warm feelings.

— Вот так, аккуратнее, — Крис ложится на мягкую поверхность дивана, положив под спину подушку, после чего в его объятия, словно пёрышко, приземляется Чонин, устало выдыхая в шею старшего. В комнате максимально легкое освещение — старенький тусклый ночник, который едва бросает лучи света по всей комнате. Раньше Ян бы капризничал, желая оставить немного ярче источники света, потому что почти панически боится цепких лап темноты. Однако сейчас, когда рядом Кристофер, страхи младшего притупляются, позволяя юноше расслабленно лежать на груди старшего, тихо сопя. Чонин время от времени вздрагивает, пряча лицо в тёплой шее Бана. За окном — зима, которую так сильно не любил раньше младший, ведь согревать себя всегда становится намного сложнее. Появившись, Крис принёс с собой в жизнь Яна не только нежную, мягкую и первую любовь, но и тёплый уют, которым юноша живет теперь каждый день. Их отношения — нечто ценное, безумно важное; что-то, что сложно описать даже тысячей слов, — нужно чувствовать. — Пойдём спать? Ты очень устал сегодня, лисёнок, — бархатный шёпот, который так сильно любит Чонин. Младший мурлычет довольным котом, обнимая Бана ещё крепче. — Я не хочу вставать. Мне здесь хорошо, у тебя в объятиях, — слова заставляют старшего улыбнуться до ямочек на мягких щеках. — Мы ведь можем остаться здесь, хён? — после чего тихонько мычит, сильнее натягивая рукава домашней толстовки, чтобы спрятать запястья. Крис на это движение хмурится слегка, аккуратно оттягивая легкую ткань обратно к локтям, из-за чего младший недовольно бурчит что-то под нос. Парень знает, что Чонин по привычке прячет шрамы, которые на коже, в отличии от сердца и души, полностью залечить не удалось. Старший мягко и аккуратно гладит нежную кожу, что была усыпана едва заметными рубцами, из-за чего Ян уже привычно краснеет, пряча свой взгляд в шее Бана. Кажется, юноша никогда не привыкнет к тому, что его тело действительно красиво. — Не стесняйся, я ведь всегда говорю, что ты прекрасный, — мягкий поцелуй в макушку, который позволяет младшему расслабиться ещё больше. — Самый красивый лисёнок в мире, — немного понижает тон голоса, чувствуя, что Чонин в его руках постепенно проваливается в лёгкую дремоту. Младший всё ещё так ярко помнит ту ночь, когда решил полностью открыться Бану. Это было так волнительно, хотя старший никогда не торопил события, позволяя их отношениям идти в абсолютно легком и свободном темпе. Всё для того, чтобы Ян чувствовал себя максимально комфортно, в безопасности. В ту ночь Кристофер поцеловал абсолютно все шрамы на теле Чонина. На самом же деле, старший был невероятно благодарен даже тому, что, спустя полгода совместного проживания, Ян наконец-то перестал стесняться, вылезая из мешковатой одежды. Юноша стал чаще носить разные футболки, которые, вообще-то, принадлежат Кристоферу. В квартире младший слишком сильно любит носить именно его вещи, которые пахнут для Чонина домом: цитрусовым шампунем старшего; карамельным латте, которое Бан любит готовить юноше за завтраком. А ещё его одежда пахнет сигаретами с вишневым вкусом, которыми частенько балуется старший, тут же получая нагоняй от Яна. Младший медленно, но верно открывался в руках Кристофера, и это, кажется, полностью его заслуга, потому что Бан всегда невероятно нежен и мягок. Парень всегда ведёт себя так, будто боится сломать юношу, который и без этого полностью доверяет старшему, отдавая всю ту любовь, которую годами копил в собственной крохотной и, тогда ещё, слабой душе. Чонину совсем не жаль, если он поделится абсолютно всем, что у него есть. — Спасибо, — хриплый шёпот, после которого младший приподнимается, поднимая взгляд на Криса, который в ответ смотрит так, будто в ту крохотную душу заглянуть хочет. Ян знает, что у него уже давно получилось это сделать. Младший первым поддаётся вперёд, соединяя их губы в мягком и трепетном поцелуе. У них всегда так: без излишней пошлости; тепло, аккуратно и так, что никогда не надоест ни одному из парней. Кристофер укладывает большие ладони на хрупкую талию, прижимая к себе ближе, а губами