Солнце всегда растопит лёд

      Орден Ци Шань Вэнь всегда славился своей силой и авторитетом среди остальных Орденов заклинателей. Несмотря на то, что клан Вэнь некоторые считали ужасным, властным и бесчестным, все равно многие желали бы стать его адептами, а мелкие кланы считали честью стать официальными подданными.       Но, если кто-то и желал покинуть заклинателей Безночного города, сначала он все обдумывал, прежде чем принимать окончательное решение. Так что не каждый осмеливался бросать товарищей. Но были, конечно, и те, кто относился к нейтральной стороне, которых не особо волновало, состоят они в Ордене или нет, хотя в принципе и являлись его адептами. А кто-то из них был доволен тем, что есть, не желая что-либо менять в своей жизни. Таковыми обычно являлись дальняя родня клана и семьи Вэнь, опытные адепты, прошедшие через многое под солнечным символом, и целители, которые даже в военные действия старались оставаться нейтральными, если это только было возможно.       — Братец! Братец! — на крыльцо одного из домов резиденции Ци Шань Вэнь выскочила совсем юная девушка, тринадцати или четырнадцати лет отроду и, словно быстрокрылая стрекоза, помчалась куда-то. — Извините, а вы моего брата не видели?       Встречающиеся по пути адепты только головами качали, а после принимались за свои дела и хлопоты. Девочка пробегала мимо людей и повозок с лошадьми, внимательно следила за дорогой и за полами своего лёгкого летнего ханьфу, чтобы не испачкать его, но в то же время очень быстро передвигалась по улицам, совершенно не боясь заблудиться.       После некоторых поисков ею было решено отправиться в одно место, где чаще всего мог находиться дорогой брат. Дорога привела ее к небольшой каменной пустоши за городом, укрытой за деревьями и небольшими скальными выступами. И действительно, брат обнаружился именно там, как всегда тренируясь в стрельбе из лука. Он тайно учился этому уже почти пять лет, поэтому было неудивительно, что он стреляет, почти всегда попадая точно в цель. Девушка хотела бы научиться также, но стрелы в ее руках никогда не были точными и меткими, как бы она ни старалась.       — Братец! — девушка стала спускаться по тонкой тропке, а юноша, заслышав ее, с улыбкой убрал оружие и посмотрел в ее сторону.       — Что такое, А-Лан? — спросил он, когда та приблизилась.       — Я тебя по всей резиденции ищу, хотела даже в Знойный дворец пойти! — несмотря на недовольный тон, она улыбалась. — А-Нин, дядюшка будет лично меня учить! Он приготовил мне подарок!       — Пожалуйста, будь аккуратна, — брат тут же нахмурился. — Ты же знаешь дядин нрав, в один момент он весел и щедр, а в следующее мгновение настроение его может сойти на нет, и он разозлится.       — А-Нин, я это прекрасно знаю. Не волнуйся, он поклялся мне и самому себе. Не станет же он обижать племянницу.       — Он даже к сыну родному строг, а ты говоришь, племянница… — Вэнь Нин вздохнул. В разговоре с сестрой он не заикался и всегда говорил уверенно. Он был старшим, и она прислушивалась к нему. Ну, иногда. Сейчас Лан слишком взбудоражена новостью об учебе, так что не слушает его. Поэтому он лишь вздыхает. — Хорошо. Но повторяю, будь аккуратна. Даже сама учеба это трудно, и дело не только в оружии, но и тренировке золотого ядра.       — Дядюшка сказал, оно у меня пока не очень мощное, но довольно крепкое, так что я справлюсь! — Вэнь Лан улыбнулась ему и потянула за руку в сторону города. — Идем! Тебе нужно отдохнуть и подкрепиться после тренировки, а потом мы пойдем в Знойный дворец.       А в Знойном дворце кипела жизнь. Где не пройди, везде слуги и адепты. Словно готовятся к чему-то, но на самом деле все так происходит каждый день, все заняты делами и спешат все сделать.       