Хогвартс времён Мародёров читает книги о Гарри Поттере

Директор был возвращен на место. Теперь он сидел между Вальбургой и Минервой. Пути к отступлению были отрезаны. Юфимия, будучи в хорошем расположении духа, решила читать новую главу. - Приближалось Рождество. В середине декабря, проснувшись поутру, все обнаружили, что замок укрыт толстым слоем снега, а огромное озеро замерзло. В тот же день близнецы Уизли получили несколько штрафных очков за то, что заколдовали слепленные ими снежки, и те начали летать за профессором Квирреллом, врезаясь ему в затылок. - Ладно, признаю, - произнесла Белла, - у них есть чувство юмора. - Белле просто нравится доставлять боль, - заговорщески сказал Родольфус. Трикс кинула в него уничтожающий взгляд. - Произнося эти слова, Малфой смотрел на Гарри Крэбб и Гойл громко захихикали. Гарри, отмеривавший на своих крошечных и необычайно точных весах нужное количество порошка — в тот раз это бьи толченый позвоночник морского льва, — сделал вид что ничего не слышит. После памятного матча, в котором Гриффиндор победил благодаря Гарри, Малфой стал еще невыносимее. Уязвленный поражением своей команды, он пытался всех рассмешить придуманной им шуткой. Она заключалась в том, что в следующей игре вместо Гарри на поле выйдет древесная лягушка, у нее рот шире, чем у Поттера, и потому она будет идеальным ловцом. - Мда...,- протянула Андромеда, - чувство юмора у Драко от отца. Нарцисса улыбнулась. Может, многие не знали, но она прекрасно шутила, а тем более и язвила. Зато у Люциуса с юмором было все плохо, если не сказать ужасно. Нет, он умел в нужный момент красиво поддеть собеседника, изящно высмеять его недостатки, даже кое-где съязвить, но рассмешить - никак нет. — А ты, Уизли, как я понимаю, пытаешься немного подработать? Я полагаю, после окончания школы ты планируешь остаться здесь в качестве лесника? Ведь хижина Хагрида по сравнению с домом твоих родителей — настоящий дворец. Рон прыгнул на Малфоя как раз в тот момент, когда в коридоре появился Снейп. -УИЗЛИ! Рон неохотно отпустил Малфоя, которого уже успел схватить за грудки. — Его спровоцировали, профессор Снейп, — пояснил Хагрид, высовываясь из-за дерева. — Этот Малфой его семью оскорбил, вот! — Может быть, но в любом случае драки запрещены школьными правилами, Хагрид, — елейным голосом произнес Снейп.—Уизли, из-за тебя твой факультет получает пять штрафных очков, и можешь благодарить небо, что не десять. Проходите вперед, нечего здесь толпиться. - Что ты, Снейп, что профессор Макгонагалл вечно появляются не вовремя, - пробурчал Джеймс. Северус картинно закатил глаза, а Минерва поджала губы. - Большой зал выглядел потрясающе. В нем стояло не менее дюжины высоченных пихт: одни поблескивали нерастаявшими сосульками, другие сияли сотнями прикрепленных к веткам свечей. На стенах висели традиционные рождественские венки из белой омелы и ветвей остролиста. Девочки мечтательно возвели глаза к потолку. Совсем скоро, буквально через 2 недели, Хогвартс преобразится. Практически вся компания, исключая Долорес и Флимонта, который давно планировал навестить родителей, собирались остаться в школе. Вальбурга хотела пригласить в Хогвартс и Ориона, своего мужа. И вообще, у нее в планах было позвать все семейство Блэк, но это пока не точно. - Профессор держал в руках волшебную палочку, из которой появлялись золотые шары. Повинуясь Флитвику они всплывали вверх и оседали на ветках только что принесенного Хагридом дерева. — В библиотеку? — переспросил Хагрид, выходя с ними из зала. — Перед каникулами? Вы