Даарон Дурсль 2

      С раннего утра в доме номер семнадцать по улице Колвейн было шумно. Марта Дурсль, разрываясь между кухней и летней верандой, старалась успеть переделать все дела по дому перед очень важной поездкой. Дурсль-старший уже успел собрать небольшую сумку для дальних поездок и расхаживал по столовой в ожидании завтрака, а Даарон, едва проснувшись, бродил по дому в поисках потерянного учебника. Он заглядывал в каждое укромное место, пытаясь вспомнить, где мог оставить свою драгоценную книгу.       — Этот Бишоп с ума меня сведет, — пожаловался Дадли, через силу улыбаясь в окно Пеллертону-старшему.       Новый сосед каждый вторник косил траву старой газонокосилкой, которая жутко громко кряхтела и разбрасывала траву на несколько десятков футов в округе. Но Дадли злило не это. После каждой уборки травы на участок Дурслей попадало приличное количество зелени, накрывало его любимый гриль.       — Пап, ты не видел мой учебник по травологии? — осторожно спросил Даарон.       — По чему-чему? — не понял Дадли. За окном послышался характерный треск и часть голубого неба закрыл дождь из полевицы. — Наверное, ты оставил его у себя в спальне… — отстраненно посетовал Дадли, защелкнув засов на окне. — …Богом клянусь, если я опять увижу, что на нашем заднем дворике…       — Дадли, дорогой! — послышался голос Марты из летней веранды. — Пожалуйста, переверни бекон, пока он не подгорел!       — А яичница?       — Сделай ее тоже, пожалуйста. Я не успеваю управиться с пылью на этих окнах, — напряженно добавила она, встав на маленькую табуретку, чтобы дотянуться до внутреннего откоса.       Прошмыгнув в гостиную, Даарон заглянул под покрывало на диване, под сам диван, забрался на спинку кресла и исследовал узенький проем между стеной и высоким стеллажом. На спинке стеллажа сидела сбежавшая шоколадная лягушка, которую на прошлой неделе он показывал своим родителям. Попытался ее поймать, но она ловко отпружинила от стеллажа, затем отскочила от стены и устремилась к настежь открытому окну. Из-за жары, которая стояла в доме, от ее крохотных лап на полу остались маленькие черные капельки.       Вчерашний вечер выдался излишне насыщенным: все утро Даарон провел за игрой в приставку, в обед Дадли приготовил хот-доги, и вся семья с удовольствием наелась ими до отвала, а затем Крыл и Соплоуха принесли письма от Руперта Руфина и Финна Милтсброу — школьных друзей Даарона, с которыми он начал поддерживать связь.       В присланном письме Руперт рассказывал, что в первый месяц лета побывал на Вилт-Роу (старой английской деревушке, где жили потомственные волшебники), и что родители наконец-то решили взять его с собой в короткую экспедицию, в Финляндию. По его словам, в местах, куда он направится, можно увидеть настоящих драконов! Руперт поинтересовался, как идут дела у Даарона и не испытывает ли он трудности с выполнением домашнего задания.       Письмо же Финна было менее содержательным, однако Даарону было приятно получить и такую короткую весточку от своего друга из семейства чистокровных волшебников. Рассказывал Финн о том, что в Министерстве Магии произошли кадровые изменения и его отца перевели в другой отдел, потому что посчитали, что Арло Милтсброу плохо справился со своей работой. Даарон знал, что это было связано с тем, что сделали гоблины прошедшей весной. Тайное проникновение в Хогвартс, спланированное одним из зачинщиков небольшого гоблинского восстания, едва не было предано огласке…       Спровадив сов с ответными письмами Даарон получил весточку от Лили, а также приложенную к конверту записку, на которой значились инициалы: «Г.Дж.П. — Д.В.Д». Передав записку отцу, Даарон узнал, что дядя Гарри приглашает их посетить имение Поттеров.       — Гарри говорит, чтобы ты прихватил свою «Комету-400», — заключил Дадли, переглянувшись с Мартой.       