Дистанция к счастью

      Весна окончательно заявила о своих правах на землях Ривердэйла, поэтому все вокруг буквально дышало пьянящим ароматом цветов и приятной свежести. На самом деле, так удивительно, насколько резко что-то наше внутреннее вздымается вверх с приходом тепла и яркого солнца. У многих будто правда вновь вырастают крылья за спиной, подбородок поднимается выше, крепчает дух.       Апрель подходил к концу, а значит, совсем скоро школьная романтика окончит свой последний день. А предстоящие каникулы будут самыми желанными и жадными, ведь дальше каждое новое лето будет лишь очередным сезоном взрослой жизни.       Но переживания Тони были заняты лишь одним волнительным эпизодом этой весны. Как велено календарем, за апрелем обязательно наступит май - месяц, в одном из дней которого произойдет то, что буквально решит будущее девушки.       Именно в последний месяц весны в Нью-Йорке проходят масштабные соревнования атлетов в одиночном забеге. Для многих подростков-спортсменов это важное и большое событие, а для некоторых единственный шанс заявить о себе. Поскольку сюда приезжает множество представителей университетов со спортивными программами.       Именно поэтому Топаз так желала попасть на эти соревнования. Только так она смогла бы обеспечить себе возможность обучения, ведь достаточными финансами для оплаты хотя бы одного года обучения она не располагала, да что там, девушка вообще не располагала никакими финансами.       Чтобы достичь определенных вершин и успехов, нужно упорно трудиться и готовится к покорению этих самых вершин. Именно этим и занималась брюнетка практически весь апрель. Девушка каждый день пропадала на стадионе, благо погода позволяла, и неустанно наматывала круги на дорожках. Иногда ее можно было заметить и в тренажерном зале таскающей гантели и веса. Топаз очень сильно старалась как можно сильнее укрепить свою выносливость и подкачать физическую силу.       Шерил была поражена таким упорством и силой воли. Девушку удивляло, что брюнетку совсем не одолевает лень, напротив, с каждым днем ее уверенность будто становилась только крепче. Топаз и сама ощущала это. Но всегда задавалась вопросом, откуда рождаются в ней такие большие чувства. И замечая появившуюся на трибуне болельщиков рыжеволосую макушку, все сразу становилось на свои места.       У Тони, как и у многих, с приходом весны будто тоже появились крылья, вот только ее отличало то, что изо дня в день эти крылья поддерживала Блоссом. Девушка не упускала возможности заглянуть на стадион, чтобы понаблюдать за тренировками и поддержать свою возлюбленную, иногда даже приносила что-нибудь перекусить. Нередко Шерил, оказавшись под большим восхищением от наблюдаемого, доставала свой альбом для скетчей и принималась за творчество.       Но всем, кто жаждет своей победы, не стоит забывать, что у этого есть цена. Все наши попытки догнать, схватить, поймать нашу заветную мечту обязательно обернуться проблемами - расплатой за результат. Кто-то отделается легко, а кто-то, обернувшись в один миг, понимает, что растерял все вокруг: родных, друзей, нередко даже самого себя.       Но чаще всего нас настигает все же что-то более приземленное. Именно поэтому последние пару дней Тони приходилось выполнять свою часть сделки и расплачиваться за желаемую цель. Девушка лежала в кровати, лишь изредка находя в себе силы, чтобы повернуться с боку на бок. И она была готова поклясться, что сделала бы все, лишь бы вновь вернуться к тренировкам, ведь соревнования уже совсем скоро, и терять драгоценные для подготовки дни было ужасной идеей.       Блоссом же считала совсем иначе и буквально отчитала Тони за такое наплевательское отношение к своему здоровью. Рыжеволосая запретила Топаз двигаться и даже думать о каких-либо тренировках. Спустя двадцать минут уговоров и споров Шерил удалось убедить девушку остаться сегодня дома, пообещав, что она обязательно заглянет к ней после школы.       - Алло, - еле слышно прохрепела брюнетка.       - Милая, ты как? Как самочувствие?       - Шер...       - Что? Что такое? - взволновано протараторила девушка, не услышав продолжения фразы.       - Нет-нет, все в порядке. Я просто очень рада услышать твой голос.       - А я рада услышать твой. Так как твое самочувствие?       - Все чудесно. Лежу и нагло трачу время.       - Тони, перестань, мы ведь это уже обсудили, - слегка раздраженно протянула Шерил. - Я уже иду на парковку, заеду в Попс, чего бы тебе хотелось?       - Если честно, Шер... Я не совсем хочу есть. Только думаю о еде, меня сразу тошнит, - в трубке послышался тяжелый вздох.       - Хорошо. А какие препараты ты принимаешь? Тебе хотя бы стало легче?       - Милая, я же говорю, все в порядке.       - Да? По твоему голосу мне кажется иначе. Так что, отвечай на вопросы. Ты ведь знаешь, я не отстану, - еще больше раздражалась Шерил.       - Я выпила анальгетик с утра, потому что терпеть головную боль уже не было сил.       Топаз совсем не могла понять, что с ней происходит. Она никогда не болела так сильно. Ее мучали практически постоянные головные боли и тошнота, все тело одолевала ломота, а уж насколько ей было холодно, не пожелаешь никому.       - Так? И что еще?..       - Все. Это все.       - Скажи, что ты шутишь, - Шерил остановилась и закинула голову вверх. - Тони, я даже не знаю, что сказать! - девушка добавила строгости в голосе.       - Шерил...       - Нет, не хочу ничего слышать. Я буду через тридцать минут и заставлю тебя съесть и бургер из Попса, и все таблетки, которые будет нужно.       Важно объяснить, что рыжеволосая злилась совсем не на Топаз, а на то, что ей приходится нагружать себя настолько, что организм просто отказывается с этим справляться. Ее злила несправедливость этого мира. И раз уж девушка оказалась в такой ситуации, то Блоссом желала сделать все, чтобы помочь поскорее разобраться с этой, откровенно говоря, напастью. Пусть даже ей и приходится быть слегка настойчивой и грубой по отношению к брюнетке.       Ведь девушка будто даже больше самой Топаз хотела, чтобы ее возлюбленная добилась желаемой цели. Еще больше Шерил хотела увидеть это своими глазами. И поэтому отступать она уж точно не собиралась. Ей не хотелось, чтобы все старания брюнетки и примирение Шерил с тем фактом, что практически все последние свидания были на стадионе, оказались напрасными. Так что, взяв любимые бургеры в Попсе и не любимые лекарства в аптеке, рыжеволосая уже стремительно направлялась по нужному адресу - к дому семьи Топаз.       Девушка уверенно толкнула дверь, потому что со слов Тони знала, что мистер Топаз пропадала где-то второй день, очевидно, снова подавшись в запой.       - Тони, милая, я приехала, - произнесла она с порога.       Снаружи дом, на самом деле, был не таким уж неопрятным, потому что весь ужас скрывался внутри. И это ожидаемо, ведь отцу брюнетки было абсолютно все равно на то, в каких условиях живет он, а главное - его дочь. Эти заботы совершенно проигрывали на фоне алкоголя. Поэтому в гостинной и на кухне царил хаос из оставленных пустых бутылок и упаковок от разогретой еды. Тони, конечно, пыталась поддерживать хотя бы какой-нибудь порядок, но последние несколько недель это был единственный вопрос, который ее не волновал.       Единственное, что она неизменно и с трепетом содержала в порядке, это ее комната, которая, кстати, уже который год была оснащена отдельным и надежным замком. Поскольку в одном из ящиков письменного стола хранились деньги, которые она с трудом зарабатывала и откладывала для поездки в Нью-Йорк.       Комната брюнетки была не такой роскошной и устроенной, но Шерил все равно находила ее уютной и по-своему романтичной. Девушки всего несколько раз проводили здесь время вдвоем. В основном это были дни, когда Свит Пи любезно передавал Тони вести о том, что ее отец который вечер засиживается в баре и совсем не намерен покидать его, а значит, и на пороге дома он точно не появится.       - Милая, ты здесь? - чуть тише произнесла рыжеволосая, подойдя к двери, ведущей в нужную комнату.       В следующую секунду все внутри нее ужаснулось и сжалось до неимоверной силы. Казалось, что на горле затянули узел так сильно, что невозможно было выхватить даже самый маленький глоток воздуха.       - Говори где! Я знаю, что они есть. Я знаю, ты их прячешь.       Нависший над кроватью мужчина громко кричал, с каждым словом все больше срываясь на животный рык. Это был отец брюнетки. Его противные, грязные от работы руки, нещадно трепали плечи брюнетки.       - Что вы делаете! Как вы можете!       