Прямо у входа стояли два адепта, которых девушка спросила о местонахождении главы Ордена, и те охотно ответили, без труда узнав в ней члена клана и родственницу Жоханя. Глава Ордена сейчас находился в тренировочной зале со старшим сыном, так что пришлось идти туда, а по дороге к ним присоединилась никто иная как старшая сестрица Вэнь Цин. Уж кто, а она точно не была рада тому, куда и зачем они направляются, так что хмуро молчала, как только ни пыталась А-Лан ее разговорить и хоть немного поднять ей настроение. Но какое может быть настроение, когда…       — А, кто пришел! — раздался мужской смех, громкий и бархатный, но будто ещё юный. — Все втроём явились?       — Приветствуем главу Ордена, — трое пришедших склонились в приветственном жесте.       Вэнь Жохань взмахнул мечом, и тот отправился в ножны на поясе. Его первенец и наследник, Вэнь Сюй, юноша приятной наружности, немногим старше Вэнь Цин, поздоровался кивком головы. Он закончил тренировку и поспешил уйти, чтобы заняться другими делами, перед этим попрощавшись с отцом. Оный уже подходил к своим дальним родственникам, осматривая каждого с головы до ног. Было неясно, что у него сейчас на уме, но стоял он расслабленно, а лик его был светел, на губах застыла дружелюбная улыбка. Он протянул руку к девочке, стоящей посередине троицы, и поманил к себе рукой.       — Вэнь Ланфен, — когда она вышла немного вперёд, сцепляя ручки перед собой в замок и пряча взор, он рассмеялся. — Не укушу же я тебя. Наоборот, хочу щедро одарить тебя, сделать подарок. Твое ядро достаточно сильно, чтобы ты могла быть в будущем достойным заклинателем Ордена Ци Шань Вэнь.       Вэнь Ланфен молчала, но смогла отнять глаза от пола и взглянуть на него. Словно молодой юноша, ее двоюродный дядя был красив, а весь вид показывал его энергию, бьющуюся фонтаном. Такой человек, как он, может прожить очень и очень долго, но вот только характер может сыграть с ним плохую шутку. Она знала, что дядя довольно жестокий человек, который не терпит неповиновения, а ещё любит истязать людей, для этого у него даже был Огненный дворец. Она понимала, что его и боятся, и уважают, но если гордыня возвысится, страх станет ненавистью, а это не даст ничего хорошего.       Сама Ланфен не испытывала к нему отрицательных чувств. Да, немного боялась за его качества, но даже сыновья его иногда побаиваются, что уже и говорить об остальных адептах. Вэнь Жохань, встречая племянницу намеренно или случайно, всегда находился обычно в добром расположении духа, так что был с ней мягок и добр.       Лишь один раз она присутствовала, когда он разгневался. Ей было десять лет, и она помогала сестре в оказании помощи Вэнь Сюю после неудачной ночной охоты, когда его поранил опасный зверь. Злость главы пала на заклинателя, что был все время рядом с его сыном, но не уследил и не успел помочь. После гневной тирады мужчина просто снёс саблей ему голову. Девочка, которой сестра не успела закрыть глаза, навсегда запомнила кровь на лезвии его оружия, на его костюме, на полу, все вокруг было заляпано в ней, и которая хлестала фонтаном из тела. Именно тогда младшая среди брата и сестер Вэнь решила, что никогда не убьет человека.       Сам ее дядя не придал увиденному никакого значения, лишь приказал прибраться. Он не задумался, какой след тогда был оставлен на ребенке, но часто интересовался делами, если вообще вспоминал о ее существовании. Конечно, наверняка через минуту он забывал все, но был сам факт, что он замечает дальнюю родственницу. И, как сейчас, иногда обделяет вниманием, но лишь потому, что у той неплохие данные, чтобы стать заклинателем.       — Я помню твоего отца, несмотря на то, что он был врачевателем, он отличался прекрасными воинскими умениями. Ты похожа на него, — мужчина подал знак рукой, и к нему приблизился слуга, держащий в руках что-то длинное, плотно укутанное в алую ткань. — Это мой дар, девочка. Относись к нему бережно и прилежно учись, чтобы клан Вэнь мог гордиться тобой.       Все присутствующие уже догадались, что именно за подарок подготовил он, но сердце девушки все равно замерло от волнения и предвкушения, когда Вэнь Жохань взял вещь у слуги и стал разматывать верёвку и ткань.       