Hopelessness

Чимин уже около 5 минут не может отвести взгляд от одной «сладкой» парочки. Вокруг Юнги крутится какой-то уж слишком улыбчивый парень и по чужому поведению Пак может сказать, что он как минимум бета, а может и вовсе омега. Парни вдалеке не могут перестать разговаривать, улыбаться и смеяться. Чимин может поклясться, что ещё никогда не видел Юнги в таком отличном настроении. Однако осознание того, что это только из-за этого смазливого парнишки, перечёркивает все положительные мысли в голове Пака. Кто вообще этот парень? И какого он забыл у них в универе? И главное, почему он сейчас с Юнги? Омега не знает, а ответы на эти вопросы пытается найти уже на протяжении этих чёртовых пяти минут. Почему Паку не плевать? Чимин знает почему, но даже в мыслях не спешит озвучивать свою догадку. Всё должно было быть не так, как произошло. Слышали фразу «время лечит»? Или, может, «утро вечера мудренее»? Так вот нихрена оно не лечит, никто никого не мудренее и, вообще, со временем ничего не становится понятнее или же лучше. Порой время делает только хуже. И Чимин, как никто другой, в этом убедился. С того инцидента с рисунками прошло около года. И бо́льшую его часть Пак не мог найти себе места от смешанных чувств. С того дня омега стал невольно обращать внимание на Юнги. На поведение альфы, привычки, внешность, слова. Вошло в привычку оборачиваться назад, когда сообщали какие-то новости или просто становилось скучно. Тогда Чимин ещё не догадывался, что это первая стадия на пути к влюблённости в Мина. Второй стадией были попытки общения. Чимин приглашал старшего на обед, предлагал делать вместе парные проекты, звал даже пару раз погулять. Сперва Юнги отказывался от любого предложения, после стал просто игнорировать, но однажды он согласился. И вот здесь как раз началась третья стадия. Первым согласием Мина был проект по черчению. Пак узнал много нового об альфе, из-за чего внимание к Юнги только возросло. Но главное, что узнал Чимин — это то, что с Мином всё не так чисто и понятно. Пак ловил на себе не раз заинтересованный или мечтательный взгляд, обращал внимание на то, с какой нежностью и аккуратностью Юнги помогал ему, когда у Чимина что-то не выходило. Тот проект Пак запомнил надолго, а также тот день поселили в Чимине надежду. Надежду на то, что омега не безразличен Мину. После проекта Чимин с Юнги немного сблизились. Альфа перестал отказываться от некоторых предложений младшего провести вместе время, чему Пак был безмерно рад. Омеге даже удалось как-то вытащить альфу на прогулку по парку. И хоть Юнги продолжал себя вести всё также неоднозначно с Чимином, то мягко улыбаясь, то игнорируя, то и вовсе мог сказать что-то грубое, но Пак радовался и тому, что у них было. Пусть Чимин и не знал, как охарактеризовать их отношения, но это не мешало парню принимать их такими, какие они есть. Но, как оно очень часто бывает, в один момент всё пошло по одному месту. С того момента Чимин даже не знает, какие эмоции испытывает по отношению к альфе. Злость? Непонимание? Отчаяние? Разочарование? Грусть?.. В тот день всё то хрупкое, что выстраивалось на протяжении нескольких месяцев, просто исчезло. Юнги стал прежним. Таким же незаметным парнем, что не шёл на контакт, огрызался и игнорировал. Вот только Чимин не мог уже испытывать прежнего безразличия к парню. После всего проведённого вместе времени, после всех тех робких улыбок и взглядов, незаметных прикосновений… Вернуть всё назад было просто невозможно, как бы омега ни пытался. Пак не знает, сколько слёз