find your treasure

      Позади государственный университет международных отношений, факультет журналистики и миллионы написанных строк. Юнхо уже взрослый мужчина со своим багажом знаний и опыта. Уже не побегаешь за преподами ради оценки, не заваришь рамен в три ночи, и не будешь жить от стипендии до стипендии. Сейчас в приоритетах статус и карьера, как не крути.Теперь тот момент, когда думаешь, как не просрать всю зарплату за один день и научиться оплачивать счета за коммунальные услуги. Не зря же он пять лет не досыпал и гробил свое здоровье? Отец не хотел, чтобы парень писал свои «статейки» в газетах, поэтому Юнхо все силы вкладывал, чтобы стать лучшим студентом и заработать авторитет еще в ВУЗе. Хватался за любую работу зубами, чтобы наработать опыт и получить пару вон. Спустя буквально месяц после получения красного диплома, Чон держал у себя в руках контракт с одной из самых успешных компаний в сфере журналистики. Папа одобрительно улыбался и говорил, что отец бы им гордился. Теперь же ничего не изменить, мужчине остается только взгляд в небо поднимать и легонько улыбаться, благодаря за помощь. От того Юнхо семнадцатилетнего ничего не осталось, словно ветром прах унесло и нового нарисовали, только красками яркими. Успешно совмещая Юнхо-хо-хо, который на месте усидеть не может, лбом стенку проломит, смеясь при этом и Чон Юнхо, в дорогом костюме двойке с тысячью вопросов и грамотной речью.       Сейчас журналист стоит перед дверью Пак Сонхва – главной занозы Ким Хонджуна, да и просто красивого омеги с многотысячной аудиторией. Десятки раз брал подобные интервью, но сегодня нужно быть особенно аккуратным, внимательным к каждой мелочи и пылинке на столе, не только для статьи, но и для своего друга неугомонного. Юнхо нажимает на дверной звонок левой рукой, на которой красуются новые Apple Watch. 9:48. Он не торопился на встречу с омегой.Тщательно выбирал одну из многочисленных рубашек, остановившись на белой, подобрав темно-синий костюм двойку. Ему можно приходить на интервью даже в трико, но как же статус и презентабельность? Дверь открывает молодой парень в черной водолазке, и таких же джинсах. Фигура, конечно, красивая, изящная, но для Юнхо – худоватый. Может, Хонджуну нравятся такие? Для себя Чон ставит пометку подколоть друга. Тусклый свет в прихожей не дает толком рассмотреть лицо. -Доброе утро, Сонхва, - почтительно кланяется альфа. -Здравствуйте, Юнхо, проходите, - отступает в сторону, чтобы впустить репортера, - обувь можете оставить на полке в углу, пальто – справа на вешалке. Прошу следовать за мной.       Ну что ж. Юнхо попал к змею в его логово. Пожелаем удачи. Первое, что для себя отмечает Чон – походка. Спина ровная и шаг уверенный, легкий, будто бы лебедь плывет. С такими длинными ногами и осанкой безупречной парню обеспечено место среди лучших моделей. Юнхо опять невольно вспоминает эти самые обнаженные ноги на столе, сглатывает слюну и проходит в просторную гостиную, вслед за парнем. Светло-голубые стены, будто холодом отдают, и атмосфера какого-то ледникового периода создается в сочетании со светлым паркетом и белым потолком. Чон ощущает себя детективом, когда пытается каждую деталь разглядеть на многочисленных книжных полках, стоящих вдоль стены. В серых рамках около десяти различных фотографий: Сонхва, по всей видимости, с родителями и братом, такой счастливый и милый, далее маленький парень сидит за пианино, еще фото со времен студенчества, в остальных - несколько незнакомых людей. Единственная белая рамка, в которой Пак целует своего парня в щеку, а тот улыбается широко. Так и теплом веет от нее. -Присаживайтесь, - говорит омега, отрывая Чона от разглядывания рамок.       