Сначала показалось круглое и гладкое темное навершие, а после рукоять, которая уже немного была украшена вырезанными на ней узорами. Дальше — гарда с изящно вылепленным солнцем, чьи узоры лучей перекинулись не только на сам эфес, но и на ножны тоже, и все будто сливалось в единую картинку. Ножны и эфес, украшенные золотом, сияли сейчас под пробивающимися сюда лучами небесного светила, а стоило вытащить меч, как глаза ослепила яркость лезвия. Лезвия острого, тонкого, но, очевидно, очень крепкого. На доле были также вырезаны иероглифы, означающие «сияние солнца и бессмертие его рода». Становилось сразу ясно по узорам и словам, адептом какого Ордена заклинателей является человек.       И ведь человек, очевидно, непростой… это оружие было слишком невероятно, чтобы его принять и на нем же сражаться могла девочка из дальней родни.       — Благодарю, глава Ордена, — Вэнь Лан низко поклонилась ему, но заметила, как брови его стали хмуриться. И поправила себя. — Спасибо, дядюшка.       — Меч пока не обладает духом, да и ты ещё толком ничего не умеешь, но ты можешь дать ему имя сейчас, чтобы направить в нужное русло, и он будет совершенствоваться вместе с тобой, — лицо его после желаемого обращения разгладилось, и вот снова он уже улыбается. — И чем выше будет твое мастерство, тем лучше станет твое орудие, дитя.       — Хорошо… — Ланфен и раньше задумывалась, как бы назвала духовное оружие, но сейчас, когда она разволновалась, почти все варианты имени вылетели из головы. — Я назову… Ксяодан?..       Все ждали ее ответ, особенно брат с сестрой, что так и стояли позади, внимательно наблюдая за всем, что происходит. Стоило Вэнь Лан произнести последнее слово, как меч озарил лёгкий свет изнутри, словно в знак подтверждения, что отныне он зовётся так и никак иначе. У Лан это вызвало непроизвольную улыбку. Из полузабытых воспоминаний ещё сохранилось видение, что у ее почившего так рано отца тоже было духовное оружие, и оно до сих пор, к тому же, висит на стене их дома, только уже как украшение и напоминание о его владельце. И когда отец обращался к мечу по имени, тот тоже словно начинал светиться.       — Немного рассвета* нам действительно не помешает, — добродушно рассмеялся глава Ордена Ци Шань Вэнь, а после в порыве потрепал девочку по волосам. — Хорошо. Чуть позднее на ножнах отпечатают это имя.       — Дядюшка, — подала голос Вэнь Цин, привлекая его внимание, — мы очень благодарны за подарок сестре А-Лан. Но время подходит к учебе, мы можем отойти?       — Конечно. Учеба очень важна, — мужчина кивнул. — Вы можете идти.       Брат и сестры Вэнь вышли из тренировочного зала, а после и из дворца. Старшая сестрица была хмура, как грозовые тучи, что почти всегда дарят дождь, а старший братец с облегчением выдыхал, поскольку очень боялся своего дядю. Младшая же, с благоговением держа в руках ножны с оружием, аккуратно шла позади и молчала. Тишину прервал грозный голос Вэнь Цин.       — Ну, зачем, А-Лан? — девушка повернулась к ней с лицом, чье выражение не предвещало ничего хорошего. — Ты будущий целитель, а не воин. Хочешь убивать?       — Убивать?.. — голос Вэнь Ланфен дрогнул. — Вовсе нет! Я не хочу!       — Тогда зачем?       — А-Цин, но ведь это п-подарок с-самого Вэнь Жоханя… — слабо стал возражать Вэнь Нин, чтобы хоть как-то защитить сестру. — Он сам настоял, чтобы она носила меч, ведь услышал о ее способностях…       — Отрезала бы я язык тому, кто рассказал ему о талантах А-Лан! — в сердцах воскликнула девушка. — Ее дело помогать людям, а не вредить, разве нет? Он хочет сделать из нее воина, каким был наш отец? А чем он закончил свою жизнь? Воин-целитель, так невозможно. Не в нашем случае. В клане Вэнь два пути: либо ты смываешь кровь, либо проливаешь.       А-Лан и А-Нин не смели сказать слово против. Первая хотела бы сказать немного в опровержение, но разумно прикусила язык, чтобы не злить сестру ещё больше. А та в гневе страшна.       Она думала о том, что не будет убивать людей. Ее меч, ее Ксяодан, будет уничтожать темных существ и мертвецов. Вэнь Ланфен постарается, чтобы лезвие не впитало и испробовало человеческой крови живого и невинного.

