Умоляй внутренний голос

      — Где он? — он не знал. Или не хотел помнить? — Что с ним? — он не понимал. Или не хотел понимать?       — Его проблемы. — отозвался другой голос. — Это он виноват.       — Что он сделал?       — Он должен помнить.       — А если он не знает? — спросил голос.       — Его проблемы. — ответил первый голос. — Это он виноват.       — Что он шепчет? — они не понимали. Мужчина лежал на полу, свернувшись. Припал лбом к коленям, обхватив спину руками, изредка царапая её сквозь серую футболку. Он плакал. Что-то бубнил себе под нос. Что-то, что понимал только он сам.       — Молитвы? — предположил первый голос. Его учили молиться при каждом плохом случае. Но когда это помогало ему? Может, это и послужило отречением от служения, учёбы, веры в бога и преданию себя этому? Ему они не помогали. Он так долго не произносил этих слов по утрам, вечерам, на учёбе. Говорит только сейчас. Может, поэтому они и не помогают? Слишком поздно? Слишком мало? Он не знал.       — Прощения? — предположил второй голос. Он не знал. Просить прощение? У кого? Что-то он уже такое слышал. Кто-то заставлял его просить прощение. Умолять, прося о прощении. Но кто? И за что? Он не знал. Или не хотел помнить?       — Его проблемы. — сказал первый голос. — Это он виноват.       — В чем? — спросил второй голос.       — Он не помнит.       — А если он не знает?       — Его проблемы. — вновь повторил голос. — Это он виноват.       — Он должен знать? Что?       — Он сам знает.       — А если он не помнит?       — Его проблемы. — голос стал растворяться. — Это он виноват.       Мужчина чувствовал боль. Спустя время, всё-таки решился подняться с пола. Приоткрывая глаза, ничего вокруг себя не увидел. Всё было чёрным: пол, потолок, стены. Да и были ли они здесь вообще? Он не знал. Не понимал.       Слабо, тяжело и медленно, он приподнялся, вставая на четвереньки. Руки тряслись, колени норовили свалить тело обратно. Но если он упадёт, значит, он сдастся, проиграет. Он с кем-то сражался? Боролся? Он не знал. Или не хотел помнить?       Его рвало. Не долго, ибо живот был пустым. После, он почувствовал, как из носа и рта что-то густое капает на невидимый пол. Запахло металлом. Его привкус чувствовался и на языке.       Мужчина сел на колени. Глубоко дышал через рот, смотря куда-то вверх. Спустя несколько секунд, приподнял руки и наклонил голову, чтобы их рассмотреть. Зачем? Из интереса? Он не понимал. Но хотел это сделать.       Только сейчас он смог их увидеть, словно глаза действительно открылись. Они были по локоть в крови. В чьей? Он кого-то убил? Или пытался остановить собственную рану? Он не понимал. Или не хотел понимать?       Поднимаясь, опирался руками о пол. Чистый? Лужи рвоты и крови нет? Или он её не видел? Перестал чувствовать запах? Он не понимал. Или не хотел понимать?       Когда встал на ноги, смог рассмотреть себя. Он мог себя увидеть. Ничего не поменялось: серая футболка, лёгкие тёмные штаны. Он был босой. Несмотря на руки и лицо, одежда была чистой. Почему?       Издалека был слышен плач. Стоны боли, но, тихие, словно тому, кто их издавал, было не очень больно. Он слышит?       Он не знал откуда этот звук. Не понимал, в какой стороне. Может ли он вообще идти? Не упадёт в пропасть? А есть ли она здесь вообще? Он не знал.       Медленно шёл, тяжело перебирая ногами, приподняв голову, смотря вверх. Дышал через рот, ибо носом было сложно. Стоны становились громче. Он шёл правильно?       Остановился. Обернулся, продолжая идти вперёд, но только теперь споткнулся обо что-то. Или кого-то? Стоны стали громче. Он был возле них. Плошмяком упал на пол, В последний момент успев выставить перед собой руки, чтобы было не так больно. Он чувствовал ступнями, что то, обо что он споткнулся, живое. Оно движется, от плача и стонов. Но оно было холодное.       Присел на колени, он медленно обернулся. Столкнулся с чьей-то спиной. Повернувшись к нему всем тело, положил кровавую руку на плечо, поворачивая к себе. На нём была тёмная футболка, ветровка, джинсы и кроссовки. Перевернув тело, он перестал плакать, стал спокойно дышать, словно боль исчезла. Мужчина увидел себя. Такой же темноволосый, с округлыми чертами лицо, словно посмотрел в зеркало, но он был в другой одежде. Почему в уличной? Здесь же было тепло. Или холодно?       