Юнхо присаживается на широкий диван, на котором расположены два ярких пятна во всей комнате в виде желтых подушек. Напротив журналиста в массивном кресле с высокой спинкой и широкими подлокотниками расположился Сонхва. Совершенно расслабленно закидывает ногу на ногу, руки в замок сцепляя. Сейчас же можно рассмотреть его лицо в дневном свете.Волосы прямые блестят словно глянец, открывая вид на ровный лоб. На светлом лице нет никаких изъянов, и только сочные губы трогает легкая улыбка-усмешка. Черные глаза подведены, смотрят так холодно и отстраненно, что Чону становится немного не по себе. Он будто кобра – гипнотизирует, чтобы с таким же хладнокровием и спокойствием обвить шею, медленно наслаждаясь твоей погибелью, смакуя каждое изменение в лице. От таких людей мороз по коже и их незаинтересованность в происходящем порой вводит в ступор. -Ну, начнем? – спрашивает омега и тонкими пальцами убирает волосы за ухо. -Да, конечно, - отвечает Юнхо так же расслабленно и включает диктофон, - надеюсь, что вы будете отвечать только правду. -Разве может быть иначе? – ухмыляется сильнее, но глаза все так же опасно блестят. -Могли бы рассказать о вашей семье? -Вырос я в достаточно обеспеченной семье: у отца собственное дело, а папа – известен в модельном бизнесе. С самого детства я был любимым сыном, даже после рождения моего младшего брата Уджина, ничего не изменилось. -Расскажите поподробнее, какие отношения у вас с родителями и братом? -Не хочу хвастаться, но у нас полное взаимопонимание, я не так часто приезжаю домой, но они всегда меня с нетерпением ждут, - ложь, - с братом у нас, достаточно, теплые отношения, он часто появляется в моем профиле и его очень любят мои подписчики, - вновь улыбка. -Давайте, как раз, поговорим о вашем профиле в инстаграм. Как вообще пришла идея завести страницу и так активно ее вести. -Честно, я даже не помню, как это произошло. Я, как все, создал страничку и выкладывал фото только для себя. И около двух лет назад решил, что можно постить что-то чаще, о чем-то рассказывать и показывать интересные места. Я не считаю, что как-то отличаюсь от других. Каждый из людей может начать писать свои мысли, они обязательно найдут своего читателя. Также на каждое фото и видео найдется зритель. Поэтому не бойтесь, не стесняйтесь и у вас обязательно все получится. -Сонхва, приходилось ли вам удалять старые фотографии из профиля? Многие боятся своего прошлого, – здравствуйте вопросы от Джуна. -Нет, я никогда ничего не скрываю от своей аудитории и всегда веду себя естественно. Я такой, как есть, незачем притворяться кем-то другим, - ложь. -Часто приходится сталкиваться с хейтерами и много ли их? -Они достаточно редко пишут мне, но если и я получаю ненависть или осуждение, то в основном не обращаю на это внимание, - снова ложь, - у меня есть люди, которые меня любят и их поддержка мне очень важна. -Как вы отреагировали, когда число подписчиков перевалило за пятьсот тысяч? – Юнхо профессионал своего дела и со спокойствием задает вопросы. Так же хочется передать привет и большое спасибо Ким Хонджуну, который отсыпается в данный момент, за то, что порекомендовал таблетки и почти не чувствует запаха омеги. -Я даже не замечал этих цифр. Мои подписчики – моя семья, и не важно, сколько их будет, но я был в глубоком шоке, стоило мне увидеть число больше полумиллиона.       Еще Чон замечает то, как поставлена речь Пака. Нет слов-паразитов и уверенность в том, что он говорит. Учитывая его семью, можно предположить – его научили так говорить именно они. Его подача информации, приятный тембр голоса, заставляют вслушиваться в каждое слово, и заворожено смотреть в ответ. Парень словно утонченный цветок, к которому руки тянутся сорвать, но он заставит тебя умирать в муках, собственных криках и только рад будет, когда корни омоет в крови. Единственный такой, и другого сокровища не найти, хоть сотни галактик облетишь.

