Знакомство с соседями

      Через пару дней в квартире семьи Бен раздался телефонный звонок.       — Да, Енджи? — улыбнулась в трубку Чеен.       — Слушай, Чеен, у меня просьба, — голос женщины очень дрожал. — Я позавчера уехала в командировку, а Чанель там один остался. Не проведаете его? Он почему-то не берет трубку. Я беспокоюсь.       — Да, конечно, — понимающе закивала Чеен, — сейчас Бэкки отправлю. Чанель, наверное, просто играет в игрушки на компьютере и не слышит телефон, — попыталась она успокоить соседку.       — Вот спасибо, — по голосу стало слышно, что Енджи улыбнулась. — Я твоя должница.       — Да прям, не придумывай. Соседи ведь. В следующий раз вы за Бэком присмотрите, — ответила Чеен. — Может, ему приготовить там что-нибудь?       — Это как захотите. Готовит он, да, не очень, но зато частенько заказывает пиццу и суши.       — И потом будет с желудком маяться, — фыркнула Чеен. — Ладно, не беспокойся, последим мы за твоим Чанни. Всё будет хорошо. Работай спокойно.       — Спасибо, дорогая, — Енджи улыбнулась. — Привезу вам кое-что отсюда.       — Да не придумывай, я же всё понимаю, — попрощавшись, Чеен положила трубку и заглянула в комнату к сыну. — Бэкки, не сходишь до Чанеля? У него мама уехала, волнуется, всё ли хорошо.       Бэкхен, в это время смотревший фильм, как-то напряженно сглотнул. Ведь всю последнюю неделю ему только и снился тот, кого сейчас нужно было проведать. И ладно бы сны были нормальные, так ведь нет — неприличного содержания.       — Да он гуляет, наверное, — попытался отказаться Бэк.       — Ну гуляет, вернешься, и вечером сходим вместе. Бэкки, два шага: туда, обратно.       — Ладно, — омега с обреченным вздохом выключил фильм и поднялся с кровати.       — И да, спроси, не хочет ли он кушать. Пусть приходит на ужин к нам, а то Енджи говорит, что он только пиццами питается.       Бэкхен глубоко вздохнул. Вот и началось.       — Хорошо.       У квартиры Паков омега оказался за считанные секунды, но вот после звонка в дверь колени почему-то едва не подкосились.       Чанель не брал трубку, потому что был занят. Точнее, были заняты руки. А еще точнее — одна. Преимущественно правая. Как только за мамой закрылась дверь, альфа отпустил себя: ходил по квартире в трусах, готовый передернуть в любой точке дома. И все это — с мыслями о Бэкхене: ведь тот был так близко. И одновременно так далеко.       Сейчас Пак занимался тем же, чем и в первую встречу с омегой — ласкал себя под порнушку. И приём гостей в его планы совсем не входил. Наспех напялив джинсы, Чанель пошёл открывать. И точно наорал бы на пришедшего, если бы им не оказался Бэк.       — Привет, — альфа расплылся в довольной улыбке.       — Прив... — Бэк слегка смутился, увидев Чанеля без футболки. — Привет, ты в порядке? — выдавил он из себя, начиная непроизвольно скользить взглядом по телу альфы. Но в районе ширинки взгляд зацепился. За очень заметный бугорок.       — А то ж, — Чанель впустил омегу в квартиру. — А что?       Но Бэкхен замялся на пороге.       — Мама твоя звонила, просила узнать, как ты тут, — он всё ещё сомневался, стоит ли заходить. — Может, нужно ужин приготовить? Или можешь у нас поужинать, — омега даже не знал, что из этих двух вариантов хуже для его нервной системы.       — Да ладно, — Чанель настойчиво завёл омегу в квартиру. — Я тут пасту сварганил. Попробуешь?       И Бэкхен ощутил себя жертвой, которую насильно затащили в логово хищника.       — Да я покушал недавно... — попытался отказаться он.       — Тогда чай попьём. Со сладостями. Идёт?       — Ну... ладно, — омега решил, что совсем уж отказывать, наверное, не стоит. Чаем хотя бы не отравишься.       Чанель прошёл на кухню и поставил чайник. Похоже, добыча сама шла в его руки.       — Чем... занимаешься? — спросил Бэк, пытаясь разбавить повисшую тишину.       — Да так, по мелочи, — загадочно улыбнулся альфа, выставляя чашки. — А ты?       — Фильм смотрел, — ответил Бэкхен, садясь на стул.       — Какой?       — Старый, — отмахнулся омега. — Ты такие не смотришь.       — Смотря какие. Я вот Бэтмена старого очень люблю. И всякие черно-белые фильмы.       — Но не про любовь? — тут же попытался возразить Бэкхен.       — «В джазе только девушки», насколько я помню, про любовь, — усмехнулся Пак.       «Чего уж говорить о порнухе».       Омега заметно удивился.       — Я именно его и смотрел сейчас. Ты что, следишь за моим ноутбуком? – попытался пошутить он.       — У меня с тобой ментальная связь, — с улыбкой кивнул альфа.       — Ты даже знаешь такие слова? — хихикнул Бэк. И тут же понял, как это прозвучало. — Ой! В смысле, я не имел в виду ничего такого, — тут же испуганно замахал он руками.       Чанель лишь с улыбкой поставил перед омегой вазочку с зефиром.       — Возьмёшь? Попьем в комнате. И посмотрим что-нибудь старое.       — Да, конечно! Я отнесу, — Бэкхен подскочил со стула и, схватив вазочку, поспешил ретироваться, улетая в спальню альфы.       Тот лишь с улыбкой проводил взглядом своего гостя, прежде чем пойти следом с чашками в руках. Само очарование, а не омега.       — Открывай ноут и включай, что хочешь. Я сейчас, — поставив чашки, Чанель снова вышел из комнаты.       Но лучше бы Бэкхену было не открывать ноутбук. Потому что он ощутил дежавю, когда увидел на экране возобновившееся видео. Очередной фильм для взрослых. Кто бы сомневался. Но что-то в нем было не так... Не жестко, без криков (а, ну да, наушники)... Это была какая-то старая эротика: красивая, нежная, с мягким светом и... Бэк невольно засмотрелся на ласки, снова ощутив, как потянуло низ живота. А альфа, вышедший чисто для приличия, осторожно выглянул из-за дверного косяка. Его нежный и невинный гость даже не испугался и не навернул ноутбук… Неужели смотрел подобное?       — Ты уже выбрал? — удивлённо спросил он, входя в комнату.       Омега резко подпрыгнул, словно напуганный кот.       — Я... Оно... Само воспроизвелось, — начал оправдываться Бэкхен, глядя то на альфу, то на экран, и густо краснея.       Чанель сел на кровать рядом с Беном.       — Хочешь посмотреть?       Бэк замотал головой и опустил взгляд, чувствуя, как сердце едва ли не выпрыгивает от близости альфы. А вот Чанель глубоко вздохнул.       — Неужели у тебя никогда не было альфы? И ты не думал о том же, но с вами в главных ролях?       — Не было, — еле слышно ответил Бен, мотнув головой.       — Но рано или поздно это будет. И ты окажешься на месте этого омеги.       Бэкхен покраснел еще сильнее и непроизвольно свел колени, потому что от одной лишь мысли о том, что он может оказаться на месте девушки на видео, белье почему-то намокло, и он глубоко и часто задышал.       И альфа это почувствовал.       — Видишь, ты возбужден. Я тоже. Но это ничего не значит! – поспешил уточнить он. — Приставать я не буду, не волнуйся. Я просто хочу сказать, что это нормально. И не постыдно.       Бэкхен стыдливо поднял глаза на Пака.       — Я не воз... — слово встало поперек горла, и омега понял, что не может его сказать. — Не это...       — Не что? — переспросил Чанель. А потом тихо добавил: — Не возражаешь?       От низкого вкрадчивого голоса по рукам Бэка пробежали мурашки.       — Против чего? — спросил он, не совсем понимая сейчас, о чем говорит альфа.       — Ну, видимо, против того, чтобы я пристал, — усмехнулся Пак.       — Нет! — Бэкхен распахнул глаза. — В смысле, да! Или... — как правильно-то? Сознание будто запуталось вокруг языка, и он уже сам не понимал, глядя Чанелю в глаза, на какой вопрос отвечает. Потому что был словно под гипнозом.       Как и сам альфа — под взглядом невинных глаз. Его гость словно просил чего-то на уровне подсознания. И Пак чувствовал это. И поддавался. Потому что руки сами собой потянулись к лицу напротив, нежно касаясь щеки Бена грубоватыми пальцами.       — Бэкки, ты просто произведение искусства, — выдохнул Чанель в губы омеги.       Тот вспыхнул, но почему-то не отстранился. Он прерывисто и часто дышал, чуть приоткрыв губы, а его ресницы дрожали. Внутри творилось что-то невообразимое, но уходить он не хотел. А Чанель, не ощутив сопротивления, принял это за зелёный свет — обняв лицо Бэка ладонями, он осторожным поцелуем коснулся тонких и нежных губ.       Бэкхен выдохнул и замер. От прикосновений пальцев и губ внутри всё задрожало, и он стиснул пальцами покрывало кровати. Но продолжал сидеть, не шевелясь.       — Закрой глаза, — чуть отстранившись, Пак провел большим пальцем по губам омеги.       И вместо того, чтобы задать вполне логичный вопрос «зачем?», Бэк просто повиновался, сходя с ума от неизвестности.       Чанель осторожно снял его очки и снова поцеловал. Кончик языка прошёлся по губам омеги, словно прося приоткрыть их. И с тихим судорожным вздохом Бэк снова повиновался, приоткрывая губы и ощущая, как сердце уходит на запредельные скорости. Особенно, когда Пак углубил поцелуй, опуская ладони на талию омеги и целуя с таким упоением, словно губы Бена были самой вкусной сладостью на свете. Бэкхен пытался отвечать, но не знал, как. Не умел. Но зато впервые ощущал то, как сильно и приятно сводит низ живота от близости ладони Чанеля к его пояснице. Пак посасывал и кусал алые губы, играя своим языком с языком омеги, и словно показывая ему, как надо. Бэк пытался повторять, и постепенно его ладони легли на плечи альфы, словно с легким отчаянием сжимая крепкие обнаженные мышцы. Чанель улыбнулся в поцелуй, а отхлынувшее до этого возбуждение вдруг накрыло новой волной.       Бэкхен уже тяжело дышал, чувствуя, как сильно намокло белье. Это то самое возбуждение? Которое чувствуют пары в фильмах для взрослых? Он начал медленно, сам не зная, зачем и отчего, скользить пальцами вниз по сильным рукам Чанеля. И с каждой секундой ему всё больше хотелось, чтобы эти руки опустились, например, чуть ниже по пояснице.       Но Пак вдруг разорвал ласку и мягко толкнул омегу на постель.       — Не бойся, малыш. Я не причиню тебе боли, — он задрал футболку Бэка до груди и обвел языком его возбуждённый сосок. — Бэкки такой красивый... — мурлыкнул Чанель, накрыв ладонью напряжённый пах омеги.       Тот поджал пальчики на руках и ногах, не сдержав на губах тихого стона. Но тут же, словно испугавшись этого, зажал себе рот обеими руками, на что Пак лишь лукаво улыбнулся.       — Малыш, не сдерживай себя, — зацеловывая живот Бэка, он стянул с него штаны и белье, обнажая багровый от возбуждения член и сочащуюся смазкой дырочку. — Боже...       — Чанель... — пробормотал омега, с легким испугом глядя вниз на Чанеля. — У меня же... не было... никогда... — Бэку казалось, что он вот-вот упадет в обморок: короткие частые вздохи, сердцебиение, как у загнанной жертвы, и страх перед тем, что будет сейчас делать альфа.       — Я не буду проникать, — тут же успокоил омегу Пак, проводя языком по его члену. — Только сделаю тебе приятное.       И Бэкхен не выдержал — всхлипнув, он закатил глаза и крепко сжал в пальцах покрывало. Тело задрожало от смеси страха, непонимания и новых ощущений. Которые словно пускали по телу сладкие приятные импульсы. И от которых смазки почему-то становилось еще больше.       И Чанель видел это. А потому, как завороженный, провел языком по влажной от смазки дырочке. На вкус Бэк был сладким и терпким, как дорогое вино. А аромат кружил голову похлеще этого самого вина.       Ощутив прикосновения языка, омега тихонько застонал, ворочаясь на подушке. Ощущения были новыми и странными: от них хотелось сбежать и одновременно быть ближе.       Пак, тем временем, добавил к языку пальцы. Лёгкое нажатие на головку, движения ладонью на члене — с альфой редко такое было, но он совершенно забыл о собственном удовольствии.       — Чанель... — прошептал Бэк, поймав Пака за запястье. Омега посмотрел на него из-под полуприкрытых ресниц всё ещё c легким испугом. — Это... так можно?       — Тебе больно? — обеспокоенно спросил Чанель.       Бэкхен мотнул головой.       — Тогда наслаждайся, — Пак с улыбкой продолжил ласки.       Омега снова тихонько застонал. Ему было очень хорошо и приятно. Он еще никогда в жизни не ощущал такого. И вместе со стонами наслаждения с губ тихим шепотом слетало имя альфы.       Чанель ласкал так, как никого до этого. И чувствовал себя странно. Этого омегу хотелось учить. И опекать.       — Чанель... — прошептал Бэкхен, начиная подрагивать. — Что это?... — ощущения стали странными: все мысли из головы словно испарились, а мышцы с каждой секундой напрягались всё сильнее. Ласки сводили с ума, срывая дыхание и заставляя метаться по постели.       Альфа вместо ответа усилил напор, приближая своего чудесного гостя к самому главному.       — Чан... — Бэк зажмурился и, задрожав, задушенно простонал, чувствуя, как капли спермы выплеснулись из него, даря расслабляющее блаженство.       Пак улыбнулся и, слизав все до последней капли, лег на бок рядом с омегой.       — Понравилось?       Бэкхен густо покраснел, понимая, что он лежит голый, и начал пытаться натянуть на себя покрывало.       — Что это было? — пробормотал он.       — Оргазм, — ответил Чанель, самостоятельно укрывая омегу. — После ласк.       Услышав то, что с ним произошло, Бен натянул покрывало повыше на лицо.       — Это плохо? — пробормотал он оттуда.       — Ради него люди и занимаются сексом, — Чанель погладил омегу по плечу. — Тебе не понравилось?       — Да, — снова пробормотал Бэк. — В смысле, нет. Точнее, — он окончательно смутился и накрылся покрывалом с головой, — понравилось.       Пак хрипло рассмеялся и прижал омегу к себе.       — Не надо смущаться. Это замечательно.       Бен притих в объятиях. Но лишь оттого, что в них почему-то было приятно, а на сердце от этого тепло.       — И что мне делать теперь? — тихо спросил он.       — Поцелуй Чанни, надень портки и давай пить чай, — улыбнулся альфа.       Бен медленно приоткрыл лицо и поднял глаза на Пака.       — Поцеловать, как ты меня?       — Целуй, как подсказывает сердце, — с легкой улыбкой ответил Чанель.       — Закрой глаза, — попросил Бэк после недолгой паузы.       Чанель повиновался, взяв омегу за руку, потому что ждал этой ласки с предвкушением. Но Бэкхен решился пока лишь на короткий поцелуй в щечку. Потому что и так был жутко смущен.       — Мне нужно одеться, — пробормотал он.       — Я не смотрю, — Пак закрыл глаза ладонями.       Бэк внимательно посмотрел на альфу и, отбросив край покрывала, быстренько натянул на себя белье и штаны.       — Всё, — он, как в первую встречу сел, на край кровати и сложил руки на коленях.       — Пьем чай? — альфа сел и погладил своего гостя по спине. — Кино я другое включу.       — Ты специально это оставил, да? — надул губы омега. Но было видно, что он в шутку.       — Нет! — возмутился Пак. — Я не ждал гостей. Вот и смотрел.       — Ты всегда смотришь эти фильмы? — хихикнул Бэкхен.       — Я большой альфа, — Чанель надулся, — у которого нет омеги. Что ещё я могу поделать?       — Но ты ведь красивый, — удивился Бен. И запоздало поняв, что сказал, снова покраснел. В который раз рядом с этим альфой.       — Ты тоже. А альфы у тебя нет, — Пак шутливо показал язык.       — Потому что никто не любит отличников, — ответил Бэкхен, надув губы. — А мама говорит, что я должен хорошо учиться, чтобы поступить в университет.       — Но мне ты очень понравился. И плевать, что отличник. Зато ты умеешь думать головой, а не тем местом, откуда дети берутся.       — Что? — Бэк вскинул взгляд на альфу. – Понравился?... Правда?       — Ну да, — улыбнулся Пак.       Бэкхен смущенно опустил голову и сжал край футболки тонкими пальцами.       — Ты говорил что-то про чай...       — Так садись за стол! — Чанель показал на ноутбук.       — В смысле? Опять смотреть?! — похлопал глазами Бен.       — Сказал же, что выключу! — завопил Пак.       Омега состроил виноватый взгляд и вдруг взял Чанеля за руку.       — Прости.       Альфа расплылся в улыбке и поцеловал тонкие изящные пальчики.       — Все хорошо, не волнуйся.       Бэкхен тоже улыбнулся.       — Тебе помочь?       — Просто сядь и пей чай.       Пак чмокнул омегу в щеку, и тот, смущенно улыбнувшись, взял зефир и отпил чай, который они принесли в комнату еще до того, как всё произошло. И именно поэтому Бэк следом чуть надул губы.       — Он остыл.       Чанель шутливо закатил глаза.       — Сиди, буба. Я принесу новый, — он взял чашки и вышел.       Бэкхен улыбнулся альфе вслед, правда, всё ещё приходя в себя и пытаясь понять, что же между ними произошло и как быть теперь.       В итоге посидели очень даже весело. Без порно — с чаем и старыми комедиями. Чанель иногда приобнимал омегу и гладил по волосам — от этого его запах неуловимо менялся. А ещё ему нравилось слушать, как Бэкхен смеётся.       — Ну... Мне пора, — омега стоял на пороге, тиская край футболки. — Если захочешь кушать или еще что-то, можешь заходить. Пока твоя мама в командировке.       — А в «что-то ещё» входит общение с тобой? — спросил альфа.       — Ну... Я не против, — Бэк осторожно улыбнулся. Неужели в его друзьях теперь будет не альфа-отличник?       Чанель обнял омегу за талию и притянул к себе.       — Тогда жди в гости, — он улыбнулся и коснулся поцелуем тонких губ.       Щеки Бэка вмиг вспыхнули румянцем, и он опустил глаза.       — Ладно... Пока?       — Пока, Бэкки, — альфа, довольный, как сытый кот, отпустил его и помахал рукой.       А Бэкхен побежал домой, не оборачиваясь, потому что всё, что произошло, очень и очень смущало. Интересно, как у них будет теперь с Чанелем?