Ступенчатый Лабиринт

      Когда мы подошли к преподавательскому столу, Макгонагалл вынесла табурет, на который положила старую и потертую шляпу. В зале было на удивление тихо, так что всё наше внимание привлекала эта шляпа. Неожиданно она зашевелилась и изогнулась, на ней появился рот, через который она начала петь. Я же в это время рассматривал преподавателей. Одних я знал в лицо, об имени и должности некоторых я просто догадывался, но было несколько преподавателей, которых я вообще не знал и даже не мог предположить, кто они и чем здесь занимаются.       Когда же шляпа успокоилась, Макгонагалл начала вызывать нас по одному на распределение. Шли мы вроде как в алфавитном порядке, но некоторые дети не вписывались в этот список и шли раньше или позже. Так, сначала из нашей компании пошел Рон и попал на Гриффиндор, потом Гермиона с тем же результатом, затем Невилл, который просидел на стуле минуты две, но всё равно попал на Гриффиндор. Неожиданностью для меня было то, что Гарри пошел раньше меня. Признаюсь, была такая мыслишка, дабы уйти к Барсукам и утянуть его с собой, подальше от неприятностей. Но, увы, его вызвали первым. И вот тогда-то Гарри показал, почему он был избранным, ибо сидел он на стуле минут пять. Но он тоже попал к Грифам. Дальше были Крэбб и Гойл, которые присоединились к Малфою на Слизерине. Я же был в тройке последних, но очередь дошла и до меня. — Эванс Марк, — проговорила Макгонагалл, на что я спокойно подошел к табурету и сел на него. Практически сразу мне на голову опустилась шляпа, закрывая обзор, так как она была слишком большой. — Хм, неплохо… Очень неплохо для ваших лет, молодой человек, — тихо проговорили мне в ухо. Видимо, именно так всё сохранялось в «секрете». — Не поделитесь секретом, как вам удалось так структурировать свой разум? — Он вам не понравится, — тихо проговорил я. — Что же, это прискорбно, — проговорила она с непонятной мне интонацией. — Так куда же мне вас отправить? Слизерин — нет. Не того вы склада ума, молодой человек. Пытливый ум? Может, Равенкло? Будет тяжело поначалу, но это откроет вам много перспектив. Пуффендуй — точно нет. Тогда… — Почему «точно» нет? — нахмурился я, так как именно на него я и рассчитывал. — Когда-то давно я уже отправила туда студента, по уму очень похожего на вас, молодой человек, — горько проговорила шляпа. — Это была моя самая большая ошибка с момента создания. Мне многое неизвестно, но тогда много людей умерло, так как ему несколько стран противостояло. А всё дело в его верных соратниках, с которыми он подружился на Пуффендуе. Ты на него очень похож, так что нет, на Пуффендуй ты не попадешь. — Значит, либо Равенкло, либо Гриффиндор? — спросил я, быстро переваривая рассказанное. О ком онa говорила? Володя был на Слизерине, а Гриндевальд вообще в Хоге не учился. Тогда о ком она? Нужно выяснить. — На самом деле ты и сам знаешь ответ на этот вопрос, — по-доброму проговорила шляпа, будто бабушка для любимого внука. — Гриффиндор слишком хаотичен и там ты учиться не сможешь. А такой потенциал не должен пропадать. — Нет, — шепотом проговорил я, ибо не хотел к Воронам. — РАВЕНКЛО! — громогласно проорала шляпа, после чего Макгонагалл сняла её с меня. Я встал и спокойно прошел к Воронам, после чего сел за их стол, с вежливой улыбкой выдерживая вежливые похлопывания по спине. Смотреть в сторону Гарри не хотелось, так что я выбрал сторону и сел спиной к нему.       Дальше начался пир. Я же вновь думал. Честно говоря, мне хотелось бы попасть на один факультет с Гарри. Всё же быть под покровительством чистокровного волшебника из древней семьи это хорошо, так как может уберечь от многих мелких проблем. Да и привык я к нему, чего уж там. На Равенкло же у меня совсем нет знакомых. Нет, понятно, что я уже знаю поименно всех первокурсников, но это другое. В общем, неприятно, но поделать я пока ничего не могу.       Вскоре распределение подошло к концу и слово взял Дамблдор.* — Теперь, когда все мы сыты, я хотел бы сказать еще несколько слов. Прежде чем начнется семестр, вы должны кое-что усвоить. Первокурсники должны запомнить, что всем ученикам запрещено заходить в лес, находящийся на территории школы. Некоторым старшекурсникам для их же блага тоже следует помнить об этом… — он выразительно посмотрел на стол Грифов. — По просьбе мистера Филча, нашего школьного смотрителя, напоминаю, что не следует творить чудеса на переменах. А теперь насчет тренировок по квиддичу — они начнутся через неделю. Все, кто хотел бы играть за сборные своих факультетов, должны обратиться к мадам Трюк. И наконец, я должен сообщить вам, что в этом учебном году правая часть коридора на третьем этаже закрыта для всех, кто не хочет умереть мучительной смертью, — на этот раз он обвел всех студентов взглядом. — А теперь, прежде чем пойти спать, давайте споем школьный гимн! — прокричал Дамблдор.       