***

-И последний вопрос на сегодня, думаю, что многих ваших подписчиков и наших читателей волнует – занято ли сердце, такого замечательного омеги, как вы? -Я ждал этого вопроса, - смеется профессионально-неестественно, - многие знают, что в моей жизни, сравнительно недавно, появился мужчина, которого я полюбил почти с первого взгляда. Мы познакомились на улице, я сначала насторожился, но позже понял, какой он чудесный и что я никогда в жизни его не отпущу. -Раскроете нашему журналу имя этого счастливчика? -Да, конечно. Показать я его не смогу, так как сейчас спит в моей спальне. Его зовут Луни и он котенок, которого я подобрал несколько дней назад. -Тогда на такой позитивной ноте, мы и закончим наше интервью, - Юнхо встает с дивана и вслед за ним Сонхва, - спасибо большое за оказанную честь. -Да что вы, Юнхо, мне было приятно пообщаться. -До свидания, Сонхва, выпуск будет в субботу, - надевая пальто, говорит Чон, смотря в темные глаза напротив, что будто камни драгоценные светятся. -Хорошо, всего доброго, - Пак закрывает дверь и падает на колени от пронзающей боли.

***

-Ну, что я могу сказать, - уже сидя за рулем своего авто, говорит Чон Хонджуну, ставя на громкую связь, - он не так прост, как я подумал. -Да ладно, - равнодушно отзывается Ким, - открыл мне глаза. -Я тебе скину запись разговора, мне сейчас нужно его будет переработать и написать вступление. -Какое у тебя, кхм, впечатление о нем? – как-то неловко спрашивает Джун. -Пиздец, красивый, но он такой ледяной и поведение у него, как у принца, при этом был вежлив. -Даже не знаю, что сказать. -И на вопрос о старых фотках, сказал, что ничего не удалял. -Врет, - резко отрезает Джун и голос с нотками железа становится, - он, блять, врет, понимаешь? -Ну, а ты что хотел? – спокойно отвечает друг, - что он для многомиллионной аудитории скажет: « да, я нахуй удалил фотки с бывшим?» -Ладно, ты прав, - вздыхает устало и снова голос мягкий, как раньше, - а он не вел себя как-то по-другому? -Если ты о течке, то нет. Я же говорю, он как аристократ сидел и смотрел на меня так, будто я коврик для обуви, а из-за таблеток я запах не чувствовал. -Хорошо, спасибо. Мне уже пора. -Удачи, Джун, - сбрасывает звонок.       А Киму только удача и поможет, чтобы разобраться во всем. Он всегда так и представлял Сонхва, как сказал Юнхо – отрешенный принц с безразличным взглядом, высокой самооценкой, черствым сердцем и безумно красивым лицом. Кажется, Ким с ума сходит. Следил за инстаграмом месяцами, изучал с ног до головы, взращивая ненависть с маленького зернышка. И теперь, когда дерево начинает давать свои плоды, то черви сомнения и неправоты лезут, чтобы корни испортить. Почему Пак, который виновен во всех страданиях Кима, оказывается таким? Джун даже слов не может подобрать, каким «таким». Невероятным? Красивым? Двуличным? О, вот оно. Смотрит сверху вниз на всех, а с Джуном такой домашний и милый, который матерится, говорит не думая, со смущением на щеках и пустотой в глазах. Ким Хонджун чувствует себя самым, блять, тупым. Доказывал все время, что два плюс два равно пять, а тут появляется Сонхва и даже не пытаясь убедить, заявляет, что будет четыре. Альфа не хочет верить, смотря на Хва, как на идиота. Ладно, может его актерская игра только для всего общества? Может, он так защищается от людей и заставляет думать, что его доспехи не пробить, как не старайся, слезы никто не увидит, что уж говорить о разбитом сердце. Предположим, что это только одна из тысячи масок, тогда то, что видит Ким – маска или нет?

