Мертвые Боги-2. Священный огонь.

На вкус кофе был так себе, но ему нужно было хоть немного взбодриться после ночи, наполненной холодом и мутными кошмарами – и то, и другое теперь постоянно присутствовало в его жизни. К тому же привычный ритуал, который он соблюдал практически каждое утро, давал иллюзорное чувство постоянства. Денни поморщился от горьковатого вкуса, осевшего на языке, и которое ему теперь предстояло ощущать, если не повезет, до самого обеда. В последнее время ему почти все напитки и еда казались странными на вкус, исключением на удивление являлось только то, чем его угощали. Причем, неважно кто именно угощал - все казалось намного вкуснее того, что он покупал или готовил себе сам. Стоять в тени деревьев было лучше, чем на самом солнцепеке, но все равно недостаточно чтобы чувствовать себя более или менее комфортно - ему было невыносимо душно и жарко. Раннее гавайское утро не давало облегчения в виде прохлады, об этом можно было только мечтать, зато с лихвой выдавало порции ультрафиолета и влажной жары - никаких ограничений. Денни поправил жмущий галстук, немного ослабляя узел. Пока никто из своих не видел, можно было позволить себе эту небольшую слабость, ему и так приходилось носить условную «броню», не снимая, постоянно – в галстук с обратной стороны он вшил обереги, что не бросалось в глаза так явно, как браслеты, и было при этом не менее эффективно. От серьезного вреда такая защита, конечно, мало помогала, но с тем, чтобы «отвести глаза» и дурные намерения вполне справлялась. Толпа, протекающая мимо, уже пестрела многочисленными туристами. Те, по-видимому, спешили успеть увидеть как можно больше, пока не стало окончательно невозможно находиться на улице. Натыкаясь на европейские лица и светлые волосы, он отдыхал глазами, и если бы ни рубашка с галстуком, то он почти бы и не выделялся. Хотя кого он пытался обмануть – только облачившись в цветастую майку, шорты и шлепки он смог бы сойти здесь за своего. В кармане зазвонил телефон, и он даже не сомневался, что именно этим все и закончится, когда заехал сюда вместо того, чтобы сразу же отправиться в офис, и все ждал, когда же это произойдет. Внутри слово пустота распахнулась, поглощая посторонние звуки: остался только он и светящееся на экране имя. - Детектив Уилльямс, - ему даже не нужно было смотреть, чтобы точно знать, кто его набрал, но он все равно сделал вид, что это был самый обычный телефонный звонок. - Где ты? – от чужого голоса по рукам тут же побежали мурашки. - Доброе утро, Денни. Здравствуй, Стивен, – Денни с раздражением изобразил возможный и желаемый диалог, пока на том конце повисло тяжелое молчание. - Тебе, как я понимаю, никто так и не удосужился разъяснить, как нужно начинать разговор в культурном обществе. Детка, раз уж мне досталась эта сомнительная честь, позволь тебя немного просветить. Когда ты кому-то звонишь и хочешь, чтобы тебя выслушали, а не сразу же повесили трубку, для начала смени тон. Это, во-первых. Во-вторых, поздоровайся. - Ты закончил? - Я еще даже не начинал, - вот что Денни точно начал делать, так это заводиться; даже удивительно, что его не перебили сразу. Кажется, МакГарретт действительно хотел узнать о его местонахождении. И возможно, но только возможно, просто наслаждался звучанием его голоса. - Здравствуй, Денни, - исправился Стив после некоторого раздумья. - Где ты? - У меня дела. Как освобожусь, приеду, - сухо отчитался Денни и скинул звонок, не дожидаясь, когда ему прикажут все бросить и тут же приехать. Хорошо, что он стоял, оперевшись о Камаро; после их короткой беседы у него подгибались колени. Будь они лицом к лицу, он вряд ли решился бы так говорить; в чужом присутствии у него вообще плохо получалось себя контролировать, когда учащенное сердцебиение и потеющие ладони были самыми меньшими из его бед. И если физиологическую реакцию организма еще вполне можно было объяснить страхом перед чем-то неизвестным и действительно пугающим, то неконтролируемое восхищение и томление в груди только от одного вида знакомой высокой фигуры он отказывался понимать и принимать. Тот же эффект имели на него и чужой голос, и преследующие взгляды, и мимолетные прикосновения, после которых кожа горела даже сквозь одежду. Он не думал, что столкнется с кризисом самоопределения в своем возрасте, хотя его по-прежнему не привлекали мужчины. Кроме одного конкретного. И ему пока вполне удачно удавалось практически не оставаться с МакГарреттом наедине, и тот даже делал вид, что не замечает его жалких попыток ограничить их общение. Его спасало только то, что его новоиспеченный босс постоянно где-то пропадал, и Денни все же надеялся, что это было связано с их непосредственной работой, а не потусторонними делами, что, правда, тоже в некотором смысле было связанно с их работой. Короткий инструктаж по введению в должность его несколько разочаровал. Денни честно ожидал больше мистики, как и больше подробностей и деталей, но в итоге получил лишь обнадеживающее обещание от Коно провести ему «курс молодого