***
шагая меж высоких домов, в которых друг за другом гаснет свет, хадсон поднимает голову вверх, глядя на звёзды, которые словно сахар просыпались на чёрный мрамор, блистая на солнце. подул лёгкий ветер, ласкающий глаза и танцующий с его тёмными как ночь волосами. вот, показалась луна, такая яркая и величественная. как говорят, ночь - друг молодёжи и это так, ведь когда как не ночью можно сесть и подумать о чём-то своём, помечтать, глядя на мерцание созвездий? вот и чейз задумался о своём, присев на скамейку около какого-то тёмного здания. поблизости не было фонарей, но и темнота его вовсе не пугала. так, скорее, было даже уютнее. голубоглазому было совестно от истерики, которую он закатил, но чейз ничего не мог с собой поделать. у него теперь две стороны: ревность и любовь, в которой нельзя признаться. ему каждый раз приходится разрываться от безвыходного положения между двумя крепостями. он выставляет себя полным дураком перед ноеном, ведь тот не знает, что чувствует брюнет в тот момент, хотя, возможно и догадывается, но теперь-то, после всего, что было у них, вряд ли поверит в свои догадки. - девочка-сосочка, почему одна, сейчас будет два.- раздаётся женский голос сзади. повернувшись, юноша кое-как разглядывает в темноте тёмный силуэт какой-то дамы, которая была не в самом нормальном состоянии. - ой, а вы парень, простите..- посмеявшись, та падает на землю. - оо, мать, ты где так накидалась? - подняв юную незнакомку на ноги и усадив рядом с собой на лавку, интересуется чейз, пытаясь ускорить процесс привыкания глаз к темноте, напрягая зрение, дабы хоть лицо неизвестной рассмотреть. - мххфм.. гденид.. нигдед..дедниг.. - а, окей, я понял.- слегка поморщился чейз понимая, что дожидаться пока она выговорит слово - гиблое дело. - как зовут тебя-то хоть? - авани. - оо, прогресс, уже имя сказать нормально можешь. - ты где живёшь, авани? - хочешь узнать где я живу, чтобы потом прийти и изнасиловать меня? ну уж неее.. хехехе.. - вообще-то я хотел довести тебя до дома, но если тебе больше нравится ночевать на лавочках с бомжами, то, хорошо, я мешать не буду. - встав, хадсон приготовился уходить. - нет, нет, нет, стой. ухмыльнувшись, парень поворачивается обратно к авани. - я скажу тебе адрес, проведи меня, пожалуйста..- сонно и утомлённо бубнит грег, ложась на скамейку.***
из-за линии горизонта появляются самые первые солнечные лучи, а спустя считанные минуты солнце царственно выходит на небосклон и природа как будто оживает: сразу слышны пения птиц, порывы ветра, расходятся облака и открывается ярко-голубое небо. ярки лучи солнца аккуратно сочатся сквозь щели задёрнутых занавесок, прорываясь к чейзу хадсону, который сонно потягивается и сладко зевает, просыпаясь с восходом солнца, будто ранняя пташка. вставать совсем неохота. он поворачивается на другой бок и дальше продолжает спать. в это время резвый маленький золотой лучик уже спешит разбудить его. тихонько и осторожно он ползет по его подушке и вот, он достигает его носа, чейз ощущает это приятное тепло. вот лучик добрался до его глаз, слепя голубые очи сквозь тяжёлое веко. - эй, давай просыпайся.- авани хватает его за ногу и стягивает с постели на холодный пол, от чего носитель небесных очей моментально просыпается, а остатки ночного сна будто рукой сняло. по телу вмиг пробежался табун мурашек, заставляя непроизвольно вздрогнуть. сегодня чейз ночевал у авани, потому что когда его ищет вся дурка и полиция города, дома и вообще в своём районе появляться никак нельзя было, поэтому приходилось скитаться по "подружкам". - это было совсем необязательно.- вставая с пола, чейз вздрогнул, надевая свою одежду обратно на худощавое тело. - иначе бы ты не проснулся.- застилая постель утверждает авани нейтральным тоном. - тебе-то откуда знать. - ну, судя по твоим слащавыми причмокиваниям и потягушкам, ты бы ещё долго нежился в постели. завтракать будешь? - нет, не голоден. - вот и отлично. - не понял. - я как бы не особо богатая, мне бы себя прокормить, а то ещё чужие рты подкармливать. - так ты сама предложила. - а я должна была. чисто из вежливости.- мимолётно улыбнувшись, брюнетка достаёт из холодильника бутылку с водой, начиная активно поглощать всё её содержимое. - а ты чего такая бодрая после вчерашней-то пьянки? - а ты завидуешь я вижу.- вернув почти до дна опустошённый сосуд в холодильник, как-то ехидно улыбается девчонка.- ведь по твоей кислой роже и не скажешь, что у тебя всё супер по самочувствию. - да.. голова немного болит. таблетки не найдётся? - сейчас посмотрим. запив таблетку от головы газированной водой, тот поморщился. - да-да, я тоже не люблю газированную воду, но это последняя бутылка с водой. - зачем ты вообще купила с газами, если не любишь? - хотелось новых ощущений. выхлебала за раз всю бутылку. - и как ты не сдохла? - последствия были не из лёгких. думала, реально сдохну. - хах, ладно, это всё конечно ооочень увлекательно, но мне пора, не имею права больше вас стеснять своим голодным чужим ртом, юная леди.- съязвил хадсон по поводу недавних слов новой знакомой, впрыгивая в кроссовки и выходя из дома.***
шагая на пока что безлюдной улице в самую рань, молодой человек наслаждался свежей прохладой в сочетании с редкими порывами утреннего ветерка, из-за которого совсем небольшие, но блестящие на травинках словно драгоценные камни капли росинок скатывались вниз по стебелькам растений, разбиваясь о еще не прогретую солнцем землю, после не совсем тёплой ночи. с цветка на цветок перепархивают красивые бабочки. кажется, ничто не может испортить тишину, покой и эту незабываемую красоту, но вдруг раздаются встревоженные крики и очень знакомые голоса разносятся по всей аллее. дыхание учащается, сердце пропускает удары при виде всё тех же мужчин из психбольницы в отвратных белоснежных халатах, слепящих глаза. юноша спешно разворачивается и готовится бежать, но и с другой стороны его ждёт засада. его окружили и теперь уж и вправду, его ничего не спасёт. - куда собрался, дорогой? мы ведь желаем тебе исключительно счастья и скорейшего выздоровления, а ты так неуважительно относишься к нам, ай яй яй яй яй, как не хорошо, ну ничего, мы дадим тебе ещё один, только уже последний шанс на исправление.- его голос звучал так странно, будто он сам был не частью персонала, а частью пациентов. его шею внезапно обхватывают сзади, а в руку колят снотворное и парень моментально впадает в сон.