***

      Уже давным-давно стоит найти другую работу или хотя бы взять небольшой отпуск за свой счет. Усталость невероятная не только в голове, но и в ногах. Хочется прилечь посреди зала, свернуться клубочком и поваляться так чуток, пусть люди отходят стороной и взгляды странные бросают – все равно. Но у брата Уена скоро день рождения он, как хороший старший брат, хочет купить огромного белоснежного медведя, чтобы охранял сон и покой малыша. В детстве у самого омеги не было таких дорогих подарков, но папа с отцом вкладывали всю свою любовь в старшего ребенка и показывали, какими должны быть идеальные отношения, построенные на доверии, нежной заботе и самой чистой любви. Так что, собрав весь свой дух, завязывает фирменный фартук пекарни и уверенным шагом выходит в зал.Тихая музыка струится меж столиков и людей, которых сегодня, на удивление много. Уже так привычно оглядывать всех, в надежде, что Хонджун придет, и как прежде улыбнется широко и посмотрит так, что колени задрожат. Но сегодня его тут нет. Это расстраивает, но Уен не дурак и понимает, что у альфы график работы нестабильный и время только 10:30, он, скорее всего, спит. Выносить мозги тысячью сообщениями о том, что они мало общаются или видятся не каждый день, как минимум глупо, как максимум беспочвенно. Эта неопределенность в их отношениях немного бесит. Да и какие отношения у них? Дружеские? Но друзья не целуются. Целующиеся друзья? Бредовее Уен ничего не придумывал. Они теперь пара? Определенно нет. Ким не делал никакого предложения, чтобы начать встречаться и заявлений, что они вместе тоже не было. Какое-то подвешенное состояние неопределенности и неясности. Они уже передружили, но не доросли до тех самых отношений. Чон только сейчас думает, что все быстро развивается. Уже первой прогулке позволил себя поцеловать и чуть от тахикардии не умер на месте от этого. Это неправильно. То, что он чувствует к этому альфе – это слишком. Он прыгнул в воду, не проверив дно, а теперь боится напороться на стекло. Слишком опасно, но слишком хорошо, чтобы останавливаться и пытаться выбраться. Чон чувствует себя прекрасно, понимая одну простую истину – он влюблен в этого парня. В душе нет каких-то пререканий и все трепещет от чувств. Как скоро они будут официально парой – вопрос времени, но омега уверен в чувствах Хона. И это так прекрасно, когда в тебя влюблены взаимно. -Уен, хорош лыбиться, - вырывает из мыслей противный старший по смене. М-да, не везет в работе, повезет в любви, - заказ для второго столика готов, а ты тут ворон считаешь! Относи скорее, пока я не вычел у тебя из зарплаты это. -Уже иду, - берет в руки поднос, и чуть тише добавляет, - ушлепок. -Что ты сказал? -Говорю, что уже бегу, - и несет заказ.        За столиком сидят двое парней. Светловолосый одет в синий пуловер, а брюнет, который каждый раз поправляет свои волосы, выглядит странно. Уену попадались разные люди, за полгода работы в этом месте, но этот паренек сильно отличается от других. Линзы светло-голубые, какие сам Чон никогда бы не надел, белая футболка, поверх которой куртка в стиле милитари с многочисленными ремнями и застежками. Выглядит как-то странно и непривычно, да во внешности что-то есть загадочное. -Вот ваш зеленый чай и тирамису,- ставит к блондину, - и ваш американо, - берет с подноса кружку, засматривается на большое количество цепочек на шее незнакомца, а дальше все, как в замедленной съемке:       Маленькие пальчики не удерживают белоснежную кружку, а все содержимое целым водопадом выливается прямо на черные штаны необычного парня. Мелкие капли кофе попадают и на белоснежную футболку, образуя коричневые кляксы. Светловолосый, сидевший с каменным лицом, начинает дико ржать, откидываясь назад и топая ногами от подкатившее истерики. Сам же « везунчик» ошарашено смотрит сначала на свои ноги, а затем взгляд переводит на Чона, у которого вся жизнь перенеслась перед глазами. Вот он играет с плюшевым зайцем, идет в садик, дерется в первый раз в школе, ломает ногу на катке, получает диплом о выпуске из колледжа, целуется с Хонджуном, а сейчас представляет, как старший по смене выписывает ему штраф. Хотя и представлять не нужно. -Простите, пожалуйста, его, он не специально, - извиняется старший и зло смотрит на Уена, который так и стоит с выпученными глазами и бешено бьющимся сердцем. -Да ничего страшного, правда, все в порядке, - улыбается незнакомец, демонстрируя свои ямочки на щеках. --Нет, нет, ваш заказ будет за счет заведения, - ага, как же, за счет Чона, разумеется, - сейчас я принесу новый кофе, - улыбается гаденько и шепчет Уену, - с тобой я еще разберусь. -П-простите, я не специально, - растерянно бегает глазами по столу, лишь бы не встретиться взглядом. -Парень, как тебя, - прищуривается и читает на бейдже, - Уен, не бери в голову, с кем не бывает, - не стесняясь, рассматривает, продолжая вытирать штаны. -А что, мне нравится, у тебя теперь стиль аля-бомже, - продолжает смеяться светловолосый. -Есан, заткнись ты уже, видишь, парень сейчас душу испустит, - добродушно говорит, а у омеги слезы на глаза наворачиваются, и выглядит чертовски испуганным, - эй, ты чего?       Альфа аккуратно берет за руку Чона, лишь бы утешить, а тот губу прикусывает, чтобы не разреветься. -П-простите, - выходит жалко, руку вырывает из чужой слишком резко и бежит в подсобное помещение, громко хлопая дверью. -Ну и дела, - уже без смеха произносит Кан, - в следующий раз будет аккуратнее. -А мне его жалко, - подперев кулаком щеку, произносит задумчиво Сан, - у него как-будто что-то еще произошло. -А ты прям все знаешь, - безразлично отвечает Есан. -Нет, но я чувствую.