прям умники какие-то... — Нет, к занятиям это не имеет никакого отношения, — с улыбкой произнес Гарри. — С тех пор, как ты упомянул имя Николаса Фламеля, мы пытаемся Узнать, кто он такой. — Что? — Хагрид был в шоке. — Э-э... слушайте сюда, я ж вам сказал, чтобы вы в это не лезли, да! Нет вам дела до того, что там Пушок охраняет, и вообще! — Мы просто хотим узнать, кто такой Николас Фламель, только и всего, — объяснила Гермиона. — Если, конечно, ты нам сам не расскажешь, чтобы мы не теряли время, — добавил Гарри. — Мы уже просмотрели сотни книг, но ничего так и не нашли. Может быть, ты хотя бы намекнешь, где нам о нем прочитать? Кстати, я ведь уже слышал это имя, ещё до того, как ты его произнес... - Шантажисты! - улыбнулся Родольфус. - Николас Фламель - один из создателей философского камня, да? - спросила Пандора. - Да, - кивнула Беллатрикс. - К тому же книги, хранившиеся в этой секции, предназначались вовсе не для первокурсников. Гарри уже знал, что эти книги посвящены высшим разделам Темной магии, которые не изучали в школе. Так что доступ к ним был открыт только преподавателям и еще старшекурсникам, выбравшим в качестве специализации защиту от Темных сил. — Что ты здесь ищешь, мальчик? Перед Гарри стояла библиотекарь мадам Пинс, угрожающе размахивая перьевой метелкой, предназначенной для стряхивания пыли с книг. Гарри не нашелся что ответить. — Тебе лучше уйти отсюда, — строго произнесла мадам Пинс. — Давай, уходи, кому сказала! - Я ненавижу эту су… - Мистер Лестрейндж! - возмутилась Минерва, осуждающе глядя на Родольфуса. - Молчу-молчу! — Вы ведь будете продолжать искать, когда я уеду на каникулы? — с надеждой спросила Гермиона. И если что-то найдете, сразу присылайте мне сову. — Между прочим, ты вполне можешь поинтересоваться у своих родителей, не знают ли они, кто такой этот Фламель, — заметил Рон. — Это ведь родители — так что риска никакого... — Абсолютно никакого, — согласилась Гермиона. — Особенно если учесть, что мои родители — стоматологи... - А кто такие стоматологи? - не понял Регулус. - Когда пойдешь свататься к Гермионе - тогда и узнаешь! - ухмыльнулся Рабастан. Глаз Вальбурги нервно задёргался. - Когда каникулы наконец начались, Гарри и Рон слишком весело проводили время для того, чтобы думать о Фламеле. В спальне их осталось только двое, да и в Общей гостиной было куда меньше народа, чем во время учебы. Поэтому они придвигали кресла как можно ближе к камину и сидели там часами, нанизывая на длинную металлическую вилку принесенные из Большого зала кусочки хлеба, лепешки и кругляши зефира, поджаривая их на открытом огне и с аппетитом поедая. Разумеется, они ни на секунду не умолкали даже с набитым ртом — ведь им было о чем поговорить. Главной темой, разумеется, был Малфой. - Я - знаменитость! А мой сын - тем более! - притворно закатил глаза Люц. - Тогда я устрою тебе самые пышные похороны, - мило улыбнулась Нарцисса, - и приглашу столько папарацци, что знаменит ты будешь не только в Британии. Люциус горестно вздохнул. - Гарри быстро распаковал верхний сверток Подарок был завернут в толстую коричневую оберточную бумагу, на которой неровными буквами было написано: «Гарри от Хагрида». Внутри была флейта грубой работы — скорее всего, Хагрид сам вырезал ее из дерева. Гарри поднес ее к губам и извлек из нее звук, похожий на уханье совы. Следующий подарок лежал в тонком конверте и представлял собой лист плотной бумаги. «Получили твои поздравления, посылаем тебе рождественский подарок Дядя Вернон и тетя Петунья», — было написано на листе. К