По-братски любим.

Воскресенье.

      Хэви просыпается, на удивление, с хорошим настроением. Даже отличным. Не потому, что эта «Недо-депрессия вперемешку с сумашедствием» прошла, а потому что тот почти снова всю ночь не спал, думая, кто мог бы стать его жертвой и как поймать или же похитить его.       Хэви остановился на Андрее. Как-то этот двоечник раздражал рыжего, так что это и стало его мотивом.       «Ха-ха-хах, как бы глупо это не звучало, мне это до жути нравится. Сегодня же начну.»— Думал младший подходя к ванной комнате. Под глазами малого уже появились еле заметные мешки под глазами, так что надо было их как-то скрыть. Его взор упал на подводку отца:       — Неужели я это когда-нибудь сделаю...— тяжело выдыхает Хэви и, умывшись, аккуратно начинает наносить подводку папы. Спустя пару волшебных движений, перед зеркалом красуется рыжая макушка с лицом Глэма.       Довольный своей работой Хэви, тот решается предупредить отца о его новом имидже. Рыжий увидел Глэма на кухне, тот пил кофе.       — Па-ап, смотри! Мне идёт?— снова улыбается Хэви. Но Глэм явно не в восторге, судя по его лицу. После отец приподнимает уголки губ:       — На меня похож. Есть будешь?— Пытается Глэм перевести тему, скрывая свой ужас от того, как выглядел Хэви: совсем на себя не похож, жутко становится.       — Нет, спасибо. Я уж лучше на улицу пойду,— отмахивается Хэви, но когда тот хотел было развернуться и уйти, он врезается в Вики:       — А ты чего уже второй день не ешь?— строго спрашивает мать, толкая сына обратно на кухню,— Глэм омлет сделал, жрать, быстро. Ди-то уже поел, а ты от голода подохнуть хочешь?— Отчитывает Виктория Хэви и накладывает ему на тарелку омлет, ставя его на стол.       — Чай сделать?— всё так же строго, но с ноткой заботы спрашивает мать, на что Хэви отказывается. Вики рукой указывает на стул, куда рыжий и садится. Пока никто не видел того, он закатил глаза: «Ты чо, ат голода падохнуть хочеш, бла бла бла», тот приступает к трапезе.

***

      Спустя десять-пятнадцать минут Хэви уходит из дома, одев капюшон на голову и направляется к дому Андрея. Руки тот убирает в карман и на лице снова равнодушие.       Рыжий подходит к окну жертвы. Тот сидит в ноутбуке и ни о чём не подозревает. Андрей рубится в какую-то игру, иногда комментируя прохождение сплошным «Чёрт, блин, емае» и так далее.

***

Pow Heavy

Было неудивительно увидеть его, сидя уже с утра в ноутбуке. Надо будет привлечь внимание, чтобы тот вышел к окну, тогда и можно будет его вытащить. От неаккуратного падения на асфальт по началу пару переломов получит, а далее уже моя задача. Как же это всё многообещающе звучит. Итак, окно приоткрыто. Андрей в наушниках, но надеюсь, что звук не так громко поставлен. Хотя вполне логично, его мамка позвать кушать может, а если не услышит— за меня всю работу сделает его мать.       Можно по началу устроить ему хоррор прохождение в реальной жизни, а после и лишить её у него.       Во время рассуждений в комнату Андрея зашла его мать, что-то говоря, что та ушла на работу. Его отца, судя по всему, уже дома нет. Отлично. Я отошёл от окна, чтобы меня не заметили и подошёл к входной двери. Пока мать выходила мне стоило притвориться обычным прохожим, который идёт в противополжную сторону от пути его мамки. Далее я вновь подхожу к окну. В комнате Андрея нет, хорошо, поменяем тактику. Поскольку его комната на первом этаже, мне никакого труда не составило забраться к нему. Я спрятался за дверью, услышав, что тот идёт обратно. Видимо, он закрывал входную дверь и по дороге взял чипсы или что-то типа того. На тумбочке я обнаружил какую-то довольно плотную верёвку. Для чего она Андрею— не известно, а для меня она в самый раз.       Как только тот зашёл в комнату, он не успел ничего понять, как я схватил этой же верёвкой его за шею, всё сильнее сжимая. Пока тот пытался дёргаться и повернуться, чтобы увидеть моё лицо, я упёрся ногой об его спину и достал свою «игрушку массового киллера для трахания в жопу непослушных деток», а если по-русски нож. Мне не составило никакого труда вонзить его в шею Андрея, от чего тот почти мгновенно упал, начиная лежать в луже собственной крови. Мне ничего не оставалось делать, как вынуть нож из его шеи и просмеяться на всю квартиру от этой ситуации.

End Pow Heavy