Месть, ненависть, или что-то большее?

Цзян Чен едва сдерживал гнев летя на Саньду. Цзы Дянь искрился и немного дымил. Саньду-Шэншоу раскрыл плеть и несколько раз ударил по верхушкам деревьев. Те с треском ломались и падали на землю с глухим грохотом. Немного выпустив пар, Цзян Чен смог спокойно выдохнуть и разобраться в ситуации. Сейчас он был зол на Усяня, за то, что тот столь неосторожен. Хотя мало кто может напасть на будущего мужа Ханьгуан-цзюня, да и столь близко к Облачным Глубинам, но все же. Мог с собой хотя бы Чэньцин взять. И что ему не сиделось в цзинши? Но времени рассуждать об этом не было. Холод пробирался под рубаху. Цзян Чен и забыл что отдал своё верхнее одеяние племяннику. Который прилетел в Юнмен промокший, растрёпаный и стуча зубами от холода. Цзян Чен сразу распорядился чтобы племянника уложили в постель и напоили горячим чаем. А после услышав что случилось с Усянем, встал на меч, едва выйдя из покоев. На небе собирались тучи. Грозился пойти дождь. Цзян Чен очень нехотя опустился поблизости города Цайи. Купил первый попавшийся на пути плащ и опять встал на меч. До Облачных Глубин было рукой подать. У самого входа его встретил молодой адепт. Адепт сразу узнал главу ордена,и без лишних вопросов провёл Цзян Чена к Сиченю. Сичень ожидал появления Цзян Чена. Тогда в храме Гуань Инь, Сичень заметил то, что не заметили другие. Как бы Цзян Чен не трепыхался, не кричал о своей ненависти и не строил из себя Сучку Цзыдянистую, он любил Усяня и был очень рад его возвращению. Это ведь был единственный живой, дорогой ему человек, не считая Цзинь Лина. Вот и сейчас Цзян Чен вроде бы злился, а в глазах тревога и страх. Сичень что знал, все рассказал и постарался кое-как его успокоить. Но Цзян Чену этого было мало. А больше ему сказать Вэнь Нин. Сичень повёл Цзян Чена в цзинши Цзинъи. Ведь Вэнь Нин пришёл в Облачные Глубины из-за него, и теперь не отпускал Цзинъи одного. Даже на занятия ходил с ним. Старик Цижень немного поворчал, а после нашёл занятия с Вэнь Нином интересными и увлекательными. И даже подумывал о том, чтобы сделать Вэнь Нина адептом Гусу. Но быстро отгонял все эти мысли. Лютый Мертвец, Призрачный Генерал-адепт ордена Гусу Лань. Ну это всем кроликам насмех. Не дождавшись ответа после нескольких стучаний по двери, Сичень сам приоткрыл дверь. Совсем немного. Просто щель. Через которую Первый Нефрит и Саньду-Шэншоу увидели целующихся Цзинъи и Вэнь Нина. Будь на месте Сиченя Ванцзи, он бы сразу прекратил это все и дал бы наказание Цзинъи, а Вэнь Нина прогнал из Гусу. Но Ванцзи не было. А Сичень тихо закрыл дверь, стараясь не мешать. Сичень вообще не видел в этом никакой проблемы или чего-то ужасного. Он поддержал своего брата, когда тот мучался от невзаимной любви к Усяню. А тут всё тихо и гладко складывается. -Думаю, нам не стоит мешать.-тихо произнёс Сичень. Цзян Чен кивнул.-Там присутствовал Лань Сычжуй, он может ответить на ваши вопросы вместо Вэнь Нина. Цзян Чен опять кивнул и пошёл за Сиченем в соседнее цзинши. К счастью Сычжуй ни с кем не целовался и рассказал как все было. Из всего рассказа Цзян Чен понял, что найти Усяня ему не удастся. Присоединиться к Ванцзи тоже нет возможности. Оставалось лишь ждать Сюэ Яна. Сичень согласно кивнул на это предложение и отвёл Цзян Чена в выделеное ему цзинши. На следующее утро в Облачные Глубины вернулся Ванцзи. *** Сюэ Ян довольный похаживал по пещере. Несколько недель усердной подготовки вымотали его, морально. Но очень скоро его Сяо Синьчень будет стоять перед ним, правда в другом теле. Но это не важно. Хотя нет, важно. За время подготовки Усянь и Сюэ Ян сильно сблизились. И сейчас Сюэ Ян не знал, так ли он хочет чтобы Синьчень вернулся. Несколько раз, в сладком предвкушении, Сюэ Ян подходил со спины, и крепко-крепко обнимал Усяня. Отговариваясь тем, что скоро он будет так же обнимать Синьченя и Усяню стоит к этому привыкнуть. Усянь теперь спокойно расхаживал по пещере. Правда верёвки с его рук никуда не делись, они просто стали длиннее. Но и этого теперь хватало с головой. Пару раз Усянь пытался перерезать верёвки, пока Сюэ Ян уходил за нужными вещами, но путы становились короче, и Усянь встречал Сюэ Яна распятый на стене. Сюэ Ян покатываясь со смеху, видя Старейшину Илин в таком положении весёлое занятие, ослаблял заклинание. И Усянь опять ступал на твёрдую землю. В скором времени Усянь смирился со всей ситуацией и стал относится ко всему проще. Да и в компании Сюэ Яна ему было не так уж и плохо. Он узнал его получше и понял что они одного поля ягоды. Оба недопоняты, оба ошиблись и поплатились за это. Однажды вечером у них состоялся примерно такой диалог. -А-Ян, почему ты не изгнал призрак той слепой девушки? Она же можно сказать два раза подряд испортила твои планы.