Варлок: слияние душ

      Это был самый обычный день в Нью-Йорке, множество людей спешило по своим делам. Кто-то неспешно прогуливался, наслаждаясь видом кипящего жизнью мегаполиса. Там же проходили группы туристов, периодически останавливаясь, чтобы сделать фотографию, другую. Между делом работники закусочных выносили плотные, черные мешки с мусором на края дороги. Множество различных звуков сопровождало все эти процессы: говорящие люди, проезжающие машины, открывающиеся двери...       Именно такую картину наблюдала одинокая фигура, стоящая у окна одного из небоскребов этого города. То был высокий, коротковолосый блондин, в темной, отливающей коричневым футболке с длинными рукавами, в данный момент закатанными по локоть и высоким воротником, закрывающим шею. А завершали картину темно-пепельные брюки и черные носки.       Чем дольше я вглядывался, тем сильнее у меня начинал дергаться глаз, и причина была достаточно проста. Практически все, кого я видел - были девушками, будь то полицейские или таксистки. Редкие же проходящие по улице мужчины, были либо в кругу женщин, либо собирали множество взглядов, ведя при этом себя как модель на подиуме. Хотя будем честны и мужчины со спутницами не были обделены плотоядными взглядами.       Попытки осознать увиденное пока что вызывали лишь сильную мигрень, пусть и с проблесками воспоминаний. Не знаю, сколько я простоял, созерцая городскую улицу в приоткрытое окно, но головная боль успела отойти на второй план. На первом же были наконец оформившиеся мысли с крупными обрывками продолжающей складываться пазлом памяти. А результат был двойственным, я осознавал себя чуждым этому миру эльфом, отжившим не один век и положившим голову в скорее всего решающем сражении с легионом. Но при этом имел воспоминания некого Адама Миллера, человека, который недавно справил второй десяток лет в этом ужасающе странном для первой личности мире. Я не был удивлен тем, что осознавал себя именно эльфом, нежели человеком. Все-таки воля, как и количество прожитых лет человека, не шли ни в какое сравнение с эльфийскими. Однако вторая личность не растворилась бесследно и пусть пока я не улавливаю разницу, но результат этого смешения, будет именно смешением, отличным от обеих первоначальных душ. Я это понимал, понимал как никто и в какой-то момент еле сдержал порыв вырвать из себя вторую душу, осознавая, насколько глубоко она успела просочиться.       Будучи эльфом, я прожил не самую длинную, но насыщенную жизнь, правда насыщенную войной. До войны, как и многие другие эльфы, я изучал арканную магию, однако, не сильно в ней преуспел. Мой талант был определенно в магических искусствах, но что аркана, что стихии подчинялись крайне неохотно. Лишь благодаря таланту я выходил на уровень крепкого середнячка, а это никак не устраивало меня, молодого эльфа, стремящегося к вершине. Нашел же я свое предназначение в темных искусствах, само собой запрещенных и это никак не способствовало скорости обучения. Пусть это и не добавляло мне радости, но сам факт найденного пути, наполнял меня терпением.       Точкой отсчета стала первая война с орками, их чернокнижники оказались крайне искусны. Я наблюдал за ними в бою, собирал информацию с их трупов и пепелищ их лагерей. Цеплялся за все, что только мог и мало-помалу утолял жажду знаний. Вторым важным этапом стала война с нежитью, по результатам которой чернокнижников наконец признали “меньшим злом” и позволили таким как я легализовать свои таланты и в открытую их развивать. Ну а дальше годы и годы войны: нежить, древние боги, легион. Я достиг признания и “героически” сгинул в бою, а после...А после я провел годы, а может и столетия? В пустоте, где течение времени не поддавалось счету. Потому вернувшись, я в первою очередь отдался прекрасному чувству жизни. Эти несравненные ощущения ветра, обдувающего кожу, запахи, звуки, все, чего мне так не хватало в том пустом мире. Раньше я презирал людей, сейчас я мог лишь радоваться, что могу продолжать жизнь хотя бы в таком виде. И не забудем о второй личности, что еще больше сгладила мое отношение к людям.       Что же до Адама, он был безвольной тряпкой. Забитый до боязни женского пола сирота, но смазливый и хорошо сложенный, хотя второе скорее заслуга его жены. Что содержала, сделав себе живую куклу-вибратор. Он исполнял супружеский долг, пусть и в роли бревна, занимался фитнесом, сопровождал ее на званных ужинах и других мероприятиях и фактически не имел своего мнения. Этот мир вообще оказался тем еще испытанием для психики опытного мага, прошедшего не одну войну. Люди понятия не имели о магии, да и люди...Тут были только люди. Однако несмотря на это, надо отдать должное, они добились многого, пожалуй, куда большего, чем в свое время эльфы. И если бы не магия, нас бы вполне могли назвать отсталыми. Хотя, полагаю, некоторым бы и это не помешало. Это невольно вызывало уважение, но на этом различия не заканчиваются. Главным отличием было соотношение полов и их роль в жизни, они фактически поменялись местами и в добавок имели соотношение, наверное, десять к одному в пользу слабого, хотя... видимо уже сильного пола.       