бойца». Калакуа клятвенно заверила его, что поделится собственным опытом работы в 5-0, куда она попала еще неопытным новичком. Тем более, то, с чем она столкнулась, в академии точно не преподавали. Сверху знакомо захлопали крылья, ему даже головы не нужно было поднимать, чтобы убедиться, что на ближайшую ветку невесомо опустилась черная птица, чтобы понаблюдать за ним. Вскоре прилетело еще несколько, но он и без помощи пернатого сопровождения чувствовал, что местный небольшой рынок был не только местом «перехода», но и нейтральной территорией. Стоило только, припарковавшись, выйти из машины и мельком взглянуть на пестрые торговые ряды, как в голове будто что-то щелкнуло – Денни просто знал, что стоит пройти несколько шагов вперед, и он переступит через невидимую границу. Знание, что или как делать приходило само в виде образов и видений, или что случалось чаще – просто с уверенностью, что следовало поступить именно так и никак иначе. Вот и сейчас Денни точно знал «как» нужно было смотреть, чтобы цепко и наблюдательно выхватывать из людского потока тех, кого он в последнее время привык видеть все чаще и чаще. Куда бы ни шел и куда бы ни смотрел, он всегда теперь мог отчетливо видеть смешение двух миров – Вао Акуа и Вао Канака (1). Раньше он не особо обращал внимание на странно одетых гавайцев, зато теперь научился только по одним браслетам и татуировкам вычислять богопоклонников, жрецов и проводников. На его удачу в гавайском пантеоне Богов было не так много, чтобы в них можно было запутаться, Денни даже изучил и запомнил, где на острове находились все существующие храмы и святилища, как официальные, так и незарегистрированные, чтобы при случае точно знать, на чью территорию он попал. Высокая вытянутая фигура в цветастом балахоне и с яркой маской вместо лица, размахивая длинными костлявыми руками в многочисленных браслетах и никого при этом не задевая, прошла мимо, следуя за своим проводником. Денни сглотнул и поспешил отвести глаза, пока его не увидели. Хотя это почти никогда не срабатывало. Существо его заметило и немного замедлилось, когда проплывало мимо, склонив в приветствии свою уродливую голову. И ему ничего не оставалось, как вежливо кивнуть в ответ, обливаясь холодным потом. Только размытые тени с ним никогда не здоровались, предпочитая обходить стороной; здесь он так же приметил несколько, и те ожидаемо спешили скрыться, стоило ему посмотреть в их сторону - без телесной оболочки они были легкой добычей для жрецов и любого сильного проводника. Его поприветствовало еще двое странных существ, от вида, которых он всеми силами старался не вздрагивать, пока, наконец, не увидел того, кого все это время ждал. Невысокий полноватый гаваец с обычным полупустым пакетом из супермаркета в руках никуда не спешил, вальяжно прохаживаясь между торговыми рядами и высматривая очередную беспечную жертву. Этого карманника Денни с Мекой уже ловили несколько раз, хотя это было даже не их работой – по идее, пока тот не был причастен к убийству, Пине Марполокусу по прозвищу «Пупс» Пине нечего было опасаться особого внимания со стороны детективов Денни Уильямса и Меки Ханамоа. Вот только Пине все же не повезло оказаться нужным им информатором. Или повезло, тут с какой стороны было посмотреть, и теперь, когда ему была нужна информация о местных мелких бандитах, он продолжил не давать ему спокойно работать. Денни выбросил теплый и мерзкий на вкус кофе в ближайшую урну и, смирившись с неизбежным, шагнул из тени прямо под палящие лучи, чтобы неспешно последовать за своей целью. Сегодня у кого-то из туристов явно был удачный день не лишиться ценных вещей, кредитных карточек и наличности. - Пине, ты теряешь хватку, - Денни весомо опустил руку на чужое плечо, сжимая пальцы на, конечно же, пестрой гавайской рубашке, чтобы тот не смог вырваться. – Как ты собираешься оставаться в бизнесе с подобной беспечностью? Его еще мгновение до этого ни о чем не подозревающая жертва даже немного присела от неожиданности и, повернув голову в его сторону, с неприкрытым ужасом уставилась ему в глаза. Денни сам не ожидал подобной реакции, но пальцы разжимать не спешил, только легонько толкнул гавайца в сторону от многолюдного прохода между лавками. Им нужно было поговорить в спокойной обстановке и с как можно меньшим количеством любопытных глаз вокруг. - Детектив Уильямс, слышал о вашем повышении. Поздравляю, - просипел Пине, немного приходя в себя, и тут же стал нервно оглядываться по сторонам. - Не думал, что вам еще может понадобиться такая мелкая сошка как я. Его перевод вот уже больше двух недель был горячей сплетней во всем Департаменте, и он все ждал, когда же ажиотаж вокруг его имени, наконец, стихнет, и местные прекратят перемывать ему кости во всех подробностях. Ему одного громкого дела с семнадцатью трупами и одним спасенным было более чем достаточно, его даже пару раз показали по телевизору, что привело Грейс в полнейший восторг. Кажется, она до сих пор хвасталась об этом в школе, что с одной стороны ему, как