Мужчина заметил, что его правая лодыжка вывернута наружу, было видно выпирающий сустав. Руки тоже были все в крови. Из носа и рта тоже стекали струйки крови, но очень медленно. В груди, слева, прямо на месте сердца, была дыра, размером с запястье. Она не кровоточила, просто была.       — Почему ты оставил меня? — он не понимал. Лежачий тоже дышал через рот, слабо приподнявшись на левой руке, не отрывал глаз от мужчины. Своего отражения. Правда, в другой одежде. Говорил от тихо, шёпотом, словно у него нет сил.       — Почему ты оставил меня? — сказал он немного громче. Он не ответил. Или не хотел отвечать?       — Почему ты оставил меня?! — уже прокричал, хватая мужчину за горло, наваливаясь сверху. На мгновение, мужчина увидел у него другое лицо. Чужое. Он увидел светлые волосы, а правая часть лица была сильно изуродована. Множество шрамов и покраснений. На виске не было кожи, была видна часть мозга. Чётче всего, он запомнил серые глаза.       Он ничего не ответил. Почувствовал, как его повалили на спину, пол пропал, а тело сверху попросту осталось наверху, тут же исчезая из вида. Он летел. Не видел, высоко он или нет, но чувствовал, что летит, причём вниз. Он перевернулся, и теперь был лицом вниз. Летел, не понимая ничего.       В конце, он упал на правую ногу, тут же выворачивая её в лодыжке. Грудью, приземлился на, кажется, парковочный столбик. Пробил насквозь левую часть, попал прямо в сердце. Но он не чувствовал боли. Он не кричал. Где-то он уже видел такое. Но, где?       Он чувствовал боль, но не ту. Что-то кололо в груди. В сердце. Не боль от падения. Другая. Нос зарябило, пронзила краткая острая неприятная боль. Он зажмурил глаза, принявшись плакать. Снова? Или он этого ещё не делал? Вновь стал что-то шептать. Молитвы? Прощения? Кажется, он что-то вспомнил. Или узнал?       Сзади послышались шаги. Тихие, спокойные, словно их обладатель гулял у себя дома. Они остановились перед его лицом, что боком лежало на полу. Он не поднимал глаз. Знал, что там увидит. Вспомнил ещё что-то.       Пришедший потянулся к нему, поднимая на колени под плечи. Столбик пропал? Он даже не почувствовал этого. Мужчина не открывал глаз. Он чувствовал перед собой неизвестность, боялся. К нему вернулись чувства? В сердце что-то отозвалось. Грусть? Скорбь? Сожаление?       Принятие?       Он решился открыть глаза, знал, что без этого не обойтись. Увидел перед собой светлые волосы. Лицо у мужчины было изуродовано. Справа было множество шрамов и царапин, покраснения. На виске вообще кожи не было, выделался какой-то орган, вероятно мозг. И что-то белое. Скорее всего, кость. Уха в этом месте не было. Содранная кожа задевала часть щеки. На шее, ниже, её тоже не было, местность была оголена прямо до мяса. Он смотрел нейтрально, но во взгляде серых глаз было видно, что он злится. Очень сильно. Где-то, он уже видел его. Но, где? Он смотрел пристально, не отрывая взгляда, словно наслаждался, когда из глаз мужчины шли слёзы.       — Я больше не могу... — прошептал мужчина, не отрывая взгляд от серых омутов. Он мог говорить? Голос вернулся? Слёзы не хотели переставать идти, он буквально захлёбывался ими. Смотрел, не в силах отвести взгляд. — Прошу, прости меня... — за что? Он не знал. Или не помнил?       — Умоляй меня. — строго сказал он. Его лицо не поменялось. Он отпустил мужчину, и теперь он самостоятельно сидел на коленях. Сам же он встал, смотря на него сверху вниз.       — Умоляю, прости меня... — он шмыгает носом, пытаясь приподняться, но не выходит. Нет сил. Он не чувствовал тела. Застыл в этой позе. Мог только говорить.       — Умоляй ещё.       — Умоляю... прости меня... — Он прикрывает глаза, и по щекам стекают слёзы. Он знал, что этого не хватит. Но он продолжал это делать. Почему? Это ведь не поможет. Он мысленно молился. Зачем? Это ведь не поможет. Он знал, но всё равно делал.       Он позволял. Он знал, что не может управлять телом, потому что так решил мужчина перед ним. Он управлял им. И он не мог ничего сделать.       Мужчина почувствовал на своей щеке его ладонь. Она была холодная, бледная, мёртвая, но при этом гладкая и приятная на ощупь. Ответа не последовало. Вторую ладонь, он почувствовал на макушке. Пальцы проходили сквозь пышные тёмные волосы, ощупывая. Он позволял. Почему? Ему так хочется. Зачем? Он не понимал. Или не знал?       Мужчина почувствовал у своего лица чужое. Спокойное и ровное дыхание заставляло сходить с ума. Почему он такой спокойный? Он не знал.       