Эмилия Коэн - трейдер, инвестор и владелица акций различных крупных компаний. И судя по всему, моя жена. Однако в силу того, что отношения наши можно было назвать гражданскими, фамилии у нас оставались разными. Перебирая все эти воспоминания и встречая совершенно незнакомые эльфу слова, но вполне себе бытовые для человека, я ловил очередные вспышки мигрени. Вновь Эмилия, она обладала всеми чертами бизнесвумен ее уровня, что не никак не делали ее лучше, как человека и это конечно же не могло нравится простому парню вроде Адама, пусть и несколько избалованного в силу особенностей этого мира. Но привыкшая командовать девушка быстро взяла за причиндалы понравившегося ей паренька и строго ограничивала его свободу, так как была той еще собственницей. Да и сам Адам не вызывал у нее уважения и как результат выше, чем дорогая вещь не оценивался.       Продолжая стоять и собирать воспоминания в единую картину, я не заметил звука открывшейся двери и лишь ее хлопок вернул меня в чувства. Повернувшись, я увидел высокую, стройную девушку, подстриженную под каре, в белой блузке, темно-серой юбке до середины бедер и в черных туфлях на небольшом каблуке. У нее были темные волосы, выразительные голубые глаза, вздёрнутый носик и аккуратные слегка полные губы. С равнодушием осмотрев комнату, она скривилась, когда наткнулась на пяток пустых бутылок из-под виски около кровати. Сейчас я действительно начал вспоминать, что последние пару дней, пока жена уезжала заключать сделку в Чикаго, Адам беспробудно пьянствовал и эпатировал своим состоянием прислугу. И вот, вернувшаяся хозяйка, которая, закончив с осмотром, вперила в меня свой строгий взгляд. - И что ты себе позволяешь? – с гневом в голосе спросила она. – Ты хоть в курсе какие слухи начали ходить среди прислуги обо мне, после твоих очередных выкрутасов? -…-я молча смотрел на нее, держа этот взгляд, она определенно была красива. Правда характер на данный момент никуда не годился, хотя, с другой стороны, это можно списать на неудовлетворение, все же Адам изрядно сачковал и необходимости в близости воспринимал чуть ли не как наказание. В какой-то момент размышляя на эту тему, я позволил себе прикрыть глаза и издать утомленный вздох.       Открыв глаза, я понял, что впервые вызвал у Эмилии настоящую ярость. Ведь как было раньше: она отчитывала Адама, как какая-то мамочка, а он послушно и чуть ли не со слезами выслушивал и в конце концов извинялся. Я же фактически показал пренебрежение, да и выражения лица особенно не менял, оно было достаточно усталым, после того мозгового штурма, что мне пришлось пережить. И сейчас я наблюдал, как раскрасневшаяся жёнушка резво цокала каблучками в моем направлении. Когда она встала передо мной, я как-то машинально изобразил лёгкую улыбку, после чего мою щеку обожгло резкой болью. На что я в неверии прислонил правую ладонь к пострадавшей части и начал закипать. Она же начала замахиваться для следующего удара, но я грубо перехватил его левой рукой и нанес хлесткий удар уже по ее щеке правой. Потеряв равновесие, Эмилия начала заваливаться, я же придержал ее, сделал с ней пару шагов и подтолкнул на кровать. Не дав ей времени опомниться, опускаюсь сверху, взяв за руки из уперев колено между ног. - Ты пьян, – тихо сказала она, сдерживая слезы. – отпусти меня, поговорим завтра. – На ее лице проскакивали страх и неверие. -…- я смотрел в ее увлажняющиеся глаза и находился в смешанных чувствах, Адам никогда не видел ее такой, всегда грозная леди, со сталью в глазах и льдом в душе. Сейчас же она вызывала лишь сочувствие и желание утешить и приласкать, которое постепенно пересиливало первоначальный порыв с попыткой наказать. – Помолчи, – все что я смог выдать перед тем, как впиться в ее мягкие губы.       Поцелуй был долгим и достаточно быстро перетек из одностороннего в обоюдный. Эмилия, как и Адам не были искусными любовниками, все что они делали было скорее похоже на имитацию с частичным удовлетворением. У второй же личности может и не с избытком, но опыта хватало, и я решил дать девушке прочувствовать, как оно может быть на самом деле.       Пробуждение было лёгким, солнечный свет мягко проникал в комнату, освещая ее, но не ослепляя. Повернув голову налево, я уперся взглядом в лежащую у меня на груди голову Эми. Девушка ещё спала, прижимаясь ко мне всем телом и закинув на меня одну из ног. Поддавшись порыву, я нежно обнял ее и тут же пожалел, пусть и буквально на миг. Эмилия начала просыпаться, сперва слегка поворочавшись и после этого подняв голову и устремив на меня взгляд своих бездонных голубых глаз. В этот миг, мое сердце дернулось, и я окончательно убедился, что слияние душ открыло путь свету в мое чёрное сердце.