впитали в себя вещи Тэхёна, когда Чимин возвращался из университета после очередного дня молчания и недомолвок. Омега не знает, сколько раз принимал в себя член друга, стараясь забыть Юнги. Чимин не знает, в какой момент он смирился со шрамом на своём сердце. Но главное то, что омега смирился и старался всё забыть и идти дальше. Но сейчас Чимин уже десять минут не может заставить себя отвести взгляд от Юнги и того улыбчивого и красивого парня. Все эмоции, что последние пару месяцев Пак держал в себе, вспыхнули новым ярким пламенем. С минуты на минуту должен был прозвенеть звонок, поэтому Пак поспешил в аудиторию, напротив которой и стояла та мерзкая парочка. Чимин видит, как парни прощаются, что хоть немного радует. Однако эту мимолётную радость перебивает сладкий аромат люпина. Рядом с Юнги омега. Омега чёрт возьми. И ему безумно повезло, что взглядом нельзя убивать, иначе Чимин бы непременно воспользовался этой способностью. — Увидимся, Джихе, — последнее, что слышит Пак из уст Юнги перед тем, как пройти мимо, с силой зацепив альфу плечом, и зайти в аудиторию. — Чимин, блять, — шипит Мин вслед парню. Пак со злостью резко разворачивается, смотря Юнги в глаза. — Ах, значит, как Джихе, так «увидимся», а как Чимин, так «блять», — с издёвкой фыркает Пак. — Что на тебя нашло? — недоумевает Юнги. — У шлюхи своей спроси, — выплёвывает Чимин, проходя на своё место. В помещение заходит преподаватель, вынуждая альфу молча сесть на своё место. Чимин не может сосредоточиться на словах преподавателя, проигрывая в голове недавние события. Чем этот Джихе лучше него самого? Почему Мин теперь улыбается этому парню, после того как жестоко отверг Пака? Юнги нервно постукивает карандашом по столешнице, рассматривая макушку Чимина. Почему вдруг Пак стал так себя вести? Неужели это всё из-за Джихе? Мин не дурак и понимает, что омега приревновал, вот только почему? Неужели парень всё ещё неравнодушен к нему? Неужели он всё ещё ничего не забыл? Не успевает звонок прозвенеть, как Пак вскакивает со своего места, закидывая вещи в рюкзак и вылетая из аудитории. Чимин быстрым шагом направляется к лестнице, но его резко дёргают за запястье, отчего омега чуть не теряет равновесие, но чья-то рука твёрдо удерживает его за талию на месте. Пак оборачивается, в шоке смотря на Юнги, который отходит на шаг от младшего и берёт его за запястье. — Надо поговорить. — произносит Мин, делая шаг к лестнице. — Какого хуя? — пытается вырваться Чимин, но Юнги только сильнее сжимает его руку, ведя за собой. — Будет моего и у тебя во рту, если не успокоишься, — шипит Мин, после чего чувствует, что младший перестал вырываться. Юнги заводит омегу в какой-то более-менее пустынный коридор и прижимает того к стене. — Ты что творишь? — грубым голосом спрашивает Мин. — Я? А что я сделал? Расскажи лучше, что сделал ты. Привёл какую-то шлюх… — Не смей произносить это, — шипит Юнги, обрывая Пака. — И почему же? Он какой-то особенный, да? Почему он? — спрашивает Чимин, отчаянно смотря в глаза альфы, надеясь найти в них прежний блеск, с которым раньше Юнги смотрел на него. — О чём ты? — недоумевает Мин. — Да всё ты прекрасно понимаешь. — омега чувствует, как в уголках глаз собираются слёзы. Чимин прикусывает губу, сдерживая свои эмоции. — Просто скажи, чем он лучше меня? Почему ты отшил меня в тот день и сейчас улыбаешься ему, а не мне? — Чимин, мы с Джихе не встречаемся. Он мой друг. Мы с детства вместе были, но год назад он уехал в Японию, а сейчас вернулся. Мы просто друзья, глупыш, — мягко