***

      — Как прошла твоя тренировка? — поинтересовался Вэнь Нин, когда вошёл в дом, стал проверять, есть ли кто ещё, и заметил лежащую на постели сестру, уткнувшуюся носом в расшитые узорами подушки.       — Небеса, я так устала…       — А я говорил тебе, как это сложно, — возможно, он даже рад, что не силен в заклинательстве, и дядя его не замечает.       — Прошел месяц, а он буквально приказывает выполнять невыполнимое! А если ты не в силах завершить задание, наказывают, — девушка присела на кровати, поддерживая перевязанную правую руку, по которой до крови ударили плёткой. — Сестра злится, но ничего нельзя уже сделать, Вэнь Жохань сразу дал понять, что если у кого-то есть способности, он не отпускает их. И не терпит, когда его не слушают, — с губ сорвался тихий вздох, — Он учит меня вместе с другими, которым «повезло» также, да ты и сам знаешь. У каждого ученика как минимум несколько следов от плётки или ферулы*.       — Я видел одну вашу тренировку, — лицо юноши омрачилось, но через миг он присел рядом, мягко улыбаясь и обнимая сестру, чтобы ободрить. — Ты же сильная, т-так что справишься.       — Правда? — она смотрит на него и видит его поддержку. Любимый братец. Они так с ним похожи. По крайней мере, она хочет быть такой же изящной и мягкой, и чтобы сердце и душа были такими же добрыми, как у него.       — Ну, конечно же, — А-Нин снова обнимает свою сестру, а затем поднимается и тянет ее за собой. — Знаешь, сестрица А-Цин сегодня занята, а я закончил все дела. Хочешь, мы с тобой съездим куда-нибудь?       — А можно?       — Да. Только недалеко, — юноша призадумался, решая, куда можно отправиться, чтобы старшая сестра после не ругалась. — Возможно, в Хэ Цзянь? В какую-нибудь тихую деревню, чтобы спокойно прогуляться или устроить недолгую медитацию.       — А давай! — Вэнь Лан встала. Поначалу улыбаясь, сейчас вдруг замялась и скромно поступила взгляд. — Только… Я хочу не только медитировать… я хочу на ночную охоту.       — Что?.. Сестрица!       Но ее было не переубедить. Она хотела попытать свои силы в поимке хотя бы слабой нечисти, на большее рассчитывать не приходилось. Но сложнее всего было иное…       Уговорить старшую сестру оказалось не так уж и просто, но через какое-то время Вэнь Цин сдалась под напором двух жалобно просящих людей, поэтому сегодня Ланфен с братом отправлялась на ночную охоту дуэтом, прихватив с собой свой меч, который уже не только официально носил имя, но и стал проявлять признаки души. Вэнь Нин в свою очередь взял помимо холодного оружия в виде самого простого меча также и любимый тугой лук с шелковой тетивой.       Хэ Цзянь встретил двух путников шумом оживлённого, хоть и небольшого городка, но их это не отвлекало, ведь все внимание было обращено на предстоящую охоту, где они обязательно отыщут и словят хоть какую-нибудь нечисть, даже самого безобидного и маленького призрака. Возможность провести время вот так выпадала редко, поэтому они не очень торопились, растягивая удовольствие от совместного времяпрепровождения.       Приобретя свободные комнаты на одном из постоялых дворов, они быстро перекусили, а после стали готовиться. Костюмы, которые не станут мешать быстрому передвижению, собранные волосы, оружия, мешочки цянькунь. Вот и все, что им нужно. Вэнь Нин еще какое-то время колебался, задаваясь вопросом, а сможет ли он вообще убить даже призрака, но младшая сестренка быстро развеяла его тяжелые мысли, попросту вытащив на улицу.       — Лотос! Кому семена лотоса! — чтобы выйти в горный лес, находящийся совсем рядом, нужно было пройти через рынок в центре городка, поэтому со всех сторон слышались призывы ловких и бойких продавцов купить у них что-нибудь. — Локва, яблоки, виноград! Фрукты! Овощи!       — Будешь брать что-то, А-Лан? — поинтересовался ее брат, аккуратно проходя через толпу несущихся детишек, увлеченных своей игрой.       — Для лотосов еще рано, наверняка они совсем не спелые, — она приостановилась на секунду. — А хотя, давай купим пару яблок, чтобы немного утолить голод, если захочется во время охоты. А также, когда вернемся, можно будет набрать немного свежих овощей и фруктов домой.       — Да, точно, — Вэнь Нин подошел к ближайшему прилавку с овощами и фруктами. — А-Лан, какие хочешь?       — У меня все самое свежее, нигде свежее не найдете! — тут же встрепенулся продавец, понимая, что перед ним покупатели, и, судя по одеждам, из Ордена Ци Шань Вэнь, что властвовал над этими землями. — Для вас скину цены, берите, что и сколько вам будет угодно, молодые господа!       Вэнь Лан пустила смешок. Переодеваясь в мужские костюмы, она становится крайне похожа на своего брата, если бы ее только не выдавали совсем тоненькие руки и пара отличий в физиологии, да и волосы были у нее длиннее. А так, стоит лишь изменить образ, и незнакомые люди принимают их за братьев. Если понимают, что перед ними мужчина и женщина, все равно считают их как минимум двойняшками. Девушку всегда это веселило, а ее брата ставило в неловкое положение и смятение, поскольку он не знал, как лучше ответить на подобное. Лишь со временем он привык попросту не обращать на это внимание без необходимости. Так что и сейчас, когда местный житель принял их обоих за мужчин, брат с сестрой и бровью не повели.       — Вот эти, братец, хочу, — заклинательница взяла в руки одно из яблок. — Плод выглядит созревшим.       — Отличный выбор, молодой господин!       — Хорошо, б-берем немного и идем, — кивнул юноша, доставая из рукава мешочек с деньгами. — А п-потом нам нужно будет т-торопиться, если хочешь успеть поймать кого-нибудь.       — Конечно, А-Нин.       Горный лес в этих местах всегда отличался некоей мрачностью независимо от времени суток, сезона или погоды, так что и сейчас его окружал легкий туман, который вскоре уже исчезнет, оставляя после себя росу на травах и легкий холодок. Было тихо, если не считать естественных звуков природы вроде стрекота насекомых, шорохов от диких зверей и от ветра.       Вэнь Ланфен не умела еще летать на мече, да и тот вместе с ней заодно еще был слаб, чтобы держаться в воздухе, а Вэнь Нин уж тем более не мог воспарить на оружии, так что оба, стараясь не отдаляться друг от друга, шли в поисках призраков, демонов, мертвецов и прочих существ. Очевидно, что не они одни прибыли сюда охотиться сегодня, так что иногда можно было уловить шум голосов заклинателей других Орденов. Нечисти хватит на всех, ее много в этих лесах, только вот слабая она и почти что безвредная, поэтому мало кто исполняется желанием охотиться здесь. Обычно здесь бывают лишь мелкие безвестные кланы, да странники, а также адепты из Ци Шань на учебных заданиях, поскольку это отличное место для тренировки.       Девушка передвигалась еле слышно, осторожно проходя через все препятствия и внимательно смотря под ноги. Она боялась спугнуть что-либо и не поймать, а также наоборот привлечь внимание чего-то опасного, того, что ей будет не по силам. Брат шел немного поодаль, это было ясно по его шагам, таким же тихим и сравнимым разве что с поступью царя* на охоте. В первое время ничего не попадалось, но ночь ведь только началась, так что они не теряли надежды.       Если подумать, это была первая в жизни Вэнь Лан ночная охота. Она помнила, как уходил отец, но никогда не брал ее с собой, а сам говорил, что делать на ней нечего, и он только лечил, если кто-то поранился. Конечно, он наверняка где-то солгал, чтобы отбить интерес у ребенка от опасного занятия, но этот ребенок вырос и теперь сам пошел истреблять темных тварей. Матушка, почти никогда не покидавшая Безночный город дольше, чем на сутки, и выросшая примерной девушкой, матерью и женой, не одобрила бы сейчас жизнь своей младшей дочери, но ничего уж не сделать. Девушка, конечно, тиха и благовоспитанна, но коль пошла путем заклинательницы, жизнь ее не будет спокойной.       — Сестра, слева! — вдруг крикнул Цюньлинь, а она резко повернулась в указанную сторону.       Мимо проскользнуло что-то неясной тенью, но этого было достаточно, чтобы юная адептка Солнечного клана могла его заметить и отправится в погоню. Существо пыталось убежать, так что вероятнее всего было слабым и неспособным дать отпор или напасть. Возможно, это был какой-то дух или нечто подобное, но в любом случае Вэнь хотела его догнать и словить.       