И Дадли, и Марта порой забывали, что их сын — не совсем обычный мальчик. Напоминание о его необычности приходило каждый раз, когда Даарон открывал рот и рассказывал что-то странное, что никак не увязывалось с их привычным бытом. Марту это ничуть не смущало, но вот Дадли старался выглядеть невозмутимым, изредка проявлял интерес и о чем-либо спрашивал своего сына. А ведь еще год назад никто и подумать не мог, что в семье Дурслей родился волшебник. Даарон никогда не проявлял магических способностей, с ним ни разу, за одиннадцать неполных лет, не произошло никаких странных или загадочных событий, чтобы хоть на миг заставить усомниться в своей нормальности. Однако Даарон получил письмо из «Хогвартс» — настоящей школы чародейства и волшебства! В письме говорилось, что сын Дадли и Марты Дурсль принят на обучение в вышеназванную школу, а значит, подумать только, такой же волшебник, как многие другие дети в Англии!       Шума было много… Дедушка Вернон рвал и метал в безуспешной попытке спасти своего внука от общества «ненормальных», как он любил повторять, людей. Однако Даарон все равно попал в Хогвартс. В этом ему помог его дядюшка Гарри — знаменитость, о подвигах которой ходят легенды среди взрослых и детей в волшебном мире. Чудная шляпа, не без эксцессов, распределила Даарона на Гриффиндор — один из четырех факультетов Хогвартс. Он узнал про излюбленную игру волшебников — Квиддич. Про то, что волшебный мир полон чудес и опасных существ, про то, что история этого мира все эти века развивалась параллельно с историей «маглов» — простецов. Побывал в передряге, о которой кому не расскажи — не поверят, да и нельзя ему было — ведь он дал слово.       После возвращения из школы Даарон разложил свои школьные принадлежности по углам дома (часть отправил в чулан под лестницу, часть в свою комнату, часть на чердак). Засиживаясь допоздна, готовил домашнее задание по самым разным предметам. Списывался еженедельно с Рупертом. Друзья советовались, как будет лучше описать то или иное созвездие для эссе по астрономии профессора Бедфорда или как будет эффективнее применить то или иное заклинание при встрече с водяным, лешим или кашеголовым.       Даарон с тоской поглядывал на свою новенькую метлу, которую он так и не опробовал с покупки. В школе можно было использовать только учебные мётлы, а вне стен Хогвартс первокурсникам и вовсе категорически воспрещалось использовать средства передвижения по воздуху. В Норидже же запрет на полеты был установлен отцом и матерью Даарона. Чтобы, как они выразились, не привлекать лишнего внимания и без того бдительных (и крайне надоедливых — с пометкой Дадли о Пеллертонах) соседей. Но теперь Даарон задавался вопросом, зачем же именно дядя Гарри попросил его прихватить с собой метлу?       — Все к столу! — позвал Дадли, раскладывая яичницу по тарелкам.       Сев завтракать, Даарон краем глаза заметил быстрое движение со стороны гостиной. В одной руке Марта Дурсль держала тряпку, в другой — зеленый прямоугольный предмет.       — Моя книга!       — Получишь ее после завтрака! И не разбрасывай свои вещи где попало, — укоризненно буркнула Марта. Недовольство на ее лице сменила легкая улыбка.       — Значит, Поттеры живут на западе Лондона, — сказал себе под нос Дадли. Пережевывая кусочек бекона, он с интересом посмотрел на своего сына. — Даарон, ты хорошо знаком с сыновьями Гарри?       — Ага. Правда, я больше общался с Лили. Но у меня неплохие дружеские отношения с Альбусом, — ответил Даарон, призадумавшись. Он действительно большую часть времени проводил с Лили, однако Альбус с самого начала относился к нему очень доброжелательно.       После плотного завтрака семейство Дурслей принялось готовиться к отъезду. Водрузив чемодан с вещами (а именно он, как оказалось, больше всего подходил для горы вещей, которые Дурсли решили прихватить с собой в дорогу) в багажник форда, а метлу под ноги у заднего сиденья, Дадли обошел территорию дома. Вернувшись к машине, он сел за руль и, поворачивая ключ в зажигании, грозно выдохнул.       — Мистер Пеллертон опять намусорил на нашем заднем дворике? — поинтересовалась Марта.       — Фут к футу, дорогая… — отозвался Дадли, качая головой. — Фут к футу…       — Давай… давай как приедем, поговорим с ним обо этом, — предложила она, поглаживая Дадли по плечу. — Это не может продолжаться вечно.       Дадли кивнул и постарался успокоиться.       Дорога до Лондона оказалась короткой. Летняя жара обеспечила разгруженный трафик на трассе М-11. Из-за приоткрытых окон по салону форда гулял сквозняк. Даарон, уткнувшись в прихваченное пособие по уходу за магическими метлами от некоего Паркинса Паркса, периодически отвлекался на разговоры родителей. Марта то и дело спрашивала Дадли о том, поедут ли они этим летом на отдых к побережью, а Дадли, в свою очередь, не давал никаких гарантий, хотя сам очень сильно хотел отдохнуть пару дней на берегу моря.       Вскоре на горизонте показались высокие каменные дома. Машин стало больше, как и светофоров, и до самого Уаллтер-драйв не смолкал гул крупнейшего города Великобритании.       Дом Поттеров находился на окраине, рядом с небольшим подлеском. Неподалеку располагалась автозаправочная станция и засеянные кукурузой поля.       На подъезде к одноэтажному дому, окруженному высоким забором, стояла припаркованная машина. Дадли поставил свой форд рядом и все семейство побрело к воротам.       — А Гарри времени зря не терял, — заметил Дадли, схватившись за дверной молоток. — Очень неплохой дом, по крайне мере внешне.       Двери на воротах отворились и на улице показалась рыжеволосая Джинни Поттер. На ней был фартук с ватрушками, а волосы собраны в косу, запрокинутую за спину. Она радушно поприветствовала гостей, обняла Марту и Даарона, пригласила их пройти внутрь.       Стоило Даарону переступить порог, как он ощутил, как все вокруг становится больше прямо на глазах. Это же почувствовали и Дадли с Мартой. Внешне казавшийся небольшим участок Поттеров внутри был в раз в пять просторнее. Справа от дома — сад с фруктовыми деревьями и ягодными кустами, слева — огород, на котором росли тыквы.       — Удивительно! — ахнула Марта. — У вас такой ухоженный и красивый сад! Дадли, ты только посмотри!       — О, это еще цветочки! — быстро ответила Джинни, отмахнувшись. — Моя проба пера. Видели бы вы задний дворик — там моя мама проявила себя во всей своей красе. Мне до нее еще далеко!       — Вы очень скромны, Джинни, — заметила Марта.       — Прошу вас, никаких «вы». Мы, как-никак, родственники.       Даарон заметил странный блеск в глазах своей тети, которая уже подходила к порогу дома Поттеров. Внезапно под его ногами пробежали маленькие, не больше шести футов, человечки с неприятно сморщенными лицами — садовые гномы. Их через весь участок гнал Джеймс. Он размахивал палкой, стараясь как можно дальше зашвырнуть кричащих от ужаса коротышек.       — Добрый день! — поприветствовал Джеймс гостей. — Привет, Даарон!       — Как закончишь, проследи, чтобы ни одного не осталось, — указала Джинни. — Иначе опять съедят половину свежей тыквы. В этом случае никакого тыквенного пирога вам не видать!       Посчитав этот довод вполне убедительным, Джеймс стал усерднее вышвыривать гномов через забор.       В какой-то миг, стоя у порога дома Поттеров, Даарон предположил, что внутри его может ожидать нечто столь же удивительное, как при входе на участок. Он оказался прав. Попав в прихожую, обнаружил ее чересчур длинной, потолки высокими, до которых даже его отцу не в силах было дотянуться.       На шкафчике для обуви сидел серый кот, расслабленно виляя хвостом и шевеля усами. Он проводил взглядом гостей до ближайшего дверного проема, за которым оказалась просторная гостиная. В центре стоял прямоугольный стол, битком набитый самыми разными яствами. Вокруг него, на стенах, висели портреты незнакомых Даарону людей, большинство из которых были рыжеволосыми и только на трех картинах из семи располагался сам хозяин дома в окружении своих старых товарищей.       — Я очень рад, что вы откликнулись на мое приглашение, — послышался голос Гарри. Он зашел в гостиную следом за Дурслями. — Надеюсь, дорога не слишком утомила вас?       — В такую жару мы проскочили по ней в два счета, — ответил Дадли. Он горячо пожал руку своему кузену.       — Даарон, надеюсь ты прихватил свою метлу? — полюбопытствовал Гарри.       — Да, дядя Гарри. Только я не совсем понимаю, зачем она мне нужна…       Гарри и Джинни переглянулись.       — Скоро узнаешь.       — Так, раз гости пришли, пора всех звать к столу! — сказала Джинни. Стоя в дверях, она развернулась к Даарону. — Лили со вчерашнего дня не смолкала. Ждала тебя, — улыбка не сползала с ее лица. — Пару часов назад уснула, а вы тут как тут!       — А где Альбус? — спросил Даарон, озадаченно оглядывая гостиную.       Гарри громко вздохнул.       — Сейчас самое время! — сказал он громко, смотря в пространство между Дурслями и стеной.       Внезапно в двух дюймах от уха Даарона послышалось громкое «Бу!» и прямо перед Дурслями, от испуга застывшими на месте, появился Альбус. Он снял с себя вуаль, напоминавшую мантию без швов и отверстий для туловища, рук и головы.       — Привет, Даарон! Здравствуйте, мистер и миссис Дурсль! — поприветствовал Альбус гостей. — Пап, можно я напугаю Джеймса и быстро верну ее на место? Ну пожалуйста!       Гарри строго посмотрел на Альбуса и тот, осознав, что идея ни к месту и совершенно из ряда вон, положил мантию на комод.       — С каждым днем все больше убеждаюсь в том, что магия — очень удивительная штука, — сказала Марта, отойдя от испуга. — Пугающе удивительна… э… Дадли? — покосилась она на своего супруга, белизна щек которого не сползала еще несколько минут.       — В-все в порядке, — буркнул он.       Вскоре Поттеры и Дурсли уселись за пышный стол. Лили, протирая заспанные глаза, не смолкая делилась с Даароном новостями, расспрашивала его о том, как он проводит лето и нет ли известий от их школьных друзей. Гарри и Дадли, все еще ощущая легкую неловкость, попеременно обсуждали события двух миров (простецов и волшебного). Гарри рассказал своему кузену о тонкостях работы в Министерстве Магии, а Дадли, в свою очередь, о проблемах и достоинствах содержания автомастерской. Когда Джинни, оторвавшись от беседы с Мартой о кухонном убранстве, сказала, что её отец — Артур Уизли, до сих пор экспериментирует с наделением автомашин способностью летать, Дадли, к удивлению Марты, заинтересовался этим. Так, общие точки соприкосновения в таких разных, но одновременно с этим схожих друг с другом, нашел каждый за этим столом в этот замечательный, для двух семейств, день       — Джинни, обязательно поделись со мной рецептом этого тыквенного пирога, — попросила Марта. — А я раскрою тебе секрет семейного рецепта жаренных ребрышек!       — С удовольствием!       — …а эта невидимость, которая придается машинам, она и правда не позволяет кому-либо узнать, что я на ней передвигаюсь по воздуху? И она будет работать, даже если я… не владеющий… магией… сяду за руль? — спрашивал Дадли, смутно припоминая из своего прошлого, как когда-то очень давно видел нечто летающее у своего дома.       — Ага! Артур в последние годы смог довести эту способность его форда до вполне приемлемого уровня, — отвечал Гарри. — Но, как глава департамента мракоборцев, я считаю, что это все равно противозаконно. Если Гермиона Уизли, конечно, не сделает исключение. В любом случае придется менять часть законов и устав отдела по борьбе с незаконным применением магловских изобретений.       — Они уже давно устарели, — вмешался в разговор Джеймс. — Законы эти… Их давно пора менять.       — Мама Хьюго и Розы уже стала министром? — шепотом спросил у Лили Даарон.       — Где-то две недели назад её утвердили на посту, — припомнила Лили. — Правда, Хьюго этому до сих пор не очень рад, — покосилась на свою вилку, на которую был нанизан кусочек курочки. — Он гостил у нас в пятницу, что-то бурчал про то, что теперь его даже из дома лишний раз не выпускают. Дядя Рональд, конечно, может переусердствовать, но как я считаю, он прав. А вдруг у тёти Гермионы появится недоброжелатель? Стоит перестраховаться, — заключила она, поднеся вилку ко рту.