Мужчину обняли, прижимая к груди его лицо. Почему? Его пожалеют? Он не был так уверен. Руки прошлись по его спине, оглаживая лопатки, позвоночник, шею. Левая рука перенеслась к его правому плечу, слабо повела пальцами, легонько прикасаясь. Мужчина взвыл от боли. Рука выгнулась, суставы захрустели. Он не мог двигаться. Он делал только то, чего от него хотели. Прошлись по спине, из-за чего та болезненно выгнулась назад и также хрустнула в некоторых местах. Но его не отпустили из объятий. Можно ли было их таковыми считать теперь? Или его просто держали, чтобы он не упал?       Он вновь стал умолять. Не мог нормально дышать, ибо горло перекрылось, будучи голове, что была задрана назад, но умолял. Просил прощение. За что? Он не знал. Или не хотел помнить?       Мужчину отбросили на пол. Тело затряслось, начались судороги. Припадок. Он смог нормально выгнуться, вернуть руку в обычное положение, но теперь боль разлилась по всему телу. Он кричал. Громко, истошно. Рядом стоящему мужчине было всё равно, судя по его виду. Ему было приятно наблюдать за этим.       Он позволял. Почему?       Ему делали больно. За что?       Он умолял. Зачем?       Он не знал. Или не хотел помнить? А если помнил, то не хотел знать?       Его проблемы. Это он виноват.

***

      Голова неприятно болела, а шум в ушах заставлял сходить с ума. Автобус сегодня был переполнен, слишком много народу, и его это смущало, ибо обычно в это время здесь едет человек десять, может быть двадцать, но никак не полный салон, тем более, что все они ехали в сторону завода. Множество остановок было проделано, но никто не собирался выходить, лишь пара человек зашли и выходили на последующих.       Рядом с ним сидел его знакомый, с которым он вместе работал. Парню повезло, что его определили не в шумную часть завода, где нужно было работать физически, а посадили за бумажки, где он работал в основном головой. Он не был недоволен, наоборот рад этому, потому что физический труд был не для него, хоть он и начал с этого. Сам из себя он был достаточно худощав, и с некоторыми обычными вещами не мог справиться, либо потому что не понимал их, либо потому что не хватало сил.       Он смотрел в окно, опирая о него голову. Смотрел наружу достаточно грустно, сонно. Выглядел он уставшим, был очень бледный, по его виду можно было сказать, словно он сейчас заплачет. Думал о своём, не обращая внимание на шум рядом, как люди общались между собой. Даже на некоторые фразы знакомого никак не реагировал, медленно и тяжело моргая. Он задумывался, что когда приедет на завод, то немного поспит прямо на столе, потому что ночью нормально не выспался.       Из головы не выходил фрагмент из сна. Он не раз его видел. Ему везло, что кошмары с тем парнем снятся не каждый раз как он ложиться спать, иногда ему удаётся спокойно провести ночь, но конкретно момент с падением он видит не впервые. Тот парень всегда мучает его. Во сне — физически, в реальной жизни — морально. Он не знал, почему тот так поступает, были лишь догадки, но и на них от ничего не говорил, оставляя это под вопросом. Мужчина должен был сам всё узнать, иначе никак, но он даже не имел представления как это должно выглядеть, и откуда вообще он возьмёт эту информацию.       Смотря в окно, он увидел на остановке девушку с молодым человеком. Он удивился, почему те решили ехать на автобусе, а не на такси. У девушки был небольшой рюкзак на спине и пакет с документами, у парня — тёмный кожаный планшет, явно тоже набитый бумагами. Они зацепили его внимание тем, что он никогда не встречал их. Не только на этой остановке, а в принципе, словно они оба приезжие, может быть из соседнего города.       Из автобуса вышло несколько человек, неплохо освобождая пространство, из-за чего эти двое вошли. Они остались стоять, потому что все места были заняты. Мужчина поджал к себе портфель, который до этого стоял у него в ногах, наблюдая за парочкой. Он не понимал почему это делает. Может быть, у него играл детский интерес изучать людей, понимать их с одного только взгляда. Узнавать кто они по внешности, одежде, выражению лица, иногда голосу, если те что-то произносили.       