Она гналась за ним до тех пор, пока не разобрала, что это обыкновенный молодой олень, раненый чем-то в одну ногу, оттого и не такой быстрый, как обычно, поэтому его вполне возможно было догнать. Неудача, но кто думал, что охотиться на полных затаенной злобы тварей легко?       Уже начинало светать, а она так и не нашла никого, если не считать нескольких диких животных, которых убивать вообще не собиралась, да встречающихся изредка заклинателей, которые пусть и вежливо приветствовали, но сторонились из-за символа на костюме. Вэнь Нин ободряюще улыбался, призывая не расстраиваться, ведь это была только первая попытка, а впереди ожидает еще много ночных охот, и тогда уж она покажет с себя с наилучшей стороны, если будет стараться.       Решив прогуляться перед тем, как возвращаться в городок, девушка дошла до небольшого пруда с лотосами. Это был единственный лотосовый пруд в Хэ Цзяне, который носил название «Слезы алой девы», поскольку ходили легенды, что однажды сюда забрел юноша, чтобы набрать семян, но среди нежно-розовых цветов вдруг обнаружил один яркий, как пламя, который через мгновение обратился девой в алых нарядах. Юноша влюбился, но по своей же глупости и неосторожности сгубил цветок, а с ним и деву. И последнее, что увидел человек, перед тем, как она исчезла — ее слезы, каплями упавшими в кристально чистую воду, что в тот же миг помутнела и заросла тиной.       С той поры, как говорят, пруд постепенно гибнет, и лотосов на нем все меньше с каждым годом, но пока еще большая часть водоема в цвету, и воздух наполняет сладкий и тонкий аромат.       — Было счастье — и кончилось вдруг.       В путь обратный пора нам грести.       Только лотос разросся вокруг,       Всюду лотос на нашем пути…*       Юная дева, тихо читая стихотворение, словно напевая, опустилась на корточки у кромки воды, стараясь дотянуться до одного лотоса и сорвать его, но он, как и другие, был слишком далеко. Вздохнув, она бросила эту затею и просто присела на берегу, берясь за яблоки, которые они специально брали на перекус. Сидеть вот так, ни о чем не задумываясь, отдыхать и наслаждаться моментом теперь стало редкостью, и сейчас хотелось, чтобы момент длился подольше. Так спокойно…       Неожиданно вспомнилось, что она хотела устроить медитацию, и лучше места, чем это, ей не найти.       Как же там? Ноги подгибают и скрещивают, руки на живот, правая рука сверху левой, а кончики больших пальцев соприкасаются… Расправив плечи и выпрямив спину, Вэнь Лан прикрыла глаза и приступила к медитации, которая укрепит ядро, усилит каналы энергии и просто подарит спокойствие. Слегка склонив голову, она стала размеренно дышать, выдыхая через рот, именно так ей было легче всего сфокусироваться и разогнать все ненужные и мешающие мысли из головы. Всего пара часов медитации, но это уже что-то. В конце концов, однажды она отправится куда-нибудь на долгое время, чтобы уединиться и проводить медитации, как положено, а сейчас ее жизнь слишком заполнена различными событиями, к тому же, она еще очень молода, чтобы быть самостоятельной.       Во время медитации обостряются все чувства, а энергия разливается по каналам быстротечным горным ручейком, берега которого с годами станут расширяться, превращаясь в речные потоки. Можно буквально представить, как вся эта энергия, проходя через золотистый шарик ядра, укрепляет его, делает устойчивее к невзгодам и нагрузкам, заставляет сиять ярче. Такая картина предстает перед глазами, и А-Лан чувствует все это.       Но медитация была сорвана, а покой нарушен. Конечно, вокруг и так были слышны различные звуки, но они не отвлекали, а сейчас появился тихий шум, выбивающийся из общего фона природы, так что он тут же привлек внимание заклинательницы. Словно шорохи одежд и лязг меча. Она тут же вышла из состояния умиротворения и напряглась, вскакивая и вытаскивая на свет свое оружие.       Взгляд тут же обратился на неизвестного ей человека, что спустился сюда на мече, также, видимо, решая посетить пруд. Совсем молодой юноша, возможно, только переступивший границу, когда мальчик становится юнцом. И тем не менее уже имеющий меч с душой! И, пусть они находились на достаточно далеком расстоянии друг от друга, девушка все равно отлично видела, насколько меч изящен и красив. Как и сам его владелец.       