принимается расцеловывать лицо Яна, когда тот слегка отстраняется. — Я очень сильно люблю тебя, — на выдохе, совсем тихо, потому что такие слова на вес золота для младшего. Юноша говорит это не так часто, однако, если он действительно это делает, то совершенно искренне. Кажется, именно такой детской искренностью и невинностью Чонин тогда привлёк Бана. Изначально младший был очень груб по отношению к нему (из-за чего, кстати, Ян всё ещё неловко извиняется перед старшим), однако, стоило Крису стать немного настойчивей, юноша попросту сдался. Первое их свидание, когда старший позвал Яна в кинотеатр, где младший в конце сеанса позорно расплакался, пряча лицо в своих ладонях. Увидев маленькие шрамы, которые были даже на аккуратных и длинных пальцах юноши, Бан имел неосторожность тут же спросить о них, из-за чего за всю оставшуюся прогулку на лице Чонина так и не появилось даже намёка на улыбку. Проходя через всё это вместе с младшим, Кристофер даже сейчас не может описать того тёплого, до покалываний в кончиках пальцах, счастья, когда Ян, спустя пару месяцев их отношений, впервые перед ним снял белую университетскую рубашку, тут же отводя смущенный взгляд куда-то в сторону. Теперь юноша доверяет ему всего себя, и, если бы Бан был ещё хоть немного мягче, то наверняка бы пустил слезу. — Ты прекрасный, — вместо этого слышится тихий шёпот, из-за которого Ян тут же вздрагивает, отходя на один шаг назад. По телу младшего невольно бегут мурашки, а сам он спешит натянуть рубашку обратно, чтобы хоть немного скрыть то, что прятал уже достаточно продолжительное время, стараясь носить ту одежду, которая практически полностью скрывает его бледноватую кожу. — Это явно не то, что ты ожидал увидеть. Мне жаль. — Глупости, не говори так, — на лице Бана расцветает мягкая и нежная улыбка, на которую Ян снова невольно засматривается. — Прямо сейчас я невероятно счастлив, потому что ты сделал мне шаг навстречу. Старший аккуратно подходит ближе, а Чонин, зажмурив глаза, опускает руки вниз, задерживая дыхание. Нервничает. Юноша никак не ожидал, что, подойдя ближе, Крис начнёт мягко целовать каждый рубец на шее и ключицах. — Даже если твоё тело полностью усыпано ими, моя любовь не становится меньше или слабее, — лицо Яна тут же вспыхивает ярким румянцем. — Ты невероятно красивый, малыш. Не только снаружи, но и внутри, вот здесь, — ладонью Кристофер аккуратно касается области сердца, что была скрыта под тонкой тканью рубашки младшего, а губами прижимается ко лбу, счастливо улыбаясь. Вспоминая всё это сейчас, Крис в ответ на признание младшего только улыбается слишком довольно и счастливо, ладонями мягко поглаживая юношу по спине. Чонин прекрасно осознает, что его здесь тоже любят, безумно, и, если честно, иногда от таких приятных чувств очень сильно хочется плакать. Однако, младший сильнее. Он становится таковым со старшим, который находится рядом с Чонином в самые важные для него моменты: снятие брекетов, которые Бан, если честно, успел полюбить всей душой; празднование совершеннолетия и поступление в университет, которое, на самом деле, было слишком волнительным для младшего. Ян укладывается обратно в объятия старшего, позволяя сну медленно брать над ним вверх, пока Кристофер аккуратно притягивает руку юноши к себе, мягко расцеловывая каждый палец, а после и запястье, при этом шепча о том, как сильно он любит абсолютно всё в юноше, которого прямо сейчас нежно обнимает. Старший даёт понять, что Чонину беспокоиться не о чем; что можно спать спокойно, потому что рядом есть надёжная и любящая опора. Они так и засыпают, ютясь на маленькой узкой мебели в гостиной. Перед тем, как заснуть, Бан аккуратно перекладывает младшего к мягкой спинке дивана, чтобы тот ненароком не свалился ночью. Даже в таком простом действии, уже проснувшись, Ян почувствует всю ту любовь, что дарит ему Кристофер, находясь рядом. Чонин никогда не сможет найти подходящих слов, чтобы описать все те чувства, что они испытывают друг к другу, ведь с каждым днём это становится чем-то более важным, более ценным. Их чувства звучат намного громче, чем любовь.