Девушка была низенькая, примерно чуть ниже его самого, светловолосая. Пышные локоны светло-русых волос доставали до лопаток, а из-за капюшона, задние пряди неуклюже приподнимались, добавляя неестественной, неаккуратной пышности. Она смотрела вниз, держа одной рукой пакет, второй — держась за вертикальный поручень. Кожа у неё была светлая, немного бледная, но на щеках и носу виднелись розоватые оттенки, словно она зашла с мороза в тёплое помещение. На улице и в правду было достаточно прохладно, несмотря на конец сентября, в салоне же было действительно тепло. Само лицо у девушки было округлое. Были большие щёки, маленькие аккуратные губы, достаточно красивые глаза. Она была очень стройной, одетая в бежевое пальто, охваченное на талии поясом. На шее белый шарф.       Мужчина рядом с ней выглядел под одному выражению лица очень строгим. С первого взгляда он был сказал, что они пара, но присмотревшись, это явно было не так. Они по одному виду не сочетались. Глупая мысль, но она была такова. У него были чёрные короткие волосы, причёсанные кое как, острые черты лица, что прибавляло ему строгости. Густые брови, широкий нос, тонкие губы. Одет он в строгий костюм, поверх которого была тёмная куртка. Он был выше девушки на пол головы точно, если не на целую. Смотрел вдаль салона, делая строгий вид. Девушка же рядом с ним выглядела, словно в чём-то провинившаяся.       Мужчина легонько коснулся её плеча, обозначая, что они почти приехали. Она тут же кивнула ему, поднимая голову и быстрым взглядом проходясь по салону, явно с небольшим интересом. Она быстро пробежалась по всем головам людей, которых были видно, как тех кто сидел, так и тех, кто стоял. Взгляд остановился на мужчине. Она правда смотрела на него не отрываясь, скорее всего из-за того, что он просто не сводил взгляд с неё. Он никак не реагировал на это, продолжая пялиться. Выглядел нейтральным, но по большей части просто уставшим. Головой опирался о спинку сиденья, смотря на её лицо, иногда спускаясь глазами ниже, рассматривая одежду.       Автобус остановился, и девушка с парнем сошли. Чуть дальше, на этой улице находилось офисное здание, скорее всего они шли туда. Мужчина ещё несколько секунд смотрел на неё сквозь окно, под недовольные высказывания её знакомого, в конце отводя взгляд внутрь салона, словно пытаясь намекнуть, что он смотрел на неё просто так, вдруг что. Автобус поехал дальше. Он заметил, как особа провожала его взглядом.

*

      Мужчину смутило то, что все люди, что набили салон, вышли возле завода, он вместе с ними. Повесив портфель на спину, он и его знакомый пошли к высокому зданию, разделённому на два блока, один как раз был производственный цех, другой, поменьше — офисный, где он как раз и работал.       Толпа народу шла в сторону ворот, которые начали открываться. Иногда он думал, что был самым молодым в этой компании, ибо вокруг видел в основном взрослых мужчин, лет тридцати-сорока, не меньше. Ему же самому было двадцать пять, и в какой-то степени он подходил под них, но всё же он считал себя другим. Даже его знакомый, который шёл рядом с ним, смущался от такого количества рабочий. Он был старше парня на восемь лет, но находил с ним общий язык, причём очень легко и просто, не смотря на возраст.       Внутри ворот, на территории завода ничего не поменялось, все ждали чего о внутри. У входа в здание начала скапливаться очередь. Людей распределяли по назначениям: кто-то шёл в первый корпус, кто-то во второй. Ничего необычного, только теперь это делали с очередью. Парня это вновь смутило. Он видел, что людей распределяют по их направленности, ничего особенного. Может быть, надо было вести подсчёт работников.       Когда очередь дошла, мужчина в форме отправил его во второй корпус, что он бы и сделал самостоятельно. Более, ничего не происходило. Он лишь на мгновение обернулся, ожидая своего знакомого и смотря как люди идут то вправо, то влево.

*

      Работа была скучной, но ему хоть какое-то удовольствие она приносила, например тем, что она была спокойной. Здесь было тихо, люди общались редко и по делу, не кричали, не ссорились. Единственными звуками были шум с соседнего цеха и редкие шаги соседей. В основном все сидели на местах.       Здесь работало не так много людей. Это создавало ощущение какого-то уюта и спокойствия, позволяло полностью погрузиться в работу, не отвлекаясь совершенно ни на что. Несмотря на головную боль, что уменьшилась лишь немного, он чувствовал себя более-менее комфортно. Не отвлекался, особо ни с кем не беседовал, только если разговор не заведут с ним.       Его всё устраивало. Он не жаловался.