бумаге скотчем была приклеена мелкая монетка. Дурсли остались верны себе — более щедрый подарок придумать было сложно. - Как это мило с их стороны, - поджала губы Лили. - Рон вдруг густо залился красной краской. — О-о-о, — простонал он. — Как же я раньше не подумал. Она связала тебе фирменный свитер Уизли... Гарри разорвал упаковку, обнаружив внутри толстый, ручной вязки свитер изумрудно-зеленого цвета и большую коробку с домашними сладостями. - Она каждый год к Рождеству вяжет нам всем свитеры, — недовольно бормотал Рон, разворачивая подарок от матери. — И мне вечно достается темно-бордовый. — Твоя мама просто молодец, — заметил Гарри, пробуя сладости, которые оказались очень вкусными. - О, спасибо большое! - улыбнулась Лили Молли покраснела и быстро кивнула. - Оставался еще один сверток Гарри поднял его с пола, отметив, что он очень легкий, почти невесомый. И неторопливо развернул его. Нечто воздушное, серебристо-серое выпало из свертка и, шурша, мягко опустилось на пол, поблескивая складками. Рон широко раскрыл рот от изумления. — Я слышал о таком, — произнес он сдавленным голосом, роняя на пол присланную Гермионой коробочку с леденцами и даже не замечая этого. — Если это то, что я думаю, — это очень редкая вещь, и очень ценная. — А что это? Гарри подобрал с пола сияющую серебристую ткань Она была очень странной на ощупь, как будто частично состояла из воды. —Это мантия-невидимка, — прошептал Рон с благоговейным восторгом. — Не сомневаюсь, что это она, попробуй сам. Гарри набросил мантию на плечи. — Это она! — неожиданно завопил Рон. — Посмотри вниз! Гарри последовал его совету и не увидел собственных ног. Он молнией метнулся к зеркалу. Лицо его, разумеется, было на месте, но оно плавало в воздухе, поскольку тело полностью отсутствовало. Гарри натянул мантию на голову, и его отражение исчезло полностью. — Смотри, тут записка! — окликнул его Рон. — Из нее выпала записка! Гарри снял мантию и поднял с пола листочек бумаги. Надпись на нем была сделана очень мелким почерком с завитушками — такого Гарри еще никогда не видел. Незадолго до своей смерти твой отец оставил эту вещь мне. Пришло время вернуть ее его сыну. Используй ее с умом. Желаю тебе очень счастливого Рождества Многие удивлённо ахнули. На Джеймса посыпались вопросы по типу: "это правда?", "почему ты не говорил?" и тому подобное. "Ну а что? Мне каждому кричать о ней? Смотри! У меня есть мантия-невидимка!" - Я даже не знаю, ругать вас или хвалить, Дамблдор, - задумалась Юфимия, - С одной стороны - мантия - реликвия рода Поттеров, а с другой - только сказочный идиот может подарить ее первокурснику, желая использовать ее с умом. - Давайте лучше хвалить! - предложил Альбус. Юфимия смерила его гневным взглядом. - Не было б здесь детей, я бы вас так "похвалила"… - В дверь протиснулась еще одна рыжая голова, принадлежавшая Перси Уизли, вид у него был не слишком счастливый. Судя по всему, он, уже успел Распечатать свои подарки, по крайней мере частично, потому что держал в руках свитер грубой вязки, который тут же выхватил у него Фред. - Ага. Тут буква «С», то есть староста. Давай, Перси, надевай его — мы все уже надели наши, и Гарри. — Я... не... хочу, — донесся до Гарри хриплый голос Перси, которому близнецы уже успели натянуть свитер на голову, сбив с него очки. — И запомни: сегодня за завтраком ты будешь сидеть не со старостами, а с нами, — поучительно добавил Джордж — Рождество — семейный праздник - Полностью согласна! - кивнула Вальбурга, - Поэтому на Рождество я пригласила Ориона! Ваши