любящему отцу, льстило, а с другой стороны – он бы предпочел, чтобы об этом деле поскорее забыли. И вот оказывалось, что об изменениях в его карьере уже были в курсе даже карманники на улицах Оаху. После всего случившегося его перевод в 5-0, одобренный самой губернатором, был не только ожидаемым и закономерным, но и довольно быстрым. Денни даже не удивился, что МакГарретт не стал терять времени, воспользовавшись и особым положением своего отряда, и личным расположением к себе чиновницы, в свое время работавшей еще с его отцом. - Не стоит себя недооценивать, - оскалился Денни. Ему неожиданно понравился чужой испуг, тот приятной сладостью оседал на языке, наконец, перебивая неприятный привкус кофе. Он толкнул гавайца к стене в полутемном закутке, который так удачно попался им на пути. И пока тот испуганно вертел головой, отвлекая своим мельтешением, Денни достал из кармана сложенную в несколько раз бумагу, развернул и сунул тому под нос составленный лично им фоторобот. - Узнаешь его? Карие глазки на полном лице говорящее забегали, тут даже детективом не нужно было быть, чтобы понять, что Пине узнал набросок человека и теперь лихорадочно прикидывал в голове, как бы ему выкрутиться. И если судить о том, как эти самые глазки жадно заблестели, еще и прикидывал, что ему можно было с этого получить. - Выкладывай все, что знаешь, - Денни помахал фотороботом перед чужим лицом, убрал тот обратно в карман и достал пару десяток. Не густо, конечно, но и больше тратить на этого проходимца Денни не собирался. Он напустил на себя грозный, недовольный вид для пущего эффекта, невольно скопировав МакГарретта. Все же без Меки работалось в разы тяжелее – теперь ему самому приходилось постоянно общаться с местными, которые по-прежнему и не думали идти на контакт, тут для него с переходом в 5-0 ровным счетом ничего не изменилось, кажется, даже хуже стало. Потому что будь его воля, он никого из троицы, с которой ему теперь приходилось работать, до общения ни со свидетелями, ни с подозреваемые, ни с тем более с информаторами и близко бы не подпустил. Даже Чин Хо. До его, Денни, появления те явно справлялись только благодаря особому положению. Других объяснений грубым нарушениями процедур, правил и законов у него попросту не было. По ногам неожиданно повеяло прохладой, и он даже не сразу понял, почему ему стало так комфортно стоять в сомнительной тени, что отбрасывали стены в узком проулке, образованном кучно прижавшимися друг к другу невысокими домами. Потянуло благовониями и легким душком тухлятины, на что он неосознанно нахмурился и стал жадно вдыхать смутно знакомое смешение запахов. - Откликается на Бинги, работает на Лысого Лукаса. В основном на подхвате, - затараторил его неудачливый информатор; крупные капли пота покрыли высокий лоб и собрались над верхней губой. Денни с брезгливостью наблюдал, как тот то и дело вытирал потеющие ладони о шорты и даже не пытался скрыть, что он, детектив Денни Уилльямс, вселяет в него ужас. – Занимается всем понемногу. Толкает по мелочи наркоту, за девочками следит, когда попросят. Иногда приводит новеньких. Но ничего серьезного ему не доверяют. Хотя подобная реакция Денни немного насмешила, но больше озадачила. Когда он сегодня смотрелся в зеркало, то не заметил у себя ни рогов, ни хвоста. Легкую щетину и синяки под глазами – да, но больше никаких пугающих атрибутов. Без возможности нормально выспаться, не мучаясь кошмарами, в его, мягко говоря, далеком от цветущего виде не было ничего удивительного. Но вряд ли именно это могло настолько напугать его собеседника, Денни даже специально пригладил волосы, проверяя - рогов точно все еще не было. – Это все что я знаю! Клянусь! Могу я идти? – съежившись и пытаясь сделаться меньше, жалобно спросил «Пупс» Пине. К деньгам он притрагиваться не стал, и кажется, мечтал только об одном – оказаться как можно дальше и от Денни, и от этого места. - Иди, и не попадайся мне в ближайшее время на глаза, - шикнул на него Денни и махнул рукой, давая знак проваливать. Пине оказался хоть как-то полезен, поэтому он благосклонно решил его отпустить на все четыре стороны. Мелкая шестерка Бинги, который случайно привлек его внимание к себе на улице пару дней назад странными татуировками и украшением, которое никак точно не могло ему принадлежать, волновал его куда меньше, чем то, что так настойчиво сейчас манило его к себе. Денни замер и прислушался, вглядываясь перед собой в размытый полумрак. За спиной осталась ярко освещенная улица, наполненная красками и жизнью, когда как впереди клубился едва заметный в ярком солнечном свете сизый туман, медленно наползая, как волны на берег. Ему не было страшно. Может быть, совсем немного, но сейчас все еще было раннее утро, и теоретически ему ничто не должно было угрожать. Тем более он был на нейтральной территории. Внутри под сердцем множилось предвкушение, настойчиво толкая прямо в светлеющий провал между домами, и он не стал сдерживаться. 1 для тех, кто мог подзабыть – Мир Духов и Мир Людей соответственно.