произносит Юнги. — Не называй меня так, — со злостью произносит Чимин. — И отойди от меня, — Пак толкает Мина в грудь, но тот не отходит, продолжая смотреть в глаза омеге. — Чимин, послушай. — Юнги неловко мнётся, отчего Пак не может не обратить всё своё внимание на альфу. Мин никогда раньше не был таким. неуверенным. — В тот день я… Прости меня. Я надеялся, что ты забудешь, чтобы… — альфа перевёл взгляд в сторону, не закончив предложение. — Чтобы что? — спрашивает омега, наблюдая за старшим. — Чтобы не чувствовать вины перед тобой. Чтобы ты перестал думать обо всём этом. Чтобы ты отпустил меня. Чтобы я не переживал за тебя каждый день, если бы. ответил взаимностью, — выдохнул Юнги. — Что? То есть ты… То есть я тебе… Но почему тогда… — медленно произносит Чимин, не до конца понимая, о чём говорит альфа. А главное, что Юнги всё ещё не ответил на его главный вопрос. *** Чимин идёт рядом с Юнги, без умолку рассказывая всякие глупости и весело смеясь. Альфа практически молча следует за омегой, порой не сдерживаясь от улыбок или забавных комментариев. Пак каждый раз светится, когда видит на чужом лице улыбку. Омега замечает цветок в траве, что было такой редкостью поздней осенью. Чимин не знает, что это за цветок, но он красивый, а этого достаточно. Пак срывает его, подходя к Юнги. — Смотри какой красивый, — произносит Пак, показывая старшему свою находку. — Да, очень красивый, прямо как ты. — усмехается альфа. Чимин смущается от внезапного комплимента и чувствует, как его щёки заливает румянец. Омега подходит ближе к старшему и протягивает руку с цветком к чужим волосам. — Можно? — нерешительно спрашивает младший. Не получив отрицания, Пак аккуратно вплетает цветок в волосы Юнги. Чимин улыбается, рассматривая свою работу, после встречая взгляд парня. — Юнги, ты… Ты мне нравишься, — неловко произносит Пак, нежно улыбаясь. С лица альфы пропадает улыбка, будто его окатили холодной водой и вывели из транса. Мин смотрит на Пака также безразлично, как и раньше, отчего сердце Чимина пропускает удар. Он что-то сделал не так? Поспешил? — Юнги, всё в порядке? Прости, я не должен был говорить этого. Прости меня… — Не вини себя в том, что наши чувства не взаимны. — холодно произносит Мин. — Но… мне казалось, что… — Это уже неважно. Забудь всё, что между нами было. Хотя… Ничего ведь и не было, — жёстко усмехается парень. — Я тебе уже как-то говорил, что мы не можем быть вместе. А ты… Ты по своей глупости решил, что всё будет так, как ты хочешь. Что ж… Я не оправдал твоих надежд, Чимин, — произносит Мин, прежде чем развернуться и уйти. Слёзы одна за одной безудержно катились по щекам омеги. Чимин не верил, что всё происходит на самом деле. Юнги не мог так поступить… Не мог… Чимин не услышал тогда дрожи в чужом голосе и не знал, что Юнги прячет слёзы, чтобы после дать им волю там, где их никто не увидит. *** — Юнги, почему? Почему ты так жестоко поступил со мной? Почему сейчас ты просишь прощения за то, что сделал? Почему ты тогда сказал, что мы не можем быть вместе? Почему нет? Почему между нами так много «почему»? — со злостью, срывающимся голосом кричит Чимин. — Прости… Мне нет оправдания. Я наговорил тогда тебе всё то, чтобы уберечь тебя. Чтобы не сделать тебе больно и чтобы не потерять тебя. Да, ты можешь подумать, что это глупо, и всё это и так произошло, — останавливает открывшего было рот омегу. — Но я говорю про другое. Я боюсь того, что ты можешь пострадать из-за меня. Очень сильно пострадать. Я бы не простил себя, если бы это произошло. Поэтому я и