родители, - она посмотрела на сестер Блэк, - возможно тоже будут. Сириус и Регулус спокойно выдохнули. Отец и родители кузин полностью разделяли их взгляды на живность леди Блэк, но сказать ей что-либо не решались. Опасно. "Главное, чтоб мать не пригласила дедушку Поллукса" - молились братья. Поллукс - отец леди Блэк. Довольно старый, но все никак не умирающий. Язвил каждому, кто ему не нравился. Поощрял любовь дочери к животным. Именно он привез ей двух саблезубых котов, путешествуя по магическим джунглям в Бразилии. Поллукс тоже обожал путешествия, каждый раз грозясь остаться за границей навсегда. Но, к великому сожалению всей семьи, естественно исключая Вальбургу, каждый раз возвращался. - Вслед за индейкой подали утыканные свечками рождественские пудинги. Пудинги были с сюрпризом — Перси чуть не сломал зуб о серебряный сикль, откусив кусок пудинга. Все это время Гарри внимательно наблюдал за Хагридом. Тот без устали подливал себе вина и становился все краснее и краснее, и наконец он поцеловал в щеку профессора МакГонагалл. А она, к великому удивлению Гарри, смущенно порозовела и захихикала, не замечая, что ее цилиндр сполз набок - Профессор Макгонагалл! - удивлённо ахнула Марлин, - Я бы и подумать не могла! - Мда… Вы, вероятно будете шокированы, узнав, что… - Минерва резко осеклась и отвела взгляд в сторону. Марлин сидела как на иголках, но профессор все не отвечала. - В библиотеке было абсолютно темно и очень страшно. Гарри зажег стоявшую на входе лампу, и, держа ее в руке, пошел вдоль длинных рядов. Он представил, как выглядит со стороны, — лампа, сама по себе плывущая в воздухе. И хотя он знал, что это его рука держит лампу, ему стало неуютно. Особая секция находилась в самом конце помещения Аккуратно переступив через загородку, отделявшую секцию от остальной части библиотеки, Гарри поднял лампу повыше, чтобы разглядеть названия стоявших на полках книг. - Мне неловко об этом просить, - начал Родольфус, - но не мог бы ты мне одолжить мантию на несколько часов? - сделав щенячью мордашку, попросил он у Джеймса. - Мм, да, наверное, - Поттер прибывал в растерянности. - Пора было приступать к делу. Гарри осторожно опустил лампу на пол и оглядел нижнюю полку в поисках книги, которая привлекла бы его внимание своим необычным видом. Взгляд его упал на большой черный с серебром фолиант. Гарри с трудом вытащил тяжеленную книгу и положил ее на колено. Стоило ему раскрыть фолиант, как тишину прорезал душераздирающий крик, от которого кровь стыла в жилах. Это кричала книга! - О Мерлин… я ее помню, - недовольно посмотрел Люциус на Родольфуса. - Я тоже, - грустно вздохнул Лестрейндж, который уже четырежды случайно открывал эту книгу, за что его ненавидела мадам Пинс. - Это было красивое зеркало, высотой до потолка, в золотой раме, украшенной орнаментом. Зеркало стояло на подставках, похожих на две ноги с впившимися в пол длинными когтями. На верхней части рамы была выгравирована надпись: «Еиналежеечяр огеома сеш авон оциле шавеню авыза копя». - Что? - не понял Фрэнк. - Нужно прочесть наоборот, мой мальчик! - с видом умного человека, произнес директор. - Это ты Грин-де-Вальда будешь называть своим мальчиком! - резко возмутилась Августа, - Но не моего сына! Старый извращенец… - пробурчала миссис Лонгботтом. - Если прочесть наоборот, - начала объяснять Пандора, - то получится вот что: " Я показываю не ваше лицо, но ваше самое горячее желание". Фрэнк благодарно кивнул. - Перед ним было отражение Гарри Поттера, бледное и испуганное, а за ним стояли отражения по меньшей