Ох, что сразу началось, стоило ему только произнести это предложение. Такой какофонии разрозненных, не синхронных и ужасных звуков я ещё никогда не слышал. Было такое впечатление, будто мои уши скручиваются в трубочку. Но я это выдержал. Может не с честью, но выдержал, а вскоре эта ужасная какофония успокоилась, хотя близнецы Уизли этому активно сопротивлялись, противно растягивая слова и не попадая в ноты. — О, музыка! — воскликнул он, вытирая глаза: похоже, Дамблдор прослезился от умиления. — Её волшебство затмевает то, чем мы занимаемся здесь. А теперь спать. Рысью — марш! Просить о подобном нас дважды не нужно. — Равенкло! — крикнули вместе два старшекурсника, парень и девушка. — За нами!       Они быстро построили всех, независимо от курса и мы спокойно пошли куда-то вглубь замка. Шли мы практически молча, так как говорили только несколько человек со старшего курса. Увы, но с Гарри мы не пересеклись, так что нужно будет завтра или же на днях с ним поговорить, дабы избежать недопонимания.       Дом воронов оказался аккурат под крышей замка. Практически на чердаке, хоть и ещё не он. Что интересно, на портрете была изображена достаточно красивая молодая девушка. Наш староста подошел к портрету и, взяв молоточек, что висел рядом, постучал по раме портрета. — В доме живут домашние животные: собаки и кошки. Из всех животных только одно не является собакой, при этом все питомцы, кроме одного, — кошки. Сколько всего кошек и собак? — Одна кошка и одна собака, — через несколько секунд ответил наш староста. — Проходите, — проговорил портрет, после чего дверь открылась. — Итак, — проговорил староста, когда все зашли. Второкурсники и все, кто был выше курсом, разбрелись по своим комнатам, оставив нас одних. *- Я — староста Роберт Хиллиард, и я рад приветствовать вас на факультете Равенкло. Наш герб — орёл, который парит там, куда другие не могут подняться. Цвета нашего факультета — синий и бронзовый. Наша гостиная располагается на вершине башни Равенкло за дверью с зачарованным молоточком. Из арочных окон нашей гостиной видны озеро, Запретный лес, поле для квиддича и теплицы, — указал он рукой на окно. — Без всякого хвастовства хочу сказать, что на нашем факультете учатся умные волшебники и волшебницы. В отличие от других факультетов, которые имеют скрытые входы в гостиные, нам они не нужны, — а вот это плохо, ибо отгадывать постоянно эти загадки мне неохота. — Другой интересной особенностью Равенкло является то, что наши ученики — настоящие индивидуальности. Некоторых из них можно даже назвать чудаками. Но зачастую Гении не идут в ногу с обычными людьми, и, в отличие от некоторых других факультетов мы могли бы сказать, что на наш взгляд у вас есть право носить то, что нравится, верить в то, во что хотите и говорить то, что чувствуете. Что касается наших отношений с другими факультетами: вы, наверное, слышали о Слизерине. Не все они плохие, но лучше быть начеку, пока вы не узнаете ученика Слизерина достаточно хорошо. Согласно их давним традициям, они делают всё возможное, чтобы победить. Поэтому будьте внимательны, особенно на матчах по квиддичу и экзаменах, — уже собираясь отпускать нас, он опомнился. — Ах да, привидение нашего факультета — Серая Дама. Остальные ученики считают, что она никогда не разговаривает, но она не прочь поговорить с когтевранцами. Её помощь особенно полезна, когда вы что-то потеряли или потерялись сами.       На этом нас отпустили по спальням, на дверях которых были наши имена. Моя оказалась первой, так что я сразу же зашел в уже свою комнату. За мной зашло ещё трое моих одноклассников. Вот только у каждого из нас было слишком много новых впечатлений, а потому мы не разговаривали, а практически сразу завалились спать. Я тоже не стал исключением. ***       Альбус Дамблдор был доволен. Его речь, которую он готовил на протяжении всего лета, была исполнена идеально, не в последнюю очередь благодаря правильным ударениям, различным маленьким зверькам на папирусе и обаятельной лиловой мантии со звездочками, что была на нём в момент его речи. Завтра начинается новый учебный год, так что можно будет уделить время политике, суду и МКМ. Больно уж много писем от них всех пришло. Но это будет завтра, а сегодня — спать.       