молчал, я наблюдал за тобой издалека, не подпуская ближе. Но из-за тех рисунков ты сам стал сближаться со мной. Я больше не мог держать дистанцию между нами. А потом ты сказал, что я нравлюсь тебе… Тогда я и очнулся от сказки, что мы с тобой создали. Я не должен был допустить этого, понимаешь? Ты не должен был влюбляться в меня, Чимин. Тогда я решил, что будет лучше, если мы просто разойдёмся. Ты бы всё забыл и жил бы дальше. Да, может и глупо, но я не видел и сейчас не вижу другого выбора. И ты ведь забыл всё, но я совершил очередную ошибку в виде Джихе. Поэтому я и прошу прощения. Прости меня за эти ошибки, прости, что сделал тебе больно. — Всё, замолчи, хватит, — выкрикивает Чимин, уже не контролируя своих слёз. — Я не понимаю тебя, слышишь? Ты не говоришь мне чего-то. Я не понимаю. Я не смогу забыть тебя, если ты мне не скажешь того, о чём молчишь. Юнги молчит некоторое время, не решаясь ответить. Через мучительно долгих две минуты Мин делает глубокий вдох, собираясь с мыслями. — Люди, которые мне дороги и близки… С ними всегда происходит что-то плохое. Моих родителей уже давно нет в живых, мой брат попал в автокатастрофу, мой лучший друг сейчас на реабилитации и… Джихе, у него нашли опухоль недавно, — еле слышно говорит Мин. — Что? — Чимин в шоке смотрит на альфу. — Но… Боже, мне так жаль, Юнги. Я не знал про Джихе, прости, я не должен был так говорить о нём. — Ничего. Ты не знал, всё в порядке, — осипшим голосом говорит Юнги. — Юнги, я не знаю, что сказать. Прости меня. Но я не могу, Юнги. — Что не можешь? — поднимает голову Мин, смотря парню в глаза. — Я не могу отпустить тебя. Не могу. Я не знаю, как это объяснить. Я чувствую что-то особенное. Что-то более важное, чем любовь. Я думаю, что я нужен тебе. И… Я не боюсь, я хочу быть с тобой, — полушёпотом произносит Чимин. — Я не смогу видеть твоих страданий из-за меня. Пак слышит грустные нотки в чужом голосе, поэтому вытирает слёзы и ободряюще улыбается, смотря Юнги в глаза. — Со мной всё будет хорошо, слышишь? То, что было с твоими близкими… Мы не знаем, почему это произошло, но это произошло не по твоей вине, Юнги. С людьми случаются неприятности по разным причинам, но ты ими быть не можешь. Это просто невозможно, глупый, — улыбается Чимин, опуская ладонь на чужую щёку, вытирая большим пальцем одинокую слезу. — Ты не должен быть один. Больше не должен, слышишь? Юнги молча смотрит в чужие голубые глаза и хочет верить им. Чимин уверен в своих словах и излучает необычайное тепло, к которому хочется тянуться. Пусть Мин и будет тем глупым мотыльком, что летит на свет. Может он и обожжётся, когда коснётся лампы, но он готов. Он не обожжётся. В этот раз точно нет. Чимин с надеждой смотрит в чужие глаза, ждёт, когда альфа ответит. Юнги заперся в клетке одиночества, оградив себя от других людей, из-за своих предрассудков, но Пак понял, зачем он нужен старшему. Он тот, кто откроет клетку и выведет Юнги из неё навстречу будущему. Счастливому будущему. Их будущему. Юнги молча кивает на вопрос омеги и видит на чужом лице улыбку облегчения. Альфа улыбается в ответ, когда чувствует на своих губах чужие. Мин, не теряя ни секунды, обнимает омегу за талию и отвечает на поцелуй, рассказывает тем самым обо всех чувствах, что были в его сердце всё это время. — Я люблю тебя, Чимин, — шепчет в чужие губы Юнги и слышит ответное признание, отчего чувствует, как тяжёлый груз, что лежал на его плечах долгие годы, становится намного легче. Они и вправду нужны друг другу. Нужны, чтобы избавиться от отчаяния.