мере десятка человек Гарри снова обернулся — разумеется, позади него никого не было. Или, может, они тоже были невидимы? Может, это была комната, населенная невидимками, а хитрость зеркала в том и состояла, что в нем отражались все, неважно, видимы они или нет? Гарри снова заглянул в зеркало. Женщина, стоявшая справа от его отражения, улыбалась ему и махала рукой. Гарри опять отвернулся и вытянул руку. Если бы женщина действительно стояла позади него, он бы коснулся ее, ведь их отражения были совсем рядом, но его рука нащупала лишь воздух. А значит, она и все другие люди, обступившие его отражение, существовали только в зеркале. Женщина была очень красива. У нее были темно-рыжие волосы, а глаза... «Ее глаза похожи на мои», — подумал Гарри, придвигаясь поближе к зеркалу, чтобы получше рассмотреть женщину. Глаза у нее были ярко-зеленые, и разрез у них был такой же. Но тут Гарри заметил, что женщина плачет. Улыбается и одновременно плачет. Стоявший рядом с ней высокий и худой черноволосый мужчина обнял ее, словно подбадривая. Мужчина был в очках, и у него были очень непослушные волосы, торчавшие во все стороны, как у Гарри. Гарри стоял так близко к зеркалу, что почти касался носом своего отражения. — Мама? — прошептал он, внезапно все поняв. — Папа? Мужчина и женщина молча смотрели на него и улыбались Гарри медленно обвел взглядом лица других людей, находившихся в зеркале, замечая такие зеленые глаза, как у него, и носы, похожие на его нос. Гарри даже показалось, что у маленького старичка точно такие же колени, как у него,—острые, торчащие вперед. Первый раз в жизни Гарри Поттер видел свою семью. - Ох…это так грустно, - сказала Лили. Пока девочки обсуждали прочитанное, Юфимия склонилась к Флимонтом - Я тебе говорила, что тебе нужно больше жрать! - бурчала она, - Слышал, как тебя описали? Острые и торчащие коленки! Когда пойдем на обед, я проконтролирую, чтобы ты все съел! Флимонт покорно кивнул. Жена, что поделаешь… - Они были здесь. Они ждали его. И просияли, увидев Гарри. — Видишь? — шепнул Гарри, повернувшись к Рону. — Ничего я не вижу. — Да посмотри же! Смотри, вот же они — родители, и другие... — Я вижу только тебя, — отозвался Рон. — Посмотри внимательнее, — не успокаивался Гарри. — Подойди поближе, встань сюда, рядом со мной. Гарри чуточку подвинулся, но теперь, когда перед зеркалом оказался Рон, он больше не видел в нем свою семью, только отражение Рона в пестрой пижаме. Рон застыл перед зеркалом, зачарованно вглядываясь в него. — Только посмотри на меня! — воскликнул он. — Ты видишь вокруг себя родителей и братьев? — спросил Гарри. — Нет, я один. Но я другой... повзрослевший... И... И я первый ученик школы! — Я... У меня на груди значок — такой же, какой был у Билла, когда он стал лучшим учеником Хогвартса И у меня в руках Кубок победителя соревнования между факультетами и еще Кубок школы по квиддичу Я еще и капитан сборной, представляешь! Рон с трудом оторвал глаза от так восхитившей его картины и взволнованно посмотрел на Гарри. — Как ты думаешь, зеркало показывает будущее? — В голосе Рона звучала надежда. — Не может быть! — горячо возразил Гарри. — Вся моя семья давно умерла. Причем тут будущее? Отодвинься, я хочу еще посмотреть... — Ты вчера всю ночь в него смотрел, — горячо возразил Рон. — Подожди немного, я быстро... — Ну на что тебе смотреть — ты ведь всего лишь держишь в руках Кубок школы по квиддичу, что тут интересного? — возмутился Гарри. — А я хочу увидеть своих родителей. — Да не толкайся ты! — вскрикнул, пошатнувшись, Рон. Внезапный