***

      Будто бы раскаленным прутом пронзает тело и заставляет припечататься к полу. Сонхва терпеть не может течки, тем более проводить их в одиночестве. Только мысли о нем, хоть как-то помогали успокоиться, но сейчас что-то не так. Боль внизу живота разливается жидким свинцом, а холодный пот стекает по спине. Пак только что проводил Юнхо, с которым проговорил около часа и держался идеально. Может действие таблеток закончилось в тот момент, когда дверь захлопнулась, то ли омега внутри держался из последних сил, но факт остается фактом – ему дико больно. На дрожащих ногах бредет в спальню, рукой придерживаясь за стенку, и ладонь к животу прижимает. Стоит только лечь на черные простыни, как Луни подпрыгивает от испуга и убегает в гостиную. Так даже лучше, если Пак будет один. Становится дико жарко, а меж ягодиц неприятно мокро, липко и зуд невероятный, а набухший член упирается в ширинку. Снять одежду – самый логичный вариант. Хва водолазку кидает на пол, возится долго с ремнем и облегченно вздыхает, когда до колен спускает джинсы. Будто бы закинули в жерло вулкана, все плавится, а сгореть не может. Чувство пустоты настигает вновь и теперь это не только душевная пустота. Переворачивается на живот и руку заносит назад. Чуть выпячивает попу и вводит первый ледяной палец. Слишком большой контраст температуры, но ничуть не остужает, только повышает концентрацию похоти и желания. Из-за смазки второй палец входит так же легко и Хва насаживается все сильнее. Для него это слишком унизительно стоять в такой позе, трахая себя пальцами, но о своем стыде подумает после того, как утолит свой сексуальный голод. Зубами в подушку вгрызается, нарушая свой же закон о криках, но сейчас так хочется, чтобы кто-то прикоснулся к нему, чтобы помог. Боль жгучая сменяется еще большим желанием. Будто все затворы срывает, и омега не выдерживает, начиная толкаться в одеяло, создавая трением между членом и тканью, не вынимая пальцы, а только добавляя третий. Подстраивается под собственный ритм и пытается вспомнить, как раньше занимался сексом со своей любовью. Хочет представить его прикосновения бережные и поцелуи страстные. Как Пак позволял втрахивать себя в кровать, а потом нежно брать возле того самого зеркала в ванне, в котором сотни грехов спрятано, но… Но в голове, почему-то, всплывает образ синеволосого. Сонхва уверен, что это из-за недавнего их разговора и из-за безумия, которое происходит сейчас в голове. Будто сейчас чувствует его прикосновения горячих пальцев вдоль ребер и поцелуи в район лопаток. Представляет, как сам цеплялся бы короткими ногтями за крепкие плечи, царапая их. Хва не видел Джуна без футболки, но в эту секунду ему кажется, что тело у альфы шикарное и без изъянов. Переворачивается на спину, глухо стонет, а сердце бьется больше сотни. Представляет, как обвивал бы своими длинными ногами талию Кима, к себе прижимая сильнее, чтобы, наконец-то, почувствовать себя заполненным и целым. Получить ту долгожданную ласку и любовь, в которой он нуждается, без которой дышать трудно и сейчас с трудом получается. Руку к своему члену тянет, скуля от мысли, что на самом деле сейчас мог бы Хонджун надрачивать ему в ритм размашистых движений внутри омеги. От этого голову сносит и ускоряется сильнее. Нужно до безумия почувствовать горячие поцелуи по телу, а не метаться в агонии по кровати. Невыносимо от всего – от фантазий, мыслях о Киме, а не о своем любимом. От этого хочется позорно разреветься и ударить себя об стену, чтобы больше не было подобных выходок. -Хонджун, - но он позорно кончает в собственный кулак с чужим именем на устах.