Заведя тридцать восемь разных будильников на одно и тоже время, Альбус положил свои любимые очки на прикроватную тумбочку, после чего спокойно заснул. ***       У Гарри Поттера было подавленное настроение. Очень и очень подавленное. Сначала он очень обрадовался, когда узнал, что он волшебник. Ещё больше он обрадовался, когда и Марк оказался волшебником. Их поход по Косой Аллее и покупки вместе с тренировками вселяли огромную уверенность в своих силах. Всего за месяц они вместе освоили программу первого курса. Было безумно сложно, но Марк оказался хорошим учителем. И программа таки была освоена. На вокзал они домчались с ветерком, отчего приехали заранее и им пришлось долго ждать отправки поезда. Вскоре их пересадили в другое купе и они нашли новых друзей: зануду Гермиону и рыжего Рона. И Рон был очень рыжим. Наверное, самым рыжим из всех рыжих, что только видел Гарри. Когда они приехали, то его очень поразил замок. Он был большой, красивый и от него прямо веяло магией. Но вот при распределении он начал нервничать. Что, если он и Марк попадут на разные факультеты? Если попадут, то на какие? Можно ли будет перевестись на другой факультет? Когда это можно будет сделать? И можно ли?       И вот — распределение. Гарри надеялся, Гарри желал, Гарри даже молился, но из них двоих Гарри пошел первым. Шляпа опускается и начинается долгий диалог-спор, в котором Гарри пытается объяснить шляпе, что он хочет учиться вместе с другом. Но как объяснить слепому, как выглядит его друг? Только описанием, на что и ушло всё время, которое он потратил на просьбы к шляпе и описание друга. Она его отправила на Гриффиндор. Радоваться этому или нет, он не знал, но как только сел за свой новый стол, так сразу обратил всё своё внимание на распределение. Вскоре на стул сел Марк. Минута, вторая и шляпа выкрикивает: "Равенкло!". От этого у Гарри душа ушла в пятки. В его голове мысли ворочались нехотя, да и сами мысли были не особо умные. Он поэтому практически ничего не съел и в свою гостиную шел, словно в тумане. Пароль от гостиной он не услышал, как и где ему спать, но при этом он пришел на своё место и лег на кровать, смотря в потолок, игнорируя всех. Так он и лежал, пока медленно сон и усталость не взяли своё и он не уснул. Последней мыслью у него было перевестись в другую школу, после чего поступить ещё раз, только на этот раз уже на Равенкло. ***       Утро добрым не бывает, да? Сколько раз я это слышал? А сколько раз я просыпался с такими мыслями и день шёл не так, как нужно было? Много. Очень много раз. И это утро не стало исключением. За эту жизнь я как-то привык, что в моём распоряжении была целая комната, в которую без стука не входили. Сейчас же я проснулся от громкого будильника, что своим звоном ввинчивался мне в мозг. Трогать чужие вещи волшебников — не самая лучшая идея, так что выключить чужой будильник я не мог. Поставить заглушающие чары мне не хватало сил, а вставать сейчас было слишком рано. Вот я и лежу сейчас, смотря в потолок и слушая противный звон будильника.       Пролежав ещё несколько минут, я психанул, так как проснулся один только я, после чего подскочил, оделся и пошел в ванную. Там взял первый попавшийся таз, в который набрал воды. Подняв его левиосой, я вернулся в комнату. Поставив таз с водой у кровати, я набрал воду в кружку, благо, она у меня была в рюкзаке, после чего вылил эту кружку на своего соседа с противным будильником. — А, пха, — вскочил он сразу с шальными глазами, — что, где, как? — У тебя будильник сработал, а ты не просыпался, — проговорил я спокойным тоном, — я тебя разбудил. — Вылив на меня воду?! — возмущенно спросил он, вытирая руками лицо. — А выключить будильник не пробовал?! — Трогать чужие вещи других волшебников? — спросил я, кладя кружку обратно. — Ищи идиота, а мне пока пожить охота. — Но воду выливать на меня было зачем? — уже более спокойно проговорил он, тоже поднимаясь с кровати. — А зачем ты меня разбудил своим будильником? — выкрутился я как истинный еврей, ответив вопросом на вопрос. — Шесть утра. Мне ещё спать часа полтора. — Я по-другому проснуться не могу, — признался он, начиная переодеваться. — У меня больше десяти будильников, но они мало помогают. — Сходи к доктору, — посоветовал я, чем вызвал недоумение на его лице, так что пришлось пояснять. — Твои проблемы со сном могут быть связаны со здоровьем. У меня родители врачи, так что я кое-что знаю. — Хорошо, — буркнул он. — Спасибо. — Обращайся, — улыбнулся я, кивая себе под кровать, — у меня воды ещё много.       Немного повозмущавшись, мы всё же официально познакомились. Моим первым знакомым соседом оказался Майкл Корнер. Обычный ребенок, у которого отец — маг, а мать — обычный человек. С виду обычный пацан, каких много. В меру общительный, в меру скромный. Про характер пока ничего не скажу. А так — поживем, увидим.       Вдруг раздался ещё один звон будильника. Улыбнувшись, я посмотрел на Майкла. — Не хочешь разбудить ещё одного соню? — хитро спросил я, вновь доставая кружку. На что получил в ответ такую же улыбку.