*

      На перерыве он не обедал со всеми, наоборот, отстранился, убежав в уборную, ибо его резко затошнило. За ним никто не пришёл, кроме его знакомого, да и того он попросил не вмешиваться. Это было личное. Он чувствовал, что дело здесь не в отравлении от сигарет, не в завтраке, нет. Это другое, то, что сможет понять только он. Странно звучит, но на данный момент, он не управлял своим телом. Ну, почти. Движения, речь, взгляд, этим он владел, но боли появлялись из-за кое чего другого.       Он закончил спустя минут пять, ибо было до ужаса больно. Живот скручивало, словно желудок был готов взорваться изнутри. Он блевал до крови, чувствуя, как саднит горло. Её сгустки то и делали что капали изо рта, неприятно оседая на подбородке. Когда оторвался от этого всего, облокотился спиной о дверцу кабинки, сгибая ноги к себе, прямо на полу. Провёл ладонью по лицу, убирая кровь. Дышал через рот, на мгновение прикрыв глаза, прислушиваясь.       За дверью было вроде как тихо, никто рядом не ходил, да оно и было понятно, ребята либо всё ещё разговаривали, либо уже приступили к работе. Он медленно приподнялся, вставая на ноги. Колени тряслись, а руки дрожали. Нажал на кнопку слива, выходя из кабинки и направляясь к зеркалу. Включил тёплую воду, начиная приводить себя в порядок. Вроде было всё нормально, но кое что не давало ему покоя. Он чувствовал чьё-то присутствие, кого-то нежеланного. По спине пробежали мурашки. Он понимал, кто пришёл.       Он опирался о раковину руками, склонив голову вниз. Пытался выровнять дыхание. Провёл влажной ладонью по лицу, кратко умываясь, после чего поднял голову и посмотрел в зеркало. Он увидел там себя, правда, какого-то безжизненного. Бледный, худой, испуганный. Глаза слабо заслезились. Он оглянулся, осматривая помещение, но никого не было рядом. Но он чувствовал кого-то. Кто-то здесь был. И он даже смело предполагал кто.       Снова посмотрев в зеркало, увидел гостя. Мужчина приближался к нему медленной, ровной и спокойной походкой, словно он у себя дома. Он выглядел нейтрально, никак не реагируя на состояние парня. Когда он его увидел, даже не испугался. Он привык, что тот так появляется, неожиданно, резко, неприятно. Пришедший остановился у него за спиной, положив руки на его щёки, а голову на правое плечо, смотря на самого себя в зеркало.       Он коснулся пальцами уголков его губ, но мужчина его совершенно не чувствовал. Пришедший потянул пальцы в разные стороны, словно хотел сделать на лице мужчины улыбку, но вместо этого, делал её сам, показывая скорее широкий оскал. Резко отпустил пальцы, и она пропала с лица, оставляя от себя снова нейтральное выражение лица.       На лице мужчины не было эмоций. Разве что спустя несколько секунд после этого, с его лица скатились слёзы, а сам он слабо затрясся. Мужчина сзади никак на это не отреагировал, кладя руки на плечи парня. Тот приподнял брови, слабо улыбаясь, приблизился к уху, шепча его имя. Мужчина не двигался, лишь наблюдал за этим. Ему было больно от этого, сердце разрывалось на части. От одного вида хотелось плакать, закрыться от него, уберечь себя, но он понимал, что не может, сколько бы он не пытался.       Мужчина резко обернулся, тут же встречаясь с его лицом. Они были примерно одного роста. Серые глаза неприятно давили, заставляя пугаться от одного лишь взгляда на него. Он хоть и привык к нему, но всё же не мог до конца осознать, что это происходит. Он звонко сглотнул, вытягивая голову назад, пытаясь немного отстраниться. Он бы мог спокойно отойти от него, но не мог решиться, тело не слушалось, не хотело двигаться. Сейчас один страх управлял им, хотя бы из-за того, что он пришёл к нему на работу, где есть другие люди. Ладно бы дома там они наедине, но здесь...       Он рассматривал его лицо. Судорожно водил глазами, пытаясь хоть как-то не сталкиваться с глазами. Смотрел на светлые волосы, бледную кожу, густые тёмные брови... рану на правой части лица. Когда всё-таки посмотрел в глаза, тот усмехнулся. Он не понимал, почему он так себя ведёт, почему он такой спокойный, даже в какой-то степени весёлый. Мужчина зажмурил глаза, чувствуя на щеках горячие слёзы, шмыгнул носом.       — Серёж, — дверь в помещение открыли, перед этим постучав пару раз. В проходе показался высокий мужчина, смотря на парня. Он тут же открыл глаза, но первое, что увидел — того парня, а только после сфокусировал взгляд на мужчине в дверях, нормально вставая и утирая рукой слёзы. Светловолосый отстранился, отходя на пару шагов и упираясь спиной в дверцу одной из кабинок. — всё нормально? Ребята говорят что тебя уже как полчаса нет.       — Да. — ту же отозвался шатен, нормально опираясь о раковину. — Просто плоховато стало, вот и отошёл. Извините, что так надолго. — он пытался привести голос в порядок и перестать пытаться посмотреть на светловолосого.       — Если ты болеешь, вполне себе можешь взять отпуск на пару недель. — мужчина в стороне усмехнулся. — Ты вроде как за последние несколько лет не брал его, ну, как мне помнится.       — Я вполне нормально себя чувствую. Если что не так, я готов отпроситься, поверьте. — он опускает глаза, делая немного виноватон лицо. — Я сейчас вернусь за место, буквально минуту. Можно?       — Можно, но, я право не за этим пришёл. — мужчина пригласил его выйти жестом руки. Серёжа спустя несколько секунд, решился.       — Слушаю. — сказал низкий, когда они шли по коридору.       — Нам нужно спуститься в подвал, проверить свет, плюс в одном из секторов он просто вырубился и всё. Те ребята, что стояли на входе, приехали с проверкой. Ничего серьёзного.       — Хорошо, а я вам зачем?       — Ты лучше знаешь что где и как, потому что часто ходил туда, перед тем как тебя сюда перевели. Мы там от силы раза два были, так что от нас пользы особой нет.       — Понимаю. — он сжал руки спереди, неуверенно перебирая пальцами. — Это нужно прямо сейчас?       — Да. Мои парни не в курсе что и как там работает, я тем более. Поможешь?       — Почему нет. Пошли тогда сразу, чтобы не тянуть.       — Только куртку захвати, там холодно.

