глаза. — Доведём дело до конца, малая. Я продолжаю молчать, всё ещё покачиваясь в танце. Хочу ли я завершения того, что начала? Разве мне нужна месть теперь, когда я обрела его. Поднимаю взгляд на него. Он всё ещё спокоен и уверен. Он всё ещё ведёт наш танец, который продолжает успокаивать. Нет, ты только мой. Я никому не позволю забрать моё счастье. А если никого не останется, будет гораздо проще сохранить тебя. Сохранить наши жизни. -Я люблю тебя. — Говорю с придыханием, обвивая его шею своими руками. -И я тебя, малая. Такие нежные слова наполняют вас решимостью…