Хоть и был он юн, но в нем осталось мало той живости, которая присуща остальным его возраста, светлая кожа казалась белой, и весь лик был спокоен и холоден, как лед. Только в янтарно-желтых глазах отражалось некое удивление видеть здесь кого-то, но которое исчезло уже через мгновение, а на смену ему пришло некое равнодушие. Девушка сощурилась. И что же здесь делает это молодой господин? Одет в будто траур, а волосы перевязаны лентой с облаками… Погодите. Облака и траурные одежды? Неужели адепт Ордена Гу Су Лань?       Неизвестно было, по какой причине все-таки оказался в Хэ Цзяне заклинатель из клана Лань, но Вэнь Ланфен решила быть крайне осторожной, а потому направила свой меч острием в сторону юноши и нахмурилась. Чувствуя духовные силы напротив стоящего, она понимала, что вряд ли сможет противостоять, если начнется борьба. Но она очень постарается, чтобы до этого не дошло, иначе это учинит неприятности Вэнь Жоханю, а ее после будет ждать суровое наказание. Да и попросту выступать против этого Ордена совсем не хотелось, это может ухудшить отношения, да и слаба она еще слишком и не хочет опозорить клан Вэнь проигрышем.       — Кто ты? — возможно, что голос прозвучал резко, но дева была слишком напряжена, чтобы обращать на это внимание. Меч в руке слегка дрожал, так что она ухватилась за него обеими руками и вздохнула. От прежнего спокойствия не осталось и следа, она не знала, как поступить сейчас и как это отразится потом на ней и на прочем, а потому волновалась и переживала.       В ответ молчание и больше ничего. Человек даже не сдвинулся с места, лишь легкий ветерок развевал полы его ханьфу и черные волосы. А-Лан неуютно поежилась. Ее наверняка уже заждался брат, да и сестра в Безночном городе наверняка волнуется за них обоих, а она стоит здесь, не решаясь что-либо предпринять.       Да и что же сейчас подумал юноша? Понял ли он, что перед ним женщина, или принял за мужчину, как и все? Но главное, как он относится к Ордену Ци Шань Вэнь? Ведь нельзя не заметить узоры на ее костюме. Что если своим поведением она делает только хуже и вызывает у заклинателя иного клана неприязнь? Это ведь не очень приятно, правда?..       — А-Лан! А-Лан, где ты?       Брат? Брат уже ищет ее! Наверное, совсем испереживался за нее! Закусив губу, дева Вэнь нервно оглядывалась по сторонам в поисках брата, не пришел ли уже тот сюда, а также косилась иногда на еще одного человека, находящегося здесь и все также неотрывно наблюдающего за ней с безразличным лицом. В один момент она просто не выдержала, развернулась и, быстро вернув меч в ножны, убежала. А что еще оставалось делать? Ей хотелось уже скорее найти брата и вернуться домой. Все равно ночная охота не задалась.       — Сестрица! — Вэнь Нин обнаружился неподалеку. Наконец-то найдя Вэнь Лан, он с огромным облегчением вздохнул, но еще с испугом посмотрел на нее. — Где же т-ты была? Все в п-порядке?       — Да, я медитировала, прости, что заставила волноваться и не пришла на зов сразу, — ответила девушка, обнимая его, а после отстраняясь с виноватой улыбкой. — Скорее возвращаемся домой.       — Да, — вздохнул Цюньлинь. — Но сестрица А-Цин все равно сделает нам выговор, а потом накажет.       — Перебрать и помыть все баночки и бутыльки — это не наказание, — возразила она.       — Для тебя.       Так, перекидываясь обыденными фразами, они вернулись в Безночный город, и все снова вернулось на круги своя. Вэнь Ланфен продолжила свою учебу и тренировки, совершенствуя тело и дух, чтобы с возрастом стать одной из сильнейших заклинательниц и заклинателей среди Ордена Ци Шань Вэнь, чтобы семья ею гордилась. Случай на пруду «Слезы алой девы» только усилил это желание, ведь хотелось показать и другим Орденам, что в ее родном клане даже девушки, которых привыкли считать хрупкими и слабыми, обладают недюжинной силой.       Любить свой дом и семью, клан и Орден — это чудесно, и совершенно естественно — хотеть сделать для них что-то. Вот и она хотела стать достойной заклинательницей и внести свой вклад в светлое будущее.