Шерил отважно подалась вперед, позволяя смешаться внутри нее буре страха и злости. Она предполагала, что однажды ей придется вступиться за Тони. Но все же очень хотела, чтобы мистер Топаз в принципе не делала столь гадких и низких вещей.       - Ты еще кто? - мужчина обернулся.       В его лице не читалось ничего кроме слепой злости и безрассудства. Кожа пылала красным, видневшиеся сквозь губы стиснутые зубы накрыла пелена из слюнной пены. Топаз дышал тяжело и часто. Его глаза метались по бледному лицу.       - Проваливай!.. Ты глупая? Я сказал выметайся отсюда! - он с грохотом толкнул ее в плечи. - Вали! - сквозь зубы рыкнул мужчина, еще сильнее вжимая в стену тело рыжеволосой.       Блоссом не осталось ничего как буквально вылететь за порог дома. Старший Топаз, очевидно, словил белую горячку. А в таком состоянии он мог сделать все что угодно.       - Пап? Алло, пап? - тараторила девушка, держась за голову. - Мне нужна твоя помощь. Это очень срочно. Тони...       - Что? Милая, что случилось? Я не понимаю.       - Я приехала навестить Тони, а здесь ее отец... Он сошел с ума, я не смогла ничего сделать. Нам нужно увезти Тони. Пап, просто приезжай. Прошу...       - Шерил, я уже еду. Жди меня и не лезь на рожон.       Ждать. Чего ждать? За этой дверью ее любимый и абсолютно беспомощный человек, которого буквально могут убить. Убить ни за что. Убить просто потому что у кого-то поехала крыша.       Поразительно, на что мы способны в моменты отчаянной злости. Когда на кону благополучие, здоровье, жизнь близких нам людей, наружу является тот самый супергерой, сидящий внутри каждого из нас. Именно поэтому сейчас Шерил уверенно и стремительно приближалась к комнате брюнетки, а опомнилась лишь в миг, когда ее руки занесли к потолку деревянный брус, который она вырвала из лестничных перилл.       И в следующую секунду грузлое тело рухнуло на пол.       - Тони! Милая, ты слышишь? - Блоссом упала на колени перед кроватью .       - Шерил?       - Папа. Папа, я здесь.       - Шерил, что... Что здесь случилось?       - Я не могла ждать, понимаешь, - девушка подняла взгляд на отца. - Ее нужно срочно отвезти в больницу.       - Конечно-конечно. Давай, - мужчина обхватил руками тело брюнетки, - я отнесу ее в машину.       К счастью или к сожалению, но отец девушки отчасти был в курсе ситуации в семье Топаз. Шерил пришлось открыть ему некоторую правду. Случилось это после неудачного диалога между мистером Блоссом и Тони. Мужчина, увидев ужасающие ссадины на руке девушки, лишь поинтересовался откуда они и нужна ли ей помощь. Но та отреагировала в своем стиле - кинув в ответ что-то язвительное и поспешила удалиться как можно подальше от учителя. Тогда Клиффорду пришлось зайти с другой стороны и обратиться к дочери.       - Куда вы тащите мою дочь? - донесся хриплый голос из-за спины.       - Вашу дочь, - разъяренно крикнула рыжеволосая, сделав шаги в сторону дома.       - Шерил. Садись в машину, - строго сказал отец. - Ты слышала меня, - еще более убедительно произнес он.       Блоссом оставалось лишь гадать, о чем именно говорили мужчины, стоя на крыльце. Но, судя по злости на лице старшего Топаз и активной жестикуляции ее отца, применяемые речевые обороты были явно очень жесткими. Настолько, что безрассудное лицо, еще недавно одолеваемое яростью, сменило эмоцию на отчаяние и будто даже сожаление.       Автомобиль Блоссом стремительно несся по улицам города, Клиффорд старался не тратить ни одной драгоценной секунды. Брюнетка за все время так и не пришла в сознание, что могло говорить только о том, что ее состояние приближалось к критическому. Мужчина не побоялся даже пропустить несколько светофоров и вклиниться между полос, чтобы обогнать автомобили в опасном маневре.       Рыжеволосая, сидев на переднем сидении, не могла угомонить бурю эмоций внутри, сочетавшую в себе неугасающую злость и нарастающее волнение. После буря превратилась в смерч, когда все, что осталось Блоссом и ее отцу, это сидеть в коридоре и ждать. Ждать, когда из-за двери появится доктор. Рыжеволосая закинула голову, прислонив затылок к стене. Она и не заметила, как по ее щекам начали стекать слезы, перемешиваясь с тушью. Теперь нутро бурлило горячим страхом. Казалось, что время остановилось.       - Вот, держи.       