*

      Он не был здесь около года. Помещение знатно поменялось: добавилось больше различных счётчиков, панелей, в каких-то местах труб. Теперь и он был здесь бесполезен, но хоть что-то сделать хотелось.       Серёжа немного неуверенно спускался по ступенькам, осматриваясь по сторонам и пытаясь вспомнить, куда нужно идти, чтобы подобраться именно к той панели, которая отвечает за нужный ему отсек.       Его смутило, что здесь тоже не было света. Фонарик от телефона в принципе помогал, но лишь немного.       Со стороны двери слышались разговоры мужчин, что не стали идти сюда, просто потому что совершенно ничего не знают и не понимают в этом. Серёжа оказался их надеждой, но только он сам был уже не так уверен.       Осматриваясь, увидел пару проходов, скорее всего, отведённые специально под отдельные помещения. Он пошёл в центральный, потому что место, где вырубили свет, как минимум на карте завода было обозначено здесь, да и находится он под ним.       Вдали слышались шаги. Тихие, словно их обладатель крался. Стало немного страшно, ибо как ему сказали, он был здесь совершенно один. Он и сам неуверенно зашагал, ноги стали немного заплетаться. Параллельно, рассматривал надписи на ящиках и панелях со всякими маленькими и большими рычажками, проводами, лампочками.       Руки немного затряслись, когда вдали он увидел пробегающий, слабо видимый силуэт. Он предполагал, что это был тот парень, но не был уверен. Наткнулся на первый нужный ему ящик. Открывая, стал читать надписи и значения. Слышал, как шаги участились, а под конец и вовсе стали бежать в его сторону.       Он со страхом повернулся, освещая темноту, тут же сталкиваясь с чужим лицом, что прошло сквозь него, громко визгнув. Серёжа прижал руку ко рту, чтобы не закричать, и лишний раз не привлекать внимание, сжимаясь. Парень рядом рассмеялся.       — Тебя так легко пугать. — он встал перед ним, рассматривая фигуру, что согнулась пополам.       Он ничего не отвечал, лишь отнял руку от лица, начиная попытки отдышаться. Он начинал злиться, но понимал, что даже если он изольёт ему душу и скажет хотя бы не трогать его на работе, он лишь посмеётся ему в лицо, не более. Серёжа действительно испугался, чувствуя небольшую боль в области сердца. Он знал, что тот хочет его напугать, готовился к этому, но всё равно испугался.       Мужчина приподнялся, вместе с этим поднимая руку с телефоном, освещая парня перед собой. Свет проходил сквозь него, однако он очень хорошо его видел и мог рассмотреть. В нём ничего не поменялось, кроме выражения лица, на котором была слабая улыбка.       Он отвёл взгляд, начиная снова смотреть в ящик.       — Честно, я не думал что ты испугаешься. Судя по тому, как ты напрягся, ты был готов увидеть меня. Что не так? — мужчина опирался плечами о стенку рядом, рассматривая профиль шатена, что внимательно читал надписи в ящике. Он не ответил, щёлкая каким-то переключателем. — Обиделся? — в помещение зажёгся свет, после чего мужчина двинулся дальше, совершенно не обращая внимание на пришедшего.       Они прошли дальше по коридору, где парень вновь остановился, открывая очередную дверцу, где виднелись знакомые рычажки и переключатели. Светловолосый вновь приблизился, положив руки тому на плечи. Серёжа не чувствовал его, но даже простое ощущение его рядом и прикосновение к себе вызывало отвращение, пускай и не осязаемое.       — Не трогай меня. — резко выдал он, поворачиваясь и отступая на один шаг. Он посмотрел в его лицо, что сейчас становилось нейтральным. Он и не злился и не радовался. Его это немного смутило. — Что тебе от меня нужно?       — Понятное дело что. Ты сам прекрасно знаешь. — шатен нервно выдохнул, понимая, что он намекает про прощение. Он не стал отвечать на это, начиная читать надписи здесь. — А если посмотреть с другой стороны, то мне стало просто скучно и я решил поговорить с тобой.       — Делать тебе больше нечего. — щёлкнул выключатель. — Мы вроде как договаривались, что сюда ты не приходишь, а если и делаешь это, то не трогаешь меня. Разве не так?       — "Мы"? Кто это "мы"? По-моему это ты однажды попросил меня об этом и не дождался ответа. — он стал опираться спиной о стенку сзади, наблюдая за работой парня. — Свободно гулять по миру я не могу, вот и решил прийти к тебе.       — Где же ты тогда был всё остальное время? Неужели прятался или осматривал завод? — он щёлкнул ещё одним переключателем, после чего спустя пару секунд со стороны выхода послышались одобрительные вскрики, словно от радости. Он знал, что можно уже возвращаться, но решил остаться и поговорить, всё равно его работа здесь выполнена, а в офисе её не так много.       — Я просто наблюдал, сам понимаешь, не хочется услышать из твоих уст чего-нибудь лишнего. — светловолосый убрал руки в карманы джинс, наблюдая за тем, как Серёжа опирается о стенку спиной и складывает руки на груди.       — То есть, мне теперь и говорить можно с твоего разрешения? Хорошо хоть моргаю когда мне хочется. — он посмотрел на него наглым взглядом. Парень никак не отреагировал на это, продолжая нейтрально осматривать его.       — Поверь, если бы я управлял тобой настолько часто и именно так, как мне бы хотелось, то ты бы уже давно оказался в каком-нибудь психдиспансере, или хуже того в обычной психушке. Там бы ты умирал намного дольше, ибо люди бы пытались вылечить тебя от меня, не понимая, что это другое.       — Если тебе хочется моей смерти так скоро, но без изяществ и помощи со стороны других, то почему раньше не занялся этим? Позволяешь мне спокойно ходить на завод и работать, чтоб прожить от зарплаты до зарплаты, ради того, чтобы не сдохнуть с голоду. Тебе просто хочется разнообразия? Как во сне? — светловолосый усмехнулся, отводя взгляд вниз, задумываясь.       — Банально, но... да. Не хочу видеть тебя, но и смерть должна быть куда изящнее и красочнее твоей жизни. — он отвёл взгляд в сторону выхода, рассматривая лестницу вдали. — Ты в последнее время стал частенько заглядывать на крышу дома. Воображаешь, как будешь падать?       — Там ты меня не всегда находишь. Там у меня есть возможность побыть одному. Хоть когда-то и где-то. — он грустно смотрит на парня, всё время останавливая взгляд на ране. Он так часто видел её, но каждый взгляд в её сторону как первый. — Ни дома, ни теперь на работе, так хоть там.       — Когда будешь прыгать, позови меня, пожалуйста. Я хочу посмотреть на это. — он усмехнулся. — Этого ведь я жду на протяжении нескольких лет. — Серёжа не отвечает. Глубоко вздыхает, прикрывая глаза и прислушиваясь к шуму сверху. Он был слышен не так громко, но всё равно был, и заставлял прислушиваться к себе. — Скажи, почему ты выбрал именно это место?       — В смысле? — он приподнял голову, смотря на собеседника.       — Ну, почему для работы ты выбрал именно завод? Город не очень большой, но работать есть где, кроме этого места. — Серёжа покосил глазами, опуская их. Шмыгнул носом, смотря в пол.       — Это уже не твоё дело. — слабо сгрубил он. — Иногда я радуюсь тому, что единственное, что ты не умеешь делать со мной — это читать мысли, воспоминания. Поэтому это ты узнаешь, только если подслушаешь, что вряд ли будет.       — Я же привязан к тебе, — он пожимает плечами. — я в любом случае буду рядом с тобой. Где бы ты ни был, с кем бы не разговаривал, я буду рядом, только ты не будешь меня видеть.       — Ты не умеешь подходить ко мне спокойно, так что я как минимум почувствую твоё присутствие, ты это знаешь, этого не отнять. — парень приподнимает глаза. — Так что незамеченным ты не подойдёшь, поверь. Вот тогда я и буду думать, говорить на эту тему вслух или нет. И это касается не только причины, по которой я здесь работаю, а любого диалога в принципе.       — Может и так, но поверь, если мне нужно будет что-то узнать, я смогу это из тебя вытрясти. В любом случае и любым методом. — он мерзко улыбнулся.       — Что-то мне кажется, что вопрос про работу тебя не очень сильно беспокоит. — Серёжа потирает левый глаз, чувствуя небольшую сонливость. — Скажи честно, тебе просто захотелось докопаться до меня, просто так. Я прав? — в ответ он получил небольшой кивок. — Ну конечно, что от тебя можно здесь ожидать. Хорошо хоть, что не скрутил меня.       — Какой наглый тон, мне нравится. — светловолосый спокойно улыбается, глядя шатену прямо в глаза. — С какого момента ты так обнаглел? Что за переломный момент случился, пока меня не было?       — Я не наглею. Уже привык к тому, что рядом с тобой нужно вести себя спокойно, как тебе это нравится, ведь так? — он вскидывает одну бровь. — Приручил меня как собаку, и теперь слушаю все твои команды. Хорошо, что хоть ещё думать можно спокойно, без твоего вмешательства.       — Хочу чтобы со мной общались по уважительнее, не так, как сейчас это делаешь ты. Забыл, что я могу за пару минут сделать так, чтобы тебя отсюда уволили?       — Но ты этого не сделаешь, потому что смерть от голода и нищеты тебе не интересна. — парень убирает руки с груди, вставая в нормальное положение и направляясь к выходу.       — И куда же ты? Обиделся на меня? Или темы для разговоров кончились? — он посмотрел в его сторону, рассматривая отдаляющеюся фигуру, что параллельно убирала телефон в карман и правой рукой поправляла пышную чёлку. Мужчина не ответил. С его стороны послышался шум закрытой двери, а после — в помещении погас свет.

*

      Ему повезло с местом жительства, магазин с продуктами и некоторыми мелочами находился прямо у его дома. Он редко сюда заходил, ибо банально не было времени, да и порой хотелось просто сидеть дома и ничего не делать, ну, может разговаривать с соседом по квартире.       Он долго гулял по магазину, просто не в силах найти что-то, что бы ему приглянулось, или что бы хотелось. Помимо обычного блуждания, рассматривал людей. Странное занятие, но ему нравилось наблюдать за ними. Некоторых он встречал, некоторых никогда не видел, но при этом понимал, что они живут в этом городе, вместе с ним. Каких-то отдельных личностей, что привлекали его внимание, он не находил. Просто смотрел, не более.       Он уже направлялся к кассе, прихватив какую-то коробку с выпечкой, вроде как в ней были печенья, которые он никогда не пробовал. Почему бы и не попробовать, они как раз были дешёвые. Заворачивая за угол, он услышал позади чертыханье и звук чего-то упавшего. Посмотрев, увидел девушку, что поставила корзину с продуктами рядом с собой на пол, собирая бумаги обратно в пакет. Это была та самая девушка, которую он видел в автобусе сегодня утром. Вот кто теперь привлекал его внимание. Теперь ему действительно было интересно узнать, кто она, и первая мысль которая появлялась в голове, что она приехала из соседнего города именно по работе, потому что на человека, который менял место жительства, она точно не была похожа.       Парень приблизился к ней, поставив коробку рядом и принялся помогать собирать бумаги. Теперь их было больше, чем казалось утром. Она сначала непонимающе вскинула голову, осматривая наклонившегося к бумагам мужчину, но когда он собрал их и протянул ей, параллельно подавая руку чтобы помочь встать, она мягко улыбнулась, принимая помощь.       — Спасибо. — тихо отозвалась она, немного трясущимися руками убирая документы в сумку, поднимая корзину. Он заметил, как та немного покраснела и явно начала стесняться, судя по тому, что она подняла на него глаза лишь на мгновение, опуская вниз, не решаясь сдвинуться с места. Она оказалась почти на голову ниже его.       — Не за что. — также спокойно отозвался Серёжа, поднимая свою коробку и спокойным шагом вновь направляясь к кассе.       Выйдя из магазина, он направился к пешеходному переходу, ожидая зелёный свет. Та особа, которой он помогал, спустя минуту встала возле него. Видимо, ей тоже нужно было на ту сторону дороги. Он замечал, как она косилась на него, а он старался не смотреть на неё, ибо боялся показаться каким-то навязчивым. Да и зачем вообще незнакомому человеку рассматривать других людей? Это было странное занятие, но только не сейчас, когда она шла буквально рядом с ним по улице, подходя к одной из восьмиэтажек.       Мужчина думал, что она войдёт с ним и в подъезд, но ошибся: она прошла чуть дальше, заходя в соседний. Было бы очень смешно и интересно, если бы она оказалась его соседкой прямо за стенкой, ибо парень знал, что в соседней подъезде, в который она как раз и зашла, сдавалось несколько квартир на аренду и съёмку.       Войдя домой, первое, что он увидел — пустую квартиру. На удивление, светловолосого в ней не было. Хотя он понимал, что тот скоро объявится, ибо видел его на улице и в магазине.