-спросил Усянь, что-то кашеваря. -Ты про А-Цин? Я любил её. Я убил ее в гневе и после долго жалел о том что сделал. Слушать упрямое стучание её шеста под окном, было для меня лучшей песней. Надеюсь она переродится в теле красивой девушки и будет счаслива. Если бы я мог, я бы попросил у нее прощения.-нежно ответил Чэнмэй наблюдая за танцем огня в костре. Усянь тяжело вздохнул. Столь неожиданное открытие, больно укололо сердце. Сюэ Ян подошёл сзади и нежно его обнял, зарываясь носом в свежие волосы.-Я помню что было перед смертью Синьченя. Слепышка А-Цин прибежала домой и закатила скандал, что ее обижают и ей надо новые платья. Синьчень как обычно, согласился с ней, и они решили на следующий день пойти на рынок. Я молча наблюдал за этой картиной, а после позвал ее к себе. Дал совет что делать в такой ситуации. Но она была ещё совсем ребёнком и испугалась меня. Но никак это эмоционально не показала. Я предложил ей яблоки, нарезаные в форме кролика, но она не съела даже кусочка. Тогда мне стало обидно. Тогда я и понял что люблю ее.-слеза Сюэ Яна упала на шею Усяню, и скатилась куда-то на грудь.-Если бы я мог, я бы воскресил и ее. Я бы заботился о ней, покупал бы платья и кормил сладостями. Но это подлец Сун Лань, он развеял ее душу. Она была ему не нужна. Душу Синьченя он хранил у сердца, а Слепышке он не оставил и шанса на перерождение. Теперь Усянь и сам безвучно плакал. Вытерев слезы тыльной строной ладони, он повернулся к Сюэ Яну и нежно погладил по волосам. -Все будет хорошо, А-Ян. Теперь ее никто не будет обижать. Сюэ Ян ещё сильнее прижал Усяня к себе, пряча лицо в складках ханьфу. Его слёзы полностью пропитали ткань напротив сердца. И от их прикосновения, Усяню становилось невыносимо плохо. Усянь часто вспоминал этот болезненный для обоих разговор. Больше они к нему не приходили, и больше Чэнмэй не показывал свою слабую сторону. Умело обходил намёки, ловко менял тему, но ни разу не затыкал Усяня или кричал на него. Наконец, все приготовления были сделаны, как того и требовал ритуал. Любимые вещи Синьченя, свечи, нужные травы и прочее. Все это было раставленно внутри магического круга. Кажется это все слишком. И этого в чем-то правда, если бы душу Синьченя нужно было лишь восстановить. А слияние душ в одном теле требовало много сил и терпения. Усянь зажег какую-то траву, и быстро потушил. Пещера наполнилась ее ярким ароматом. В фарфоровом сосуде смешал пару капель какого-то масла, несколько лепестков лилии и персиковых гвоздей, провёл ножом по руке, и капнул несколько капель в сосуд. Туда же, он положил и мешочек Цянькунь. Талисманом поджёг все это и вдохнул едва поднявшийся дымок. Дымок этот щекотал ноздри и скрёб горло. Голова закружилась и загудела. Руки выронили сосуд и тот разбился на бесчисленное количество маленьких осколков. Усянь схватился за голову. Внутри его сейчас будто было два золотых ядра. Он почувствовал небывалый прилив сил. Но эти золотые ядра будто боролись за первенство. Каждое из них старалось качать как можно больше энергии. Тело не выдерживало, и грозилось прекратить работать. Сюэ Ян подхватил Усяня под руки, тем самым не давая ему разбить голову о холодный камень. В этот самый момент всё прекратилось. -Ты как?-спросил Сюэ Ян. "У кого он это спрашивает?"-подумал Усянь-"У меня? Или Сяо Синьченя?" Вэй Ин отлично чувствовал всё, что чувствовал сейчас Синьчень. Тот пытался сориентироваться в новом теле. Ещё не до конца понимал что происходит. Трепыхался, как птица в клетке. -Нормально.-ответил за обоих Усянь. Сюэ Ян облегчённо выдохнул и посмотрел прямо в глаза. Те были совсем другие, невинные, нежные, не осквернённые. "Наверно, так выглядели глаза даоджана."-мелькнула мысль в голове у Сюэ Яна. Тело совсем не слушалось Усяня. Ноги подкашивались и отказывались держать. Вэй Ин из последних сил схватил Сюэ Яна за плечи и кое-как подтянулся. А-Ян крепче перехватил его за талию и прижал к себе. Усянь почувствовал как Синьченя начинает воротить от происходящего. Как ему противны прикосновения Сюэ Яна. А Сюэ Ян всё ещё влюблённо смотрел на А-Сяня. На дне этих зрачков он видел своего даоджана, любимого и долгожданного. Сам не понимая, что делает, Чэнмэй притянул Усяня к себе и смял его мягкие губы. Нежно водя по ним языком, собирая капельки слюны. "Жаль, что этот поцелуй принадлежит не мне."-подумал Усянь охотно отвечая на поцелуй. -Что ты творишь? Прекрати!-кричал внутри его Синьчень. -Он любит тебя. Почему ты не хочешь принять его?-отвечал Усянь. -Он противен мне. Я сожалею о том что знаком с ним.-Синьчень развернулся. -Неужели, ты не дашь ему и шанса?-пытался остановить его Усянь. -Нет, я ухожу. Усяня тряхонуло. Громкий стон-хрип заполнил пещеру. Вэй Ина выгнуло дугой от сильной боли. Из горла повалили сгустки крови. С трудом Усянь откашлял их. А вместе с этой кровью и душу Синьченя. Последнее, что услышал Усянь, перед тем как потерять сознание, было сюэяновское "Вэй Ин".