звук, донесшийся из коридора, заставил их замолчать. Они только сейчас осознали, что слишком громко препирались и наверняка подняли жуткий шум. — Быстро! - Мне кажется, - произнесла Андромеда, - им больше не следует ходить к зеркалу. - Да, - согласилась Беллатрикс, - я тоже так думаю. - Этой ночью он отыскал комнату с зеркалом гораздо быстрее, чем накануне. Гарри не шел, а буквально летел, чтобы побыстрее оказаться у зеркала. Хоть он и осознавал, что производит слишком много шума, ему было все равно, тем более что на пути ему так никто и не попался. Мать и отец снова просияли, увидев его, а один из дедушек при виде внука закивал головой, счастливо улыбаясь. Гарри опустился на пол перед зеркалом, говоря себе, что придет сюда завтра, и послезавтра, и послепослезавтра, и... Сегодня он собирался остаться здесь на всю ночь. И ничто не могло помешать ему просидеть здесь до утра. Ничто и никто. Кроме... — Итак, ты снова здесь, Гарри? - А ты-то кто еще?! - удивился Сириус. - Гарри почувствовал, как его внутренности превратились в лед. Он медленно оглянулся. На одной из стоявших у стены парт сидел не кто иной, как Альбус Дамблдор. - Ааа... - немного расстроено произнес Бродяга, - я-то думал...Эх - Но показывает нам не больше и не меньше, как наши самые сокровенные, самые отчаянные желания. Ты, никогда не знавший своей семьи, увидел своих родных, стоящих вокруг тебя. Рональд Уизли, всю жизнь находившийся в тени своих братьев, увидел себя одного, увидел себя лучшим учеником школы и одновременно капитаном команды-чемпиона по квиддичу обладателем сразу двух Кубков — он превзошел своих братьев. Однако зеркало не дает нам ни знаний, ни правды. Многие люди, стоя перед зеркалом, ломали свою жизнь. Одни из-за того, что были зачарованы увиденным. Другие сходили с ума оттого, что не могли понять, сбудется ли то, что предсказало им зеркало, гарантировано им это будущее или оно просто возможно? Дамблдор на мгновение замолчал, словно давая Гарри время на размышление. — Завтра зеркало перенесут в другое помещение, Гарри, — продолжил он. — И я прошу тебя больше не искать его. Но если ты когда-нибудь еще раз натолкнешься на него, ты будешь готов к встрече с ним. Будешь готов, если запомнишь то, что я скажу тебе сейчас. Нельзя цепляться за мечты и сны, забывая о настоящем, забывая о своей жизни. А теперь, почему бы тебе не надеть эту восхитительную мантию и не вернуться в спальню? Гарри поднялся с пола. — Сэр... Профессор Дамблдор, — нерешительно начал он. — Могу я задать вам один вопрос? — Кажется, ты уже задал один вопрос. — Дамблдор улыбнулся. — Тем не менее можешь задать еще один. — Что вы видите, когда смотрите в зеркало? — выпалил Гарри, затаив дыхание. — Я? — переспросил профессор. —Я вижу себя, держащего в руке пару толстых шерстяных носков. Гарри недоуменно смотрел на него. — У человека не может быть слишком много носков, — пояснил Дамблдор. — Вот прошло еще одно Рождество, а я не получил в подарок ни одной пары. Люди почему-то дарят мне только книги. Уже в спальне Гарри вдруг осознал, что Дамблдор не был с ним откровенен. Но с другой стороны, подумал он, спихивая с подушки спавшую на ней Коросту, это был очень личный вопрос. - Конечно! - сказала Вальбурга, - Кто будет говорить, что видит голого Грин-де-Вальда? Присутствующие рассмеялись, а директор залился краской. - Хоть раз вам хватило мозгов умолчать тайну, - произнесла Августа. - Что насчет перерыва? - спросила Минерва, после того, как Ремус подвел итоги. Все согласно кивнули, договорившись встретиться через полчаса.