Открыв глаза, Шерил увидела отца, протянувшего ей стакан воды. Клиффорд даже и не думал уезжать. Может быть, для кого-то это покажется странным, но сегодня он понял, что в его жизни стало на одного человека больше, которому нужна забота и защита.       - Что ты сказал мистеру Топаз? - хриплым голосом произнесла девушка, когда отец присел с ней рядом.       - Полного цитирования я тебе не предоставлю, поскольку твоим юным ушал еще рано о таком слышать. Но, - он взял дочь за руку, - я ясно дал ему понять, что он не мужчина и ничтожный человек. Другие так не поступают со своими детьми. Так вообще ни с кем не поступают. И уверил его, что в следующий раз я лично сначала врежу ему, а потом усажу в полицейский патруль.       - Па-а-ап, - слегка улыбнувшись, выдохнула Шерил.       - Я в полне серьезен. И хочу, чтобы ты запомнила, что всегда можешь положиться на меня. И ты самый первый в мире человек, в защиту которого я буду бить кому-то в лицо.       - Пап, наверное, стоило сказать это намного раньше. Но... Но все не было подходящей возможности. Вообщем, Тони и я...       - Если ты о том, что на самом деле между вами, то хочу сказать, что тайные любовники из вас так себе. Я уже давно все понял.       - Тайный любовники. Что? Фу. Ты откуда это взял, - поежилась Шерил. - Стой. А откуда ты знаешь и как давно, и почему мне ничего не сказал.       - Да, какая разница, милая. А не сказал, потому что о таких вещах ты должна сама захотеть рассказать.       - Это вы привезли Антуанетт Топаз?       - Да, - рыжеволосая поднялась, потирая ладонями бедра. - Что с ней? Как она?       - Вы молодцы. Быстро среагировали и вовремя ее доставили. Сейчас ее здоровью ничего не угрожает. Мы дали ей антибиотики и успокоительные, чтобы она могла тщательно отдохнуть и не чувствовать симптомов.       - А что конкретно с ней? - поинтересовался Клиффорд.       - На фоне активных тренировок и больших физических нагрузок организм начал давать сбой. И раз уж мисс Топаз, смею предположить, проигнорировала первичные симптомы, болезнь начала прогрессировать. По сути, это обычное вирусное заболевание, но в запущенной форме. Но самый большой урон организму принес случай последних часов. Ввиду насильственного удушья началось кислородное голодание, а мозг, который был лишен достаточного количества глюкозы, получаемого из питания, в попытках защитить самого себя, погрузил организм в бессознательное состояние, чтобы все возможные и необходимые вещества перенять на себя. Если очень кратко и, возможно, грубо, второй инцидент с перекрытием доступа кислорода, мог сильно травмировать мозг и привести к лишению некоторых областей чувств.       - Боже, - Блоссом рухнула на сидение, зарываясь в волосах бледными пальцами.       - Но, как я уже сказал, сейчас ее жизни ничего не угрожает. Понадобиться лишь только время на полное восстановление.       - Я могу к ней зайти?       - Конечно, но вы ведь понимаете, что сейчас она спит? И продлиться это может достаточно долго.       - Да, я... Я понимаю просто хочу посидеть с ней немного.       - Что ж, не могу вам отказать.       - Спасибо.       - Мне нужно зайти с тобой? - отец взглянул на Шерил, поглаживая ее по спине.       - Нет, все в порядке. Я думаю, я справлюсь.       - Тогда я буду ждать тебя дома. И еще пригоню твою машину, вот возьми пока деньги на такси.       - Пап, подожди. Я... Я хотела сказать спасибо, что ты помог мне. Что ты помог Тони. И был рядом, - девушка нежно обняла отца.       - Милая, я всегда рядом, помни об этом.       Блоссом немного постояла, провожая взглядом уходящего Клиффорда. Возможно, это было оправданием, почему она все еще не вошла в палату. Наверное, ее пугало то, что она может там увидеть. Точнее, какой она увидит Тони.       Шагнув за порог, Шерил впервые осознала, насколько ей не хочется быть правой в своих предположениях. На больничной койке лежала совершенно беззащитная девушка. Ее хрупкая, искалеченная и внутри, и снаружи, милая Тони.       Блоссом осторожно поставила стул рядом с кроватью. Присев, она начала медленно осматривать умиротворённое смуглое лицо напротив. На секунду ее сердце дрогнуло от мысли, насколько перед ней красивая, чудесная, сильная и, на самом деле, добрая девушка. Рыжеволосая нежно обвила ладонями холодную руку Тони и поднесла ее к губам.       - Милая моя. Мне очень жаль, - Блоссом выдохнула, задержав взгляд на смуглой шее. - Черт, так больше не может продолжаться.