От судьбы не убежишь

Сегодня с самого утра в комнате Фукуродани стоит шум-гам. Бокуто изъявил желание праздновать Хэллоуин прям как в американских фильмах. Коноха помогал Юкиэ и Каори развешивать вырезки тыкв, Сукуруй на подоконники раскладывал искусственную паутину. Тренера спокойно отнеслись к затее, мол чем бы дитя не тешилось… В суете каждый был занят своим, и только Харуки заметил отсутствие Бокуто и Акааши. Эти двое сидели в раздевалке уже минут пятнадцать и ни разу не показались на площадке. — Бокуто-сан, если вы будете вертеть головой, то я вам кисточкой в глаз попаду, — грозно заявил младший. В руках у брюнета были тюбики аквагрима, а лицо капитана постепенно преображалось в мордочку совы. Перья на лбу были прорисованы максимально реалистично. Котаро уже раз шесть смотрел на себя в зеркало, что висело на соседней стенке. — Акааши, у тебя просто чудесно получается. Ты прям настоящий художник, — пищал сенпай, как ребёнок, которому подарили шарик. — Да-да… — Кейджи мокнул кисть во флакончик с краской. Серо-коричневые мазки расцветали на щеках Бокуто. У него местами пробивалась щетина, тёплое дыхание оседало на руке связующего. У пятого номера мелкие мурашки прошлись от загривка к копчику. — Знаешь, Куроо говорил, что сегодня придёт с переводной татуировкой кота на лице, — от разговора челюсть шевелилась и мешала нанести чёткий контур пера, — а я весь такой из себя. Благодаря тебе буду настоящей хищной птицей. Акааши, ты даже не представляешь как я тебя лю… — Бокуто-сан, пожалуйста, можете немножко потерпеть и рассказать все потом, потому что рисунок может лечь криво, — нахмурился кохай, вытирая салфеткой смазанную линию на подбородке. — Ладно, — нехотя согласился Котаро. Его грудь медленно вздымалась и опускалась. От того, что сейчас лицо асса находилось так близко, Акааши мог разглядеть маленькие морщинки под глазами и в уголках рта, которые появились от постоянных улыбок. Губы были с маленькими трещинками — Бокуто терпеть не мог пользоваться гигиенической помадой, постоянно утверждая что настоящие мужчины таким не занимаются. Кейджи лишь вздыхал и закатывал глаза. — Хэй, ты чего застыл? — брюнет только сейчас понял, что перестал рисовать, а просто пялился на лицо сенпая. — Простите, Бокуто-сан. Задумался. — Акааши, я не могу терпеть, поэтому скажу сейчас. Ты даже не представляешь как я тебя люблю, — спокойно сказал Котаро. Его голос оставался уверенным и таким тёплым. — Бо… — начал сеттер. — Я пойму если ты ко мне относишься только как другу. Я просто хочу, чтобы ты знал, — парень склонил голову в бок, как настоящая сова. — Я тоже, Бокуто-сан. Я вас тоже… — дверь в раздевалку распахнулась и на пороге появился Коноха с колпаком ведьмы на голове. — Если вы сейчас же не появитесь в зале и не поможете нам, то Юкиэ нарядит нас всех по тематике Гарри Поттера, а вы так и останетесь за бортом тусы, — Акинори кинул на скамейку шляпу и ушёл на площадку. — Ну, тогда пошли? — большие янтарные глаза блеснули. — Да, пойдёмте. Только вот, — Кейджи наспех дорисовал серой краской пёрышко на скуле четвертого номера. — Спасибо тебе, Акааши, — Бокуто мазнул губами по щеке связующего, стараясь не стереть рисунок. Капитан выбежал из раздевалки, чуть не сбив по пути Каори, которая несла гирлянду. Акааши стоял как дурачок, приложив руку к щеке. Лицо горело, а место, куда касались губы Котаро, жгло. — Люблю, — прошептал брюнет и спокойно вышел из раздевалки.